Глава 36
Просыпаюсь от солнечных лучей и щурюсь. Семь утра, а я снова не выспалась. На кухне начинаю утро с кусочка льда, разглаживая им кожу, и лениво пролистываю сообщения в телефоне. Останавливаюсь на последних — от Дьявола, с той самой ночи. Пролистываю дальше. Когда-нибудь я всё-таки пойму, куда мы движемся, даже если на пути — одни руины.
Нахожу в контактах Холли и набираю её номер. Она вчера слишком уж разошлась. Опираюсь поясницей о край стола и делаю маленькие глотки воды с лимоном. Автоответчик глухо проговаривает:
— Телефон вне зоны действия сети. Оставьте сообщение после сигнала...
Сбрасываю и набираю снова. Ну же, Райт, просыпайся. Мне нужно знать, что ты жива. Но автоответчик снова включается. Сбросив вызов, я опускаюсь на стул. Что-то не так. Это чувство ползает в животе.
Набираю другой номер.
— Грейс Смит? — сонно отвечает он.
Я слегка улыбаюсь.
— Да, Энтони. Прости за такой ранний звонок. Ты не знаешь, Холли уехала вчера?
— Это та, которая с Аннет целовалась? Её забрал какой-то парень. Машина осталась.
— Спасибо, — благодарю я и отключаюсь.
Значит, она спит. Это приободряет.
***
Посетителей в моей кофейне — или, точнее, уже кафе — так много, что я на минуту застываю, оглядывая каждого. Алекс едва справляется в одиночку, и это не похоже на прошлые инциденты.
— Грейс Смит, как насчёт приобрести телевизор? — ко мне спешит менеджер с блокнотом и ручкой.
— Да, конечно... — машинально отвечаю я. — Уже давно собиралась.
Продолжаю рассматривать забитое до отказа заведение. Вроде бы всё прекрасно: полный зал, довольные клиенты. А вроде... всё кажется таким чужим.
— Отлично. Отчёт я оставила на вашем столе. И ещё — займусь наймом нового персонала, — бодро щёлкает ручкой она и исчезает в толпе.
— Алекс, как освободишься... — зову я бариста. Он оборачивается, продолжая автоматически закрывать крышку на стакане с кофе. — Хотя нет, не нужно.
Направляюсь в кабинет. Захлопнув за собой дверь, фиксирую в углу чёрный мешок. Подхожу ближе, присаживаюсь на корточки и размашистыми движениями начинаю его раскрывать.
На дне обнаруживаю пачки, аккуратно запечатанные. Наркотики. Наверняка это они. Сверху флаконы с таблетками, которые на первый взгляд напоминают медикаменты, но я-то знаю, что это не так.
— Уоллер, ублюдок!
Его грязный бизнес перекладывается на меня. Я раздражённо закрываю мешок. Мне нужно выпить. Господи, у меня в кабинете наркота на тысячи долларов, если не на миллионы.
Сажусь в кресло, достаю телефон, фотографирую содержимое мешка и отправляю сообщение.
Кому: Дьявол.
Сообщение: «Что мне с этим делать? Не удивлюсь, если на втором этаже уже готовят эту наркоту.»
Жую жвачку, сладость мяты расползается по языку. Приходи сообщение, и я мигом читаю.
От кого: Дьявол.
Сообщение: «На вид — хороший товар. Что-то знакомое... недавно подписывал контракт с одним наркоторговцем, у которого оформление в таком же стиле. Можешь попробовать. Тебе понравится.»
Я надуваю шар из жвачки, лопаю его и ухмыляюсь. Кристоферу, похоже, некого больше дразнить, но мне сейчас не до его юмора. Мой бизнес на грани.
Обиженная, я игнорирую Дьявола и звоню Кларку. Стискиваю зубы, уставившись в стену.
— Я ждал твоего звонка, дорогая.
— Забирай свой товар, пока я не отнесла это в полицию! — выплёвываю в трубку я.
— Уверена, что сделаешь это?
— Можешь не сомневаться!
