56
Прошло две недели. Две бесконечные недели боли, отчаяния и одиночества. Я не выходила из дома. Совсем. Мир за окном перестал для меня существовать.
Дни сливались в один сплошной кошмар. Я практически не ела. Забывала о еде, не чувствовала голода. Только чай и кофе, чтобы хоть как-то продержаться.
Я только плакала и спала. Сон был единственным спасением, возможностью хоть ненадолго забыть обо всем. Но даже там, в царстве Морфея, меня преследовали кошмары: лес, стрельба, Влад и мой брат.
Я до сих пор не могу поверить во все это. Словно смотрю фильм ужасов, а не переживаю собственную жизнь. Влад… убийца моего брата. Звучит как бред.
Но это реальность. Моя реальность. И с ней нужно как-то жить дальше.
Но больше всего меня мучил другой вопрос: Почему Каролина от меня отдалилась? Почему она не звонит, не пишет, не интересуется моей жизнью?
Мы ведь были так близки! Вместе прошли через огонь и воду. Вместе раскрыли это чертово дело "Призрака"
А теперь она словно вычеркнула меня из своей жизни. Почему? Я не понимаю. Неужели она винит меня во всем? Неужели считает, что я знала о Владе и скрывала это?
Но это не так! Я сама была обманута, так же, как и она...
Надо ей позвонить. Надо с ней поговорить. Надо выяснить, что происходит. Но я боюсь. Боюсь услышать то, что не хочу слышать. Боюсь потерять и её, окончательно
Вечером, когда за окном уже сгущались сумерки, зазвонил телефон. Я вздрогнула. Номер был незнакомым. Я почти не сомневалась, кто звонит.
Влад.
Сердце бешено заколотилось, перехватило дыхание. Я совершенно не хотела его видеть, не хотела слышать его голос. Презирала его, ненавидела его, винила во всем.
Но, несмотря на все это, я по-прежнему любила его. Эта любовь была словно яд, отравляющий меня изнутри.
С дрожащими руками я взяла трубку.
—Мелисса? - его голос звучал тихо, виновато.
Я молчала, не в силах произнести ни слова.
—Пожалуйста, давай встретимся. В последний раз, на крыше. Я прошу тебя.
И вдруг, вопреки здравому смыслу, вопреки всем своим страданиям и обидам, я согласилась. Машинально. Словно загипнотизированная. Наверное, я просто не привыкла отказывать ему.
Опять я закрыла глаза на все. Опять поддалась этой проклятой любви. Ненавижу себя за это.
Не раздумывая, я быстро оделась. Накинула худи и словно безумная, побежала туда, навстречу своей судьбе.
Поднявшись на крышу, я увидела его. Влад стоял, прислонившись к ограждению, и смотрел на ночной город. Он был все таким же красивым, но осунувшимся и похудевшим. Словно тень самого себя. Как и я.
Вокруг стояла тишина. Лишь тихий ветер свистел в ушах, да где-то внизу шумел город. Мы молчали. Пять долгих, мучительных минут.
Затем Влад выпрямился, посмотрел на меня с тоской и протянул мне пистолет.
—Сделай это сама, - тихо произнес он. —Тебе станет легче.
Дрожащими руками я взяла оружие. Холод металла обжег кожу. Слезы хлынули из глаз с новой силой.
—Ответь только на один вопрос, - прохрипела я, задыхаясь от рыданий. —Ты знал? Ты знал, что Даниил – мой брат?
Влад закрыл глаза на мгновение, а потом кивнул.
—Да, я знал.
Новая волна боли захлестнула меня. Ярость, отчаяние, ненависть – все смешалось в один огненный клубок.
—Тогда зачем? Зачем надо было со мной связываться?! Зачем ты все это сделал?! - выкрикнула я, сжимая пистолет в руках.
Влад тяжело вздохнул и ответил: —Я не смог ничего поделать со своими чувствами. Я просто полюбил тебя.
Его слова лишь подлили масла в огонь. Я плакала, держа пистолет, и не могла принять решение. Убить его? Отомстить за брата? Или отпустить?
—Сделай это сам, - прошептала я, опустив оружие. —Я не могу. Я не смогу жить с этим.
Он покачал головой. —Нет. Это ты должна сделать. Ты должна освободиться от этой боли.
Но я не могла. Я не смогла переступить через себя.
