Ворон и Ключ

Сердце билось так яростно, будто хотело проломить все ребра и выскочить наружу. Я, не задвигая ящики, юркнул за высокий стеллаж, располагавшийся в углу комнаты. Я сел на корточки, задержав дыхание. Голос мужчин стал лишь громче. Они, смеясь между собой, осветили фонариками архив, и, заметив открытые ящики, приблизились к ним.

- Пора бы уволить нового архиватора, - с укором в голосе произнес охранник. – Постоянно бросает архив открытым.

Я молился, чтобы они не услышали стук сердца, а также чтобы не сработала рация, иначе все пойдет насмарку. Еще я переживал за ребят: смогли ли они скрыться от них или же их поймали и теперь Матео, Эбби и Лесли ютятся в маленькой машине, везущей их в дежурную часть, находившуюся на другом конце Лос-Анджелеса.

Мужчины, обменявшись парой нелестных фраз об архиваторе, вышли из помещения и закрыли дверь на ключ. Не зря я все-таки открыл окно. Выйдя из своего укрытия, я приподнял окно и высунул голову. Поблизости никого не было, как не было и пожарной лестницы, по которой я смог бы вылезти. По правую сторону от окна тянулась с крыши труба, местами ржавая и с торчащими болтами, о которые можно было порезать кожу. Свесив ноги с окна, я, крепко держась одной рукой за раму, потянулся второй к трубе. Когда я ухватился за нее, я, сделав глубокий вздох, просунул ногу в щель между стеной и трубой. Затем я резким движением обнял трубу и начал медленный спуск по ней, отвлекаясь на каждый шорох. В конце я спрыгнул на землю и поспешил покинуть территорию участка.

Скрывшись в подворотне, я все же рискнул и нажал на кнопку связи. На обратном конце послышался шум, а затем нечеткий голос Эбби.

- Томас, ты где? – взволнованно спросила она. – Мы целы, как ты? Ну же, ответь!

Я облегченно выдохнул и сел на землю, облокотившись спиной о кирпичную стену. Меня переполняла радость: мы смогли выкрасть важные документы и при этом остаться незамеченными.

- Томас, все в порядке? – на этот раз это был Матео.

- Я в подворотне, - наконец ответил я, засмеявшись. «Черт, у меня что, истерика?» - Вы где? Я к вам приду.

- В продуктовом магазине на соседней улице. Мы же договорились встретится там при благоприятном исходе.

- Ах, да, - вздохнул я, потому что совсем забыл про это. – Сейчас я к вам приду.

Я стянул капюшон и оглянувшись направился к магазину. Сердце продолжало колотиться, но уже не от страха, а от эмоций. Ребята целы.

Найдя место нашей встрече по светившейся вывеске, я зашел внутрь. Несмотря на довольно-таки позднее время, в магазине с полными тележками продуктов ходили люди. Матео и Эбби были в отделе со снеками, когда я увидел их в одном из рядов, а Лесли – в отделе с алкоголем – либо Матео отправил ее купить ему пива, либо ей самой нужно было снять стресс.

- Ты с пустыми руками, - разочарованно произнесла Эбигейл, заметив меня с пустыми руками. – Я так понимаю, сегодня вечером нам придется вылетать в Бостон?

- Нет, - на моем лице появилась улыбка. Сунув руку под толстовку, я вытянул оттуда ту самую толстую папку с делами убитых. – Вот то, за чем мы сюда ехали, - я с гордостью за всех продемонстрировал папку.

- Может ты не будешь светить ею в магазине? – рука Матео опустила мою. – Здесь как никак камеры.

- Давайте поедем в отель, - я обернулся, запихнув дело обратно под одежду, и увидел Лесли, державшую в руках две бутылки виски и одну бутылку мартини.

Матео засмеялся при виде собственной девушки, а на лице Лесли пролегла тень недовольства.

- Извините, но я не смогу вам продать алкоголь в такое время, - кассир сложил бутылки в коробку, стоявшую под кассой. – Закон не позволяет.

- Вы издеваетесь?! – воскликнула Лесли. – Я сейчас испытала такой стресс, что мне просто необходимо залить его парой бокалов мартини. Я пожалуюсь вашему начальству.

- Девушка, послушайте меня, - вежливо попросил парень, хотя по его взгляду можно было понять, что еще одна просьба, и от вежливости простынет след. – Я не смогу вам продать алкоголь. Вы время видели?

