Ворон и Ключ

Красные нити тянулись по пробковой доске. Одна их них, соединяя фотографии изуродованных трупов Итана Райта и Джессики Хейвард, вела к обрывку карты, где красным маркером были помечены два места: дом на Паркер Стрит и Гарвардский университет. Рядом с помощью канцелярских гвоздиков были прикреплены вырезки статей из газет. «Убийство в День Благодарения», «Гарвардское дело» - кричали заголовки.

- Убийство Итана Райта, отца двух детей и Джессики Хейвард, дочери офицера полиции города Кембриджа, - Эбигейл вслух прочла еще один заголовок из газеты «Хроники Кембриджа, пока я копался в электронной почте, в ожидании ответа мистера Льюиса, а Матео перевешивал нити от нечего делать. – Это уже шестнадцатая статья за четыре дня. Им там заняться нечем?

- Ну не писать же им про то, что в департамент Кембриджской полиции пришла новая сотрудница по имени Эбигейл Саманта Хамфри, - съязвил Матео, наконец добившийся того, что все нитки были натянуты и не обвисали.

После его слов в парня полетел красный маркер. С Эбигейл, или как я называю ее Эбби, мы сдружились сразу. Вчера вечером после того, как мы увидели ее, из кабинета вылез босс и рассказал, что теперь она работает с нами и помогает в раскрытии преступлений. До конца рабочего дня оставалось около получаса, и мы поболтали. Эбигейл рассказала нам о том, что она училась в Йельском университете на юридическом факультете, но не закончила его из-за проблем с деньгами. Ее мечтой было стать юристом, а потом судьей и переехать жить в Лос-Анжелес, ближе к солнцу и свободе, которой ей так не хватает здесь, в Кембридже. Живет Эбби с подругой, которая учиться в университете Лесли.

- Это последний маркер в офисе, - Матео поднял его с пола и положил на мой стол.

- Пришло! - воскликнул я, открывая письмо с анализом крови. Матео подвинул стул ко мне, а Эбигейл облокотилась на спинку моего кресла и наклонилась через мое плечо. От нее пахло жасмином и шоколадом, потому что всегда ела шоколадные батончики. – На основании запроса от Департамента полиции города Кембриджа о проведении судебно-медицинской экспертизы образца крови, найденного на улике – пере птицы... - я пробежался глазами по тексту, пропуская все прелюдии – по образцу, предоставленному мне, я выявил, что группа крови – первая положительная, что не соответствует резус-фактору убитых Джессики Хейвард, в чьих волосах и было найдено перо птицы. Также, по более детальному анализу крови было установлено, что кровь принадлежит человеку мужского пола. Фотоматериалы прикреплены в тексте письма.

- Все достаточно просто. Нужно исключить из списка всех женщин и вас двоих, хотя все же насчет Матео я не уверена, - она облизнула уголок своих губ, которые выпачкались в шоколаде, и посмотрела своими медовыми глазами на его реакцию.

- В тебе я тоже не особо и уверен, - процедил Матео.

- Что ты этим хочешь сказать?

- Ничего, - буркнул он, поставив стул обратно к стене.

- Круг поиска, как уже сказала Эбби, сузился, - подтвердил я, отправляя тем временем отчет доктора Льюиса в печать. – Но у нас даже подозреваемых нет.

- А разве подруга Джессики не под подозрением? – Эбигейл вытащила из лотка принтера напечатанный документ и, скрепив его скрепкой, положила в папку с делом девушки.

- Нет, она была в таком состоянии..., - Матео задумался, подбирая нужные слова. – Не думаю, что она смогла убить подругу, а потом сыграть убитую горем.

- Что насчет жены мистера Райта? – не унималась с вопросами Эбби.

- Ее положили в психиатрическое отделение при больнице. После того, как мисс Райт увидела мужа с ножом в сердце, врачи выявили у нее параноидальный психоз.

Часы пробили восемь, и в офисе появился шум – сотрудники с гоготом заваливались и занимали свои места. Вошедшая Франциска бросила радостное Hola! всему офису, села за свой стол и продолжила заниматься той работой, которой занималась вчера – уничтожать ненужные бумаги. Эбби и Матео также вернулись на свои места, а я взял оставленную газету «Хроники Кембриджа» и принялся за чтение статьи об убийствах, попутно комментируя отдельные фрагменты: «Чепуха!», «А вот такого в офисе нет!», «У нас нормальный босс, не то, что ваш».