— Давай так. Дам тебе мотивацию выбрать правильную сторону. Я всегда на шаг впереди, Грейс. И ты сделала неправильный ход, когда побежала за помощью к Дьяволу. — Его тон устрашающий. Я выпрямляюсь, напрягаясь сильнее. — Я сделал свой ход. Теперь твой черёд.
Следуют долгие гудки. Я отстраняю телефон от уха. Что он имел в виду? Мысли проносятся одна за другой, пока меня не выдёргивает из транса звук нового сообщения. Я вздрагиваю, но тут же успокаиваюсь, видя, кто его отправил.
От кого: Дьявол.
Сообщение: «Перестань насиловать свой мозг. Твоему бизнесу ничего не грозит — мешок с наркотиками не станет проблемой. Я контролирую поставки, и полиция уже знает, в какое заведение им не стоит заглядывать.»
Я благоговейно откидываюсь на спинку кресла и надуваю жвачку. Невольно улыбаюсь, ощущая себя защищённой — словно под пуленепробиваемым барьером или под адскими крыльями, усеянными острыми шипами и покрытыми мракобесными шрамами. Эти крылья могли бы разорвать любого в клочья.
Скоро конец июля. Время раздавать зарплаты, и оставшееся время я провожу с менеджером-бухгалтером, считая деньги. К пяти часам мы заканчиваем. Я выхожу на воздух, набираю номер Холли. Ни ответа за весь день.
Гудки действуют на нервы, а монотонный голос автоответчика в конце концов выводит из себя. Я запрыгиваю в машину и мчусь к её дому. Пробки тянутся бесконечно, а сумерки угрожают поглотить город.
Приезжаю к двухэтажному дому, подхожу и жму на звонок. Настойчиво трезвоню минуты две, чередуя с глухими ударами кулаков по двери. В какой-то момент издаю раздражённый рык.
— Не могла же она исчезнуть! Думай, Грейс. — Сердце будто вырывается наружу, а взгляд запинается на моей машине — единственной здесь. — Она всё ещё не забрала свою?
Я сажусь за руль и, не теряя времени, мчусь туда, где была вечеринка. Навигатор помогает, но память подсказывает точный маршрут. Сумерки давят.
Добравшись до места, я выхожу на улицу. Ворота особняка закрыты. Мои прошлые подозрения подтверждаются: его, скорее всего, арендовали. Машина Холли всё ещё стоит там, где мы припарковались. Я подхожу, дёргаю за ручку — закрыто. Тревога поднимается, словно кислота, разъедая желудок.
— Может, позвонить Остину? — бормочу я, но мысль прерывается: — Твою мать! — осознаю и запускаю пальцы в волосы, чтобы не вбить кулаком в бок машины. — Долбаный Остин! С какого чёрта тебе быть таким добрым в последнее время?
В голове всплывает утренняя фраза Уоллера: «Я сделал свой ход. Теперь твой черёд».
Срываюсь на стон. Опять. Я снова подвергла опасности того, кто мне дорог. Судорожно глотаю ком, прижимая ладони к шее, к груди — дыхание будто леденеет. Преодолевая приступ паники, я набираю номер и вскидываю голову к небу.
— Слушаю тебя, — слышится его бархатный голос.
— Что ты с ней сделал, придурок?! — горланю на всю улицу я.
В ответ раскатистый смех Кларка, как издёвка, как уверенность в своей власти. Жгучая ненависть желает выплеснуться из меня, словно раскалённая лава.
— Твой ход, Грейс.
— Не дай бог ты её хоть пальцем тронешь, я лично вырву твоё жалкое подобие сердца!
Я бью ладонью по боковому стеклу своей машины. Оно слегка вибрирует, но слишком прочное для дребезжания.
— Я предупреждал и делаю это сейчас, — грозно говорит Кларк. — Либо мы сотрудничаем, либо воюем. Возможно, сейчас послушаешь меня?
Я завожу машину, включаю громкую связь и выезжаю на дорогу. У меня нет выбора.
— Чего ты хочешь?
— Холли жива. — Эти слова приносят огромное облегчение. — Пока что.
