Поцелуй
Утром перед школой Антон заметил небольшую странность. В посёлке, совсем недалеко от школы, был припаркован чёрный джип с наглухо затонированными окнами. Среди обветшалых нищих домов он сильно выделялся. "Может, это из райцентра приехали по делу пропавших детей? Какие-нибудь частные сыщики…" — подумал Антон
На перемене их с Ромой окружили одноклассники. Бяша, Полина, Семён, и даже Сашка, с круглыми глазами маячивший где-то рядом, с интересом слушали ребят.
— Мальчики! Ну давайте уже, колитесь — поймали вы маньяка? — Полинка подпрыгивала на месте от любопытства.
Бяша уже был в курсе всей ситуации, Рома рассказал ему ещё по дороге в школу. Семён, скептически скрестив руки, неприязненно оглядывал Антона. Рома прочистил горло и выпрямился.
— Можешь считать, что почти.
— А если подробнее?
— Короче, идём мы, значит, с Антохой по лесу. Вокруг волки воют, темно, страшно, — Рома приблизился к Полине, понизив голос, — и тут вдруг видим, идёт по лесу мужик, весь такой чёрный, в плаще, с ножом. Мы сразу поняли, что это маньяк.
Антон выгнул бровь.
— И мы как начали лупить его! Я его ломом, а Тоха — топором!
— Реально, что ли? — Полина восторженно приоткрыла рот.
— Да, но к сожалению, он сбежал. Но мы здорово ему дали, вряд ли он сунется ещё раз.
— А это вас маньяк так уделал? — фыркнул Сёма, указывая жирным пальцем на их сбитые костяшки и опухшие лица.
— Пошёл бы с нами, и тебе досталось бы, — злобно бросил Рома.
— Антон, а ты правда топором, и маньяка? — не унималась Полина.
— Кхм, ну я... — Антон замялся. Враньё Ромы было настолько нелепым, что Петров просто не знал, что ответить.
— Ага, самым настоящим, — перебил его Рома, усиленно подмигивая.
Мимо прошли под ручку Катя с Алисой. Катя ехидно прищурилась.
— Что за собрание?
— А вас не касается, — пшыкнул на них Бяша. — Это клуб охотников на маньяка, нах!
— И что в вашем клубе делает этот лох? — усмехнулась Алиса, указывая на Антона.
— Ага, скорефанились они с петухом, — выкрикнул Семён, — а ещё вчера к Дыркину записывали. Какую-то херню несут, что маньяка они в лесу поймали. На самом деле, видимо, ебали его в задок весь вечер.
Девочки едко рассмеялись.
Рома хрустнул шеей, спрыгивая с подоконника, словно хищник
— Чё ты там спизданул щас? Ты, Сёма, совсем оборзел? Уже забыл, как вчера трясся от страха?
Семен злобно поморщился:
— Я с петухом никуда ходить не хочу.
— А ты и не знал изначально, что Ромыч с Антоном пойдет, нах, — резонно заметил Бяша.
— А сам чё ж не пошел? — захохотал Семён.
— Ты охуел? — возмутился бурят.
— Слышь, свинота, — холодно бросил Рома. — Поди-ка в свой загон и там хрюкай, пока тебе рыло не начистили.
Семён удивлённо посмотрел на Рому, затем окинул полным ненависти взглядом Антона.
— Ромыч, ты чё…
— Хуй через плечо, — Рома схватил Семёна за ворот рубашки, — или ты не слышал?
Семён попятился и злобно хрюкнул.
— Вот так вы, значит, — его жирное лицо напряжённо покраснело, отчего ещё заметнее стали многочисленные прыщи.
— Съебал отсюда.
Семён ушёл, провожаемый злобными взглядами хулиганов. Антону показалось, что жирная спина Бабурина дрожит, а плечи нервно подергиваются. Рома повернулся к Антону и посмотрел на него без тени злости
— Знаешь что, Антошка, не такой уж ты и Гандон. Можешь теперь с нами тусоваться, правда, Бяш?
Бурят кивнул:
— Ладно, раз уж Ромыч говорит.
У Антона отвисла челюсть, а Саша, все это время слушавший их разговор, обалдело захлопал глазами и убежал в класс. Полина радостно захлопала в ладоши.