Через час в офис вошел мистер Гарсиа, и все сразу сделали вид, что усердно работают на благо Кембриджа. Он, не замечая остальных, сразу подошел к нам и сообщил, что ждет в своем кабинете через пятнадцать минут. Когда время истекло, мы зашли втроем к нему. Я и Эбби сели перед ним на стулья, а Матео оперся плечом о стену и так простоял до конца нашего совещания, если это можно было так назвать. Сегодня босс пришел в пиджаке, который застегивался на его животе, но теперь плечи были слишком большие.

- Чай, кофе? – предложил начальник, и пока мы думали налил себе из кофейника полную кружку кофе.

- Я буду чай, - ответила Эбби и развернула появившуюся у нее в руках упаковку шоколадного батончика.

Мы отказались от предложения босса. Он лишь пожал плечами, и залил в кружку кипяток из электрического чайника. Когда чай заварился, то кабинет наполнился запахом бергамота, который смешался с запахом кофе.

- Есть какие-нибудь наработки по расследованию?

- Вчера в морге мы нашли перо ворона, испачканное в крови, в волосах Джессики Хейвард, - сообщил я, и достал из папки с делом отчет. – Как показала экспертиза, проведенная патологоанатомом, кровь принадлежит мужчине с первой положительной группой крови.

- Есть подозреваемые?

- Нет, босс, - Эбби отпила из кружки чай и со стуком поставила на стол.

Он тяжело вздохнул. Начальник недоволен нашей работой. Минуту мы просидели молча. В это время перед глазами появилась Джессика в кофейне, где она была с четверкой парней. Где был тот молодой мужчина с зелеными глазами и ореховыми кудрявыми волосами.

- Где можно сделать фоторобот? – спросил я, нарушив молчание.

- Я могу сделать, - Матео оживился. – Но для чего?

- Кажется, у нас появился один потенциальный подозреваемый.

Босс отпустил нас, чтобы мы приступили к созданию фоторобота. Матео открыл программу, и я начал мозговой штурм у себя в голове. «Скуластое лицо, миндалевидный разрез глаз, кудрявые волосы, пухлые губы» - Матео прокручивал варианты в программе, пока не получал одобрительного ответа. Нужны отличительные черты. Вспомнил! Родинка под глазом и шрам на лбу.

Фоторобот был готов, и когда я еще раз взглянул на него, то понял, что это была копия того парня. Эбигейл позвонила начальнику, и тот приказал направить портрет во все муниципальные организации города. Почти сразу же после создания фоторобота, по радио передали о приостановлении бесконтрольного въезда и выезда из города. Шестеро офицеров нашего офиса и десять человек, которых направили к нам из Бостона, отправились на все дороги, трассы и шоссе, через которые можно было покинуть город. Когда я вышел из участка, чтобы подышать свежем воздухом, то увидел, что почти на каждом здании висит по несколько изображений кудрявого парня, которого объявили в розыск.

- Почему ты вспомнил про подозреваемого только на третий день смерти Джессики и четвертый день убийства Итана Райта? – Матео пристально и с подозрением уставился на меня, когда мы сидели в кофейне, находившейся рядом с участком. – Не ты ли хочешь спихнуть вину на бедного кудряшку? – так он назвал нашего подозреваемого.

- Его личность пришла мне на ум случайно, когда мы сидели у босса, - оправдался я. – Этот тип был в кофейне в День Благодарения с компанией из трех парней и Джессикой.

- Можно еще чашечку чая, - крикнула Эбби, не слушая нашего разговора. – С ягодами, пожалуйста.

Через минуты две чай принесли, и она, отрезав ложечкой кусочек пирога с кокосовой начинкой и запив его чаем, присоединилась к нашей беседе:

- Вот знаете, этот парень кажется таким подозрительным!

- Почему? – поинтересовался Матео.

- Странное поведение в кофейне. Разговоры на другом языке чего только стоят. И родинка под глазом – по-моему такие бывают только у убийц, - заметив, как Матео вскинул бровь она ответила на незаданный вопрос, - Томас мне рассказал, когда ты выходил из офиса, чтобы купить пиво.

- Ich habe mir keine Sorgen gemacht, es zu sagen, du Idiot, - сквозь зубы произнес Матео.

