Пятый круг Ада
Тэхен нервно выдыхает, нахаживая уже девятый круг вокруг своей оси, прикрывая губы рукой.
— Чего ты такой нервный? — смеется Чон, болтая в воздухе ногами, наблюдая за мучениями парня.
— Нервный? Ты, должно быть, шутишь? — психует Ким, разводя руками в воздухе, но тут же возвращая дрожащие пальцы на губы.
— Ты прав, мы не умеем говорить правду, но я не издеваюсь над тобой, — хихикает брюнет, переворачиваясь с живота на спину, прекращая тревожить воздух.
— Сказал мне демон, — фырчит Тэхен, с силой надавливая на собственные губы, что припекали в месте печати оставленной Гуком.
— Теперь я твой фамильяр, поэтому называй меня по имени, — возмущается брюнет, подрываясь с места и отлипая тэхеновы руки от губ.
— Ты, — с нажимом тянет блондин, — обязан меня слушаться, а не наоборот.
— Какие мы страшные в гневе, — смеется Гук, убирая руки, — не злись, детка, я всего лишь помочь хочу.
— Какая тебе с этого выгода? — с подозрением выдает Тэхен, пихая руки в карманы формы, иначе снова вернет их на обжигающее место.
Чонгук хмурится, потому что действительно сделал это из выгоды себе, только вот пастырю об этом знать необязательно. Не каждый день Дьявол становится фамильяром и подчиняется воли смертного. А Чонгуку это было необходимо, потому что теперь отцу будет сложнее отыскать его. Чон вообще-то очень своенравный, поэтому Сатана не поверит, что парень подчинил свою силу нерадивому блондину, пусть и весьма сильному.
— Забавно стало, вот и все, — в итоге выдает Гук, отворачиваясь от пастыря, потому что фамильярам больно лгать в глаза хозяину.
— Забавно? Я тебе клоун на выезде? — злится Тэхен, пиная демона под зад, потому что он ни разу не клоун.
Чон давится воздухом, забывая даже до конца выдохнуть, потому что дерзости блондину не занимать, а руки так и чешутся разорвать дурную плоть и сожрать прогнившую душу.
— Ноги к заду привяжи, раз они живут отдельно, — сквозь зубы сообщает Чон, медленно разворачиваясь к своему хозяину, что мило давит лыбу, а после пинает вновь, теперь уже далеко не по заду.
— Мои яички, — тянет демон, прежде чем свалиться в болезненных конвульсиях на пол.
Тэхен звонко смеется, наблюдая за мучениями своего фамильяра.
— Больно, блять! — возмущается брюнет, хватаясь за ногу Кима и резко подсекая ее под коленом, позволяя пастырю со звонким грохотом упасть рядом, чудом не задев головой столик.
— Совсем страх потерял?! — кричит Тэхен, потирая пятую точку. Копчик удачно отбит.
— А нечего ноги распускать, скотина, — в тон парню, произносит Гук, садясь на ноющий зад.
— Ты не клоун, просто я знаю причину, по которой ни один фамильяр не рискнул прийти к тебе, — словно делая одолжение, именно таким тоном это прозвучало из уст демона.
Тэхен тут же выпрямляется, с полной готовностью внимать всю информацию от брюнета, но Чонгук лишь хрипло смеется, хватая пастыря за руки.
— Это сложно пояснить, поэтому доверься мне и почувствуй, — голос становится все тише, а метка на губах и плече вновь отдают жаром, пробивая тело крупной дрожью и вихрем новых эмоций. Демон сидит в паре сантиметров, с интересом заглядывая в черные зрачки пастыря, впитывая всю энергию и радуясь, что парень не из слабых.
— Что ты делаешь? — не понимает его действий Тэхен, жмурясь от неприятных ощущений в плече.
— Просто почувствуй это, — затыкает его демон, мягко целуя в губы, позволяя печати вновь вспыхнуть на губах и пробежать волной вниз, до самых кончиков на пальцах ног.
Тэхен чувствует, как плавится, а его тело окутывает вакуум, погружая в теплую негу, похожую на мягкий пудинг из знаменитой пекарни Парижа. Внутри расцветает сакура, побуждая творить и создавать только прекрасное. Краски удовольствия сплетаются в одно целое, затрагивая нервные окончания и позволяя блондину вздрогнуть. Руки демона такие горячие и притягательные, что хочется непроизвольно выдохнуть, позволяя легким потрескаться от восхитительного аромата цитрусовых - с ноткой легкого велюра и пожелтевших книг.
Мягкость чужого тела определенно нравится будущему Владыке, поэтому демон не спешит прервать поцелуй, продолжая невесомо цепляться за пухлые губы пастыря, ощущая покалывания в уголочках собственных губ. Руки сами собой укладываются на талию блондина, проводя еле заметную нить возбуждения. Тэхена всего трясет, потому что краски неожиданно сменяются в оттенках, погружаясь в интимный красный, затем уплывая в бордовый.
Печати горят в разных диапазонах: на губах в приятном пульсирующем, а на плече в опасном и разрывном.
Чонгук и сам не успевает отследить эмоции своего хозяина, когда парень с силой отталкивает его от себя. Не руками, а собственной силой, оставляя в хлипкой стене весомую вмятину от тела демона.
— Что? Что это было такое? — тихо шепчет Ким, переводя дыхание, ощущая облегчение со вкусом разочарования.
— А ты сам не понял? — выдыхает Гук, отряхивая спину от крошек краски.
— Что я должен был понять? — не понимает Ким, нервно сжимая резной крест на груди формы. Ему страшно от этих ощущений.
— Будь это низший демон, он бы не выжил от одного «заключения» контракта с тобой, — поясняет Чон, садясь на край кровати.
— Но ты же выжил, — упрямится Тэхен, смотря на демона изучающим взглядом.
— Я? Я ведь сильный демон, меня таким не убьешь, а вот сошки дохнут только так, поэтому никто и не рискнул выйти к тебе, понимаешь, Тэхен?
Блондин вздрагивает от звука собственного имени, потому что в нем скрыто гораздо больше смысла, чем в предыдущих словах. Что-то интимное до безумия.
— Значит, ты не умрешь? — зачем-то спрашивает Тэхен, хотя знает ответ заранее, иначе бы он не заполучил себе фамильяра.
— Пока твои силы не так велики, поэтому, думаю, что нет, — слабо улыбается демон, нервно зачесывая волосы назад.
— Ясно, — хрипит Тэхен, вставая с пола на ватных ногах, потому что дрожь еще не ушла, а метка на плече все еще бьет по нервам.
— Что там с твоим подопечным? — интересуется Гук, стараясь перевести тему на более расслабленную, если так вообще можно выразиться.
— Пак Чимин, подросток, — читает Тэхен досье на парня, — хотел покончить жизнь самоубийством дважды, сейчас ищет демона для сотрудничества.
— Глупо, не находишь? — делится своими мыслями демон, смотря на хмурого Кима.
— Еще как, — соглашается пастырь, листая дальше, смотря чуть ниже.
— Я не о том, просто мы не выходим на контакт с суицидниками, — изрекает свою мысль демон, смотря на Тэ.
— Откуда информация? — саркастическим тоном интересуется блондин, вычитывая имя демона, который уже согласился на встречу.
— В Гагеле забивал по юности, — как ни в чем не бывало, чеканит Гук, тут же встречая насмехающийся взгляд пастыря.
— Пора бы уже понять, что Гагель врать может.