Глава 19
Я не могла уснуть. Мысль о том, что Нейт сейчас в лесу, без возможности контролировать себя до самого рассвета, выжигала мне мозг. Я злилась на мир за его жестокость, на ночь, за ее беспросветность, на саму себя, за то, что не могла уберечь Нейта от страшной участи.
Утро не принесло ощутимых результатов, разве что я была непривычно рассеянна. Конечно, Нейт вчера весь день уверял меня, что нет причин волноваться, но я все равно нервничала. А все потому, что рассказ о безумном оборотне не шел у меня из головы.
История семьи Сноу не просто поражала, она шокировала. Я готовилась нанести искренней любви Нейта еще один удар, и это позволяло мне чувствовать себя настоящим монстром.
Мама не стала портить утро расспросами и после завтрака молча отправила нас с братом в школу. Лукас тоже ничего не сказал, и я была рада тому, что не обижу никого своей раздражительностью.
Нейт заранее предупредил, что не появится в школе, но я все равно надеялась. Пришлось осмотреть всю парковку, прежде чем согласиться с мыслью, что он приедет. Я уже настроила себя на плохой день, как вдруг теплая рука схватила меня за запястье, и улыбающийся Нейт притянул меня к себе.
— Я думала, не ждать тебя.
— Решил поздороваться.
— Спасибо, — облегченно выдохнула я.
Нейт непонятно отчего улыбался, когда тянулся за поцелуем. Я была так рада его видеть, что забыла обо всем: о школьном дворе, любопытных взглядах, реакции друзей.
— Как все прошло? — спросила я, отстранившись.
Нейт неопределенно поморщился.
— Мне нужно вернуться домой. Лили нездоровится: ночь была тяжелой. Но мне гораздо легче теперь, когда я увидел тебя.
Вместо ответа я только улыбнулась и оторвала руки от его талии, чтобы дать ему возможность уйти. Опьяненная от поцелуя и облегчения, я наблюдала за тем, как Нейт шел к «фольксвагену», и машина скрылась из виду. Я была настолько поглощена мыслями, что не заметила дороги к кабинету испанского.
— Ты встречаешься с Нейтом Сноу?!
Разгневанная Ханна пронзила меня взглядом, едва я заняла свое место.
— Почему ты так думаешь? — машинально ответила я, хотя не верила, что смогу избежать неприятного обсуждения своей личной жизни. У Ханны повсюду были глаза и уши.
— Потому, что на прошлой неделе он привозил тебя в школу, а сегодня вы целовались посреди школьного двора, — с отвращением отметила подруга.
Я была так растеряна, что пожала плечами и сделала невинное выражение лица, но это лишь раззадорило Ханну. Если такой была ее реакция, то с Итаном мне лучше не встречаться.
— Это плохо? — не выдержала я. Какой бы занозой не была Ханна, я не желала терять своего друга.
— Это твои проблемы.
Да уж, Нейт Сноу — исключительно моя проблема.
Ханна продолжала гневаться, и я поразилась тому, с какой скоростью умудряюсь разрушать свою жизнь. День полетел к чертям в основном из-за ее стараний. Она подчеркнуто меня не замечала и разговаривала только в случае крайней необходимости. Оказавшись в кафетерии, в обществе Лизы мне стало легче. Ее пацифизм полностью покрывал негодование Ханны.
Я с ужасом ждала встречи с Итаном. Мое сердце реагировало на каждую светлую голову и спортивную куртку, но я встретила его только после уроков.
— Итан, — позвала я.
Он даже не обернулся.
— Итан, постой. — Я с трудом догнала его и схватила за руку. Итан остановился, но лучше бы он этого не делал.
Никогда прежде он не смотрел на меня так зло и холодно. Итан даже не пытался скрыть отвращение, и совесть напомнила мне о том, что я это заслужила.
— Не прикасайся ко мне! — прорычал Итан, и я потеряла дар речи, глядя на своего некогда лучшего друга. Я не узнавала его, а он, видимо, не мог узнать меня.
— Итан, ты ведь не понимаешь...