После этого я бью ладонью по рулю.
— Похоже, сейчас ты будешь выдвигать свои условия, — саркастично подначиваю.
— Не хами, иначе у тебя останется один вариант: прийти на похороны подруги, — хлёстко перебивает он. Я не допущу этого. — У тебя три дня на то, чтобы принять решение.
— Что, если я отступлю?
— Через три дня жду твоего ответа. Если ты отступишь, я пришлю тебе адрес, куда подъехать.
— И что дальше?
— Делай правильный ход, — мрачно твердит он и отключается.
Я кричу во всю глотку и бью по рулю, пока дискомфорт в ладони не образумливает. Жму сильнее на газ, пальцами вцепляясь в руль, наперед зная куда направляюсь.
Как Уоллер подкупил Остина? Откуда он обо всём знает? Он не может быть умнее Дьявола, к черту!
Мне сигналят, когда я одновременно объезжаю пробки и набираю номер телефона. Идут гудки.
— Я уже написал настолько весомый аргумент, Смит, что твой звонок оскорбляет. Наркотики...
Я закатываю глаза.
— Кристофер, в задницу эти гребаные наркотики! Кларк похитил Холли! — Тишина на том конце провода тревожит. Я с надеждой добавляю: — Я еду к тебе. Пять минут, и я буду.
— Скажу остальным, чтобы немедленно выезжали.
Меня отпускает страх, хоть и не полностью, но слышать его – как получить высшую степень помощи, которой ни у кого нет. Особенно, когда все наши собираются в круг.
Он намеревается отключиться, но я выпаливаю:
— Крис, стой... Аннет у тебя? — кусаю уголок губы до крови.
Спрашиваю не из-за ревности, хотя часть принадлежит ей. Потому что... Только не сейчас. Не сейчас, когда он так мне нужен. Кажется, болезнь собственника переходит ко мне.
— Нет, — не задумываясь отвечает он. — Это имеет значение?
— Я доверяю лишь вам. Лишние уши и глаза мне не нужны. Сам понимаешь.
Повисает тишина, затем по ощущениям напряженный вздох, словно его уже бесит одно только упоминание о ней и короткие гудки. Я отключаю телефон, а тело теперь горит, как на палящем солнце. Открываю окно, волосы разлетаются от ветра.
Какой-то бизнес в обмен на жизнь моей подруги. Я обещала, что сотру его в порошок, но ставки слишком высоки. Тут нечего думать. Если Уоллер так быстро получает информацию, мне нужно быть осторожнее. Я снова мчусь к Крису — для него это неверный ход. А что, если за мной следят? Хотя он дал мне три дня на размышление...
Заезжаю на улицу Фореста, остаётся несколько метров до его дома, как внезапно меня окружают по бокам. Гладкий металл и блестящие кузова Lamborghini переливаются в свете уличных огней, как зеркала, отражающие интенсивный красный и синий свет. Угловатые линии и футуристические формы появляются в моих зеркалах, а затем плавно равняются со мной. Агрессивно изогнутые фары, как гончие псы, вырываются вперёд, а мотор ревёт.
Я сбавляю скорость, опускаю окно, чтобы видеть каждого — справа Сокол и Фениса, слева — Док и Хакер. Майкл заразительно улыбается и сигналит, коротко бросая на меня взгляд. Затем окно опускается, Кэтлин немного наклоняется и гомонит:
— Опасно гонять на такой скорости!
Я смеюсь и пожимаю плечами.
— От тебя это звучит иронично.
Чем дальше мы заезжаем, тем становится безлюдно. Закрываю окно, как и Кэтлин, а Джейс с Шоном внезапно обгоняют меня. Они на несколько секунд включают аварийный сигнал, задние фары одновременно моргают, и я предполагаю, что это мне, пока Майкл наоборот не сбавляет скорость.
Поглядываю в зеркала и понимаю, что я в центре потока. Сопровождение? Я усмехаюсь. Это приятно. Особенно то, как оперативно они приехали, да ещё и догнали меня, чтобы охранять.