глава 29
Элли
Крупные снежинки оседали на растрепавшихся волосах, когда я вышла из такси у здания дорогого ресторана.
Они больше напоминали хлопья, кружащие над еще не остывшим пепелищем, в котором тлела моя уязвленная гордость.
Средняя стоимость ужина в Joe's c легкостью бы покрыла месячную аренду моей квартиры, включая депозит, а чтобы зарезервировать столик в последний момент, пришлось просить помощи Сьюзан. Разумеется, она все знала. Не могла не знать. Но злиться на нее было глупо, учитывая, что мы с ней даже не были подругами.
Я сделала пару глубоких вдохов, поежившись от пробирающего до костей ветра. Войти туда и посмотреть в глаза наглой лгунье? Или вернуться домой, чтобы стянуть с себя облегающее алое платье, смыть помаду в тон, заползти под одеяло и сетовать на свою глупость под сопливый фильм?
Конечно же, первое. Черта с два я сбегу, как сделала бы она.
Каблуки звонко возвещали о моем появлении, цокая по мраморному полу в направлении человека, нервно попивающую воду из высокого стакана. Она повернула голову в мою сторону, суровое прежде лицо озарилось улыбкой.
Девушка соскочила со стула и двинулась мне навстречу; полы дорогого пиджака распахнулись от скорости, с которой она все это проделала.
- Ух ты! Выглядишь просто... Вау!
Не знаю, что сказать, ты прекрасна! -
Она потянулась для поцелуя, но я извернулась, отступая в сторону.
- Помада, - указала на губы, натянув при этом самую приторную улыбку из имеющихся в арсенале обиженной женщины.
- Да, точно. - Та переминалась с ноги на ногу, что было так непохоже на привычную Малышенко. Свежие ссадины на скуле и лоск в одежде сильно контрастировали, но это больше говорило о ней, чем нынешнее поведение. -
Честно, не ожидала, что этот вечер закончится в ресторане и ты-ы... - Замялась, очерчивая мой силуэт рукой. - В общем, это намного лучше, чем утро.
Захотелось саркастично рассмеяться.
- Ну, не спеши так, вечер ведь еще
не закончился, - подмигнула, после чего подошла к стулу, присаживаясь и расправляя салфетку на коленях, при этом не поднимая глаз. - Садись!
Виолетта вернулась за столик, даже не осознавая, что поторопилась с выводами. К нам подошел официант и протянул мне второе меню. Он обратился к Виолетте:
- Мисс, вы уже готовы сделать заказ или подождете, пока ваша спутница определится?
Я не дала Виолетте открыть рта.
- Сколько стоит самая дорогая бутылка вина в вашем ресторане? - Пытаясь не потерять контроль над эмоциями, пролистывала винную карту, не глядя в колонку с названиями, и ткнула пальцем в самый баснословный ценник. - О! Вот оно, принесите бутылку! - Виолетта не повела бровью, усмехнувшись моей внезапной наглости. - И что-нибудь неприлично дорогое из еды. - Тем же методом выбрала два блюда, не удосужившись прочесть названия.
Официант удалился, а я налила себе воды в стакан, расплескав на белую скатерть небольшую лужу. Надеюсь, девушка не заметила, как дрожат мои руки под стоической маской.
- Честно говоря, не ожидала, что ты пригласишь меня куда-то, где не подают тако или сырные палочки. - Она приподняла уголок рта в ухмылке, а я жадно отхлебнула воды, крепче сжимая скользкое стекло и сдерживая при этом желание плеснуть ей в лицо содержимое стакана.
- Моя девушка может купить для меня весь этот пафосный ресторан. - Откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. - Так к чему скромность?!
- Мне нравится, как ты произносишь «моя девушка ». - Виолетта широко улыбнулась. Что ж, довольно любезничать. Обвела взглядом помещение и сладко прощебетала:
- Мы с Ником ходили в подобное место. Признаю, высокая кухня - не моя страсть, но что-то во всем этом есть. - Грязная игра, но обида творила в моей душе что-то невообразимое.
Лицо девушки моментально помрачнело, руки сжались в кулаки на поверхности стола, а зрачки неприятно полыхнули.
- Серьезно, Элли? Ты пригласила меня сюда, чтобы поговорить о Кее? - Напряжение достигло пика, перевешивая мое чувство гнева.
- Мы ведь собирались обсудить произошедшее, или ты предпочтешь делать вид, что ничего не случилось? - выгнула бровь.
Виолетта тяжело вздохнула, кивнув. В это время официант принес вино и разлил его по бокалам, предоставив нам обоим паузу для того, чтобы облечь мысли в слова.
