ERROR: Заря перерождения | 蝶变 | DIEBIAN

Юй Ань уставился на это лицо и, отступив на полшага, незаметно спрятал лист в руке в одну из коробок, которыми была завалена гостиная.

Чжао Жань открыл раздвижное окно, уперся в подоконник и ловко впрыгнул внутрь: «Склад? Эм, может прибраться?». Он повернулся и задернул шторы, затем отмахнулся от поднятой пыли.

Из-за нагроможденных чемоданов гостиная была слишком беспорядочной, в результате чего перевернутая тумба под телевизор не очень выделялась.

Юй Ань осторожно понаблюдал за выражением лица Чжао Жаня, чувствуя, что он не должен был заметить маленькое отверстие под тумбой, и сам тоже не стал объяснять, чтобы случайно не раскрыться попытками утаить истину.

Эта страница ежедневника очень подозрительная, Юй Ань помнил билет и книгу, которые передал маме в свой день рождения, но не помнил человека, запрыгнувшего через окно в тот день.

«Он» в дневнике как будто вышел из чистой фантазии, с научной точки зрения, это может быть иллюзией, причиной которой было какое-то психическое заболевание, например, раздвоение личности или бредовое расстройство.

Но также может быть, что этот человек действительно существовал, однако сам он забыл всё, связанное с ним, как человека, чье лицо было вырезано на старой фотографии.

«Он» может быть Чжао Жанем?

Но он вел себя, как незнакомец, и не слишком походил: бывает человек просто привык стучать в дверь четыре раза — это ни о чем не говорит.

— О чём задумался? — Чжао Жань выскочил перед лицом и легонько стукнул запястьем Юй Аня, в его тоне, казалось, сквозила надежда, что он что-то вспомнит.

— Интервьюер, зачем ты пришел?

— Особые услуги. — Чжао Жань поднял телефон, и строчка «требую спать вместе с интервьюером» в окне чата ударила в лицо Юй Аня. — Ты только что покинул место убийства, да ещё и близко подходил к трупам, я должен сопровождать тебя ночью.

Словно измученный детскими необоснованными требованиями, он сел на диван и лениво потер лицо.

— Эм.

«Я тогда просто пошутил». Юй Ань сжал нижнюю губу, немного чувствуя себя виноватым; если подчитать время, Чжао Жань уже должен был сесть в поезд, но повернул назад, получив на полпути его сообщение.

Пришел и пришел, нельзя снова разворачивать его обратно.

— Хочешь помыться? Я пойду в ванную проверю водонагреватель. — Юй Ань поспешно взял чашку кипяченой воды и передал Чжао Жаню, чтобы согреть руки, затем свободно пнул чемодан на полу, загораживающий дорогу, небрежно расчистив путь, и с опущенной головой зашел в туалет.

Заперев дверь, Юй Ань вымыл руки и детально разобрался в нынешней ситуации. В уме появилась догадка, и от этой мысли его спина покрылась холодным потом.

Может ли быть так, что настоящий Чжао Жань уже мертв, а тот, что за дверью, — подделка, поэтому он не помнит его, а просто имитирует Чжао Жаня, которого сам же убил.

Он странно знаком с расстановкой его дома, к тому же действие с закрытием шторы очень необычное — может быть, это для того, чтобы прикрыть его последующее зверство.

Так или иначе он сам пока потерял память, разве в том, что касается событий, предшествующих беспамятству, у него — Чжао Жаня — всё ещё не было решающего слова?

Это плохо, на кухне есть ножи, если бы он использовал их, чтобы справиться с ним, всё было бы кончено.

Юй Ань вытащил из полуботинка кинжал, слабо опираясь кончиками пальцев на ручку туалета.

Из-за двери неясно доносилась трансляция новостей, видимо, тот человек включил телевизор — планирует прикрыть свои шаги громкостью телевизора? Возможно, он уже начал действовать.

Юй Ань тихо открыл замок, надавил на ручку, приоткрыв щель в двери туалета, и выглянул наружу.

Изначально он думал, что его взгляд точно встретиться с безумными алыми глазами, но в итоге всё было прямо противоположно его ожиданиям.

Чжао Жань спал, свернувшись на диване, длинные волосы мягко рассыпались по подголовнику, а длинные ноги, которые некуда было положить, пришлось согнуть и подтянуть.

На его лице проступал болезненно-белый, и он слегка хмурил брови от усталости; подол рубашки задрался до верхней части пресса; рана всё ещё была перевязана марлей, которую он приклеил ему.

