Глава 62
— У меня в глазах дым от кальяна, или ты грустишь? — весело спрашиваю я, присаживаясь на высокий стул рядом с Холли.
Показываю бармену два пальца, чтобы тот сделал ещё коктейли. Он подмигивает мне в качестве приветствия и берётся за дело. Райт допивает свой напиток, продолжая жмуриться из-за кислоты.
— Грущу? — она щелчком отправляет бокал по барной стойке. — Похоже на грусть?
— Похоже на то, что ты ищешь способ забыться.
— Верно, но... — не отрицает очевидное, подперев голову ладонью. — Боюсь, что теперь это превращается в способ расслабиться. Это величают зависимостью, хм?
Я прочищаю горло и обвожу взглядом алкоголь, постукивая ногтями по поверхности.
— Знаю, ты всегда была пофигисткой в плане отношений, но теперь это уже больше, чем безобидный пофигизм. И это не круто, модница. Мне нравится твоя независимость — не утопи её в алкоголе.
Бармен отдаёт наш заказ, и я протягиваю ей один бокал, а себе оставляю второй.
— Детка, чего ты ожидала? — бухтит Холли. — Меня похищает мой парень, мой первый парень, в котором я почти души не чаяла. А потом, как в самых трэшовых романах, оказывается, что половина твоих знакомых — преступники! — хлопает в ладоши она. — О, и ещё, оказывается, ты встряла в какую-то мутную тему с бизнесом, обратилась к бывшему, который всех держит под дулом пистолета, попёрла в пекло... ну и концовка самая выдающаяся: ты грохнула практически всех в той заброшке!
Я молчу, зная, что это звучит как безумие. Это она ещё не упомянула Аннет...
Холли улыбается и начинает пить из трубочки, будто предпочитает думать, что это выдумка. Я поднимаю взгляд на бармена, который с осторожностью вытирает бокалы, но краем уха с нами. Закатываю глаза, отмахиваясь от него.
— Ты права, — обречённо цокаю я, делая глоток алкоголя. — Ты в праве так себя вести.
— Люблю тебя, — напевает она, протягивая свой бокал, и мы чокаемся.
— Девчонки, выглядите тусклыми, а вам это не к лицу! — над ухом свербит мужской голос. — Клянусь. Давайте разбавим эту скуку, а? Погнали с нами?
Я вздрагиваю и с отвращением оглядываюсь на незнакомца, сидя к нему боком.
— Не туда удочку забрасываешь. Думаю, нам и без вас хорошо, — переглядываюсь с подругой я, чтобы учесть её мнение.
— Она не думает, — добавляет Холли в своей выразительной манере. — Она в этом уверена и права.
— Ну-ну, почему так грубо? — навеселе и обиженно лезет незнакомец. — Неудачный опыт?
Когда это вырывается у него изо рта, у меня срабатывает защитный механизм, и я встаю, оказываясь с ним на одном уровне.
— Советую закрыть рот и следить за тем, что из него вываливается.
Мужчина ухмыляется, довольствуясь своей провокацией. Он наклоняется ближе, а я стискиваю зубы вместе с кулаками.
— А то что?
— Пожелаем здоровья этому отважному незнакомцу, — провозглашает Райт, обращаясь к бармену и вскидывая бокал.
— Отвали по-хорошему, — пытаюсь утихомирить ситуацию я, пока это возможно.
Разворачиваюсь, чтобы снова сесть, но он игриво хватает меня за руку, разворачивая обратно.
— Ты давно по своей роже не получал!? — вскакивает Холли.
— Давненько, — пожимает плечами тот.
За его спиной, словно из-под земли, появляется огромная фигура, и я начинаю качать головой, заранее зная, что меня не послушают. Конечно, я даже пискнуть не успеваю — Кристофер роняет свою лапу на плечо мужчины и взмахом разворачивает его к себе.
— Это был риторический вопрос, — сурово гаркает он и молниеносно бьёт парню в челюсть.