- Ты права, - начала девушка , проводив официанта взглядом. - Я не стану извиняться за то, что врезала ему. Но мне жаль, что все это произошло вчера на твоих глазах. Хотя с удовольствием сделала бы это снова, после всего что услышала. Не хотела напугать тебя, мне снесло крышу от злости, прости.
- Как бы то ни было, он - твой друг. - Единственный внятный аргумент вышел настолько неубедительным, что та еще больше разозлилась.
- И что? Это не дает ему права нести все то дерьмо про долбаную любовь и... - она скривилась, поиграв губами, перед тем как с отвращением выплюнуть, - целовать тебя. Сколько вы вообще знакомы?
Несколько людей обернулись на
наш столик.
- Послушай, - мягко сказала я. -
Думаю, никто не в восторге от всей этой ситуации. Но в том, что случилось, виноваты мы все в равной степени.
Между нами не было ничего, о чем тебе стоило бы беспокоиться. Да даже если бы и было, ты не имела права меня судить, потому что сама приняла решение расстаться. А с Ника еще спрошу за все, но для начала пусть успокоится. - Понимая, что мои слова не сделали легче, протянула ладонь и положила ее на влажную скатерть, ближе к руке Виолетты. - Я расставила все точки в наших с ним отношениях, как только вернулась со свадьбы Дэна.
- Если бы знала, то ни за что не надавала бы ему советов по соблазнению, - призналась Виолетта, проводя пальцами по волосам. Теперь ее прическа выглядела небрежной, но так было даже лучше.
Я рассмеялась.
- Да уж, советы твои - полное дерьмо, Виолетта . Слышала бы ты, как нелепо это звучало из уст Ника. - Она подхватила мой смех и, кажется, расслабилась.
- У меня же сработало. - Девушка накрыла своей рукой мою и слегка сжала пальцы, но потом вдруг снова помрачнела. - Ты назвала меня по фамилии.
Назвала. Пятерка за прозорливость.
- И что? - спросила, снова натянув
беззаботное лицо.
- Не знаю, звучит так, будто у меня
все еще проблемы.
Вернулся официант с едой. Я пригубила вина и, сморщившись, переключила на него свое внимание.
- Простите, это вино на вкус какое-то странное. Можно нам другую бутылку?
- Что конкретно не так, мисс? - уточнил он.
- Не знаю, оно кислое. - На самом деле вино было блестящим, а от воспоминания о цене сводило горло.
- Это «Романе-Конти», мисс. Сорт отличается высокой кислотностью. Наверно, все дело в том, что оно не совсем подходит к блюду, которое вы заказали.
Чертова бутылка стоит две тысячи
долларов, да оно подходит ко всему, что можно прожевать и проглотить.
- Ах, вот оно что! - Уже не понимала, прикидываюсь дурой или правда ею являюсь. - Тогда не могли бы вы принести что-то более подходящее из того же ценового сегмента? У нее куча денег, мы все оплатим, - небрежно ткнула непослушной рукой в Виолетту. Она внимательно изучала меня, не реагируя на официанта. Казалось, ее вообще не волновали цифры, пока меня вовсю трясло от этой глупой затеи. - И увеличьте вдвое ваш процент чаевых.
Растерянный официант просиял и снова оставил нас. Повисло молчание.
Я нехотя подняла глаза, ожидая чего угодно, только не этого. Виолетта пристально смотрела на меня с лицом, полным отчаяния, перемешанного с болью. Вот оно. Мой подбородок задрожал.
- Как ты узнала? - просто спросила она.
Конечно, девушка все поняла. Ломать
второсортную комедию больше не было смысла. Можно наконец отпустить себя, выложив на игральный стол свои настоящие эмоции.
- Какая теперь разница? - Глаза защипало, но я не собиралась плакать, сидя в роскошном ресторане с дурацким планом, лопнувшим по швам, и сгорая от унижения. - Зачем ты это сделала?
- Потому что люблю тебя. - Слова давались ей с такой легкостью, в то время как мои комом собирались в горле.
- Мне не нужны твои подачки, - злостно выплюнула, закусив щеку из-нутри. Предательская влага проскользила до подбородка. Целый день прокручивала этот разговор у себя в голове, мысленно сотней способов вспарывая живот Виолетты, но прямо сейчас не могла больше выдавить ни слова.
