Глава 6.
– Чего сидишь? Слезай! – командует разбойник, облокотившись спиной о дерево. Мне хочется разрыдаться. Самое обидное в этой ситуации – это предательство. Предательство того человека, который был со мной в последнее время и постоянно убеждал, что хочет защитить меня, ни за что не причинит мне вреда...
Я спускаюсь с лошади, Нейт – тоже.
– При ней тут ещё монеты были. Нужны?
– Ещё спрашиваешь! Конечно, нужны!
Интересно, успею ли я сбежать, пока Нейт отдаёт разбойнику монеты, которые были вовсе не при мне. А может быть, это он специально так сделал? Отвлекающий манёвр?
Какая же я наивная! Какой ещё отвлекающий манёвр? Самой не смешно от этой мысли?
Нейт медлительно копается в рюкзаке. Присмотревшись, я понимаю, что он ничего не ищет, не достаёт, лишь тянет время. Вдруг он быстро хватает один из своих клинков. Теперь в его правой руке блестит, отражая слабые солнечные лучи, нож. Быстрым движением Нейт подносит клинок к горлу разбойника, который всё ещё опирается спиной о дерево.
– Ты никогда не причинишь ей вреда, – сквозь зубы цедит Нейт. А после бьёт разбойника по лицу.
– Эй, ребята, нападайте! – кричит разбойник. Как я поняла, он – их главарь.
Из кустов выпрыгивают шестеро разбойников. У каждого по одному клинку в руке. Двое бегут ко мне, остальные – к Нейту.
Я делаю шаг назад, в попытках прижаться спиной к дереву, чтобы никто не смог напасть на меня сзади. Вытягиваю руку с клинком вперёд, уверенно переводя его остриё с одного разбойника на другого. Их глаза горят жестокостью, как глаза голодных диких зверей, готовых вот-вот меня растерзать. На мгновение на меня накатывает огромная волна паники, но, сделав пору глубоких
Один из разбойников приближается ко мне, начиная нападение. Мне было бы удобнее и легче сражаться с кинжалом, но сейчас у меня есть только клинок. Бандит, быстро прицелившись в мою шею, метает нож. Я успеваю с визгом увернуться. Не теряя времени, бегу прямо на разбойника, который ещё не успел сориентироваться. Одним взмахом руки я разрезаю его и так рваную рубаху, сильно полоснув клинком его живот, из которого моментально начинает литься кровь. К горлу подступает тошнота, которую я с трудом проглатываю. Слегка переплетаю наши голени так, чтобы бандит упал. У меня это получается. Бандит падает на землю, держась за раненый живот. Кровь расползается во все стороны. От такого зрелища и запаха меня начинает тошнить. Но сейчас я откладываю брезгливость и чистоплотность на задний план. С трудом отбиваюсь от второго разбойника, который успевает хорошенько ранить мою голень, в ответ на что получает несколько сильных ударов кулаком в лицо. Задыхаюсь от боли и страха, отходя прочь от двух разбойников, валяющихся на земле. Тяжело дышу и закрываю рот рукой, видя, что происходит вокруг меня.
Отдышавшись, я замечаю, что все разбойники нападают на Нейта. Да, он предал меня, я могу убежать, пока никто не видит меня. Но можно ли это назвать предательством? Несколько минут назад Нейт мог спокойно уехать, бросив меня, но он этого не сделал. А предавал ли он меня вообще?
Опомнившись и успокоившись, я крепче сжимаю клинок в кулаке, быстро, стараясь игнорировать боль в ноге, подбегаю к одному бандиту, который нападает на Нейта, и, потратив приличное количество времени, чтобы наконец решиться, вонзаю в его спину клинок. Разбойник, ругаясь из последних сил, падает на землю. Воздух полон металлического привкуса крови. Мои руки начинают трястись до такой степени сильно, что я совсем не могу их контролировать. Я успеваю поймать мимолётный благодарный взгляд Нейта.
Тем временем мой клинок остался в спине разбойника, я обезоружена. Сзади я слышу голос главного бандита:
– Теперь будет честный бой один на один.