Собрав остатки сил, я подняла голову и посмотрела ему в глаза.
Уезжай, - сказала я. —Уезжай отсюда и больше никогда не появляйся в моей жизни. Исчезни. Сгинь.
Он кивнул, понимая, что это конец.
—Спасибо тебе за все, - тихо произнес Влад и ушел.
А я осталась стоять на крыше одна, в слезах. С пистолетом в руке и с разбитым сердцем. Навстречу новому дню.
Я снова плакала. Слезы текли по щекам, не переставая. Капли падали на холодный бетон крыши, словно отсчитывая секунды уходящего времени.
Я стояла одна, посреди ночного города, потерянная и разбитая. В руке – пистолет, символ мести и отчаяния. Но убить Влада я не смогла. Не хватило сил. Не хватило жестокости.
И теперь меня мучила совесть. Правильно ли я поступила? Может, нужно было отомстить за брата? Может, нужно было наказать убийцу?
Но я не смогла. Я не смогла переступить через свою любовь к нему.
Что делать? Как жить дальше? Как смириться с тем, что произошло? Как простить Влада?
Но разве можно простить убийство? Разве можно забыть предательство? Разве можно продолжать любить человека, который причинил столько боли?
Я не знала. Я не могла определиться, не могла ничего понять. В голове была каша из мыслей и чувств. Ярость смешивалась с любовью, ненависть – с жалостью.
Он отнял у меня брата. Он разрушил мою жизнь. Я не смогу этого забыть.
Но как тогда жить дальше? Как избавиться от этой боли, от этой ненависти? Как найти в себе силы двигаться вперед?
Вопросы роились в голове, не давая покоя. Я металась между местью и прощением, не находя выхода.
Что мне делать? Я просто стояла на крыше, плакала и смотрела на ночной город, пытаясь найти ответ в мерцании далеких огней. Но ответа не было. Или я просто не хотела его видеть.
Вернувшись домой, я не могла усидеть на месте. Внутри меня все клокотало, рвалось наружу. Нужно было что-то делать. Нужно было хоть как-то выплеснуть эту боль.
И я пошла в спальню. Открыла шкаф и начала кидать все вещи на пол. Его вещи. Его рубашки, его брюки, его свитера. Все то, что напоминало мне о нем.
Зачем он их оставил? Зачем продолжал мучить меня даже после ухода?
Он даже сейчас делает мне больно! – прошептала я, срываясь на крик.
С дрожащими руками я хватала его одежду и швыряла ее в мусорный пакет. С каждым броском мне становилось немного легче. Словно я избавлялась не только от вещей, но и от воспоминаний.
Но, дойдя до шапки с оленями, я остановилась. Это была его любимая шапка, да и моя тоже. Он всегда надевал ее, когда мы гуляли по городу в холодные вечера.
В горле пересохло, слезы навернулись на глаза. Выбросить ее?
Я не смогла. Просто не смогла.
Скомкав шапку, я закинула ее в самый дальний угол шкафа, подальше от глаз. Выбросить я не смогла.
Но и видеть ее больше не хотела.
Захлопнув дверцу шкафа, я оперлась на нее лбом и снова разрыдалась. Все кончено. Все разрушено. И виноват в этом он. И я.
Я решила позвонить Каролине. Пальцы дрожали, пока я набирала ее номер. После нескольких гудков она ответила.
—Алло, - сказала она, и в этом одном слове было столько холода, что мне резко стало не по себе
—Каролина, это я, Мелисса, - прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком.
—Что тебе нужно? - отрезала она, без всякого намека на теплоту.
Я сглотнула. —Я просто хотела узнать, как ты, как Илья.
—С Ильей все, насколько это возможно, нормально и если ты не поняла, то мы расстались - ответила она сухо.
Черт! Я такая тупая. Конечно, чего же я ещё ожидала, что Каролина будет жить, как ни в чем не бывало?
—А ты? Ты как? - спросила я, надеясь, что хоть немного сочувствия все же осталось.
—Я в порядке.
—Каролина, что случилось? Почему ты так со мной разговариваешь? - не выдержала я.
Вместо ответа в трубке послышались короткие гудки. Она просто сбросила трубку.
Боль пронзила меня, как удар ножом. Я знала, что все кончено. Наша дружба разрушена. И я сама в этом виновата, наверное...