— Я понимаю, — рявкнул он в ответ. — Ты отдала себя монстру. Как... как ты могла?
Его слова заставили меня реально взглянуть на ситуацию, и я не знала, что ответить. Шок лишил меня возможности говорить, но, когда Итан предпринял очередную попытку уйти, я опомнилась.
— Почему ты так говоришь? Разве это имеет значение?
Итан бросил на меня взгляд полный холодной ярости.
— Ты серьезно спрашиваешь? Правда, хочешь знать, имеет ли значение то, что ты подвергаешь себя такой опасности? От одной мысли мне становится тошно. Не могу даже представить тебя рядом с ним.
Я внезапно разозлилась. Не знаю точно, что стало причиной: обвинения Итана или его слова о Нейте. Отчего-то мне не понравились его нападки на мои псевдоотношения.
— Я всего ожидала, но это выходит за рамки дружбы. Мне не за что извиняться, Итан.
Он пугал меня своим безумием, и я решила не продолжать этот бессмысленный разговор. Я не могла объяснить ему причину своего поступка, он бы не понял меня.
— Не хочу тебя видеть. Не сегодня, — сказал Итан, отворачиваясь.
Я уязвлено скрестила руки на груди и поспешила уйти. Итан повел себя жестоко, и я чувствовала груз разочарования на сердце, но плакать не желала. Дома легче не стало. Занятая мыслями о Нейте, я не слушала маму, чем возбудила подозрения.
— У тебя проблемы? — спросила она, глядя на меня обеспокоенно. Я поспешила соорудить на лице улыбку.
— Все отлично.
На следующий день я чувствовала себя спокойнее по одной единственной причине — Нейт был рядом со мной. На первом уроке я изменила обществу Лизы и села с ним за последний стол, подальше от любопытных взглядов, но поздно поняла, что мне все равно от них не избавиться.
— Почему они все на нас смотрят? — спросила я у Нейта шепотом.
В класс вошла миссис Вает и объявила о начале урока. Еще одна шутка судьбы: мне стало не по себе от присутствия матери Ханны и Итана, но Нейт очень быстро перехватил мое внимание.
— Это все из-за меня. Я знаменит! — улыбнулся он, и я пихнула его ногой под столом.
— Самовлюбленный эгоист!
Когда во время ланча мы пришли в кафетерий, Лили резко поднялась с места и покинула зал еще до того, как мы успели отыскать свободный столик. Сегодня мне было бы неловко сидеть рядом со своими друзьями, поэтому я предпочла общество Нейта.
— Мне стоит с ней поговорить? — предложила я, в отчаянии наблюдая за тем, как тает улыбка на лице Нейта.
— Все в порядке. Позволь мне с этим разбираться.
Я подняла руки, давая понять, что выхожу из игры.
— Только ты обязательно разберись, — попросила я. Злость Лили была мне в тягость. — Кстати, могу я задать тебе один неловкий вопрос?
— Да, конечно.
Я сама себя смущала.
— Ты можешь есть нормальную еду, ходить в школу, спать, вести себя адекватно. В чем тогда отличие между оборотнем и человеком?
Нейт смотрел на меня так, словно давно ждал этого вопроса.
— У людей в полнолуние не появляется смертоносная челюсть, — напомнил он.
— И это все?
Нейт колебался, и его нерешительность дала мне понять, что я задала правильный вопрос.
— Оборотни не умирают.
Его слова потрясли меня, и я несколько минут не могла ничего сказать.
— Серьезно?
— Если ты вырвешь мне сердце или оторвешь голову, тогда я умру. Но естественные причины, такие как старость или болезни, на меня не влияют.
Я пыталась осознать полученную информацию, и поняла кое-что важное.
— Но для меня это реальность. Старость, болезни, опасность. Я могу умереть в любой момент.
Нейт смотрел на меня с тем самым необоснованным чувством вины, которое я так ненавидела, и протянул руку через стол, чтобы коснуться кончиками пальцев моей открытой ладони.
— Не думай об этом.
— Я теперь всегда буду об этом думать!
— Не сейчас. Пожалуйста.