- Das ist es selbst! – его глаза расширились. Und du hast nicht darum gebeten, es zu sagen.

- Я думал, ты не знаешь немецкий, - признался Матео, водя ложкой по пустой чашке кофе.

Обеденный перерыв подходил к концу, и после того, как я расплатился за нас, все вышли из кофейни и направились обратно в участок. Серые облака накрыли небо и даже закрыли собой солнце. Что-то упало мне на щеку, охладив ее. Потом еще и еще. Я поднял голову наверх – пошел снег. Первый снег в этом году. Снегопад усиливался, и снежинки укрывали всю землю.

- Снег, - воскликнула Эбигейл, протянув ладонь, чтобы поймать снежинку. Они падали и, едва соприкоснувшись с кожей, таяли, оставляя за собой капельку воды.

Пока Эбби радовалась снегу, Матео сунул руки в карманы и сжал шею, зарывшись в воротник своей кожаной куртки.

- Пойдемте в офис, - ворчал он, корчась от холода снежинок, попадавших ему за шиворот.

- Эбби, радоваться снегу можно и за пределами участка, - на лице Матео появилась чуть заметная улыбка. Эбигейл, тяжело вздохнув, пошла за парнем, который шел впереди нас, чтобы быстрее попасть в теплое помещение.

***

Стационарный телефон забренчал. Я поднял трубку – на другом конце провода был босс. Он сообщил, что его жена заболела и в ближайшие дни будет руководить участком из дома. По отчетам полицейских, дежуривших у выезда из города, пока все чисто – незнакомец не выезжал из города. Хотя более вероятно, что он выехал из Кембриджа в день убийства Джессики, когда полиции еще не начала расследование. Поделившись своей точкой зрения с мистером Гарсиа, я положил трубку.

- Кто звонил? – спросила пришедшая из столовой Эбби и присела на край стола, взяв лист с моими записями, которые я сделал во время разговора.

- Гарсиа. Он сообщил, что несколько дней будет работать из дома. Еще то, что подозреваемый не выезжал из города.

До конца рабочего дня никаких новостей и звонков не было. Все начали расходиться по домам. Эбби, вынырнув из офиса, подошла ко мне, ожидающему их у выхода из участка. Чтобы убить скуку, она подошла к висящим на стенах стендам с информацией и принялась изучать их. Где-то на втором этаже хлопнула дверь, и к нам спустился Матео, одетый в рубашку и брюки.

- Ты чего не переодеваешься?

- Мне нужно тут одно дело сделать, - он застегнул пуговицу на рубашке. – Вы идите, я доберусь до дома сам.

Я пожал плечами и попрощавшись с ним, толкнул дверь и вышел на улицу. Все было покрыто снежным покрывалом. Небо было чистым, и лишь Луна освещала улицы Кембриджа. Я предложил Эбби подбросить ее домой, и она, согласившись, прыгнула в машину. Эбигейл вбила в навигатор свой адрес – Фоллен Стрит, 13.

- А мы с тобой почти соседи, - заметил я, сворачивая на Маунт-Оберн Стрит. – Ты живешь одна или с кем-то?

- Вот теперь я сомневаюсь в том, что ты не причастен к убийствам, - Эбби понесла ладони к печке, из которой дул теплый воздух. – Я живу с подругой. Она, кстати, тоже учится в Гарварде, на факультете математики, поэтому все, с кем Лесли общается, считают ее занудой. А ты тоже с кем-то живешь?

- Нет. Моя мать умерла, покончив жизнь самоубийством, - после этих слов Эбби ахнула. – А отец погиб в автокатастрофе, за три года до смерти мамы. Было лето. Мой отец непонятным для моей образом съехал с абсолютно пустой автотрассы и разбился об дерево, одиноко растущее у обочины. Полиция сказала, что это из-за того, что люк машины был открыт, солнечные лучи, которые в тот жаркий июльский день были наиболее активны, напекли голову папы и тот, получив солнечный удар, потерял сознание и влетел в дерево.

- Соболезную, - прошептала Эбигейл.

Я остановился у двухэтажного дома с номером «13». Эбби поблагодарила меня и, выпрыгнув из машины, побежала в дом, на крыльце которого стояла девушка, сложив руки на груди. Сдав назад, я повернул направо и направился домой.

