Катарсис

Сдержанность.

В галерее находилась целая делегация преступников. От убийц до мошенников. Я чувствовал то же, что и на старой работе. Такая же душащая атмосфера, такая же сжатость и ужасное давление. Кто-то занимал здесь сразу несколько специальностей. Тавр-основатель всей группировки собрал оставшихся её членов. Он никогда не был особенно умным. Ему просто везло. Он был ещё тем мерзавцем, которого пытались еще в 90-х посадить за многочисленные грабежи и изнасилования.

-Так-так-так. –протянул Тавр. –Какая интересная картина. Сам Кит Хейз стоит передо мной на коленях и просит...О чем же он будет просить?

-Пусть попросит вылизать ваши ботинки! –выкрикнул кто-то из толпы, стоящей у стены.

-Нет, это слишком скучно...

-Можешь попросить меня пробить тебе череп. –рыкнул я, сплюнув на его обувь скопившиеся слюни.

Он ударил меня коленом в челюсть, следом подставив ногу:

-Вытирай!

-Такое перемирие ты хотел? Сам же знаешь, что уже поздно...

-Тебе не давали слово. Выполняй!

-Хочешь помучить меня перед тем, как тебя изнасилуют жирные мужики в камере?

Он вновь ударил меня, с большей силой проехавшись мне по щеке. Тавр достал из чемодана твердый стек и прошелся им по моей спине.

Тело задрожало. Я упал вперед на руки. Из них уже начинала пробиваться синева. «Главное держаться. Главное дождаться прихода Латы.»

-Ты мелкий грязный беспомощный щенок! – слова отразились вместе с новым ударом. На этот раз они решили бить все по очереди.

-Это тебе за Обжигателя! –спина загудела, а на лбу начала взбухать вена.

Оскорбления слились в хлестания и кровь, проступающую на коже. Каждый новый удар-ужасно сильный рывок Катарсиса. Это было похоже на инстинкт. Такой же как выделение слюны или защиты от опасности. Он рвал меня изнутри сильнее, чем треск стека о мои кости. Было невыносимо сложно держать его внутри.

-Мелкий предатель!

-Неудачник!

Кожа наливалась бардовыми пятнами, зудящими и ноющими во всем теле. Шрамы раскрылись полностью и из них начала бить синяя жидкость. Руки горели и моя голова тоже. Я не мог кричать, фокусируясь лишь на внутреннем напряжении, которое походило на скатывающийся со скалы айсберг. «Где её носит?!»

-Вы самоутвердиться хотите, верно? Но вы же понимаете, что всё это бессмысленно. – с трудом проговорил я. – Вы вымещаете обиду и страх перед тем, в чем виноваты сами. Не я вина вашей судьбы. Вы сами её очернили.

Новый, жгучий и очень резкий удар:

-Это тебе за отца! – Фаер был единственным сыном Обжигателя, которого он тоже ввязал в эту работу. Мы общались с ним всегда дружелюбно и даже в некотором смысле были друзьями. Но в таких делах дружбе нет места. После моего ухода, он настолько сильно пропитался ненавистью ко мне, навязанной его отцом и работниками, что стал инициатором почти всех писем и посылок с угрозами и неприятными предметами, вроде мертвых животных.

Тело заныло и выбросило меня еще больше вперед. Я ощутил, как воздух касается моих костей. И не только из-за порванной рубашки.

Кто-то приблизился к моему лицу.

-Птенец, –так меня называли почти все в этом обществе. –Ты знаешь, зла я тебе не желаю, просто люблю мучать людей. И раз уж здесь все говорят что-то, то пусть это будет за смерть той несчастной малышки. –Арчи выпрямился, замахнувшись стеком. –За Скай!

В меня хлестнула волна жара. Этот удар был особенным. Я прочувствовал его больше, чем какой-либо другой. Резко перекрылся кислород, и я поднялся. Любой человек уже давно обессиленно бы лежал, дожидаясь конца. Я изнемогал, но меня тянуло что-то внутри. Эмоции. Такой сильный гнев. Расползающаяся по всему периметру ярость и дикое, почти животное бешенство.

Вся группа с шоком смотрела на меня. На их лицах отражалась паника и абсолютное непонимание.

-Молчи. Я сказал молчать. Не произноси её имя. – не разжимая челюсть, выкрикнул я.

Ноги несли меня прямо к нему. Я взял его за шею:

-Не смей говорить о ней. –он пытался выкрутиться из моего захвата, отчаянно перебирая ногами и руками.

Он выл, хватая воздух ртом.

Я смотрел ему прямо в глаза, пытаясь найти в них ускользающую жизнь. Вдруг я почувствовал хруст. Он обмяк и свалился на пол, ударившись о стену головой.

Тишина. Было настолько тихо, что я мог расслышать, о чем шепчутся их мысли. Раздался щелчок. Тавр направил на меня пистолет слегка дрожащими руками.

-За убийство двух членов команды ты должен завершить трехфазовый круг справедливости своей смертью. –произнес он одно из правил их кодекса.

Вдруг его руки задрожали еще сильнее, и он направил пистолет на одного из бандитов. Из его глаз покатились слезы:

-Беру на себя ответственность за содеянное Мистером Китом Хейзом и перенаправляю на себя все обязанности в соответсвии с пунктом 34.1. – он выстрелил в молодого парня, следом убив и рядом стоящего толстого мужчину.

-Давай, положи его себе в рот. Ты вчера смотрел фильм с таким же концом. Тебе же понравилась его эпичность. Давай же. – я изподлобья смотрел на него, выдавливая из себя каждое слово.

Тавр подошел к одному из горячих трупов и начал жевать его пальцы. Из них начинала вытекать кровь. Ногти хрустели под зубами, а склизкая кожа вываливалась кусками из его рта.

Оставшиеся десять человек с ужасом смотрели на меня и на их куратора. Один парень попытался сбежать, но вскоре поплатился за это мучительным падением об твердый пол своей головой...по собственной инициативе. Когда Тавр доел он вновь встал, направив на кого-то оружие.

-Нет, пожалуйста, не надо! – это был его брат. В этой работе были замешаны целые семьи, которые впоследствии кончали пожизненными сроками в тюрьмах. – Брат! Прошу, остановись! Почему ты слушаешь этого мелкого подонка?!

Тавр начал приближаться к нему:

-Здесь все сошли с ума. В моей голове все сошли с ума! Ха-ха-ха! Я убью всех этих маленьких хомяков, чтобы выиграть самую большую игрушку! Нужно только ударить молоточком по голове последнего, и она будет моей! – он залился смехом, радостно хлопая в ладоши.

Он подошел к брату, прислонив пистолет к его затылку.

-Одумайся! Приди в себя, о каких играх ты говоришь? Нет! Умоляю!

-Большой белый носорог! Хочу его! Хочу сейчас! – он надавил на курок, но дверь, возле которой он стоял резко открылась, выкинув его в мою сторону.

-Всем стоять. Полиция штата Канзас. При оказании сопротивления, будут приняты меры. – Капитан Ли вместе с огромным отрядом начали скручивать преступников, выводя по очереди в машины.

-Хочу добить хомяка! –закричал Тавр, пытаясь вырваться из рук двух полицейских.

Мои глаза стала настигать пелена. Боль едко пролилась по телу, чем-то колким, укусив за лопатки. Я упал, разнеся волну силы по полу. Ноги каждого бандита согнулись в различных фигурах. Они закричали, пытаясь перебить хруст своих суставов.