Мужчина падает, упираясь ладонями и коленями в пол. Он сплёвывает кровь — похоже, лопнула губа и... ну, надеюсь, что зубы на месте. С лёгким холодом перевожу взгляд на Дьявола, у которого радужка и зрачок смешались в одну сплошную темень, а острые черты лица чётко выделяются при резких, белых вспышках светодиодов. Его дыхание, даже сквозь музыку, можно различить: рычащее, затруднённое.
— Крис, не нужно.
Толпа вокруг нас расступается, натыкаясь на драку. Кто-то пьян и продолжает куражиться, кто-то ликует, подбадривая соперников.
— Какого хрена, мужик? — К нам в круг проталкивается ещё один незнакомец. Тоже широкоплечий и явно не подросток. — Сдались вам эти подстилки! Разошлись к чёртовой матери!
Дьявол яростно потирает запястье — то ли готовится втоптать его в землю, то ли старается себя ещё немного сдержать, прежде чем... втоптать его в землю. Но внезапно, словно ощутив присутствие своей тени, он смотрит в сторону.
Ну прекрасно. Просто зашибись.
Я нервно слежу за ним, и, конечно же, там околачивается Майкл, который целует Кэтлин в висок и, с небезобидным напряжением, приближается к нам.
— Я разберусь с этим недоношенным отморозком, — Сокол метит на подошедшего.
Я с претензией взираю на Моррисон, а она лишь подбрасывает масла в огонь:
— Пусть пояснит за свой дерьмовый язык.
Понятно, Кэтлин тоже точит зуб на них. Не собираясь вымаливать пощады за идиотов, я хватаю Холли за локоть и отвожу её подальше к толпе.
Не теряя секунды, Майкл напролом нападает на мужчину. Тот встаёт в боевую позу, пряча физиономию за кулаками, но не защищает себя от мощного удара в живот. И не обороняется после второго натиска по рёбрам, хотя предпринимает упорные попытки достать Майкла. Промах. Сокол легко предотвращает каждый замах, находя более скрытые болевые точки соперника.
— Вот это веселье! — с коктейлем в пальцах и трубочкой в зубах подбадривает Райт.
Кристофер хватает незнакомца за шиворот и поднимает с колен, заставляя встать на ноги. Отвод кулака и... Я терпеливо прикрываю веки и слышу хруст вместе с воплем, затем кашель и сплёвывание. Толпа внезапно суетится: кто-то разбегается, кто-то кричит «Закончить это до конца!».
Когда я открываю глаза, собираясь привалиться к барной стойке и пить коктейль вместе с Холли, замечаю, как мужчина вихляет в удушающем приёме. Его лицо багровеет в свете прожекторов, хватка Кристофера ослабевает, и соперник вырывается. Он покачивается, достаёт нож. Двигаясь вслепую, задевает скулу Кристофера, но тот успевает схватить его за запястье.
— Сокол, у них ножи, — предупреждает Крис, слегка отступая, чтобы взять размах.
Я ахаю. Агрессия вытесняет жалость. Тронул моё?
Поддаваясь вперёд, я влетаю к ним и, пользуясь своей миниатюрной незаметностью, пальцами вцепляюсь в запястье мужчины, державшего нож, и отвожу его руку в сторону — как учил Крис. Форест мимолётно ухмыляется, одобряя моё вмешательство: впервые я не разнимаю драку, а сама становлюсь угрозой. Мужчина успевает лишь напрячься, как Кристофер кулаком бьёт его в живот, точно по боксерскому мешку, заставляя его со свистом согнуться от пронзительной боли.
— И не только у них, — хмыкает Кэтлин, подбрасывает свой нож и ловит его за лезвие.
Она подходит к Майклу, который скучающе скручивает руки за спину вырывающемуся, взрывному сопернику с кровью на лице, и приставляет нож к его горлу, зловеще улыбаясь.
— Что в кои-то веки тут происходит? — музыка приглушается, и чей-то гулкий визг проносится по кругу. — Дьявол, храни тебя Всевышний, ты решил мне бизнес смести!?