Я чувствую на своей шее тонкую, но прочную удавку, с каждым мгновением которая затягивается всё у́же и у́же. Я бью противника локтём в живот. Раз. Второй. Третий. Я слышу, как разбойник тихо ругается и кряхтит при каждом ударе, но меня он не отпускает. Воздуха становится всё меньше. Мне трудно дышать. Четвёртый удар. Пятый. Из моего горла вырываются последние хрипы. Падаю на колени и начинаю кашлять в тот момент, когда удавка на моей шее слабеет и слетает. Прокашлявшись, я жадно глотаю воздух. Пытаюсь подняться, но тщетно. Поэтому я поднимаю голову из последних сил и наблюдаю за происходящим.
Нейт раз за разом втыкает клинок в плечо главного разбойника, пока тот, схватившись за раненое плечо целой рукой, не валится на землю.
– Извини, Альфред Бутман, сегодня снова победил я, – произносит Нейт, поставив ногу на грудь бандита.
Тошнота снова подкатывает к горлу, когда я вижу семь окровавленных тел на земле и чувствую металлический запах. Продолжаю жадно глотать воздух, осмысливая произошедшее. Из глаза капает одна единственная слеза.
Бой окончен!
Мы победили!
Ко мне подбегает Нейт. Только сейчас на его лице появляется растерянность. Он быстро проверяет моё тело на наличие серьёзных ран, а следом крепко, но аккуратно обнимает меня, чтобы я могла спокойно дышать.
В моей голове крутятся кучи мыслей, но я не могу озвучить ни одну из них.
Могу ли я ему доверять?..
– Принцесса, прошу, поверь мне. Я ни за что и никогда не причиню тебе вреда. Я понимаю, ты напугана, ты сомневаешься, можно ли мне верить, но другого выхода не было. Только согласившись, я мог обеспечить нам шанс на жизнь.
Я понимаю, что иного выхода действительно не было. Но не знаю, смогу ли я доверять Нейту после такого...
Шпион наспех обрабатывает кровоточащую рану на моей ноге. А спустя несколько минут он забирает клинки, которые потеряли разбойники, проверяет их карманы, забирает всё, что имеет хоть какую-то ценность. Мы садимся на лошадей и отправляемся во дворец.
– Я ожидал, что ты дерёшься намного лучше, раз учишься у самого капитана гвардии Клиффорда Эттвуда, – усмехается Нейт. А в ответ я лишь недовольно что-то бурчу.
Меня преследует мысль, что я убила этих людей. Да, они были разбойниками, но меня всё равно пугает эта мысль. Кто я после такого? Как смогу забыть о таком?
– Нейт, а эти разбойники...я их...
Я не успеваю договорить, как Нейт моментально отвечает:
– Нет, они живы. Просто без сознания. Пройдёт несколько часов, и они продолжат грабить невинных людей.
От его слов на душе становится спокойнее. Хотя бы меня не будут преследовать лица разбойников, которые будут винить меня, во снах.
♥♥♥
Следующей ночью мы возвращаемся в замок. Меня здесь не было 8 дней. Мы оставляем лошадей в конюшне, и пробираемся в замок по слабоосвещённым секретным ходам, о которых я не знала. По пути нам часто встречаются служанки, от которых мы прячемся, скрываясь в специальных секретных отверстиях в стенах.
Наконец, мы доходим до нужной нам точки. Нейт останавливается перед стеной, на которой расположены механизмы, позволяющие открываться и закрываться секретным дверям.
– Ну всё, мы пришли, – шепчет Нейт.
– Надеюсь, больше не увидимся, – улыбаюсь я. А на самом деле, я не хочу, чтобы сегодняшняя встреча была последней. Мне хочется вновь увидеть этого молодого человека, к которому по непонятным мне причинам тянется моя душа, и эти уверенные зелёные глаза, что становятся волшебно красивыми при свете солнца или луны. Но разум понимает, что эта встреча должна быть последней, и я должна забыть те дни, проведённые вне замка, и всех людей, которых я тогда увидела и узнала.
– Я тоже буду скучать. Это ведь ты хотела сказать?
На наших лицах улыбки, но за моей кроется страх. Страх перед неизвестностью. Страх остаться одной. Страх сбиться с пути. Этого боюсь я. А о чём думает сейчас Нейт, что его пугает? Я вижу, что он тоже не рад прощанию.
Нейт тянет маленький рычаг, стена перед нами разъезжается. Перед моими глазами моя комната. Нейт легонько толкает меня вперёд, но этого хватает, чтобы я очутилась в своих покоях. Нейт снова тянет рычаг, и секретная дверь между нами быстро закрывается. Я остаюсь одна. В плаще Нейта.
Мне срочно нужно найти Мелиссу и рассказать ей обо всём.