- Вот деньги, - она положила перед ним три сотни долларов. – Я заберу его, а ты завтра проведешь покупку и оплату.

- Нет, - бросил кассир, протянув купюры ближе к девушке.

- Лесли, пойдем, - Матео схватил деньги и, взяв ее за руку, вывел на улицу. Мы последовали за ним. – Добираться будем так же?

- Поедем на автобусе вместе.

***

Когда мы приехали в отель и прошли мимо стойки администратора, девушка, регистрировавшаяся нас пару дней назад, улыбнулась как повелевает ей правила, и оглядела нас с ног до головы. Ну конечно, какой нормальный человек придет в отель посредине ночи в черном одеянии. Я краешком губ улыбнулся ей в ответ, отчего та отвела глаза в другую сторону, а затем и вовсе уставилась на монитор. Матео вызвал лифт для себя и Лесли, а я надавал большим пальцем на кнопку соседнего лифта, и тот сразу же открыл свои железные двери, пропуская нас внутрь. Я взглядом позвал Матео, но он мотнул головой, и мы вдвоем с Эбигейл вошли в кабину.

В коридорах по-прежнему было тихо и безлюдно. Быстро пройдя в номер, чтобы не будить соседей, я вытащил дело из толстовки, а затем снял ее, оставшись в черной футболке. Эбби не стала переодеваться, а лишь схватила с кровати дело и аккуратно, чтобы не порвать и без того потрепанную папку, взяла в руки и открыла.

- Я заказала билеты, - оповестила меня она, когда я поставил чайник, чтобы заварить кофе. В последние дни из-за простуды мой режим сна совсем сбился, и чтобы трезво думать, меня спасает только чашечка горького кофе без сахара. – Ты же не против?

- Не-а, - протянул я, насыпав в чашку одну ложку растворимого кофе – только такой я нашел в магазине у отеля. – Чай или кофе? – предложил я Эбби. Она попросила крепкий чай. – А почему я, кстати, должен быть против? Мы получили то, что нам нужно, а значит можем ехать обратно в Кембридж.

- Ну не знаю, может быть, у тебя есть неоконченные дела, - предположила Эбигейл, тяжело вздохнув.

- Я ехал сюда только с одной целью, - начал я, когда в мой номер зашел Матео с двумя стеклянными стаканами, а за ним – Лесли, держащая подмышкой бутылки коньяка. – У нас здесь, вообще-то, не питейная и не бар твоего дядюшки, Матео. Мы сейчас будем дело обсуждать, а не праздновать. Но празднеств еще далеко, - я перевел взгляд с устроившихся на кресле и шезлонге ребят на Эбби и вспомнил, о чем говорил. – Мы заполучили дело – осталось его изучить и ехать обратно, чтобы решать с боссом, что делать дальше.

- Ага, - с грустью произнесла Эбигейл, положив перед собой папку, раскрытую на первом деле. – Матео, бери стул и иди сюда, - она подозвала его, проигнорировав Лесли, уже пытавшуюся открыть бутылку. Тот помог девушке открыть коньяк и, схватив одной рукой стул, поставил его у кровати. – Если вы не против, то я зачитаю: «24 июня 2000 года было обнаружено тело двадцатипятилетней девушки по имени Энн Нэтвейн. Труп был привязан корабельной веревкой к пирсу на Санта-Монике. По результатам вскрытия было установлено, что смерть наступила примерно в два часа ночи вследствие отравления цианидом. Важной чертой является отсутствие глазного яблока». На этом запись заканчивается. Тут есть фотографии, - она разложила их поверх листов бумаги. – Другой репорт полиции...

- Если дела закрыты, то не лучше ли нам перейти сразу же к концу, - предложил Матео, обернувшись на Лесли, которая направилась с бутылкой и стаканов на балкон. – Вдруг там окажутся полезные для нас зацепки.