— А я так и знала, Антон — нормальный парень. Почему бы и не дружить с ним? Да?
— П...да, — пробормотал Рома. — Ладно, погнали уже.
Прозвенел звонок. Воодушевленной походкой Антон вошёл в класс. Всё складывалось очень быстро и неожиданно, но как нельзя лучше. Полина, самая красивая девушка класса, хочет с ним дружить, а самые главные хулиганы предпочли его, а не Семёна. Он хотел было занять свое привычное место рядом с Сашей Норкиным, но заметил неодобрительный взгляд Ромы, преследовавший его. Антон занял парту позади Норкина. Плечи Саши грустно опустились, не оборачиваясь, он уткнулся в тетради.
Класс перешептывался, с интересом наблюдая за ситуацией. Полный ненависти взгляд Семёна, хитрые глаза девочек и удивлённые взоры других одноклассников следили за Антоном. После пятого урока Рома с Бяшей подошли к Антону.
— Пошли в столовку, дела порешаем
Взяв себе порции пюре с подливой и компот, они втроём уселись на свободную лавку. Антон чувствовал себя непривычно, но сама ситуация ему льстила.
— Надо что-то сделать с этим маньяком, — негромко говорил Рома. — Бяша теперь с нами. Втроём мы точно его зарубим…
— Вот только где мы его найдем? — спросил Антон. — Не проще ли отвести ментов в тот сарай, и всё?
— Блин, Тоха, ты чё, не понимаешь? Нельзя нам в ментовку, — нахмурился Рома
— Да почему? — не унимался Петров. — Если хочешь, я сперва отцу расскажу. А уж потом мы возьмём эту твою шапку, и вместе…
— Нет! — озверело рявкнул Рома. — Сука, как бы тебе объяснить… Короче, я на учёте состою у этих мусоров. Они ненавидят меня, только и ищут повод подкопаться… Я туда — ни ногой.
Пятифан в три приема съел все пюре
— Может, как раз и отстанут от тебя, если узнают, что это ты сарай маньячеллы нашёл, — предложил Бяша.
— Скорее ещё больше пристанут, Бяха. Не, это так не работает… Да даже если мы и покажем им сарай, они же всё равно нихрена не сделают. Припишут себе все заслуги, и дело с концами. Мы сами должны найти этого говнюка… К тому же, мы даже видели его с Антошкой. Или даже их… Да, Антошка? — Рома сощурил зелёные глаза.
— Кажется, видели, — Антон с трудом вспомнил, как убегал от каких-то силуэтов, — но честно, я уже не очень уверен…
Рома отвесил ему подзатыльник.
— Блять, не уверен он. Да точно он там ошивается, точно! Он ещё заявится в свое логово. Там его и схватим.
— Вы… Мы караулить будем возле С… Сарая? — заикнулся Бяша.
— Ага.
Антон вздохнул. Не нравилось ему всё это.
— А вы видели сегодня недалеко от школы джип стоял? Чёрный, тонированный, — поделился он своим утренним наблюдением.
Рома с Бяшей переглянулись.
— Не-а… Странно. Кто-то важный приехал
— Мусорской, наверное, нах.
— Хер его знает. В городе мы с Бяшей видели какого-то неместного мусора… — сказал Рома, почесав голову.
— Странно это всё. Какая-то муть происходит, я жопой чую, на…
Парни задумчиво уставились в свои тарелки. В столовую вошёл Семён со свитой из Кати и Алисы. Он кинул на Антона недобрый взгляд.
— Зря вы, парни, к себе приняли этого пидорка, вы ещё пожалеете об этом, — пробубнил он, шествуя к окну выдачи еды.
— Завались, — рявкнул Рома, — иначе ты кое о чём жалеть будешь, свинья ссыкливая
Девчонки захихикали, беря свои подносы. Антон почуял неладное, когда мимо него проходила Катя. Внезапно ему на голову полилось что-то мокрое, липкое и сладкое
— Упс… — хихикнула Катя, — Прости, Гандошка...
Она стояла с пустым стаканом компота за спиной у Антона и невинно хлопала длинными ресницами. Семён визгливо засмеялся.