***

Две недели пролетели незаметно. Зима окончательно заняла свое место. Снег тонким слоем припорошил весь город. Морозец, который щипал кожу, заставил всех жителей Кембриджа переодеться в куртки или пальто с меховой подкладкой. Пахло праздником: едва срезанными еловыми ветвями, имбирными пряниками, горячим шоколадом со взбитыми сливками, ладаном, гвоздикой и корицей. Улицы города украсили разноцветными лампочками и гирляндами. На главной площади уже установили рождественскую сосну. Высокое, почти в девятнадцать метров дерево, чем-то походило на ель в Нью-Йорке. Она была увешана многометровой гирляндой, которая с приходом темноты загоралась золотом.

В офисе все было по-прежнему. Новостей о подозреваемом, которого объявили в розыск в трех штатах: в Массачусетсе, Нью-Хемпшире, Вермонте не было. Как и не было сообщений об убийствах на улицах города. За две недели не было совершено ни одного преступления, если не считать кражи пачки чипсов и аварии на Массачусетс Авеню.

- Шеф? – Матео вбежал в офис с трубкой, прижатой к уху. – Да, понял. Сейчас передам телефон Томасу. Он протянул руку с телефонной трубкой мне.

После пяти минут разговора с начальником я нажал на кнопку сброса вызова и срочно передал Матео и Эбигейл все то, что сообщил босс.

- Полицейские из Бостона передали сведения о том, что Чак Даблдерри, наш подозреваемый, засветился в Бостоне в одном из местных магазинчиков. Отряд направлен на его задержание. Но вместе с этим офицеры нашего участка обнаружили квартиру Чака на Сторроу Драйв в Бостоне, в которой, как сказал мистер Гарсиа, мы обязаны побывать.

- Чтобы успеть доехать до Бостона, то нужно выезжать сейчас.

- Я принесу набор криминалиста, а вы пока собираетесь и идите в машину, - на ходу сказала Эбби.

- В чью машину? – задал вопрос Матео. – В мою или Томаса?

- Без разницы.

Мы сели в машину Матео, потому что она новее и быстрее, чем моя. Я не стал возражать – это сейчас не к чему. Я устроился с картой Бостона на переднем сиденье, взяв на себя роль навигатора, Эбби – на заднем. Когда машина двинулась, она прильнула лбом к стеклу и молча наблюдала на менявшийся пейзаж. Подъехав к мосту Лонгфелло, офицер рукой приказал нам остановиться. Предъявив ему паспорта, он кивнул, а потом попросил открыть багажник, чтобы убедиться, что мы никого не перевозим в нем. Офицер сказал, что все в норме и, извинившись, разрешил ехать дальше. Пересечь реку Честер, Матео свернул налево – квартира, в которой проживал Чак располагалась прямо на берегу реки. На втором этаже у входа в квартиру стояло двое полицейский с пистолетами в кобурах. Дверь была запечатана, о чем говорила ярко-желтая лента. Матео предоставил мужчинам в форме свой полицейский значок и ордер на обыск, который я напечатал перед уходом. Сделав какие-то пометки в своем блокноте, высокий офицер повернул ключ в замочной скважине и пустил нас внутрь.

В квартире пахло больницей. На полу в коридоре были отпечатки ступней из грязи. Эбби вытащила из чемоданчика бахилы и перчатки и передала их нам. Первым помещением, в котором мы решили проводить обыск, была кухня. Эбби вызвалась осматривать шкафы и полки, Матео сразу кинулся к холодильнику, а я был вынужден обыскивать мусорное ведро, которое стояло в углу. В ящике под мойкой хранились пакеты, в том числе и для мусора. Оторвав один, я разложил его на полу. Перевернув ведро, мусор высыпался. Гнилая кожура бананов, пустые бутылки молока и йогурта, хлеб, покрывшийся плесенью и две полных пачки хлопьев на завтрак с истекшим сроком годности. Я бросал ненужное обратно в ведро.

- Нашли что-нибудь? – спросил Матео, выложив половину содержимого холодильника на стол. – Я вот нашел шесть галлонов апельсинового сока. Чедвик похоже любит апельсины!

- Чак... - Эбби исправила его и, забравшись на стул, достала с верхней полки окровавленный нож.

- Орудие убийства, - ужаснулся Матео. – Или же этим ножом вырезали пословицу на теле Джессики.