Эбби пожала плечами и открыла последнее дело, листы которого были скреплены с помощью шнурков от обуви. Девушка прочистила горло, разложила перед нами две фотографии, местами выцветшие из-за времени, и приступила к чтению:

- Сопоставив некоторые пословицы на латыни, которые убийца вырезал на телах жертв, можно сделать лишь один вывод: все они отсылают к смерти, которая неизбежна. На трех последних жертвах вместо вырезанных надписей были обнаружены клейма, выжженные на груди. Изображение данного клейма приложено к делу, - я взял одну фотографию, на которой была сожжённая кожа и красный символ. В окружности был заключен ворон, покорно сложивший свои черные крылья, на его шейке висел ключ на цепочке. Над ними располагался небольшой ромб, в котором была вписана английская буква H. Внизу, на ленте, была надпись: «Основано в 1865 году». Эбби оторвала глаза от текста и посмотрела на меня. Я кивнул ей, позволив продолжить читать вслух. – Экспертиза попыталась установить происхождение данного символа. В старинных книгах, которые сохранились до наших дней, пишется то, что данный символ принадлежит одному из университетских тайных сообществ университетов Лиги плюща. Руководствуясь знаками на данном символе, смеем предположить, что название общества связано с вороном, - Эбигейл резко замолчала. Ее глаза бегали между строчек, пока грудь быстро вздымалась то вверх, то вниз.

- Что-то не так? – настороженно спросил я, положив свою ладонь ей на колено.

- Тут написано, что копии данного дела переданы во все города, в которых располагаются университеты Лиги. «Дело передано лично под подпись начальнику Департамента полиции города Кембриджа Адаму Гарсиа» - Эбби дочитала последнюю строчку и положила папку обратно на кровать.

- Снова ворон, - задумчиво повторил я несколько раз. – Здесь может быть миллион комбинаций. Например, секретный ворон, ворон, хранящий тайну, ворон и тайна, ворон и смерть...

- Ворон и Ключ, - голос Лесли, приблизившейся к нам, резко отозвался в ушах. – Матео, - она легко взяла его за руку. – Пойдем в номер.

- Что ты сказала?

- Ворон и Ключ, - грубо повторила она. Матео освободился от ее руки, и Лесли в секунду пришла в ярость. Она опрокинула коньяк, оставшийся в бутылке, на папку с делами. Эбби инстинктивно захлопнула ее и прижала к себе, но так она сделала только хуже. Матео вскочил со стула и отвел опьяневшую Лесли в сторону, отчего та начала поливать его нецензурной лексикой. Эбигейл раскрыла папку, и мы пришли в ужас – чернила потекли, и теперь на листе остались лишь синие и черные капли, смешанные со спиртом.

- Что ты наделала, сучка? – вырвалось из Эбби, когда парень вывел брыкающуюся Лесли из моего номера. Она вышла в коридор и понеслась за Матео. Я поспешил за ней, чтобы Эбигейл не наделала глупостей. Девушка, догнав их, дала своей подруге пинок под зад. Лесли взбесилась еще сильнее, но Матео удерживал ее и одной рукой открыв дверь в номер, толкнул ее туда и заперся внутри. Я схватил Эбби за плечи и увел в номер под презрительные взгляды вышедших из своих номеров соседей, которых разбудили в пять часов утра.

- Что черт возьми ты только что сделала? – на эмоциях воскликнул я, как только мы зашли в номер.

- Не сдержалась, - виновато произнесла она, усевшись на кресло и закинув ноги на стоявший рядом шезлонг. – Хотя она заслужила. Лесли испортила все наше расследование здесь – уничтожила документы.

- Если ты говоришь, что копии были направлены в Кембридж, то мы можем попросить босса предоставить их нам.

- Кстати насчет босса... - начала Эбби, когда к нам ворвался Матео.

- С делами все в порядке? – часто дыша, спросил он.

- Нет, - сухо ответил я, посмотрев на мокрые листы, лежавшие на столе. – Они уничтожены безвозвратно...

- Извините, - Матео попросил прощения то ли за свою девушку, то ли за то, что не смог за ней уследить. – Лесли смешала черничную водку и коньяк – теперь ее тошнит, и она закрылась в туалете. Что теперь будем делать?

- Сегодня вечером поедем в аэропорт, - Эбигейл смена позу – теперь она поджала ноги под себя. – Билеты я уже купила. Напечатаем утром у администратора и начнем собирать вещи. – девушка задумалась, будто что-то забыла. – Ах да, я же хотела поговорить насчет этой ситуации с мистером Гарсиа. Вам не кажется странным то, что он отправил нас на другой конец страны, хотя копии есть в архиве нашего участка?

- Действительно странно, - хмыкнул Матео, переменившись в лице. – Я, конечно, не параноик, но у мне как-то неспокойно на душу. Такое чувство, что в Кембридже происходит то, что и нам был следовало видеть.

- Стотысячный посетитель бар твоего дяди, которым являешься не ты? – пошутила Эбигейл, положив голову на спинку кресла. – Или ты сожалеешь, что не увидел футбольной матч своей любимой команды?

