Глава 7
Девушки, задыхаясь от страха, забежали в дом. Эмбер захлопнула дверь на все замки и в последний раз вгляделась в окно, где царил лишь непроницаемый мрак. Она вернулась к Таре, которая судорожно затягивалась из ингалятора.
— Что это за чертовщина? — прошептала Тара растерянно, сжимая ингалятор побелевшими пальцами. На щеках виднелись засохшие соленые дорожки от слез. Она смотрела на Эмбер с мольбой в глазах, ожидая хоть какого-то объяснения. — Кто он? Откуда он знает наши имена? — в голосе Тары звучала неприкрытая паника.
Эмбер не знала, что ответить. Она молча смотрела на Тару, разрываясь от желания рассказать правду об убийстве, из-за которого их теперь преследовал этот безумец в маске, жаждущий крови.
— Все хорошо, сейчас мы в безопасности, — произнесла Эмбер, стараясь сохранить спокойный тон, протягивая ей руку, хотя внутри нее клокотала злость и отчаяние.
— Почему ты такая спокойная?! Что вообще происходит? Эмбер, я ничего не понимаю! Сначала твоя машина, теперь этот кот... — с возмущением воскликнула Тара, требуя ответов. — Он убил невинного кота... — прошептала она, всхлипнув, вспоминая жуткую картину изуродованного тела.
Эмбер понимала, что Тара не отступит. Ей придется рассказать все, она обязана. Но страх сковывал ее, она боялась реакции Тары на эту ужасную историю. Наконец, смирившись, она сказала:
— Я расскажу тебе все, только давай пойдем в комнату.
Тара молча направилась в свою комнату, а Эмбер последовала за ней. Войдя, Тара включила свет.
Она села на середину кровати в позу лотоса, а Эмбер примостилась ближе к краю напротив нее.
— Мы должны вызвать полицию! Эмбер, это прямая угроза! Это просто абсурд, зачем кому-то угрожать нам? — в панике произнесла Тара, лихорадочно жестикулируя руками.
Эмбер смотрела на нее и понимала, что пришло время открыть все карты. Рассказать то, что она никому не доверяла, хранила в секрете долгие годы.
— Мы никуда не будем звонить. Я знаю, это звучит безумно, но... — не успела Эмбер закончить, как Тара перебила ее.
— Не будем звонить?! Ты хочешь, чтобы ты или я оказались на месте этого кота?! Эмбер, это ненормально! Господи... Как мне теперь спать спокойно по ночам, зная, что случилось у моего крыльца?! — выпалила Тара в ярости.
— Тара, послушай, пару лет назад я совершила глупый, необдуманный поступок. И я думаю, что это связано с тем, что сейчас происходит, — повысила голос Эмбер, пытаясь перекричать Тару.
Тара умолкла, внезапно заинтригованная словами Эмбер, и нахмурила брови в задумчивости и непонимании.
— О чем ты говоришь? Я думала, у нас нет секретов друг от друга, — разочарованно произнесла Тара, поднимая взгляд на Эмбер и хмурясь.
— Я готова тебе все рассказать, только выслушай, ладно? — вздохнула Эмбер. Тара кивнула, готовая слушать.
Выдохнув, Эмбер начала:
— Помнишь, когда нам было по четырнадцать, мои родители решили поехать в очередную командировку на две недели? Я тогда уговорила их взять нас с собой. — Тара внимательно слушала, пока не понимая, к чему она клонит. — Пока мои родители были заняты делами, мы с тобой часто ходили на красную качель в километре от нашего отеля, которая находилась возле одинокого обрыва. Там мы познакомились с мальчиком по имени Ричи и его сестрой Куинн. Если ты помнишь, Ричи был старше нас на шесть лет, а его сестре было столько же, сколько и нам тогда. — На этом моменте глаза Тары расширились, в них появилось недоумение. Она хотела возразить, но Эмбер не дала ей этого сделать.
— С тех пор, пока мы были в командировке с моими родителями, мы каждый день ходили к тому склону играть с братом и сестрой. Ричи не так часто был с нами, а вот Куинн — каждый день. Она испытывала сильную симпатию к тебе. Через пару дней я стала замечать это: она постоянно хотела прикоснуться к тебе, отвести тебя от меня, оставляя нас с Ричи наблюдать за вами. Мне это безумно не нравилось... Я не знаю, я боялась, что ты станешь уделять ей больше внимания, чем мне, что ты оставишь меня... Потому что, мне казалось, Куинн была лучшей версией для тебя, нежели я. Ты любила общаться с ней, и я думала, что отойду на второй план...