Я закончил с мусорным ведром, потому что ничего полезного там не было и, сменив перчатки на новые, взял у Эбигейл нож. Поместив его в зип-пакет, черкнул маркером: «Улика №1». Я окинул кухню взглядом – все шкафы и ящики были открыты, а холодильник полностью опустошен Матео, который скрылся в коридоре.

- С кухней закончили, - сказал я. – Перейдем теперь в спальню.

Спальня была намного больше кухни и составляла, приблизительно, больше половины от всей квартиры. На письменном столе не было ничего, кроме были. Видимо, Чак не был здесь как минимум неделю. Под ним стояли три коробки. В них были бумаги: формулы по тригонометрии, химии и физике, незаконченное эссе для университета. В другой – изрисованные листы бумаги и учебник по латыни.

- Смотрите, что я нашел! – Матео присел на кровать. - Фотоальбом Чака.

На первых страницах были снимки девушки и мужчины в черно-белом цвете. По всей видимости, родители парня. Тонкая высокая девушка с широкой улыбкой во все тридцать два зуба, держалась за руку мускулистого кудрявого парня, который был чуть ниже ее. Далее шли фотографии мальчика с родинкой под глазом – фотографии Чака в детском саду и начальной школе. Матео перелистывал их, не зацикливая на них наше внимание А вот следующая фотография заинтересовала нас всех. Девушка с распущенными белокурыми волосами сидела на коленях в бюстгалтере и короткой черной юбке. Снимок явно был сделан исподтишка. На следующей фотографии была Джессика, которая обнимала Чака за шею и прижималась к нему.

- У нашей жертвы и подозреваемого были любовные отношения? – уточнила Эбби.

- Насколько мне известно – то нет, - ответил я, начав сомневаться. – Но судя по этим снимкам, то они были.

- Дальше... - Матео быстро пролистал альбом до конца, - фотографий с Джессикой больше нет. Может они расстались, и Чак в знак мести убил?

- Тогда как объяснить вырезанную пословицу на теле?

- Он увлекается латынью? – предположила Эбигейл.

- Не думаю, - я подошел к окну, из которого открывался вид на многоэтажки Бостона. Мой взгляд упал на деревянную шкатулку, стоявшей на подоконнике, с вырезанным на ней ключом. Замок был сорван, и поэтому я с легкостью открыл ее. Хлопковый мешочек окрасился в красный. Я развязал его и вытянул окровавленное глазное яблоко Итана Райта. Его карий глаз был схож с тем, что я увидел в морге.

- Фу, - протянула Эбби, когда увидела вырванный глаз в моей ладони. – Меня сейчас стошнит!

- Окровавленный нож, фотографии Чака с Джессикой и глазное яблоко Итана. Разве это не говорит о том, что наш подозреваемый – убийца?

- Говорит, - согласился я. – Но много вопросов: почему он не спрятал орудие преступления и зачем оставил шкатулку с глазом на подоконнике, то есть у всех на виду?

- И почему у него вся раковина измазана кровью! – свозь зубы произнесла вошедшая в комнату Эбби, зажав ладонью рот.

И вправду, раковина и ванная были забрызганы застывшими рубиновыми каплями крови. Я брал образец, когда Матео позвонили. Он ушел на кухню, а Эбигейл сидела на другом конце ванной, сдерживая рвотные позывы. Собрав материал, я вышел из ванной комнаты, чтобы поместить пробирку в чемоданчик, стоявший в прихожей.

- Срочно собираем свои монатки и едем обратно! – Матео выбежал из кухни. – Чака доставили в участок и заключили под временную стражу. Босс сообщил, что ожидает нас для проведения допроса.

Перед нашим уходом я на коленке накатал отчет об обыске в квартире подозреваемого-убийцы и передал офицерам. Эбби и Матео ждали меня в машине, и когда вышел на улицу, понял, что быстро решить вопрос с обыском мы не успели – небо, усеянное тысячами звездами окрасилось в темно-синий цвет, что говорило о наступлении позднего вечера. В отделение мы возвращались под перепалку Матео и Эбигейл, которая выгнала меня с переднего сиденья. Как оказалось, во время ожидания меня, они заговорили о том, где продаются лучшие пончики. Эбби придерживалась мнения о том, что самые «вкусные и сладкие» пончики продаются в Dunkin's Donatas, а Матео яростно импонировал пончикам из Старбакса.