- Элли, послушай. - Она глубоко вздохнула. - Понятия не имею, как ты узнала, но это именно то, о чем хотела поговорить с тобой утром. Знаю, как все это выглядит в твоей прекрасной голове, только у меня и в мыслях не было унизить тебя. Все, чего хотела, это чтобы твоя мечта стать фотографом сбылась. Деньги ничего не значат, но ты значишь. Понимаю, твоя гордость сейчас бежит впереди, размахивая флагом с надписью «Пошла ты!». Но все, чего ты добилась, это исключительно твоих рук дело. В них даже дряхлая мыльница сотворит шедевр.
Ты пахала как проклятая, я видела твои работы... - Резко замолчала, плотно сжав челюсти, когда поняла, что сказала слишком много. Взгляд был полон сожаления.
- Мои работы? - как попугай повторила я, складывая дважды два. - Ты что, следила за моей успеваемостью?
Слышала вообще про личные границы? - Стало противно, как будто речь шла о подглядывании в душе.
- Ждешь, что я скажу, будто пыталась не думать о тебе и строить свою жизнь заново? Ты ведь хотела поговорить начистоту? Так вот знай: ни черта не пыталась. Да, с первого курса оплачивала твои съемки, покупала все необходимое для института, взамен получая папку с твоим портфолио и табелем оценок. Это все, что знала, клянусь. Не вторгалась в твою личную жизнь, не караулила за углом... Ну, ладно, всего один раз год назад, но только чтобы сказать, как сожалею обо всем...
- Довольно! - оборвала я.
Одно дело - прокручивать все у себя в голове, другое - слышать признание из ее уст.
- Малышка, просто хочу, чтобы ты была счастлива и ни в чем не нуждалась. Если бы предложила тебе помощь лично, то послала бы меня на хер, разве не так? Какая вообще разница, кто жертвует средства институту, если в конечном итоге все зависит только от таланта студентов?
- Большая разница! - закричала я.
Теперь добрая половина ресторана, включая персонал, пялилась на нас.
Стыдливо оглядела любопытных зевак и сбавила тон, глядя на ароматное блюдо в своей тарелке. За пеленой слез оно выглядело как одно сплошное месиво. Аппетит давно пропал, а желудок скручивало тугим узлом. - У меня нет денег, чтобы вернуть тебе долг. Зачем ты поставила меня в такое положение?
- Что за чушь? Ты ничего мне не
должна, - стальным тоном отрезала Виолетта, отбрасывая салфетку в сторону.
Она , как и я, не притронулась к ужину. -
Из кожи вон лезла, чтобы ты могла учиться в Чикаго, и лучшей платой за мои старания будет твое принятие ситуации.
Гордость все еще не позволяла мне выдавить из себя слова благодарности.
Искренность в ее глазах притупляла чувство обиды, но не гасила полностью. И тут меня осенило.
- Работа Дэна тоже твоих рук дело?
- Что? Нет, клянусь! Все было так, как и говорила на свадьбе: его приняли исключительно за опыт и трудолюбие. То, что мы друзья, - простое совпадение. Ты ведь не думаешь, что у меня подвязки везде и я просто дергаю за ниточки, как кукловод? Я больше этим не занимаюсь, - издала сокрушенный вздох. - Мне бы со своей жизнью разобраться.
- Что значит «больше этим не занимаюсь»? - прищурилась я.
- Если отвечу, ты встанешь и уйдешь, - печально сказала она. - Но мы ведь должны закончить этот разговор, верно? - Виолетта махнула официанту, а когда тот подошел с новой бутылкой вина, заказала себе виски.
- Стойте, - окликнула уходящего парня. - Пожалуйста, заберите бутылку, это была просто шутка. - Конечно же, он не поверил в этот бред - весь ресторан слышал нашу ссору, - но без лишних слов подхватил напиток и проследовал к бару.
Когда днем писала сообщение, приглашая Виолетту в ресторан, то планировала проучить ее, ткнув лицом в огромный чек, раз уж ей не привыкать разбрасываться деньгами. Сейчас эта лодка, похоже, заплыла в какой-то нескончаемый водоворот, из которого уже было не выплыть. Знать, что остались еще секреты, было невыносимо. В Брейдвуде мне казалось, что мы покончили с этим.
Виолетта отпила виски, перекатывая стакан в ладонях. Блики света, проходя через стекло и алкоголь, кружили по скатерти янтарными пятнами. Я ждала, комкая на коленях салфетку. Страх, что ее слова разобьют мне сердце, усиливался с каждой секундой молчания.
- Когда случайно подслушала ваш разговор в кухне и узнала, что ты хочешь бросить колледж в Чикаго, я позвонила отцу, - тихо сказала Виолетта , не глядя на меня.
Закрыла глаза, облизывая пересохшие губы, страшась услышать продолжение, но понимая, к чему все идет.