Юй Ань, держа нож с лицом без эмоций, медленно прошел мимо и кончиком ножа откинул пряди челки у него на лбу, взглядом обрисовывая каждый его сантиметр.

Темперамент, когда он спал резко отличался от времени, когда бодрствовал, — хрупкий и бледный вид — очень напоминал цветок, который становится белым, когда закрывается, но в высшей степени агрессивным, когда распускается.

Такой красивый.

Этому прекрасному телу не надлежит лежать в море крови, его следует подвесить за связанные руки в комнате, не имеющей окон, украсить острыми аксессуарами и наблюдать за его реакцией на боль и прикосновения.

Во всяком случае он уже избрал быть убийцей, ещё и забрал его глазное яблоко. Его руки до этого момента наверняка были испачканы большим количеством крови и человеческих жизней, тогда, независимо от полученного финала, ему стоило заранее психологически подготовиться — это наказание судьбы.

Юй Ань нетерпеливо высоко занес руку.

Без всяких предзнаменований Чжао Жань распахнул глаза.

!

Юй Ань был разоблачён в совершении убийства, но не выказал ни капли паники, а, по-прежнему действуя согласно первоначальному плану, грубо ударил рукояткой кинжала. Реакция Чжао Жаня тоже была очень быстрой: он тут же схватил запястье Юй Аня.

Однако Юй Ань поднял правую ногу и надавил на тело Чжао Жаня; в данный момент сила имела ещё большее преимущество, поэтому двое на короткое время зашли в тупик.

Чжао Жаня разбудило холодное желание в глазах Юй Аня, и он увидел, как губы противника шевельнулись, беззвучно декламируя три слова: «Превышение необходимой самообороны».

— Стой! — Чжао Жань выхватил кинжал и ударом колена скинул юношу, навалившегося на его тело. — Что ты делаешь? Я на миг заснул, и всё равно спровоцировал тебя?

Неожиданно Юй Ань заранее подготовился: спокойно отступил за чайный столик, поднял с пола комплект кухонных ножей, которые заблаговременно принес, поставил на столик и кончиками пальцев провел по ряду рукояток, выбирая, затем приподнял веки и заменил одно слово меж губ: «Необходимая самооборона».

«...» Чжао Жань скользнул взглядом по кинжалу в своих руках и понял, что дело плохо.

Служащие Метро повсеместно соглашались, что собеседование новичков имеет самый высокий коэффициент опасности из всех задач, потому что вы никогда не знаете, какая злая душа скрывается под этой безобидной юной оболочкой.

Чжао Жань сразу сдержал выражение на лице, перевернул и воткнул кинжал в деревянную поверхность чайного столика, затем сбросил плащ и сорвал пуговицы, застегивающие воротник, с видом, как будто принял действительность.

Он засучил рукава, обнажая ветви извилистых синих сосудов, ползущих по мышцам предплечья.

В узкой гостиной разразилась борьба, но сила Юй Аня тоже не уступала, к тому же он не проявлял снисходительность к противнику, как Чжао Жань. Он взглядом наметил цель и бросился, сжимая обвалочный нож.

Однако как раз в воздухе он почувствовал, что оказался схвачен рукой за лодыжку, после чего его внезапно отдернуло назад и резко отбросило.

Перед глазами всё завертелось, и грудь Юй Аня пронзила тупая боль: он был безжалостно вдавлен в стену.

Чжао Жань стоял позади него, заломив руку, в которой он сжимал обвалочный нож. Юй Ань, всё ещё не успокаиваясь, другой рукой отчаянно потянулся вдаль за другим ножом, но Чжао Жань вонзил лезвие в промежуток между его пальцами: кинжал погрузился в стену между большим и указательными пальцами Юй Аня, нисколько не ранив его.

Руки Чжао Жаня твёрдые и сильные, как клещи, — зафиксировать Юй Аня так же легко, как прижать маленького котенка.

Юй Ань не смирился и по-прежнему сопротивлялся.

— Я слишком потакаю тебе, не так ли? — Чжао Жань применил немного силы, и Юй Ань почувствовал, что его мышцы и кости вот-вот сдвинуться и лопнут. Он не выдержал и застонал, плотно стиснув зубы от боли.

— Они сказали, что на собеседовании для новичков нужно драться, пока не подчинишь их, но я все равно думал, что это слишком жестоко, а тебе, видимо, нравится такой метод?