- Вы как малые дети, - прыснул со смеху я.

Перед тем как приехать в участок, я написал мистеру Льюису.

«Добрый вечер! У нас есть несколько улик, которые нужно анализировать. Вы сможете сделать это сегодня?

Ответ последовал быстро:

«Если это срочно, то привозите сегодня, чтобы к утру я предоставил заключения»

- Матео, нужно заехать к Филиппу, - он вяло буркнул себя под нос нечто похожее на «ага».

Ночью жизнь в Кембридже останавливалась. На дорогах, освещаемых лунным светом, можно встретить до десяти машин, водители которых едут в Бостон из западных штатов. Люди выходят ночью на улицу только в двух случаях: либо на ночную работу, либо на Новый Год, чтобы запустить фейерверки в небо.

Матео остановился у больницы. Я, как и в прошлый раз, обогнув ее, зашел через задний вход. Спустившись в подвал, я забежал в морг и передал ожидавшему меня мистеру Льюису пробирку с кровью и ножом в пакете. Вернувшись, я заметил в свете из салона машины Матео, которых носом уткнулся в руль.

- Давай поведу я, - тихо произнес я, разбудив его. – Ты на ходу спишь!

Он не стал возражать – молча вывалился из водительского кресла и пересел назад. Я занял его место, и мы поехали дальше. Я был удивлен тем, что Матео даже не стал препираться и спокойно уступил мне вести машину.

Когда мы подъехали к участку, я заметил, что все машины сотрудников были на месте. Несмотря на то, что рабочий день закончился, они оставались в офисе и, кажется, ждали нашего приезда.

- Матео, допроси Чака Даблдерри, - велел ему с порога начальник, держащий в руках чашку с кофе, от которой исходил ароматный пар. – Эбби и Томас, вы будете присутствовать при допросе.

Раздевшись и оставив вещи в офисе, мы поднялись по лестнице на второй этаж, где как раз находилась комната для допросов. В прошлый раз стол был завален кипами бумаг, но теперь на нем стоял стаканчик с канцелярией, листы бумаги и шаблон протокола допроса, две бутылки воды и монитор, транслирующий запись каперы видеонаблюдения, находившейся непосредственно в комнате для допроса. Я посмотрел через окно. Чак сидел одиноко на стуле, опустив руки под стол. На нем был серый свитер и джинсы. Кудрявые волосы блестели от ламп. Уставив взгляд в стену, он ждал допроса и дальнейшей участи. Хотя я сомневался: сможем ли мы предъявить ему обвинение без результатов экспертизы ножа.

Дверь открылась и в светлое помещение вошел Матео. На грудь он прицепил полицейских значок. Стул со скрежетом протерся о пол, он сел за стол, положил диктофон на него и сложил руки на руки, приняв расслабленную позу.

- Чак Даблдерри, - Матео нажал кнопку записи, и подозреваемый оторвал свои зеленые глаза от стены и посмотрел на него. – Вы подозреваетесь в убийстве Итана Райта и Джессики Хейвард. Что вы можете сказать по этому поводу?

В ответ последовала тишина.

- Мистер Даблдерри, - он повторил с напором в голосе. – Я еще раз повторяю вопрос: что вы скажите по поводу подозрения вас в убийстве Итана Райта и Джессик Райт?!

- Я убил их, - на первый взгляд могло показаться, что он произнес это уверенно, но все же я услышал в его голосе дрожь. Он не убивал их. – Это я убил мужчину и Джессику.

- Чем вы можете мотивировать совершенное вами преступление? – после этих слов Чак начал нервно перебирать руками под столом.

- Джессика... - он уставился на верхний угол помещения. – Джессика была моей девушкой. У нас была сильная любовь, как казалось мне. Почти весь мой день я проводил с ней: подвозил до университета, после окончания занятий мы ехали ко мне и вместе делали домашнее задание. Я любил ее настолько сильно, что собирался делать предложение руки и сердца. Но не довелось, - Чак замолчал и посмотрел прямо мне в глаза с мольбой во взгляде его потускневших зеленых глазах. Затем, прочистив горло, он продолжил. – Накануне Дня Благодарения я узнал, что она изменила мне с мистером Райтом... Разозлившись, я узнал его адрес и пришел вечером, чтобы отомстить. Когда мистер Райт поднимался по лестнице, я подкрался сзади и пырнул ножом в спину, попав точно в сердце.