— Попробуй на меня еще вылей, сучка, увидишь, что будет тогда, — лицо Ромы перекосило от гнева.
Катя с Алисой поспешили убраться за дальний стол.
— Чё вы защищаете его? — Семён с треском ударил Антона по мокрому затылку.
Внезапно Рома вскочил из-за стола, прогремев посудой. Он схватил Семёна за голову и с треском приложил его головой в недоеденное пюре. Сёма заверещал на всю столовую.
— Ромыч, ааа!!! Какого х..?
— Ты чё, ещё не понял, мудозвон?! Ты больше не с нами. Вон пошёл.
Бяша встал из-за стола. Рома отпустил Семёна, швырнув его на лавку.
— Приберёшься здесь, свинья, иначе на бекон пущу, — сплюнул Рома, — погнали, пацаны.
Антон, шокированный поведением Ромы, поспешил за ними. Рубашка неприятно прилипала к спине. Прозвенел звонок на урок физкультуры. Поднявшись на третий этаж, где находился спортзал, Рома скомандовал Бяше идти в раздевалку, а сам повёл Антона в мужской туалет.
Включив воду из крана, Пятифанов принялся отряхивать вымокшую рубаху
— Видишь, Тоха. Не такой уж я и отброс, — произнёс Рома. — Цени мою доброту.
Отчего-то Антон не мог произнести ни слова. Он застыл под сильными руками Пятифанова, позволяя ему себя умывать
— Как твоё ранение? — вдруг спросил Пятифан, указывая Антону на живот.
Петров приподнял рубашку, обнажая "автограф". Царапины покрылись темной корочкой. Краснота и припухлость уже прошла.
— Да уж, может, я и погорячился тогда. Ну, до свадьбы заживёт, — неуверенно протянул Рома.
Антон уставился на Пятифанова.
— Шрам останется. Навсегда.
— Я сказал, заживёт. Значит, заживёт, — Рома переминулся с ноги на ногу. — Щас накинут нам штрафных кругов.
— Ага, — Антон кивнул и опустил рубашку. — Пойдём переодеваться.
Урок физкультуры прошёл как обычно. После беготни и разминки класс разбился на две команды для игры в вышибалу. Антон оказался в команде Ромы, конечно же, у противоположной команды не было ни одного шанса. Прозвенел звонок. Окрыленный победой, Антон бросился в раздевалку. В коридоре к нему подскочила Полина.
— Антон! — девушка нежно взялась за его плечо, — Подожди
— Ох ты, — удивился Антон, — а я домой вот, собираюсь.
— Да, я тоже. Думаю вот, кто бы мог меня проводить, — Полина хитро улыбнулась и многозначительно подмигнула.
Щёки Антона залились красным.
— Ну… Рома обычно, с Бяшей.
— А я с ними не хочу, — Полина надула губы. — Заняты они, чем-то хулиганским. А ты, разве ты не хочешь со мной прогуляться?
— Я? Конечно, хочу.
Полина придвинулась к Антону ближе, отчего ему стало совсем неловко. Он близоруко осмотрел коридор. Кажется, вокруг никого не было.
— Ну вот, и почему не проводишь меня?
— Я, я сейчас. Только куртку возьму
Взяв Полину под руку, Антон бросился вниз в гардеробную.
В шерстяном облегающем пальто и милой пушистой шапке Полина была особенно хороша. Петров обратил внимание, что губы у старосты были накрашены какой-то ярко-красной помадой, из-за чего её волосы казались еще более смоляными, а кожа более бледной. Они неспешно побрели в посёлок через лес.
— Значит, ты тоже думаешь, что маньяк прячется в этом лесу, — задумчиво поинтересовалась Полина, разглядывая деревья.
— Не знаю. Но всё это и правда странно
— Вообще, я вот что думаю… Ты такой молодец, что не побоялся пойти в лес, да ещё и с Ромкой. Ты самый настоящий герой.
Антон смущённо улыбнулся, опустив взгляд.
— Да ты преувеличиваешь… На самом деле, если бы не Рома…
Полина пренебрежительно махнула рукой в розовой перчатке
— Рома любит выпендриваться. Настоящие же герои не говорят о своих поступках в открытую. Они скромные, вот прям как ты!