— Интервьюер, ты выглядишь как тип, который нравится мужчинам. — Юй Ань был подавлен, но все равно обернулся, чтобы спровоцировать его. — Я не хотел на самом деле убивать тебя.

Чжао Жань растерялся из-за мрачного, соблазнительного взгляда и вдруг услышал звонкий щелчок костей: сустав запястья, которое было сжато в руке, вывихнулся.

Юй Ань упорно продолжал молчать, но физиологические слёзы, наконец, заволокли глазницу и вытекли из правого глаза.

«...» Чжао Жань мигом погасил пламя и медленно разжал руку.

Юй Ань опустился коленями на пол, тяжело дыша, сжимая вывихнутое запястье.

Чжао Жань присел, нахмурившись глядя на маленького зверька, которого по неосторожности сжал слишком сильно, схватил запястье Юй Аня, а другой рукой сдавил место вывиха и вправил сустав.

Юй Ань, вопреки ожиданиям, снова внезапно протянул руку и схватил обвалочный нож.

— По новой? У тебя действительно много энергии... — Чжао Жань быстро отступил на безопасное расстояние.

В этот момент из телевизора на стене отдаленно послышался знакомый голос, и на новостном кадре появился мужчина в плаще со значком Метро на груди, помахавший рукой журналистам в знак приветствия.

Юй Ань повернулся вбок, устремив взгляд на экран телевизора. По новостям как раз повторно транслировалась пресс-конференция, организованная Метро, мужчина, непринуждённо выступающий за трибуной, был Чжао Жанем из группы экстренного порядка.

Высокие брови, холодно-белая кожа, плюс бледно-сливовые длинные волосы действительно были один в один, как у интервьюера рядом, такой особенный внешний вид очень трудно подделать, к тому же только что во время драки он коснулся его лица, и оно не было маской из человеческой кожи.

После минуты ступора Юй Ань разочарованно вставил обвалочный нож обратно в деревянную подставку, как будто ничего не произошло, и понес подставку назад на кухню.

Чжао Жань обернулся и взглянул на него: маленькое тухлое яйцо в конце концов угомонилось, и в течение короткого времени не должно снова поднимать шум. Он опустил голову и потер кончики пальцев руки, которая только что схватила запястье Юй Аня: тонкие кожаные перчатки начиная от кончиков пальцев пропитались влагой, более вязкой, чем пот.

......

После того как поставил ножи обратно на кухню, Юй Ань честно воткнул водонагреватель и включил теплый режим кондиционера, после чего вытащил из шкафа чистое махровое полотенце и принадлежности для умывания и положил в туалет.

Только когда Чжао Жань вошел в ванную, и за дверями послышался шум воды, Юй Ань успокоился, просто собрал хлам и вернул тумбу под телевизор в изначальное положение.

Казалось, прошлое в его памяти вовсе не настоящий мир, а секреты, похороненные в воспоминаниях, и есть правда.

Юй Аню было очень любопытно такое чувство влюбленности между строк, поцелуи, объятия, чувствительная краснеющая шея и зубы, ранившие язык.

Если возлюбленным был Чжао Жань... Юй Ань действительно не мог представить заботливый вид этого розового парня, он только что чуть не сломал его руку.

Юй Ань втайне записал обиду.

В тумбе под телевизор должно быть больше одной страницы, ему всё ещё нужно больше дневниковых записей, но монетный замок ограничил его, поэтому завтра нужно выйти и найти несколько непригодных ядер, чтобы проверить можно ли вытащить записи с другой датой.

Верно, он уже подписал соглашение на стажировку, и завтра можно выходить на работу.

«Вероятно, определят на техническую должность». То, о чем нужно думать сейчас — как жить дальше, Юй Ань пока отбросил дневниковые записи в глубины мозга, взял Анализатор запасных ядер на столе и внимательно изучил.

Шум воды в ванной прекратился, Чжао Жань с перекинутым банным полотенцем вытирал волосы и толкнул дверь, входя в спальню, сразу увидев Юй Аня за письменным столом, на поверхности которого были навалены куча деталей, печатная плата и тонкие инструменты.

— О небеса, ты разобрал Анализатор ядер? — Чжао Жань увидел беспорядок на столе, лениво подтянул круглый табурет и сел рядом с Юй Анем, наблюдая сбоку, подперев голову. — Собрать-то можно?