— Эмбер, подожди, я... — попыталась вставить Тара, но Эмбер не дала ей закончить. Тара видела, как тяжело ей это говорить: ее глаза бегали, она не знала, куда деться.
— Нет, я должна договорить, — сказала Эмбер, повышая голос. — Тогда во мне проснулась настоящая ревность. Я не хотела делить тебя ни с кем, ты моя единственная... подруга и семья. В последний день командировки, пока ты спала, я рано утром решила пойти на те качели, чтобы покурить втайне от родителей.
Четырнадцатилетняя Эмбер шла по зеленой траве, спускаясь все ниже и ниже со склона к качелям. Заметив Куинн, она почувствовала, как ее захлестывает злоба. Она решила подойти к ней. Эмбер хотела разобраться с ней, заставить ее забыть о Таре, сказать, что она никогда не будет с ней, что у нее уже есть Эмбер — любящая подруга, которая всегда будет первой в ее жизни, и Куин не сможет ее заменить. Никто не сможет.
— Эй, Куинн! — окликнула ее Эмбер, приближаясь к Куинн, которая качалась на качелях.
Рыжеволосая девушка удивленно обернулась на голос Эмбер, оценив ее взглядом.
— Ты одна? Тара не с тобой? — спросила Куинн, слезая с качелей и поворачиваясь к Эмбер, скрестив руки на груди. Куинн во
времяпровождения с Тарой хотела казаться милой, но Эмбер понимала, что она не та, кем хочет казаться: черствая, высокомерная и жестокая.
Эмбер подошла к ней ближе, разозлившись. Все эти дни между ними с Куинн шла невидимая война, которую Тара не замечала.
— Я не курю при ней, у нее астма, если ты не знала, — безэмоционально, раздраженно сказала Эмбер, показывая пачку сигарет и зажигалку, на которой Тара выцарапала «Тамбер — друзья навсегда». С того момента Эмбер ценила эту простую, но значимую вещь.
— Это мило. Но Тара не рассказывала мне, что она астматик, — задумчиво произнесла Куинн. — Она придет сегодня? — спросила рыжеволосая девушка, подходя ближе к Эмбер.
Куинн тоже не была рада, что рядом с Тарой вечно околачивается Эмбер, как привязанная.
— Тары нет, можешь не притворяться. И ты правда думаешь, что нравишься Таре? — Эмбер издала смешок с издевкой, еще сильнее напрягаясь.
Лицо Куинн сразу изменилось, стало более серьезным. Милая улыбка исчезла, она нахмурила брови.
— Это не твое дело. К тому же, мы уже целовались. То, что ты не нравишься Таре больше, чем подруга, не значит, что ей не нравлюсь я, стерва! Держи свои комплексы при себе, — сказала Куинн, чтобы разозлить и без того гневное лицо Эмбер.
Эмбер напряглась, сжимая губы и подходя ближе к Куинн, сжимая кулаки так сильно, что на ее ладонях потом останутся кровавые следы от ногтей.
— Ты врешь, тварь, — выпалила Эмбер, стиснув зубы, не зная, верить ей или нет.
— О, она тебе еще не рассказывала? Я думала, ты знаешь, прости, — с издевкой сказала Куинн, изображая дурочку. — А целуется она неплохо. Это ее первый поцелуй или...? — она не успевает договорить, как Эмбер бросается на нее. Девушки с грохотом падают на землю около склона. Эмбер, залезши сверху, наносит удары по ее лицу. Куин вскрикивает и стонет от боли, пытается защититься, но Эмбер было не остановить.
— Помогите! — кричала Куинн, но ее голос тонул в утренней пустоте, терялся в безлюдном месте, где даже рассвет казался слишком робким. И слишком гневной была Эмбер.
Насытившись яростью, Эмбер отстранилась, слезая с Куинн. Под ней, на земле, корчилась девушка, хрипя от боли. В глазах Куинн плескались слезы, на лице алели багровые следы ударов, а из разбитого носа ручьем текла кровь. С трудом, превозмогая мучительную боль, она медленно начала подниматься.
— Я убью тебя, — прошипела Куинн, поднимаясь на дрожащие ноги. С дикой яростью она бросилась на Эмбер, впечатав ее в ствол дерева, на котором безжизненно висели качели. — Ты пожалеешь! — прошипела она, сжимая ее шею. Адреналин зашкаливал.
Эмбер стиснула зубы, отчаянно пытаясь вырваться из хватки, но Куинн казалась сильнее, чем прежде. Она впечатывала Эмбер в кору дерева, перекрывая доступ к воздуху.