Начался легкий снегопад. Снежинки, сверкающие на морозном солнце, медленно оседали Антону на щёки и нос.
— Как красиво, — завороженно сказала Полина
— Да, прям снежная сказка, — согласился Антон и взглянул на девушку. Она смотрела только на его лицо.
— Я про твои ресницы. Когда на них попадают снежинки, это как… Волшебство. Они сами по себе, словно снег…
Антон вспыхнул.
Миновав лес без проишествий, они выбрались в посёлок.
— Тебе куда, Поль? — спросил Петров, переминаясь с ноги на ногу.
Полина лучезарно заулыбалась.
— Ой, Антоша, а можно к тебе в гости зайти? Мне так интересно внутри твоего дома побывать… — она мягко взяла Антона под локоть.
— Ко мне? В гости? — Антон прикинул, как отреагирует его мать. — Ну, а почему бы и нет?
Полина удовлетворённо улыбнулась, и они двинулись в сторону старого двухэтажного деревянного дома.
— А помнишь, ты как-то обещала мне кое-что рассказать.
— Что? — захлопала глазами девушка
— Ну, про дом бабки с топором.
— А, да тут и рассказывать особо нечего, — Полина махнула рукой, — просто раньше тут жила бабушка, одна. Она любила кидаться с топором на детей, которые ей мешали. Лезли на задний двор, или как-то подшучивали над ней. Не знаю, я тогда еще маленькая была, смутно помню…
— А потом?
— Потом она, вроде, умерла. И он долго стоял заброшенный. Ну вот, наверное, до тех пор, пока вы не переехали.
Антон задумался, пытаясь вспомнить родителей мамы. Но ничего не приходило на ум.
— Да ты не боись. По-моему, она не убила никого. Просто была… Немножко того, — Поля, мягко улыбнувшись, покрутила пальцем у виска
— Не помню, чтобы мне мама что-то рассказывала о бабушке с дедушкой…
— Наверное, твоя мама уехала отсюда еще в молодости. Понимаю её, — грустно сказала Полина. — Я бы тоже уехала. И не вспоминала бы никогда
Ребята подошли к дому. Со двора послышался собачий лай.
— У тебя и собака есть?
— Я её нашел на улице… — гордо заявил Петров. — Её зовут Счастье.
— Как романтично.
Полина потрепала выбежавшую собаку за ухом.
— А она всегда у вас здесь, на улице? Ей не холодно?
— Нет, это же собака. Она на улице родилась и выросла.
— У меня тоже есть собака. Правда, мы её с дедой в дом пускаем.
— У мамы аллергия на шерсть…
Разговаривая о собаках, они вошли внутрь двухэтажного дома. Антон услужливо снял с Полины её тёплое пальто, повесил рядом со своей курткой. Где-то в глубине обувницы он нашел лишние тапочки. В прихожую с кухни забежала мать в привычном теперь амплуа — фартук, тапки и гулька на голове. В посёлке она перестала следить за внешностью.
— Антон, иди кушать суп…
Увидев рядом с сыном миловидную девушку, она застыла.
— Ой, а чего ты не предупредил, что у нас гости?
— Гости? — со стороны лестницы послышался голос Оли
— Меня Полина зовут, я одноклассница Антона, — обаятельно улыбнулась Морозова
— Антоша, как ты мог не сказать мне, что завёл такую очаровательную подругу?! Можешь меня звать тётя Карина. Идите на кухню, завари даме чай, а я пока пойду переоденусь, — Карина убежала в комнату.
Вскоре в дверном проеме показалось любопытное лицо Оли
— Ой, у неё такие же волосы, как у тебя, — удивилась Полина.
— Это все замечают, — улыбнулся Петров
Они долго сидели на кухне вчетвером. Мама даже достала из буфета дорогие конфеты, чему ужасно была рада Оля.
— Так ты, Полина, занимаешься музыкой? Музыку я уважаю. Сама когда-то в детстве ходила на фортепиано.
— Ой, а чего бросили? — поинтересовалась Морозова, прихлебывая чай.
