55
Наступило утро. Тяжелое, свинцовое утро. Я встала с кровати, словно автомат, и начала собираться. Черные брюки, черная водолазка – все, что могла найти темного в своем гардеробе. Красные от слез глаза выдавали пережитую боль, но я не пыталась их скрыть.
Я уже была в суде. Адвокаты, журналисты, родственники, и мои знакомые и такие родные лица: Каролина. Она стояла в стороне, отвернувшись от меня. И Влад. Его появление стало ударом под дых. Видеть его было невыносимо больно. В груди все сжалось, перехватило дыхание. Влад… убийца моего брата. Человек, которого я любила, люблю...
Каролина даже не оглянулась в мою сторону. Она словно не замечала меня. И от этого становилось еще больнее.
Суд прошел как в тумане. Я практически не слушала, что говорят. Все происходило как будто не со мной. Илье дали срок – 5 лет. Не знаю, много это или мало. Мне было все равно.
После заседания Каролина подошла ко мне. Ее глаза тоже были красными от слез.
—Нам нужно в офис, - сказала она, глядя куда-то в сторону. —Нас там ждут.
Это были все слова, которые она произнесла за весь сегодняшний день. Молча, мы вышли из здания суда и поехали в офис.
Там нас ждали. Начальник, журналисты, фотографы. Они улыбались, поздравляли, восхищались. Вручали какие-то грамоты, пожимали руки. Мне было противно от всего этого фарса.
Каролина получила "Знак Отличия за Отвагу и Профессионализм". Мне вручили такую же награду. Мы раскрыли дело "Призрака". Теперь официально все кончено. Мы – герои.
Но какой ценой? Преданная любовь, разрушенная дружба. Илья в тюрьме. Влад – беглец. А я – опустошенная и разбитая.
Забрав награду, я молча вышла из офиса. Каролина не последовала за мной. Я понимала, что между нами пропасть. И, возможно, ее уже не преодолеть.
Вернувшись домой, я рухнула на кровать, не раздеваясь. Боль и усталость выжали меня до капли. Перед тем, как провалиться в сон, я снова выплакалась, пытаясь выплеснуть из себя всю горечь и отчаяние.
Утро встретило меня той же серостью и тоской. Все было как вчера: пустота в душе, тяжесть в теле и безысходность впереди. Но сегодня я решила действовать. Я должна поговорить с Владом. Узнать правду. Узнать, почему он убил моего брата.
С трудом я нашла в себе силы набрать его номер. Сердце бешено колотилось, пальцы дрожали. Он ответил сразу же, чего я совсем не ожидала.
—Влад? - прошептала я.
—Мелисса?- в его голосе слышалось удивление.
—Нам нужно поговорить. Пожалуйста, приди ко мне.
Он помолчал несколько секунд, а потом ответил: —Я приду.
Положив трубку, я почувствовала, как внутри нарастает тревога. Что я ему скажу? Как себя вести? Но я знала одно: я должна узнать правду.
Собрав остатки сил, я привела себя в порядок. Умылась, причесалась, надела первое, что попалось под руку. Потом немного прибралась в квартире, убрала разбросанные вещи, вытерла пыль. Нужно было создать хотя бы видимость нормальной жизни.
В дверь постучали. Сердце замерло на мгновение. Это он.
Сделав глубокий вдох, я открыла дверь. На пороге стоял Влад. Он выглядел уставшим и похудевшим. В руках у него был какой-то пакет.
—Привет, - тихо произнес он.
—Проходи.
Я пропустила его в квартиру, и мы молча прошли на кухню. Он поставил пакет на стол и сел напротив меня. Я села тоже.
В комнате повисла напряженная тишина. Мы смотрели друг на друга, не зная, с чего начать.
Тишина в кухне давила на виски. Я смотрела на него, пытаясь разглядеть в знакомых чертах хоть что-то настоящее. Собрала всю волю в кулак и выдавила из себя: —То, что он сказал… Это правда? Ты убил моего брата?
Он кивнул. Один короткий, безжалостный кивок, разрушивший все мои надежды.
