Глава 7: И вот мы вне стен
— Приятного аппетита! — сказал Стив, откусывая блинчик с джемом.
— Спасибо, взаимно, — ответила я, следуя его примеру.
Было около полудня, а мы только недавно проснулись. Джо, как обычно, с утра уехал по делам, а Джей всё ещё не выходил из своей комнаты. Дом Джо был небольшой: три спальни, один санузел, кухня, соединённая с просторной гостиной. Джо спал в той комнате, где мы провели первые ночи — это была его территория. Мы со Стивом заняли вторую спальню с большой двухместной кроватью, а Джей ночевал в моей «бывшей» комнате. Этот дом стал мне почти родным, словно безопасное местечко, в котором я могла жить такую желанную, спокойную жизнь. И хотя я с самого начала понимала, что мы здесь временно, сейчас мне уже казалось немыслимым покинуть это место. Но одно я знала точно: настоящая жизнь, полная счастья и смысла, возможна только рядом с ними, с моими ребятами.
— О чём задумалась? — прервал мои мысли Стив.
— Да вот... думаю об этом доме. Он стал для меня родным. Будет трудно с ним расставаться.
— Но мы же пока никуда не собираемся, — улыбнулся он. — Кстати, расскажи, как ты жила всё это время. Я вижу, как ты изменилась, и мне не терпится узнать, что с тобой произошло.
— О, да ничего особенного, — пожала плечами я. — Перечитала дюжину книг, познакомилась с одной девушкой...
— С девушкой? — Стив приподнял брови, удивлённый моим заявлением.
— Да, её зовут Блэр. Ей девятнадцать. Она хорошая, очень помогла мне, когда я была на самом дне, после своей «смерти».
— Ты ей всё рассказала? — его лицо мгновенно изменилось. Лёгкость утра исчезла, и он посмотрел на меня уже серьёзным, настороженным взглядом.
— Нет, конечно, нет. Она знает лишь малую часть моего прошлого. Все наши тайны я, естественно, не раскрывала. В этом и есть прелесть нашего общения — я могу быть с ней обычной девушкой, без прошлого, без тяготящей памяти о криминале и мнимом самоубийстве.
— Моя малышка... — тихо произнёс Стив, и в его голосе появились нотки сожаления. — Сколько же всего тебе пришлось пережить. И всё из-за нас-балбесов...
— Ты о чём? — с удивлением переспросила я.
— Глория, я многое переосмыслил. Если бы Алекс не уговорил вас с Ребеккой поехать с нами, если бы у кого-то из нас хватило мозгов отправить вас назад, ничего этого бы не случилось. Ты бы спокойно жила свою жизнь, а Беккс... она была бы жива.
Его лицо помрачнело, когда он произнёс её имя. Я видела, как тяжело ему вспоминать об этом, но что-то внутри подталкивало меня сказать правду.
— Стив... — начала я, чувствуя, как слова застревают в горле. — Всё не так, как ты думаешь. Возможно, да, Ребекка была бы жива, и мне бы этого очень хотелось. Но моя жизнь... она бы точно не была такой простой и безоблачной, как ты думаешь. Скорее всего, я бы уже была мертва.
— Что? — Стив замер, не веря своим ушам.
— Алекс не случайно придумал всю эту историю с инсценировкой смерти. Дело в том, что ещё до нашей встречи с вами, я была в очень плохом состоянии. Я дала себе пятьдесят дней... чтобы либо найти смысл, либо убедиться, что его нет. И если бы не наш с вами путь... я бы не дожила до конца этого срока.
Стив откинулся на спинку стула, пытаясь осмыслить мои слова. Я видела, как его дыхание стало более тяжёлым, а взгляд потерянным. Он молчал, и я молчала, давая ему время. Через несколько минут он тихо спросил:
— И когда ты передумала?
— Передумала что? — переспросила я, не сразу понимая, о чём он.
— Умирать.
— Это сложно сказать, — задумалась я. — Иногда мне казалось, что жизнь не такая уж плохая, а иногда — что она полное дерьмо.
— Поэтому ты согласилась поехать с нами? Потому что тебе было уже нечего терять?
— Отчасти да. Я подумала, что если вы окажетесь психами или убийцами, то, возможно, это даже к лучшему. Я всё равно собиралась умереть, так что разница была невелика.
— Ух... — протянул Стив. — Ты умеешь удивлять. Но подожди, значит, Алекс знал?
— Да. Я рассказала ему, когда мы попали в аварию, и осколок стекла застрял у меня в боку.
— Но почему ты мне не рассказала? — голос Стива дрогнул.