Мистер Малышенко был не последним человеком в академических кругах Иллинойса до переезда в Массачусетс.
- Ты сделала так, чтобы я не поступила в Бостон, - прошептала. Это не было вопросом. Она кивнула, все еще гипнотизируя стол. - Мы могли быть вместе, Ви. О чем ты только думала? - из последних сил сказала, перед тем как расплакаться. Две соленые дорожки непрерывно лились по лицу, обжигая щеки.
- Мне казалось, что поступаю верно. - Она подняла взгляд, в ее глазах тоже блестели слезы. - Своими руками оттолкнула тебя от себя, а потом умирала, пожиная плоды своих неверных решений. Прости меня, Элли. Единственное, что давало мне сил, было знание того, что ты идешь к своей мечте, не встречая больше преград на пути.
На этих словах я вскочила и бросилась в уборную, глотая слезы и теша дешевой драмой изголодавшихся до зрелищ посетителей чопорного заведения.
Преград на своем пути. Она считала себя преградой.
В голове перемешались в вязкую кашу мотивы Виолетты и мое нежелание зависеть от кого-либо. Глядя в винтажное зеркало, вытирала руки одноразовым полотенцем. Тушь растеклась, образовав под глазами черные пятна.
Стирая ее пальцами, я вглядывалась в свое заплаканное лицо.
- Кого ты пытаешься надуть? - вслух сказала отражению. С первого дня учебы существовала за счет неизвестных мне людей, так какая теперь разница, кто в действительности стоял за этим? Уже собираясь в ресторан, знала, что прощу Виолетту ее альтруистичный порыв. Только принять тот факт, что она была не просто инициатором разрыва, но и той, кто оборвала призрачный шанс на совместное будущее, не могла. Хотелось снова залепить ей звонкую пощечину, толкнуть в грудь, кричать, что ненавижу. Прямо как в тот день под дождем, когда она оставила меня.
Только вот я повзрослела и больше не плелась на поводу у своих эмоций. И я вовсе не испытывала ненависти. Все сложилось так, как и должно было. Наверно, когда-то давно нам суждено было оставить друг друга, чтобы переосмыслить вещи, о которых не задумываешься, когда тебе восемнадцать.
Иногда для любви просто слишком неподходящее время.
Приведя себя в порядок, вышла из уборной и вернулась в зал.
Виолетта, понуро смотрящая в скатерть, подняла голову, когда присела напротив.
- Ты не ушла, - прошептала она. - Я
была уверена, что ты не вернешься.
- А чего ж не бросилась вдогонку? -
съехидничала я.
- И ты бы осталась?
- Не драматизируй! То, что ты поступила как эгоистичная овца, не удосужившись спросить, чего хочу я, - подло и кажется предательством, но кто из нас не совершал ошибок, будучи зажатым между молотом и наковальней.
- Значит, ты не бросаешь меня? -
Вопрос показался мне забавным, поэтому рассмеялась. А может, нагрянула вторая волна истерики.
- За то что поставила мои мечты выше, чем мое желание быть с тобой? Ты уже сама себя наказала, Малышенко, сойдемся на этом.
Она улыбнулась.
- Можно встану и поцелую тебя?
- Ни хрена подобного! - облокотилась на стол. - Теперь решения принимаю я. И, так как все еще злюсь, объявляю тайм-аут.
- Чего? - Ее брови взлетели вверх.
- Я устала бултыхаться в этой воде, Ви. На мне висит важный проект, у тебя новый офис и ремонт дома. Думаю, до Дня благодарения каждый займется своей жизнью.
- Но ты - часть моей жизни, - возмутилась она. - Какого черта, Элли?
- И ты должна встретиться с Ником, чтобы решить все разногласия, - добавила я.
- Издеваешься? - зло рыкнула Виолетта.
- Похоже, что шучу? - Безапелляционный тон был ответом на мой же вопрос.
- Вьешь из меня долбаные веревки,
чтобы на них меня и подвесить.
- Ага. - Беззаботно подцепила вилкой какую-то склизкую штуковину с тарелки. Блюдо давно остыло и на вкус напоминало вареную подошву с примесью лимона и соли. - Ну и гадость, - выплюнула непрожеванный кусок в салфетку, после чего отодвинула тарелку подальше.
- Рада, что твоя дурацкая затея встала у тебя комом в горле, - выдала девушка .
- Скажешь еще слово, и твой отпуск продлится до Рождества. Плати по счету и угостишь меня прощальным ужином в «Мак-авто».
Виолетта заржала и подняла руку вверх, призывая официанта, а я в душе надеялась, что не пожалею о своем решении.