Новая волна слез хлынула из глаз, обжигая кожу. Я вскочила со стула, готовая бежать прочь, лишь бы не видеть его, не слышать его, не чувствовать его присутствие.
Но Влад мгновенно среагировал. Он схватил меня за руку, крепко, но не больно, и усадил обратно на место.
—Пожалуйста, - прошептал он, глядя мне прямо в глаза. —Дай мне все объяснить. Я понимаю, ты никогда не простишь меня, но просто дай мне сказать. Я должен это сделать.
Я колебалась. Стоит ли слушать его? Стоит ли вновь открывать свою душу для этой боли? Но что-то внутри меня заставило кивнуть.
Влад глубоко вздохнул и начал говорить. Его голос был тихим, хриплым, полным горечи.
—Я состоял в "Призраке". Да, это правда. Но это была ошибка. Я был глуп и молод, не понимал, во что ввязался. Я хотел доказать свою силу, показать, что чего-то стою. Даниил был моим самым лучшим другом. И Мирон, кстати, тоже.
Вот почему они с Ильёй были на его похоронах.
Потом он посмотрел мне в глаза, и я увидела там боль и отчаяние: —Мне пришлось убить его. Это был приказ. Он не выполнил задание. То есть… убить тебя. Если бы я отказался, то мне пришлось бы прощаться с моей семьей. Они бы убили моих родителей, мою сестру…
Слезы текли по моему лицу, не переставая. Я не могла поверить в то, что слышу. Как он мог? Как он мог предать меня, предать Даниила?
Подвиг брата, тронул меня до глубины души. Он предпочел лишить себя своей же жизни, чем отнять ее у меня. Не зря я им гордилась, и горжусь по сей день.
Резко встав со стула, я влепила ему пощечину. Сильную, отчаянную. Чтобы хоть немного заглушить ту боль, что разрывала меня изнутри.
Влад молча принял удар. Его лицо оставалось неподвижным, лишь в глазах мелькнула тень боли. Но он одобрительно кивнул, будто согласился с моим ударом.
Он не стал оправдываться, не стал просить прощения. Просто встал со стула и молча ушел, оставив меня одну с этой страшной правдой.
После его ухода я сорвалась. Я бросала все, что попадалось под руку: подушки, книги, вазы. Все летело в стену, разбиваясь вдребезги. Мне нужно было выплеснуть эту боль, эту ярость, эту ненависть.
Я плакала, кричала, выла, словно раненый зверь. Слова, сказанные Владом, эхом отдавались в голове, разрывая сердце на части. Он состоял в "Призраке", он убил моего брата.
Как я могла быть такой слепой? Как я могла доверять ему? Как я могла любить его?
Ночью, когда слезы наконец-то иссякли, а ярость немного утихла, я обессиленная рухнула на диван. В голове была пустота.
Вдруг я вспомнила о пакете, который Влад принес с собой. Он так и стоял на кухонном столе, одинокий и забытый.
С трудом поднявшись, я подошла к столу и открыла пакет. Там был мой любимый латте, и пирожные. С клубникой. Мои любимые.
А еще там была записка. На маленьком клочке бумаги аккуратным почерком было выведено: "Я люблю тебя".
В груди что-то оборвалось. Новая волна слез навернулась на глаза. Захотелось выкинуть эту бумажку в мусорное ведро, сжечь ее, разорвать на мелкие кусочки.
Но я не смогла. Не смогла расстаться с этими словами, с этой частичкой его любви. Я крепко сжала записку в руке, словно это было единственное, что у меня осталось. И правда, это единственное, что у меня осталось...
Я решилась абсолютно всего: лучшей подруги, любящего парня, своей же психики. Зачем я так стремилась раскрыть дело призрака? Оно мне не дало ровным счётом ничего, только лишь забрало.
Я так пыталась найти какие-то улики, что-то сделать, но зачем? Я была одержима этим делом? или я поскорее хотела начать искать убийцу моего брата? Он был так далеко, и одновременно так рядом.
Я в замешательстве.