— Ты даже не представляешь, как я мечтала об этом все эти дни! Думала попросить брата помочь избавиться от тебя, но, оказывается, я и сама неплохо справляюсь, — проговорила Куинн, надавливая на горло Эмбер, которая судорожно глотала воздух.
Эмбер понимала, что нужно вырваться, она не могла проиграть, тем более Куинн. Она пыталась найти выход из ситуации, пока не стало слишком поздно.
Внезапно в голове мелькнул отчаянный план. Она повернула голову и закричала:
— Тара! Тара, ты здесь. Помоги мне! — прохрипела Эмбер, делая вид, что видит подругу.
Куин, словно ужаленная, резко обернулась, готовая увидеть Тару и отпустить Эмбер. Но, не обнаружив никого, она не успела вернуться к своей жертве. Эмбер, собрав последние силы, нанесла удар ногой в живот, отбросив Куинн к самому краю обрыва. Куинн, согнувшись пополам, судорожно вцепилась в живот, ее стон вырвался сквозь стиснутые зубы, отражая мучительную боль, пронзающую ее изнутри.
— Как жаль, что Тара больше тебя не увидит, — произнесла Эмбер с фальшивой грустью, медленно приближаясь к рыжеволосой девушке, балансирующей на краю пропасти.
— Черт, Эмбер, прости! Я не хотела, я врала, мы не целовались, я...
— Пошла ты. — перебила ее Эмбер перед тем как сделать последний шаг.
Она толкнула девушку в последний раз. Куинн сорвалась вниз, издав предсмертный крик, который эхом прокатился по ущелью. Эмбер подошла к краю, наблюдая, как тело Куинн летит вниз, пока не разбивается о камни. Звук удара был глухим, но от этого не менее ужасным. Эмбер понимала, что нужно бежать.
Она бежала, натягивая капюшон на голову, осознавая весь ужас произошедшего. Она убила человека. Она не хотела этого, но Куинн спровоцировала ее, выпустила на волю демона, которого она так отчаянно пыталась сдержать. Сейчас она не жалела о случившимся. Эмбер всегда знала, что способна на убийство, особенно если дело касается Тары. Она всегда была готова.
Выбежав на дорогу, она судорожно начала шарить по карманам, ища зажигалку. Вспомнила, что, скорее всего, потеряла ее, когда бросилась на Куинн. Но сейчас не было времени возвращаться.
Глаза Тары широко распахнулись, впитывая ужасную историю Эмбер, словно губка. Сердце отбивало бешеный ритм, грозясь вырваться из груди, а слезы жгли веки, готовые хлынуть потоком. Она смотрела на Эмбер, словно парализованная, не находя слов в онемевшем горле.
— Пожалуйста, не молчи, Тара, — взмолилась Эмбер, робко подавшись вперед. Страх, ледяной хваткой сжимал ее сердце — страх, что Тара оттолкнет ее, что многолетняя дружба рухнет в одно мгновение.
— Ты убила её... — прошептала Тара, словно эхо из глубин души, и тут же добавила с дрожью в голосе: — Ты говорила, она подвернула ногу и не смогла выйти из дома о тот день... — Воспоминания об этом дне обрушились на нее, как лавина, едва не сломив под тяжестью горя и обмана.
Вина вгрызалась в Эмбер, разъедая ее изнутри, словно кислота. В глазах плескалось искреннее, болезненное раскаяние, адресованное Таре.
— Тара, послушай, я не хотела ее убивать! Я просто... я хотела защитить тебя от нее. Она была не тем, кем казалась. И потом... она спровоцировала меня! Чуть не задушила! — отчаянный крик, вырвавшийся из самой глубины души, был последней попыткой Эмбер удержать ускользающее равновесие.
В крови Тары клокотал адреналин. Лучшая подруга, с которой она делила каждый миг, только что обрушила на нее чудовищную правду, которая теперь навсегда останется с ней.
— Чуть не задушила?! — Глаза Тары расширились от ужаса и ярости. То, что она услышала, казалось немыслимым. Эмбер, конечно, вспыльчива, но убийство... это за гранью. Впервые Тара чувствовала такую обжигающую злость и обиду на подругу. — Эмбер, ты убила, черт возьми, человека! Как ты могла?! Как ты... — слова застревали в горле, не в силах выразить всю бурю чувств. Она резко размахивала руками.
Она видела, как меняется лицо Эмбер. Потерянное, испуганное. Она ждала этой реакции, и вот она здесь, во всей своей неприкрытой ярости.
Эмбер молчала, понимая, что любое оправдание лишь усугубит ситуацию.