Я почувствовала, как его боль нарастает. Сначала от того, что он услышал правду о моих планах, а затем от осознания, что я доверилась Алексу, а не ему. Напряжение в воздухе нарастало, и я решила смягчить его:
— Потому что не хотела тебя ранить. Когда мы начали встречаться, мысли о смерти покинули меня. Я хотела жить — жить ради того, чтобы видеть тебя каждое утро, слышать твой голос. Мысли о смерти вернулись только тогда, когда я потеряла тебя. Когда копы разлучили нас, оттянув друг от друга и затолкали в разные машины. Тогда я снова хотела умереть. Но в голове звучали только твои слова: «Мы ещё встретимся, малышка».
Мои слова заставили слёзы покатиться по щекам. Всё, что мы пережили, вдруг вернулось ко мне, как болезненный всплеск воспоминаний. Но сейчас я сидела рядом с ним, моим Стивом, могла дотронуться до него, обнять. И он не заставил себя ждать. Поднявшись, он присел на колени рядом со мной и крепко обнял, прижимая меня к себе. Я положила голову ему на плечо, и его тепло стало для меня лучшим утешением. Всхлипы постепенно стихли, и я почувствовала, как боль уходит.
— У тебя больше никогда не появится мыслей о смерти, я обещаю, — прошептал Стив мне на ухо.
И я верила ему. Моя жизнь была теперь слишком драгоценной, ведь за неё уже была заплачена слишком высокая цена — цена жизни Ребекки.
❊❋❊
Мы со Стивом шли за руку по парку, который уже стал моим любимым местом. Я показывала ему знакомые уголки, связанные с моими личными воспоминаниями, и радовалась, как ребёнок, что могу разделить это с ним. Когда он был рядом, я чувствовала себя защищённой, словно весь мир вдруг становился менее опасным. В такие моменты казалось, что ничего страшного не может случиться, пока мы вместе.
В своих мыслях я не сразу заметила, как мы подошли к тому самому фургончику с кофе, куда я часто захаживала.
— Привет, Мэтт! — радостно поприветствовала я бариста.
— Привет, Моника! Рад тебя видеть! Как обычно кофе? — спросил он, широко улыбаясь.
— Да! Но сегодня два, — ответила я с улыбкой.
— О, ты сегодня с Блэр? — Мэтт поднял брови, оглядываясь в поисках её.
— Нет, — сказала я гордо, притягивая за руку Стива, который стоял неподалёку, докуривая сигарету. — Сегодня я с этим молодым человеком.
Парень усмехнулся и протянул руку:
— Рад знакомству! Мэтт .
— Стив, — ответил блондин, пожимая руку.
Через пару минут наш кофе был готов, и, расплатившись, мы продолжили прогулку по извилистым тропинкам парка. Я наслаждалась каждым мгновением, но внезапно Стив, натянув хитрую ухмылку, прервал тишину:
— А ты, смотрю, время зря не теряла.
— В смысле? — я прищурилась, пытаясь понять, о чём он.
— Любовника тут себе завела, да?
— Стив, это настолько банально, что даже не смешно, — сказала я, не удержавшись от смеха.
И мы разразились хохотом, как дети, смеясь над этой нелепой шуткой. Это было так похоже на нас — смеяться до слёз над всякими глупостями, подшучивать друг над другом по мелочам, зная, что на свете нет никого роднее.
— А вот она, моя любимая лавочка! — радостно воскликнула я, указывая на знакомое место, где когда-то провела несколько счастливых часов.
— Самое безлюдное место в этом парке. Не удивлен, что это твоё любимое, — с лёгкой усмешкой отозвался Стив.
— Именно так. Садись, — ответила я, с притворной строгостью хлопнув по лавке рядом с собой.
Мы сели, и тишина, казалось, окутала нас со всех сторон. Весь мир словно растворился, оставив лишь редкое пение птиц и легкий шелест листвы над головой. В такие моменты время будто замирает, позволяя насладиться покоем. Но внутри меня всё ещё сидели вопросы, которые не давали покоя. Я знала, что этот момент тишины рано или поздно закончится — и тогда настанет время ответов. Я позволила нам немного подышать этим умиротворением, но терпение вскоре иссякло.
— Нам нужно поговорить, — произнесла я спокойно, но твёрдо.
— О чём? — Стив напрягся, как будто предчувствуя, что разговор не будет лёгким.
— Я хочу знать всё. Как вы выбрались из тюрьмы? И почему Алекс всё ещё там? И, пожалуйста, на этот раз не увиливай — мне нужна правда, какой бы ужасной она ни была. Я готова.