- Во-первых, я не смотрю футбол. Как по мне, баскетбол намного интереснее. А во-вторых, там творится что-то посерьёзнее. И стотысячным посетителей был именно я, - добавил он, ухмыльнувшись. – У меня даже сертификат есть и фотография с двадцатью бокалами дормундера и пятью тарелками креветок, маринованных в соевом соусе.

- Вам не кажется, что пора спать? – я почувствовал, что мой организм требует сна, поэтому мне нужно было спровадить ребят из номера и лечь спать.

- Пора было спать еще пять часов назад, - заметил Матео. Действительно, кто ложится спать в пять часов утра. – Ладно, пожалуй, я пойду. Нужно проследить, чтобы Лесли не натворила чего похуже.

- Пусть лучше из окна выпадет, - тихо сказала Эбби, но Матео не услышал. – Я тоже тогда пойду. Спокойной ночи... или утра. – я улыбнулся ей, и она покинула номер, легонько прикрыв дверь.

***

- Как же болит голова, - застонала Лесли, когда мы сидели в кафе, располагавшемся рядом с отелем, и завтракали. Я взял себе двойной латте с двумя пакетиками сахара и яичницу с жареным беконом. Эбигейл заказала два сэндвича с куриным мясом и свежевыжатый апельсиновый сок, хотя по тому, как морщилась Эбби, глотая напиток, кажется, сок был сделан еще неделю назад. Матео выбрал простой овсяной каши без сиропов, потому что старается держать форму. Лесли не завтракала, а лишь пыталась снять головную боль, проглотив несколько таблеток обезболивающего и запив это несколькими стаканами воды со льдом. – Никогда не смешивайте водку с алкоголем. Это убийственная смесь для человека.

- И для бумаг двадцатилетней давности, - грубо произнесла Эбби, чтобы пристыдить свою бывшую подругу. С утра, когда все проснулись, Эбби сразу же направилась в номер ребят и, выгнав Матео ко мне, устроила ссору с Лесли. Все подробности ни мне, ни парню не рассказали, но как мы поняли, теперь они не подруги, и Эбигейл съезжает из ее дома в арендованную ею квартиру в моем доме. – Я напечатала ваши билеты, - она сунула руку в сумочку, висевшую на стуле, и вытянула оттуда четыре листа с информацией о вылете и нашими данными. Раздав их, она продолжила поедать последний сэндвич, но отставив сок подальше.

- Уже? – спросила Лесли, приложив холодный стакан ко лбу. – Мы ведь даже никуда не сходили. Давайте еще останемся на недельку.

- Мы ехали сюда не веселиться, - ответил я, сделав глоток латте. Эбби тяжело вдохнула, косо посмотрел на девушку. – Да и к тому же я и машину уже сдал в агентство.

- Можно арендовать новую.

- Любимая, мы уезжаем сегодня и точка, - Матео шумно поставил чашку кофе на блюдце, и услышав эти слова, Лесли цокнула языком и сложила руки на груди, словно обиженный ребенок. Весь оставшийся завтрак она просидела в такой позе, недовольно косясь то на меня, то на Эбигейл. Вот теперь мне тоже захотелось дать пинка пол одно место.

В номере становилось душно, и, к сожалению, минус панорамных окон в том, что их невозможно открыть. Включив кондиционер на среднее охлаждение, я открыл чемодан, в котором все вещи были перемешаны, будто они пережили ураган Катрина. Я выложил их на кровать и, сложив, как меня учил отец, я разместил их в чемодане. Собрав ванные принадлежности, а также прихватив несколько баночек с шампунем, который пах кофе и мятой, я засунул их в рюкзак.

На столике лежала забытая папка с делами. Я аккуратно поднял ее, чтобы не порвать. Листы чуть подсохли из-за духоты, но я все же положил папку между двумя толстовками – может так она быстрее просохнет полностью. Взглянув на экран телефона, я сверил время, в которое мы договорились собраться на ресепшене. Я заказал такси из отеля до аэропорта и выключив кондиционер с электричеством, закрыл дверь на ключ и повесив его на указательный палец направился к лифту.

На первом этаже никого не было, поэтому пришлось позвонить Матео и Эбигейл. Спустя минут пять после моего звонка появился Матео и Лесли, вышедшие из бара. Парень держал в руке бокал пива, а девушка потягивала из трубочки синий напиток. На телефон пришло уведомление о том, что автомобиль уже подъехал. Нажав на телефонную книгу и собравшись вновь набрать номер Эбби, как я увидел ее, зашедшую через стеклянные двери в отель. Она несла в руках два огромных пакета из магазина одежды, а на плечах висел новенький кожаный рюкзак черного цвета.