— Как поживаешь, Калеб? — Майкл широко улыбается, как невинный ангелочек, но сильнее сводит локти противнику, вырывая из него кряхтение.
— Ты в курсе, что твоя охрана пропускает оружие? — толково спрашивает Крис.
Он отбрасывает от себя мужчину, а я успеваю выхватить нож из его скользящих пальцев.
— Твои ребята тоже не без греха, — посягает Калеб на Кэтлин.
— Все мы не без греха, — отзывается она, убирая нож от горла.
— Послушайте, грешные, вы решили именно мой клуб разгромить? — бесится Калеб.
Я сдерживаю смех, когда Майкл одобрительно кивает головой, а Джейс, вальяжно подошедший с сигаретой, приваливается к нему.
— Душно здесь. Одни отбросы. Пойдёмте отсюда, — фыркает Джонс, отталкивая от себя мужчину.
— Продолжайте, — громогласит Форест пьяным людям и разворачивается ко мне.
Я скрещиваю руки на груди, поджимая губы в тонкую линию.
Кэтлин Моррисон
Мы выходим из клуба. Холли смеётся, продолжая рассказывать о комментариях, которые она слышала во время драки, и щеголяет за мной. Грейс с Крисом во всю ссорятся, разбавляя осеннюю ночь, а Майкл с Джейсом усаживаются на капот машины, закуривая и обсуждая типичные темы последних проделок преступного мира.
Я останавливаюсь примерно в двадцати шагах от ворчливых голубков, которые без ума друг от друга, но не могут признать это и сделать шаг вперёд в своём статусе отношений.
Что мешает? Гордость? Вряд ли. Оба, если их «торкнет», бегут за поцелуями. Смелости? Тоже нет. Они же ненормальные — а отсюда следует, что действуют, не колеблясь.
Просто им так комфортнее. Им нужно время, чтобы отойти от прошлого и распутать мешок накопившихся эмоций.
Любовь — это ответственность. Даже если Кристофер рождён с этим качеством, Грейс — комок, предпочитающий зону комфорта. Но с ним она всегда рисковала. А с недавних пор учится брать на себя ответственность.
Готовы ли они попробовать пойти дальше?
— ...да нет же! Это не значит, что мне плевать на их оскорбления, — возмущается Грейс, мило надувая губы.
Кристофер нервно курит, стоя к ней боком, массирует переносицу, а затем разворачивается, протягивая ладонь с зажатой в пальцах сигаретой, словно требуя её понимания.
— Ни один паршивый рот не откроется в твою сторону, если я разобью им зубы. Угомонись, Кукла.
Я усмехаюсь, жуя жвачку, а Холли с озорным интересом попивает коктейль, глядя на разворачивающуюся сцену.
— Но я сама могу постоять за себя!
— Для этого есть я, понятно? — Он хватает её за скулы и чмокает в губы, как капризного ребёнка.
Она мотает головой и вырывается, хлопая ладонями его по груди.
— Фу... фу... Бездушный подонок!
— Сучка, — не остаётся в долгу он, отпуская её.
Грейс тяжело вздыхает, подходит к нему и как ни в чём не бывало осматривает его порез.
— Это больше чем любовь, — заключаю я, не отрываясь от них.
Залипательно, как карусель. Они так похожи... И чем дольше проводят время, тем больше схожего в них находится, создаётся и всплывает наружу. Иногда я задумываюсь над тем, что судьба всё же существует.
— Разве? — сомневается Холли.
— О, да, — поворачиваюсь к ней. — На самом деле любовь имеет множество форм и смыслов, задатков и свойств. Как языки: разное произношение, а смысл один. Они выражают свою любовь по-своему, так, как доступно только им. Более того, они могут этого не замечать, но у них есть всё: поступки, жертвенность ради друг друга, забота, защита, притяжение... возможно, в последнее время — даже доверие. Им остаётся лишь быть честными и рассказать, что творится у них на душе.
— Я уже в край запуталась — сначала рассказы Грейс, теперь твои... Как знала, что эта штуковина, «любовь», — дохлый номер.