— Да как-то не сложилось… — отмахнулась Карина. Она приоделась в своё лучшее домашнее платье и распустила каре.
— А расскажите, пожалуйста, как вы в Москву переехали, тётя Карина.
— Я окончила ту же школу, в которую вы сейчас ходите, хорошо сдала экзамены и поступила в университет в городе. Ну, в Печоре. Там я отучилась, поехала работать в Москву на вахту. А там уже встретила Тошиного отца, и ушла в декрет. Боря мог обеспечивать нас всех, у меня не было нужды работать. А теперь и возможности… Да и к тому же, кто будет готовить кушать и смотреть за Олей? Она часто болеет.
Оля насупилась, услышав своё имя.
— Не правда! Я хорошо себя чувствую, ты просто меня не хочешь выпускать на улицу!
— Оля! Марш в кровать!
— Нет! — она начала бегать по кухне с конфетой. — Полина, Полина, а мальчик Рома с вами в классе учится?
— Да, а ты его откуда знаешь? — удивлённо спросила Морозова.
Оля захихикала и убежала по лестнице наверх.
— А вы когда-нибудь планируете вернуться в Москву? — поинтересовалась Полина, наматывая черный локон на палец. Карина немного поморщилась.
— Зависит от Антошиного отца, — она хмуро посмотрела на сына. — Я бы хоть сейчас поехала бы снова туда работать, но сама понимаешь, дети. Когда будешь заводить детей, Полечка, относись к этому ответственно. Это на всю жизнь.
Полина согласно кивнула.
— А у тебя какие мечты, какие планы? Уже придумала, куда поступать будешь?
— Я хочу поступить в Питер в консерваторию, и стать первой скрипкой, конечно.
— Тогда тебе придётся много трудиться. Ты много занимаешься скрипкой?
— Я хожу на каждый урок, тётя Карина. Но всё равно в райцентре учат не так хорошо… Дома я тоже занимаюсь. Могла бы вам сыграть что-нибудь из Шопена, но с собой скрипки нет.
— Может, как-нибудь в другой раз?
— Да, конечно! В другой раз возьму скрипку, да, Антон?
Антон не мог отделаться от странного ощущения. Всё было слишком хорошо по сравнению с предыдущими днями. Он кивнул. Из лестничного прохода показалась Оля с коробкой дисков.
— А пойдёмте мультики смотреть? — крикнула она.
Антон с Полиной переглянулись.
— Ну ладно, вы идите, дети, я посуду помою.
— Спасибо вам, тётя Карина.
— Оль, начни пока без нас. Я покажу Поле свою комнату.
— Да-да, конечно, Тоша, — хихикнула Оля, прикрывая за ними дверь.
— В общем, здесь я и живу… — Антон обвёл руками своё скромное жилище. Полина осматривалась с неподдельным любопытством. Она заметила коллекцию игрушечных трансформеров на верхней полке.
— Прикольные, никогда такие не видела.
— А, это мы с Олей собрали из Хеппи-милов.
— Откуда?
— Ну, в Макдоналдсе такие были коробочки, с бургерами и игрушкой внутри. Вот и собрали. У нас была ещё какая-то коллекция, но большинство вещей мы оставили, — Антон присел на кровать, наблюдая за старостой, — но трансформеров я не мог не взять, это были мои любимые комиксы в детстве.
— Ух ты… — протянула Полина.
С не меньшим восторгом она заметила и его серебряную медальку за районные соревнования по лёгкой атлетике. Потом стала рассматривать вещи на столе. Антон вспомнил, что не убрал свой альбом для рисования. Показывать его, почему-то, не очень хотелось, однако, девушка уже взяла его в руки.
— Так ты рисууууешь? — воскликнула она. — А можно посмотреть?
— Посмотри, конечно…
Полина плюхнулась рядом с ним на кровать и положила альбом на колени. Её волосы красиво упали вниз, слегка закрывая лицо.
— Да я не прям чтобы художник. Так, увлекаюсь… — замялся Петров.
— Ну, а я вот вообще не умею…
Полина принялась листать альбом, то и дело восхищённо охая. Картинки сменялись одна за другой: животные, динозаврики, роботы, машинки, портрет Оли, портрет какой-то девушки.