В его глазах было столько мольбы, что я сдалась. Не было желания заставлять Нейта страдать еще больше, у него это и без меня прекрасно получалось.
Весь вечер в моей голове складывался план действий. Я уже знала, какой будет реакция Нейта на мою просьбу и поэтому должна была найти веские аргументы, чтобы переубедить его. Я сама себе казалась безумной, но ничто не могло остановить меня на пути к желаемому, и это делало меня настоящим чудовищем.
Сумасшедшая идея вытесняла из моей головы все прочие мысли. Мама и Майк снова проводили ночь в клинике, Лукас валялся на диване в гостиной, и я пообещала ему приличный ужин, но прежде позвонила Нейту и попросила приехать. Незаметный для посторонних глаз он пробрался в мою спальню через балкон. Вслед за ним в комнату ворвался порыв ветра, разметая хлопья мокрого снега.
— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — начала я.
— Не пугай меня, — с улыбкой попросил Нейт.
— Не смейся. Это очень важно.
Нейт стер с лица улыбку и посмотрел на меня со всей серьезностью, но легче не стало. Мои руки не дрожали лишь потому, что он держал их в своих ладонях.
— Я много думала о том, что ты сегодня сказал.
— Ох, Джейн, прошу, не начинай.
— Не могу!
В горле пересохло, и мой голос звучал хрипло. Я едва осознавала, на что иду, но мне стало казаться, что другого пути никогда не существовало.
— Пожалуйста, дай мне сказать.
Нейт покорно молчал, и я сделала глубокий вдох, заставляя себя говорить.
— Я много думала и поняла, что перспективы нашего будущего ужасают меня. Но я так же знаю, что этого не избежать. Я хотела придумать какой-то выход, пыталась найти способ... Он есть. Это ужасный риск... но я готова... ради тебя... я могу это пережить. Я хочу стать оборотнем.
Целую минуту Нейт смотрел на меня с непониманием. Я не могла разобраться в том, зол он или рад, и страх заставлял меня задыхаться. Осознавая всю глупость своей просьбы, я не смела пошевелиться. Слишком поздно я поняла, что он никогда этого не допустит.
— Ты шутишь? — спросил Нейт.
— Нет.
— Ты точно шутишь!
— Я не шучу, Нейт.
— Тогда ты сошла с ума! — рассмеялся он. — Ты хоть понимаешь, о чем ты говоришь? Нет, ты не понимаешь! Ты просто глупая маленькая девочка!
Я не успела ответить: Нейт внезапно прижал меня к себе гораздо сильнее, чем требовалось. Я поняла, что другого способа защитить меня от глупых мыслей он не придумал.
— Никогда об этом не думай, — умолял он. — Никогда, слышишь?
— Да, — повиновалась я и щекой чувствовала дикое биение его сердца.
— Никогда.
Я подчинились ему потому, что знала — моя просьба ранила его в самое сердце. Зная правду о смерти его родителей, мне было невыносимо причинять ему новую боль. Но я разрывалась между этим и желанием выполнить свою миссию. Моя совесть становилась на его защиту, и ничего не оставалось, как постоянно отступать в этой войне.
— Я могу хотя бы раз зайти в этот дом не через окно? — спросил Нейт уже с улыбкой.
— Если хочешь официальную чашку чая, придется войти в дверь и выдержать инквизиторский взгляд Лукаса, — предупредила я.
— Я попробую.
Спустя минуту я услышала трель дверного замка и спустилась в гостиную. Сонный Лукас выглянул из-за спинки дивана.
— Кто пришел?
— Нейт.
— А мама знает? — Глаза Лукаса удивленно округлились.
— Нет, и не узнает, — ответила я многозначительно и пошла открывать дверь. — Теперь все законно, — сказала я Нейту и потянула его за собой на кухню.
Пока свистел чайник, мы улыбались друг другу. Нейт выглядел довольным, а мне было так непривычно видеть его в этой комнате. Он стал прочно ассоциироваться у меня с полумраком спальни и «фольксвагена».