— Не вини Грейс, она ничего не знала о его чувствах. Тем более, я не говорила, что у них успешные отношения. Но это не значит, что всё потеряно.
— Да... Я, скорее, не так хорошо их знаю, как ты. Ты ведь с самого начала лицезрела их историю, — она грустно улыбается, опуская взгляд на ободок бокала с размазанным отпечатком помады. — Теперь я понимаю, почему Грейс считает тебя мудрой, хоть вы и одного возраста.
— Возраст здесь ни при чём. Опыт, — говорю я, охваченная приятным теплом её похвалы. — Твой опыт закончился хреново, подруга, — прямо заявляю ей. Она пьёт через трубочку, испуская смешок. — Но я тоже прошла через это. Заруби на носу: это делает тебя сильнее, сообразительнее, неуязвимой. Не прошляпай своё счастье из-за тряпки, который смел называться твоим парнем.
— Я не жалуюсь. Мне нравится то, какой я стала в итоге, — с лёгкостью отвечает Райт. — Однако насчёт отношений я промолчу.
Грейс Смит
— Крис, ну подожди! Ну... нет! Стой ровно! Убери сигарету! Тебе нужно обработать рану... — мучаюсь с влажной салфеткой я, пытаясь разглядеть остатки крови и осторожно прикоснуться.
Он морщится, отдёргивается и отворачивается от моей заботы. Не прошло и десяти секунд.
— Стой...! — пыхчу я, сжимая его предплечье и наклоняясь ближе. Психанув, отпускаю его. — Крис! Как ребёнок!
— Малыш, до тебя эти раны были невзрачными царапинами и прекрасно заживали без спирта, — он берёт мою ладонь в свою и мягко сжимает.
— И это я упрямая? — бормочу, довольная хотя бы тем, что успела стереть кровь.
— Ну, раз Дока заменила его любимая подружка... — прокашливается Майкл, за что получает от меня и Джейса перекошенные взгляды. — У кого-нибудь есть идеи, куда можно отчалить?
Обдумывая, я прислушиваюсь к тоске в своём сердце. Не отпускает и всё. Обнимаю себя и едва слышно шепчу:
— Хочу к ней.
Единственный, кто слышит, — Крис. Он берёт меня за руки, вынуждая отпустить себя, и направляет их вокруг своей талии, чтобы я прижалась к нему.
— К кому? — допрашивает Форест, но я медлю, понимая, что это плохая затея. — Грейс, к кому?
— К Лии...
Дыхание прерывается. Похоже, это услышали все. Но, судя по их настрою, никто не против.
— Там может быть полиция. Расследование, закрытие дела и прочие детали, — невзначай упоминает Сокол.
— Чёрт... Там скорее охрана. Будут юлозить под ногами.
— Забейте, это мысли вслух, — отмахиваюсь я.
— Я разберусь, поехали, — выбрасывая сигарету, заявляет Дьявол и тащит меня к машине.
— Я с вами! — кричит Холли, догоняя нас.
Только сейчас я замечаю в её руке коктейль.
— Ты снова украла бокал? — спрашиваю со всей серьёзностью.
— Не-е-ет... — неприметно растягивает она.
Я продолжаю прожигать взглядом разноцветную трубочку внутри стекла, и подруга сдаётся:
— Меня за это посадят?
Я оборачиваюсь через плечо к Крису, который поражается с нас, чтобы узнать у него.
— В смысле «украли бокал»!? — раздаётся крик на весь квартал.
Мы устремляемся к Калебу, стоящему у входа в клуб напротив охраны. Он поворачивает голову в нашу сторону.
— За счёт заведения, — флегматично открещивается Дьявол.
Я с Холли хохочу под истерику Калеба и быстро сажусь в машину. Кристофер сразу срывается с места на высокой скорости. Преодолев шумный город, мы выезжаем на пустую дорогу. Я словно возвращаюсь в тот день, когда тревога боролась с желанием отомстить. Но сейчас мне спокойно. Ведь рядом он.