- Извините, - я взял один пакет из ее рук и ненароком заглянул внутрь. Он был набит вещами: как и женскими, так и мужскими. – Хотела немного закупиться перед вылетом, - объяснила она и, засунув руку в пакет, она вытянула оттуда две панамы черного и бежевого цвета, а также разноцветную кепку. – Это вам на память обо мне и нашей поездке в Лос-Анджелес, - она протянула черную панаму и кепку Матео и Лесли, а на меня накинула бежевую так, что она закрыла почти все лицо. – Ой, сейчас поправлю, - хихикая, она подняла панаму и поправила пальцами волосы.

- Где твои вещи? – спросил Матео, заметив то, что она не торопиться в номер.

- Они уже в такси, - ответила Эбигейл и развернулась к выходу.

- А почему ты не оставила пакеты там же?

- Я хотела подарить вам подарки сразу, а еще там очень дорогой бурбон для босса!

- Тебя же не пропустят на борт, - с чувством превосходства произнесла Лесли. – Я не буду ждать, пока ты его вылакаешь в аэропорту.

- Не беспокойся, моя дорогая бывшая подруга, - с ухмылкой на лице ответила ей Эбигейл. – На борту можно перевозить весь алкоголь, который находится в неповрежденной упаковке. А этот бурбон упакован лучше, чем любая посылка на почте.

Лесли закатила глаза, потому что ей больше нечего было сказать. Действительно, у них очень натянутые отношения, как и говорил мне Матео. Но я думаю, лучше не лезть в их отношения – они уже две взрослые девушки и могут сами решить, как им общаться или не общаться в дальнейшем.

- Идем, такси уже заждалось, - поторопил я всех. Матео и Лесли поставили свои путсые бокалы на столик, где их сразу же забрал официант.

Мы вышли на улицу, и сели в машину также, как и по дороге в отель. Я посмотрел на водителя – им оказался мексиканец, который вез нас в первый день. Какое совпадение.

- Я вас помню, - мужчина улыбнулся, проведя глазами по всем нам. – Как ваш отдых?

- Замечательно, - соврал я, прокручивая в голове события этих трех дней: отдых на берегу океана с Эбби, мой подарок ей, кража дел и то, как мы приблизились к раскрытию преступлений. Мне стало интересно – надето ли на Эбигейл мое колье, и я покосившись на зеркало заднего вида посмотрел на нее. Она откинулась на спинку сиденья и дремала. На шее висело колье, которое поднималось и опускалось по мере того, как она дышала. – Мы съездили на пляж Санта-Моника, посетили театр «Орфей».

- Я тоже там однажды был с моей женой и двумя дочерями, - с его лица не сходила улыбка. Видимо, все жители Лос-Анджелеса всегда улыбаются каждому встречному. – Ходили с ними на концерт никому неизвестной группы рокеров. Девочкам тогда не было и пяти лет, и как только они услышали барабанную установку, то сразу зарыдали навзрыд и нам пришлось отвести их в «In-N-Out». Поверьте мне, там чертовски вкусные говяжьи котлеты в чизбургерах.

- Мы, к сожалению, там не были, - признался я, отчего водитель удивился.

- Вы были в Лос-Анджелесе и не посетили это заведение? Можете считать, что, не побывав там, вы не были в Лос-Анджелесе. Я сейчас завезу вас туда. Ты проверишь мои слова о говяжьей котлете, а я подожду вас у ресторана, а затем отвезу в аэропорт.

- Действительно не стоит, - произнес я. – Мы очень спешим на самолет. До вылета остался буквально час, - мексиканец вздохнул и пожал плечами. – Но спасибо за предложение. Я вижу, вы искренне любите свой город.

- Да, это так. Я обожаю Лос-Анджелес и могу даже рассказать про него больше, чем любой гид... Когда приедете снова, позвоните мне по этому номеру, - он вытащи из кармана на рубашке бумажку, немного влажную из-за пота и сунул мне. – Я возьму выходной и проведу вам экскурсию по городу. Уж больно вы, особенно ты, парень, мне понравились. – он замолчал, но сразу же приблизился ко мне лицом и шепнул на ухо. – Только в следующий раз приезжай со своей девушкой – этот парень с татуировкой и блондинка кажутся мне немного противными людьми.