— Прости меня. Я, видимо, действительно не осознаю всей сложности... твоей жизни, — осторожно сказала я, подавая ему чашку в цветок из тошнотворного маминого сервиза.
— Выброси эти мысли из головы, — ответил он и приобнял меня.
— Конечно, — соврала я с улыбкой.
— Мне остаться с тобой на случай, если Лукас захочет сбежать из дома? — спросил Нейт.
— Лукас не сбежит, но ты все равно оставайся. Или ты хочешь поговорить с Лили?
— Я провел с ней девятнадцать лет, — с горечью сказал Нейт. — Теперь твоя очередь.
После неумелого спектакля для Лукаса, когда Нейт демонстративно покинул дом, он снова забрался в мою спальню через балкон. Я быстро уснула в его объятиях: природное тепло Нейта действовало меня лучше всякого снотворного. Но проваливаясь в сон, я приготовилась к очередному кошмару.
* * *
— Как думаешь, мама поняла, что ты ночевал у нас этой ночью? — спросила я, устроившись на переднем сидении «фольксвагена». Кутаясь в куртку Нейта, я с любопытством рассматривала мокрый пейзаж за окнами машины.
— Сомневаюсь, — ответил Нейт, внимательно наблюдая за дорогой. — Она выглядела слишком уставшей.
Я нахмурилась, и в тот же момент грянул гром.
— Что тебе снилось? — встревожено спросил Нейт.
Его вопрос смутил меня, и я отвернулась. В последнее время мои сны не отличались разнообразием: все те же волки, правда, в этот раз они вдруг решили убить Нейта. Не удивительно, что его любопытство заставило меня нервничать.
— Ты действительно хочешь это знать? — спросила я тоном, дающим понять, что рассказ предстоит безрадостный.
Нейт кивнул, и я тяжело вздохнула.
— Мне приснилось, что тебя убила стая оборотней.
— Серьезно? — Нейт почти смеялся, и это внезапно разозлило меня.
— Тебе весело?
— Не хочу тебя огорчать, но... да, — ответил Нейт. — Трудно представить ситуацию, в которой оборотням пришлось бы нападать на своего. Обычно, мы не трогаем друг друга.
Я тактично не стала напоминать о том, как погибли его родители, и недовольно поджала губы.
— Можешь смеяться сколько угодно. Для меня это был ужасный сон, — проворчала я. — Зачем ты вообще спросил?
— Ты хныкала, — тихо ответил Нейт и коротко взглянул на меня своими поразительными карими глазами. В них было столько искренней заботы, что я невольно позавидовала сама себе.
— Честно говоря, это было немалое потрясение — видеть твою смерть.
Нейт ничего не ответил. На его лице застыло странное выражение: огорчение от того, что сон расстроил меня, и радость за то, что его мнимая смерть произвела на меня такое сильное впечатление.
Припарковавшись на школьной стоянке, Нейт помог мне выйти из машины и повел к школе, закрывая от дождя огромным черным зонтом.
— Когда ты занимаешься? — спросила я по пути в кабинет истории.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты всегда со мной. Разве у тебя остается время на личные дела?
Нейт улыбнулся и обнял меня за плечи.
— Поверь, ты вызываешь у меня немного больше интереса, чем биология и английский, — улыбнулся он.
— Немного?!
— Нереально больше!
Я улыбнулась в ответ и почувствовала, что делаю это искренне.
Сегодня интерес к нашей паре несколько ослаб, и это кардинально упростило мне жизнь. Нейт оставался безразличным к школьным сплетникам, он даже ничего не заметил. Единственной проблемой оставалась Ханна, метающая в нас острые взгляды, и еще, пожалуй, Итан, о котором я желала бы не вспоминать, но совместный урок испанского лишил меня этой возможности.
Я могла бы злиться на него, но в свете последних событий не решалась взвалить на себя еще одну проблему, и закрыла Итана Ваета в самом дальнем ящике своей головы.
— Хочу, чтобы ты прогулялась со мной после занятий, — сообщил Нейт, когда прозвучал звонок на обед.
— С радостью.