- А затем безжалостно вырвали его глаз? – перебил его Матео. На лице Чака появилась удивленная гримаса. Он пробормотал себе что-то под нос.

- Какой глаз, - голос Эбби заставил меня отвлечься от Чака и посмотреть на ее лицо, на котором появились тени из-за полумрака в комнате для допросов. – Он сказал: «какой глаз?». Я умею читать по губам.

- Выходит, что Чак не знает о вырванном глазе? – уточнил я у нее и получил кивок головой.

- Джессику я убил на следующий день. После окончания длинного перерыва, увидя ее, проходящей в одиночку, я выпрыгнул из-за угла (здание, около которого убили Джессику) и прижал ко рту и носу тряпку, пропитанную эфиром, и держал ее до тех пока пульс не остановится. Затем повесил ее на дерево – хотел, чтобы все видели, что случилось с Джессикой!

- Зачем вы вырезали на ее спине пословицу на латыни? – Матео не сдавался. – И снова вырвали глаз?

- Эм..., - Чак задумался, сжав под столом край свитера. – Джессика считала, что у них с Райтом много общего! Я вырвал им глаза... чтобы и в загробном мире у них было что-то общее.

Неубедительно.

- У вас резус-фактор, если верить анализам, первый положительный? – парень кивнул. – В волосах Джессики было найдено перо ворона, испачканное в вашей крови. Чем вы это объясните?

- Она считала воронов символами смерти, поэтому я подарил ей перо в ее последний путь, - Чак проигнорировал вопрос про проявление крови на пере.

- Вы сознаетесь в умышленном убийстве Итана Райта и Джессики Хейвард? – терпение Матео иссякало с каждым вопросом и нелепым ответом

- Да.

Матео потер переносицу, еще раз смерил взглядом Чака и нажал на кнопку вызова конвоя, которая располагалась под столом. Высокий мускулистый мужчина с наручниками в руках вошел в комнату и, повернув парня спиной к себе, закрыл наручники на запястьях. Взявшись за предплечье, он вывел его из допросной и направился в камеры для временного заключения под стражу.

Матео вышел к нам. Я протянул ему ручку, чтобы он поставил свою подпись в протокол допроса. Оставив закорючку на листе, Матео уселся на свободный стул.

- Чак не убивал их. Его подставили, - он огласил свой вердикт.

- Согласна, - протянула Эбби.

- Или же кто-то заставил его признаться в том, чего он не делал, - сказал я и взял в руки блокнот, в котором делал заметки по ходу допроса. – Он впервые слышит о вырванных глазных яблоках, о вырезанной пословице на теле Джессики, а также утверждает, что Хейвард умерла из-за большой дозы эфира, но по заключению патологоанатома она скончалась вследствие обильной потери крови и болевого шока.

- В суде он признается в убийствах, поэтому нам нужно сообщить боссу о наших предположениях как можно скорее, - Матео сделал глоток воды, что смочить горло.

И открывшейся двери сначала показалось жирное лицо начальника, а затем и он весь.

- Подозреваемый доставлен в камеру, а значит Чак Даблдерри убил Итана Райта и Джессику Хейвард?

- Нет, босс, - ответил я. – Чак не убивал их. И вот почему...

Я рассказал мистеру Гарсиа о поведении парня во время допроса. Он хмыкал, читая протокол, написанный мною. Затем ему захотелось посмотреть запись разговора Матео и Чака. Промотав в середину, где подозреваемый с дрожью в голосе спрашивал про глаз, Гарсиа, откашлявшись хрипло произнес:

- Чак признался в убийствах, а значит теперь мы ничего не можем сделать. Суд пройдет через пять дней, поэтому до этого он будет под стражей в участке. Дело будет закрыто. Хорошая работа, ребята, - похвалил он нас и, с трудом поднявшись на ноги, он направился к двери.

- Томас, мистер Холдер прислал мне письмо, в котором просит, чтобы ты приехал завтра в университет и зашел к нему. «У вас будет важный разговор», - начальник процитировал слова канцлера.

- Понял, босс!

Была дана команда «Всем по домам», поэтому все сотрудники, кроме Матео, закопошились на своих рабочих местах, чтобы поскорее убрать их и поехать домой отсыпаться после тяжелого дня. Я снова ждал Эбби у выхода, чтобы подбросить ее до дома, когда навстречу мне вышел Матео.