Стив глубоко вздохнул, его взгляд устремился куда-то в пустоту, как будто он искал там подходящие слова. Некоторое время он молчал, затем медленно достал пачку сигарет из кармана, протянул одну мне. Я взяла её, понимая, что разговор будет долгим и трудным. Стив прикурил, затянулся и наконец заговорил:
— Когда мы ещё только начинали с мелкими делишками, мы все понимали: рано или поздно всё это приведёт нас в тюрьму. Мы часто говорили себе и друг другу, что вот-вот бросим всю эту грязь и займёмся только музыкой. Но, как ты знаешь, когда однажды попробуешь лёгкие деньги, отказаться от них не так просто.
— Но ведь у Джо получилось, — я не сдержалась.
— Да, получилось. Но это не значит, что у всех могло быть так же. Мы с Алексом и Джеем — сломанные дети, Глория. Мы ушли из домов слишком рано, слишком юными. Нам не было и шестнадцати, когда жизнь заставила нас жить на улицах. А Джо... у него всё было по-другому. Он стоял лишь на пороге криминальной жизни, когда мы уже увязли в ней по уши. У него была поддержка семьи. Они вытащили его, когда это было нужно больше всего.
— А ваши семьи? Я знаю историю Алекса, но что насчёт тебя и Джея? Как вы оказались на улице?
— У меня была только мать. Отца я никогда не знал, да и мать была больше погружена в свою жизнь, чем в мою. Зато у меня была няня, — Стив усмехнулся, и я сразу поняла, к чему он клонит.
— Та самая Эмили? Твоя первая любовь? — улыбнулась я.
— Она самая. В общем, однажды мне надоело быть вечно на последнем месте для матери. Я устроил бунт и сбежал, думая, что она осознает свою ошибку и будет искать меня. Но этого не произошло... — Стив опустил голову, и я почувствовала, что ему было тяжело. Он делился самыми болезненными воспоминаниями ради меня, и я чувствовала огромную благодарность за это.
Я решила ненадолго сменить тему и спросила:
— А что с Джеем?
— Джей... — на лице Стива появилась тёплая улыбка, — тот ещё болван. У него была хорошая семья, и она у него до сих пор есть. Они поддерживают связь, его родители всегда готовы принять его обратно. Но Джей не хочет возвращаться. Я не знаю, почему, но он уже был частью улиц, когда мы встретились. Нас объединила любовь к музыке. Это была единственная вещь, что давала нам свет. Мы действительно могли собирать залы.
— Я помню. Мы с Ребеккой ходили на ваши концерты. Вы тогда были любимцами публики. Мне кажется, это ваше истинное призвание.
— Хотелось бы так думать. Но давай будем реалистами. Мы — отбросы общества. Никто не захочет иметь с нами дело, зная нашу настоящую историю. Мы сделали свой выбор, и теперь спокойная жизнь осталась за горизонтом. Люди будут ассоциировать нас только с худшим.
— Я уверена, что всё наладится. Пусть это звучит наивно, но поддержка, любовь и вера друг в друга поможет нам выбраться. И мы сможем это пережить. Вместе.
Стив посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и мягкой грустью в глазах.
— Не могу поверить, что ты всё ещё моя малышка. Ты стала такой сильной за это время. Я горжусь тобой, Глория.
— Теперь я Моника, Стив. Моника, — с улыбкой поправила я.
Стив усмехнулся, но ничего не сказал. Он медленно докурил сигарету, стряхнул пепел и раздавил окурок носком ботинка. Я видела, что он тянет время, выбирая слова.
— Так что насчёт тюрьмы? — напомнила я, снова возвращая его к главному вопросу.
— Да, тюрьма... — Стив вздохнул и наконец заговорил: — План нашего освобождения был готов ещё до того, как нас упекли. Алекс всегда продумывает всё на шаг вперёд.
Я скептически подняла бровь:
— Ты хочешь сказать, что вы заранее знали, что попадёте в тюрьму?
— Не совсем. Мы понимали, что рано или поздно это случится. Мы просто подготовились заранее, чтобы в случае чего не сидеть там годами.
Я молча смотрела на него, давая возможность объясниться.
— Алекс договорился с нужными людьми. Нас не должны были держать долго, только пока не разберутся с формальностями. Конечно, пришлось заплатить, но, к счастью, у нас были запасы. Джо передал деньги тем, кому нужно, и нас с Джеем выпустили.
— А Алекс? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Стив потёр лицо рукой, явно не желая говорить.
— Алекс... Он решил остаться.
— Что значит «решил остаться»?! — я почувствовала, как гнев и беспокойство начинают нарастать. — Это что, его новая благотворительная акция?!
— Глория... — Стив посмотрел на меня мягко, но твёрдо. — Он остался по делу.
— Какое ещё, чёрт возьми, дело?!
— У нас был выбор: либо мы все сидим, либо один из нас задерживается подольше, чтобы убедиться, что всё идёт по плану. Алекс решил, что это будет он.
Я сжала руки в кулаки.