- Она не моя девушка, - смущенно ответил я, почувствовал, как загорелись щеки. – На самом деле, парень неплохой человек, но вот его пассия... - я посмотрел на них – они смотрели на телефоне фильм, заткнув уши беспроводными наушниками.

- Но ты точно влюблен, - пробормотал он, повернув на шоссе, на котором располагался аэропорт.

***

- Томас, можно я оставлю свои вещи у тебя, пока пойду смотреть новую квартиру? – спросила Эбби, когда мы ехали на моей машине из Бостона в Кембридж. Она, к слову, простояла все три дня и ничего с ней не случилось, если не считать штрафа за неоплаченную парковку, который лежал под стеклоочистителями. Ехали мы отдельно от Лесли и Матео, потому что те захотели погулять по Бостону перед тем, как поехать домой.

- Да, конечно, - ответил я под едва слышную мелодию песни, которая играла по радио. «Если хочешь, то можешь даже на ночь остаться» - хотел сказать я.

Когда мы приехали ко мне в квартиру, то я закрылся в ванной комнате, чтобы переодеться в рабочую форму – мы все-таки решили пойти в офис и сразу спросить с босса о копиях дел. Эбби же в свою очередь разложила все покупки и начала сортировать их. Я зашел в комнату переодетым, пока она, сидя на коленках, сворачивала и разворачивала футболки и платья.

- Если что, это не все предназначается мне, - сказала Эбби перед тем, как я открыл рот, чтобы задать вопрос. – Некоторые вещи меня попросили купить подруги, а вот это платье я купила Франциске, - она расправила сложенное в несколько раз синее платье с мелкими белыми цветочками на нем. – Мне кажется, ей подойдет этот цвет...да и гипсофилы она любит, - она выбросила свои толстовки из чемодана на пол и показала мне стеклянную бутылку бурбона. – Если не сложно, отнеси его на кухню, - я сделал, как попросила Эбби. – Его, кстати, выдерживали в дубовой бочке десять лет.

Эбигейл продолжала разбирать свои покупки, а я оставил ее одну и ушел на кухню заварить себе кофе. Спустя полчаса из спальни послышался ее голос, сообщивший, что она все сложила, и теперь можно ехать. И правда, когда я вернулся в свою комнату, все было разложено по маленьким подарочным пакетикам, который, видимо, Эбби тоже купила в Лос-Анджелесе. Отдав ей бурбон, она положила его в черный пакет и бросила туда портсигар.

- Ты все? – уточнила она, и я кивнул головой.

Она взяла в руку два подарка, и мы вышли из квартиры. Во время езды мне позвонил Матео и сообщил, что они задержаться в Бостоне на ночь. Я ответил ему, что мы едем в офис, на что тот попросил отмазать его перед боссом. Кажется, отмазывать Матео перед мистером Гарсиа еще одна моя обязанность в участке.

Припарковав машину у тротуара, мы направились к выходу. На привычном месте стоял автомобиль Матео и на лобовом стекле лежала бумажка, придавленная стеклоочистителем. Я из любопытства вытащил ее и прочитал. Матео, как и меня оштрафовали на сотню долларов за неоплаченную парковку. Эбби остановилась у двери, но не входила внутрь.

- Все же у нас участок намного лучше, нежели чем в Лос-Анджелесе, - произнесла она и только затем шагнула вперед.

В отделе было тихо, несмотря на разгар рабочего дня. Я переступил порог офиса, в котором царившую тишину нарушали лишь клавиатура и печатавший с интервалами принтер. Франциска, на лице которой пролегли тени, медленно подняла голову и посмотрела на меня и Эбигейл, вставшую за моей спиной. Его взгляд заметался, перескакивая от одного сотрудника к другому.

- Вы приехали, - сдавленно произнесла она, будто сейчас она заплачет. – Томас, Эбигейл проходите. Я переглянулся с Эбби, и мы прошли к моему рабочему месту. Девушка хотела подарить свой презент Франциске, но увидев ее мрачное лицо, поставила пакет под стол. – Мне тяжело это говорить, но я должна сообщить вам эту трагическую новость, - она закрыла ладонью рот, пытаясь не зарыдать. – Мистер Гарсиа... он отошел в мир иной.

Ассоциация восьми частных американских университетов, расположенных в семи штатах на северо-востоке США. Это название происходит от побегов плюща, обвивающих старые здания в этих университетах.