- Почему ты всегда уходишь из офиса последним?

- Я здесь живу, - его ответ загнал меня в ступор. – Я говорил, что мои родители отказались от меня, когда заявил о своем намерении стать детективом.

- Тебе... - я не мог подобрать нужных слов, потому что никогда не сталкивался с людьми, живущими на работе в прямом смысле. – нужна помощь? – бровь Матео взлетела вверх, и я понял, что сказал чушь. Черт.

- Нет, - отрезал он. – Я почти накопил деньги на оплату квартиры на год. Это лишь вопрос времени.

- Ладно, - Матео пожал мне руку на прощание, когда Эбби появилась из-за угла.

- Матео, ты с нами?

- Нет, ему нужно переделать отчет обыска в квартире Чака, - я отмазал его, на что получил благодарственный кивок.

***

На следующий день я не поехал в участок, а сразу отправился в университет к мистеру Холдеру. Когда я возился с очисткой стекол машины от покрывшего их тонкого слоя льда, телефон завибрировал у меня в кармане. Я, положив скребок на крышу, ответил на неизвестный номер.

- Доброе утро, мистер Томас! – заговорил женский голос. – Я Самира, секретарь мистера Холдера. Он назначил вам встречу через полчаса. До скорой встречи.

Дочистив машину, я доехал до кампуса, который уже вовсю был наряжен к Рождеству. В центре всего кампуса была установлена ель, которая хоть и уступала размерами главной ели Кембриджа, но намного превосходила в украшениях. Он была увешана и гирляндами, и шарами белого, красного, золотого цветов, и звезда, завершающая всю композицию, смотрелась более яркой. На входной группе каждого здания были развешаны еловые венки и гирлянды. Из разбросанных по всей территории университета маленьких ларечков с едой тянулись запахи Рождества: имбирных пряников, горячего шоколада со сливками и яблочного пирога с корицей.

Кабинет канцлера тоже был украшен к Рождеству. У окон, закрытых жаккардовыми шторами, стояла невысокая сосна, на столе, в вазе с водой стояли веточки сосны и можжевельника, которые издавали приятный хвойных аромат, мигом создававший рождественское настроение.

- Томас, здравствуйте, - Холдер вошел в кабинет и сел за стол. – Прощу прощения, что заставил вас ждать. Итак, я позвал вас сюда, чтобы сообщить об окончании вашей практики в Полицейском Департаменте города Кембридж.

- Почему?

- Адам передал, что убийца пойман, а дело закрыто. Согласно этому, я принял решение о вашем возвращении на обучение. В новом семестре, после успешной сдачи экзаменов, вы отправитесь на прохождение практики в Канаду. Насчет проживания, питания не беспокойтесь - я договорился с канцлером университета в Торонто. Вам предоставят комнату в общежитии, а питаться можно будет в кафетерии кампуса.

- Но дело не закрыто.

- По официальным данным закрыто. Я даю день, чтобы вы, мистер Эртон, могли забрать свои вещи из участка, а с завтрашнего дня вы должны вернуться на занятия. Вопросы есть?

Спорить с ним было бессмысленно, поэтому я кивнул головой и поспешил покинуть кабинет.

Разблокировав телефон, я набрал сообщение Матео.

«Привет. Приеду в офис через час»

Экран загорелся, отображая СМС от него.

«Понял. Передам боссу».

Проведя час в кофейне, я пытался свыкнуться с мыслью о том, что сегодня мой последний рабочий день в офисе. Мне не хотелось уходить. И не только потому, что моей мечтой была работа детектива, а потому что, я не хотел терять связь с Матео и Эбигейл, которые за столь короткий срок, стали мне друзьями.

В участке Эбби сообщила, что пришли ответы от мистера Льюиса. Судебно-медицинская экспертиза подтверждала, что глаз принадлежит Итану Райту, а кровь на ноже принадлежала сразу трем – мужчине, Чаку и Джессике.

- Что теперь мы будем делать, - поинтересовалась Эбби. – Разнимать пьяных бездомных в уличных драках?

- Или же сажать старушек за кражи из магазинов, - с улыбкой предложил Матео.

- Ребят, - я прочистил горло. – завтра я возвращаюсь в университет. Моя работа здесь окончена.

После услышанных слов Эбби ахнула, а с лица Матео исчезла улыбка.