Я смотрю на него — полосы света от фонарей и зелёно-красных вывесок изредка ползут по его лицу, подчёркивая то блеск зрачков, то линию шеи, то крепкие руки на руле.
Хорош собой. Подонок, но мой.
Внезапно с нами ровняется ещё одна машина. Сначала я думаю, что это Майклу стало скучно и он решил подразнить Кристофера, но, приглядевшись внимательнее к фиолетовому оттенку, меняю мнение.
— Это...?
— Шон. Присоединится к нашему отдыху.
Я сияю. Мне нравится, когда мы вместе.
Доехав до окраины, мы останавливаемся и выходим из машин. Джейс невредимой рукой пожимает руку Шона — тот без очков, а волосы растрёпаны, будто он только что проснулся. Нам он показывает «V» двумя пальцами в знак приветствия. Один за другим все включают фонарики на телефонах, разгоняя мрак.
— Кстати, Джейс, как ты?
В клубе не успела с ним поговорить, поэтому сейчас подхожу и обнимаю его, а заодно притягиваю Шона.
— Лучше всех. Хоть прыгай ещё раз.
Я игнорирую его иронию и киваю, решая, что это лучше, чем если бы он был угрюмым. Обращаю внимание на местность: здесь словно аномалия — каждый шорох и вид вызывают дрожь. Но вместе с этим теперь здесь частица родного. Её. Парадокс.
Преодолев заросли, мы подходим к самому эпицентру. Практически всё разгромлено — обвалы, ещё больше стёкол, сухая, обгоревшая трава и чёрный пепел. Правая сторона больницы едва уцелела, а вот левая, на которую пришёлся взрыв, развалилась. Территория обставлена жёлтой лентой. Слышится мужская болтовня, а затем яркий свет фонаря светит прямо нам в глаза — мы жмуримся.
— Ждите здесь, — требует Кристофер и шагает вперёд, скрываясь в ночи.
Холли прижимается ко мне сбоку, обнимая за талию — наверное, ей не по себе. А затем я чувствую, как на наши спины ложится что-то тяжёлое и тёплое. Стиснув края хлопка, я оборачиваюсь.
— Кристофер сказал, чтобы я взял плед и вкусняшки, — объясняет Миллер.
Я удивляюсь, обнимая подругу за плечи и прикрывая её пледом.
— Всё же не грустить приехали, — поддакивает Майкл.
Грустить я точно не планирую. С меня довольно. Мне всего-то хочется побыть на этом месте, поверить в то, что Лия почувствует наше присутствие.
— С каких пор Дьявол такой внимательный? — выдыхает дым от вейпа Кэтлин.
— Вот что любовь вытворяет среди продуманных ходов обстоятельств, — парирует Миллер. — И неизвестно, сравнимо ли это с вирусом или антивирусом.
Все хихикают, а я с печалью смотрю на Шона. Так у них с Лией что-то было или нет? Как он себя чувствует? Внешне — всё так же меланхоличен.
— Вы слышите это? Кажется, Крис возвращается, — навостряюсь я.
Они затихают, прислушиваясь, хотя я просто ляпнула, чтобы уйти от темы любви.
— Ты уже чувствуешь его? — не сдаёт позицию Джонс. — Переход на новый уровень отношений?
— Сокол... — шиплю я, собираясь откинуть плед и помчаться за ним.
Но тут к нам подходит Кристофер и взмахивает ладонью.
— Порядок, место наше. Шевелитесь.
— Шутки шутками, а она-то реально угадала, — ошеломлённо шепчет Майкл.
Я тихо хихикаю. Холли настороженно отдаёт мне плед, и я догоняю Кристофера.
— И каким же способом ты «выкрал» это место?
— Самым рабочим, — лениво отвечает он, поднимая ленту, чтобы я прошла. — Заплатил.
— Мои хотелки стоят дорого, — шучу я, наклоняясь и проходя.
— Это не проблема.
Что же для тебя проблема, Кристофер Форест?