Предложение Нейта заставило меня с нетерпением ждать окончания занятий. Слабая надежда на то, что он передумал, будоражила кровь и я едва могла усидеть за столом во время математики. По дороге к «фольксвагену» я предупредила маму о том, что задержусь. Она не пришла в восторг, но выделила мне полчаса.
Нейт оставил наши сумки в машине, и взяв меня за руку, повел в школьный парк, с которым у нас обоих были связаны не лучшие воспоминания. Это заставило меня нервничать сильнее.
— Не волнуйся, — с чувством сказал Нейт. — Мы только прогуляемся. Я хочу поговорить. Обещаю, что не заставлю тебя плакать.
Его слова меня совершенно не успокоили. Мы остановились неподалеку от того места, где я встретилась с Риддом. Я была так взвинчена, что только сейчас заметила, как дождь прекратился.
— Я хочу объяснить... хочу, чтобы ты поняла, почему я отказал тебе, — серьезно проговорил Нейт, отпуская мою руку.
— Это необязательно.
— Выслушай, — попросил Нейт. Я видела, как сильно он подавлен, и поэтому дала ему возможность выговориться.
Я кивнула. В горле пересохло так, что я не смогла бы говорить, даже если бы хотела.
— Представь себя по-настоящему одинокой. Не так, как надумают люди, а действительно будто ты одна. Тебе некому звонить, не с кем поговорить, нет возможности рассказать о себе. Я жил так очень долго. Я привык думать, что это нормально. Представь, настолько неожиданным и прекрасным было твое появление.
Я боюсь дышать, мне кажется, что от любого прикосновения ты исчезнешь. Я каждый день жду этого момента, когда ты испаришься и я вернусь к своей привычной жизни. Это глупо, но я жду. Жду потому, что не верю.
И когда ты сказала, что хочешь разделить со мной эту жизнь, я был шокирован. Мне казалось, я могу вызывать лишь отвращение, что моя сущность способна только устрашать. Я привык думать, что хуже быть не может. Что моя природа ужасное наказание. А ты так беспечна, ты выбрала это наказание.
Я подумал, что никогда не сделаю это с тобой. Никогда не позволю тебе так поступить. От того, что ты так нереальна, ты так дорога мне.
Возможно, мои чувства — результат случайностей. Может быть, мои чувства — последствия такой жизни. Я просто ухватился за первого человека, который обратил меня внимание. Но мне хочется верить, что все гораздо сложнее. Мне хочется верить, что это возможно. Когда-нибудь, но точно не сейчас. Ты должна все обдумать, все узнать. И когда твое решение будет трезвым, я обещаю, что приму его.
Я была удивлена. Нейт Сноу в очередной раз поразил меня и, поддавшись порыву, я обняла его.
— Лили сказала, что я сошел с ума, — сказал он.
Такое могла сказать только Лили.
— Я не знаю, как любить тебя, как отблагодарить тебя.
В его голосе звучало восхищение, хотя я решительно не понимала, что во мне можно так любить. Возможно, он был прав, и его чувства сильны не потому, что я того заслуживаю, а потому, что я оказалась первой. Подобные мысли заставляли меня чувствовать себя еще хуже.
Каждый раз, стоило Нейту заговорить о своих чувствах, чудовище внутри меня дергалось и отпиралось. Оно водило когтями по моим внутренностям, вызывая озноб. Чудовище напоминало о лжи, и я поскорее хотела закончить разговор. Но сейчас я не хотела поддаваться.
— Я такой эгоист, — прошептал Нейт, и я подумала о том, что он последний, кого можно обвинить в эгоизме. — Прости меня за это. Но, возможно, ты покажешь, что моя жизнь может быть прекрасной.
Я была не в силах говорить. Болезненная искренность Нейта заставила меня взглянуть на мир его глазами. Глазами человека, который так глубоко несчастен, но сумел найти проблеск. Это был так ужасно, ведь все, что делала и говорила я насквозь фальшиво. Я должна была разрушить его надежды, разбить едва исцелившееся сердце.
Я хотела бы притвориться, что испытываю взаимную любовь, даже для себя самой. Но я снова лгала.