Юй Ань был очень сосредоточен, на правом глазу носил механический окуляр, его ловкие пальцы слегка сжимались и двигались: он установил катушку снаружи мини-дезинфицирующей помпы, по отдельности соединил восемь высоковольтных тонких трубок и припаял к восьми выемкам для хранения ядер, покрыл быстросохнущим изоляционным слоем, затем отложил в сторону для просушки, после чего включил компьютерную программу отладки.

Он не выработал хорошей привычки раскладывать по порядку винты и детали во время разборки, все маленькие вещи были хаотично свалены вместе, но он мог с первого взгляда выбрать нужный винт.

Юй Ань все время опускал голову, но не мог не взглянуть боковым зрением в сторону Чжао Жаня.

Он надел только банный халат, не было барьера в виде запаха хозяйственного мыла на рубашке, и Юй Ань учуял крайне слабый древесный аромат, исходящий от его тела, близкий к запаху страниц монументальной книги, которую очень редко пролистывают в библиотеке.

Но Чжао Жань шевельнулся, и сильный лавандовый аромат шампуня полностью перекрыл этот бледный запах, Юй Аню оставалось лишь отнести недавнее восприятие к галлюцинации.

— Интервьюер, иди спать на мою кровать, — сказал он глухим голосом, — остальные комнаты ещё грязнее.

За окном спальни забрезжила полоса белого цвета, напоминающего рыбье брюхо: небо скоро посветлеет.

Юй Ань снял окуляр — глаз немного болел, лучше просто лечь на стол и отдохнуть с закрытыми глазами.

Когда сознание затуманилось и собиралось погрузиться в сон, кто-то тайком подошел, наклонился и закинул его руку на плечо, затем лицом к лицу поднял его в объятиях, поддерживая за ноги.

Чжао Жань осторожно завернул его в одеяло, сел у кровати и осмотрел его вправленный после вывиха сустав, и только после этого выключил свет и лег рядом с Юй Анем.

Спустя долгое время Юй Ань осмелился тихо открыть глаза. На самом деле сначала он хотел позвать интервьюера, чтобы похвастаться Анализатором запасных ядер, который сам переоборудовал, но он казался очень уставшим, что было физическим и эмоциональным истощением, видимым невооруженным глазом.

Юй Ань осторожно открыл воротник халата Чжао Жаня, настойчиво убеждая себя, что просто хочет посмотреть хорошо ли обработана его рана, но он действительно настолько белый, что при слабом прикосновении появляется розовый цвет.

Взгляд упал на грудь Чжао Жаня, и Юй Ань немного удивился. Там отпечатался маленький красный след, который ещё не сошел, похожий на царапины, появившиеся от проникшего кончика ручки, когда он подписывал контракт, подставив его грудь.

Смутно виднелись контуры двух иероглифов «Юй Ань».

«...» Прикусывая сустав указательного пальца, Юй Ань затаил дыхание, пробуя легонько касаться его ключиц и грудных мышц: в местах, которые очерчивали кончики пальцев, смутно проступал розовый цвет.

Он — интервьюер, а не убийца, и это самая большая досада сегодняшнего вечера.

— Не шуми. — Чжао Жань был защекочен и устало оттолкнул голову Юй Аня.

Его руки на удивление всё ещё были в перчатках.

Юй Ань вспомнил, что с тех пор, как впервые встретил его, эту пару тонких кожаных перчаток никогда не снимали.

Множество игр ужасов оставили последствия, Юй Ань всегда не мог не воображать, что под этими перчатками на самом деле спрятаны демонические когти, покрытые колючими наростами, или что эти перчатки уже паразитировали на его коже, и отрывать их все равно что сдирать его кожу.

Какая тайна скрывается внутри? Юй Ань коснулся его ладони и пальцев подушечками пальцев, — казалось, ничего особенного.

Однако, когда дотронулись до кончиков пальцев, Чжао Жань вдруг содрогнулся всем телом и поднял голову с мягкой подушки, пристально глядя на Юй Аня. Зрачки покраснели, словно налились кровью.

Под смертельным взглядом интервьюера Юй Ань лизнул нижнюю губу, убрал руку, поспешно повернулся спиной к нему и накрылся одеялом.

— Не шути так, я действительно не могу контролировать это, — услышал он, как беспомощно сказал Чжао Жань за спиной, голос был немного хриплым, словно он всеми силами сдерживал что-то.

__________

Примечание:

[1] «превышение необходимой самообороны» (防卫过当) и «необходимая самооборона» (正当防卫), меняется порядок слов и только одно слово «过»; Юй Ань специально сунул ему кинжал, чтобы оправдать перед законом свои действия против Чжао Жаня.