— Это так на него похоже! Всё тащит на себе, думая, что он герой.
— Он не герой, он просто Алекс, — вздохнул Стив. — Но он не останется там надолго, я обещаю. Всё уже улажено, и через пару месяцев он выйдет.
— Надеюсь, — пробормотала я, всё ещё злясь, но зная, что спорить бесполезно. Алекс всегда делает то, что считает нужным.
Мы сидели молча, каждый в своих мыслях, пока вдруг не раздался голос из-за спины:
— Ну, наконец-то! Вы закончили свою драматичную сцену? А то я уже заскучал.
Я обернулась и увидела Джея, стоящего рядом с лавочкой и держащего в руках пакет с продуктами.
— Ты подслушивал?! — возмутилась я.
— Ну да, а что ещё делать, пока вы тут фильм на Оскар разыгрываете? — Джей ухмыльнулся. — Я вообще-то за хлебом ходил, а тут такое.
Стив фыркнул:
— С чего ты взял, что это было драматично?
— Ой, да ладно! — Джей картинно закатил глаза. — «О, Алекс такой самоотверженный, он пожертвовал собой ради нас...» Да я это в каждом вашем разговоре слышу. Успокойтесь уже, он выберется.
— Спасибо, Джей, твоя поддержка бесценна, — съязвила я.
— Всегда пожалуйста, — он театрально поклонился.
Я покачала головой, но внутри стало чуть легче. Джей, как всегда, умел разрядить обстановку, даже если делал это самым нелепым способом.
— Ладно, пойдёмте домой, — сказал Стив. — Джей, надеюсь, ты купил хоть что-то кроме снеков?
— А вот это уже было обидно! — хмыкнул Джей.
Я улыбнулась. Как бы странно ни складывалась наша жизнь, одно оставалось неизменным: когда мы вместе, всё не так уж плохо.
❊❋❊
Мы вернулись домой ближе к вечеру, так как решили ещё прогуляться по парку. Джо уже был на месте, развалившись на диване в гостиной, читал какую-то потрёпанную книгу в мягкой обложке. Увидев нас, он поднял голову, окинул взглядом сначала меня и Стива, потом посмотрел на Джея, который с гордостью продемонстрировал ему пакет с продуктами.
— Ну, наконец-то, — спокойно сказал Джо, закрывая книгу. — Я уж думал, вы там решили устроить пикник в парке.
— Идея, кстати, не такая уж плохая, — усмехнулся Джей, швыряя пакет на кухонный стол. — В следующий раз так и сделаем.
Я скинула куртку и прошла на кухню, чтобы разобрать продукты. Овощи, хлеб, сыр, несколько упаковок лапши быстрого приготовления... Я покачала головой и скептически посмотрела на Джея:
— Это ты называешь нормальными покупками?
— А что? Очень даже сбалансированный рацион. — Он пожал плечами.
— Ладно, будем импровизировать, — пробормотала я, доставая сковороду.
Спустя полчаса мы сидели за столом, ужиная. В воздухе витал запах тушёных овощей, поджаренного хлеба и сыра, растаявшего от тепла. Еда была простой, но домашней. Той самой, что создаёт уют и напоминает, что ты дома.
— Надо отметить наше воссоединение, — вдруг сказал Джо, откинувшись на спинку стула.
— Я за, — тут же отозвался Джей. — Где твои запасы, Джо?
— В подвале. Но вам туда вход запрещён, — ухмыльнулся он.
— Вот так всегда, — вздохнул Джей.
Я улыбнулась, наблюдая за ними. Эти простые разговоры, подколы, тёплый свет лампы над столом — всё это напоминало мне о том, как сильно я дорожу этим местом и этими людьми.
— Ну, и что теперь? — спросил Стив, откусывая кусок хлеба. — Каковы наши планы?
— Пока сидим тихо, — ответил Джо. — Алекс скоро выйдет, и тогда решим, что делать дальше.
— Если ему вообще стоит с нами связываться, — пробормотала я.
Все посмотрели на меня.
— Ты о чём? — нахмурился Стив.
Я отвела взгляд и покрутила вилку в тарелке.
— Просто... он всегда был тем, кто нас вытаскивал. Тем, кто брал на себя удары. А что, если он устал? Что, если он хочет жить нормальной жизнью, без всей этой беготни?
— Алекс не из тех, кто выбирает лёгкие пути, — сказал Джо.
— Это-то меня и беспокоит, — тихо произнесла я.
Наступила тишина. Я знала, что мы все думаем об одном и том же. О том, что наш круг снова замыкается. Что как бы мы ни старались выбраться, нас всё равно затягивает обратно.
Но пока мы сидели здесь, в этом доме, за этим столом, мне хотелось верить, что у нас есть шанс.
Шанс просто жить.