— Ммм, ну, можно. Но уже не сегодня, наверное. В другой раз, когда скрипку принесёшь.
Полина захлопала в ладошки и неожиданно чмокнула Антона в щёку.
— Спасибо, всегда мечтала о собственном портрете… — промурлыкала она.
— Пока еще не за что…
— Вы идёте или нет? — крикнула Оля.
Посмотрев в десятый для Антона раз "Дорогу на Эльдорадо" и съев несколько бутербродов со сгущёнкой, они, наконец, засобирались. Совсем скоро должен был вернуться отец с работы. Полина выглядела сытой и разнеженной. Антон помог ей одеться.
— Я тебя провожу.
На прощание Полина обняла и Олю, и даже Карину. Поскрипывая снегом, они направились вглубь посёлка. Мимо них мелькали однотипные деревянные дома, глухо лаяли собаки. На небе медленно зажигались звёзды. Несмотря на какую-то усталость, Антону всё же хотелось растянуть этот момент. Вновь пошёл снег. Крупные хлопья плавно падали с неба, хаотично ложась куда попало.
— Антон, а тебе кто-нибудь говорил, что ты очень красивый? — вдруг спросила девушка. Петров смутился.
— Что ты, Полин… Никто. Все обычно наоборот насмехаются, что я ношу очки, или что я выгляжу как-то не так… — Антон вспомнил, сколько едких слов он услышал от Ромы и его друзей.
— Это они просто завидуют тебе, Антош. На самом деле, ты парень-мечта. У тебя красивые, аристократичные черты. Благородные. Здесь такие мало у кого есть, — Полина бросила на него восхищённый взгляд,. — Можешь мне верить, я знаю, о чем говорю.
Антон зарделся.
— Ты тоже очень красивая. Невероятная. Я таких, как ты, не видел раньше.
Полина довольно заулыбалась.
— Значит, красивым людям нужно держаться вместе. Ты согласен?
— Конечно. Будем держаться вместе…
— Может, еще поступим вместе. Я в музыкальное, а ты в художественное, м?
— Я думал об этом…
— У тебя талант, Тоша. Не думать надо, а действовать. А вот и мой дом.
Они встали возле Полининого дома, в окнах которого горел свет, а где-то внутри лаяла собака, и посмотрели друг на друга, не решаясь разойтись.
— Ладно, спасибо тебе за вечер, — Полина мягко обняла Антона. Он уловил сладкий запах малины от её пальто.
— От тебя всегда так вкусно пахнет.
Морозова ничего не ответила, только легко засмеялась. Они немного отстранились, и Антон вгляделся в её глаза. В груди что-то сжалось. Какой-то трепет прошелся по его телу, словно пролетела стая синих бабочек и осела где-то в животе. На секунду сердце забыло, как стучать, а Антон — как дышать. Её лицо было очень близко, она прикрыла веки, посмотрела на его губы. Петров понял, что это тот самый момент, когда девушек надо целовать. Такое он тысячу раз видел в фильмах.
Не теряя момента, он мягко притянул к себе её лицо и неловко сомкнул свои губы на её нижней губе, на которой все еще виднелась помада. Сердце сделало кульбит, разгоняя ворох бабочек. Полина ответила, поцеловав его верхнюю губу. Антон отстранился, тяжело выдыхая клубы замерзающего пара.
— Ну, до завтра, — словно пьяный, сказал он.
— Ну, пока, — девушка по-лисьи улыбнулась и скрылась за дверью своего дома.
Антон постарался прислушаться к своим чувствам и понять, влюблён ли он теперь. Хотел ли бы он большего. Но не мог найти ответа. Дома он застал мать с отцом на кухне. Она восторженно рассказывала ему о Полине.
Отец прямо с порога пожал сыну руку:
— Молодец, уже бабу себе урвал, да какую.
— Пап, да мы не встречаемся еще…
Родители засмеялись.
— Все сперва так говорят.
Не сделав уроки, Антон лёг спать в смешанных чувствах. Всё складывалось очень хорошо, но что-то ему не давало покоя. Эхом в голове звучали предостережения Саши Норкина. Бабочки, трепетавшие у него в животе, застыли камнем тревоги.