Тара поежилась на мягкой кровати. Встав, она подошла к окну, не отрывая взгляда от Эмбер, которая следила за каждым ее движением. Эмбер боялась. Боялась, что многолетняя дружба рассыплется в прах от одного неосторожного слова.
— Почему, Эмбер? Почему? Зачем? — твердила Тара, вытирая слезы. Острая, сосущая боль пронзила голову. Тара зажала виски ладонями, но тут же одернула руки, продолжив допрос: — Ревность? Ты убила Куин из-за ревности? Это глупо! Чертовски глупо! Ты же знаешь, что я никогда бы тебя не бросила! Зачем ты это сделала?! — отчаяние захлестывало Тару.
Эмбер поджала губы, сдерживая слезы. Это была первая ситуация в ее жизни, когда она чувствовала такую гнетущую вину. Стыд перед Тарой сковывал ее. Она знала, что никакие оправдания не имеют значения. Она убила человека.
— Да, я ревновала! Куин и правда была не той, кем казалась, — Эмбер смахнула предательскую слезу. Голос дрожал. — Я... я знаю, я идиотка. Можешь обвинять меня. Если ты пойдешь в полицию, я пойму тебя. Просто... возможно, я не достойна быть твоей подругой. Я полная твоя противоположность. Не знаю, как мы вообще подружились. Я буря, способная разрушить все на своем пути, а ты – океан, спокойный и незыблемый. В дружбе с тобой я многое поняла, и я думаю, что я приношу тебе больше вреда, чем пользы. — Эмбер продолжала говорить, ее глаза покраснели от слез, готовых хлынуть потоком.
— Я боялась, что меня бросят. Родители постоянно оставляли меня из-за своей работы. Я росла одна. До тебя у меня не было никого. В начальной школе меня часто бросали ребята из класса из-за моего характера и моих высказываний. Но потом появилась ты, которая всегда приходила на помощь, и я платила тебе тем же. Я сначала не поверила, что такой человек, как ты, мог бы дружить с такой, как я. Ты понимала меня. Потом ты познакомила меня с близнецами, и тогда я поняла, что значит иметь настоящих друзей. Ты значишь для меня намного больше, чем ты думаешь, – Эмбер вытерла слезу. Она так боялась потерять Тару, словно та была ее последней свечой в вечной тьме.
Вздохнув Эмбер продолжила:
— Когда я слышу, как люди рассуждают о том, зачем нужны друзья, если тебя купают в деньгах и обвешивают статусом, во мне поднимается буря. Эти слова ранят меня до глубины души, ведь говорящие не знают, каково это — жить моей жизнью. Да, плевать мне на все это! Они давно потеряли всякий смысл, иссохли и больше не приносят радости. Я готова в прах развеять все это, лишь бы не потерять нить, связующую нас. — проговорила Эмбер с глубиной обидой и горечью.
Таре было больно. Больно от убийства и от ощущения брошенности, которые испытывала Эмбер. Родители никогда не занимались девочкой, словно она появилась у них для галочки, для поддержания статуса. С одной стороны, ее охватывал ужас от поступка Эмбер, и она никогда не сможет забыть об этом. С другой стороны, это же Эмбер, ее Эмбер, которая никогда бы не причинила ей зла намеренно. Она просто хотела как лучше. Она боялась одиночества, которым ее щедро одаривали собственные родители.
Тара медленно села на кровать, и тихо спросила:
— Ты правда думала, что я променяю тебя на Куинн? — Голос ее едва слышен, словно шелест осенних листьев, и одинокая слеза скатилась по щеке, оставляя влажный след.
Эмбер молча кивнула, закусив губу, чтобы сдержать рвущийся наружу крик отчаяния.
Тара молча наблюдала, как Эмбер, отвернувшись, торопливо вытирает слезы рукавом кофты. Сейчас слезы Эмбер рвались наружу. В этот момент Тара впервые увидела ее слезы, впервые увидела в ней ту слабость, которую она так тщательно скрывала под маской цинизма и самоуверенности. Но Тара знала, что для нее Эмбер всегда была другой.
Она не могла злиться на нее. Да, она была огорчена, потрясена, разочарована тем, что Эмбер лгала ей все это время, тем, что вообще совершила убийство и скрывала это. Но Эмбер просто хотела защитить ее, как делала это всегда, и Тара это понимала. Куинн была ей симпатична, но Тара никогда не думала о ней в романтическом ключе. Ей было жаль Куинн, но воспоминание о том, как та чуть не задушила Эмбер, немного отгоняло жалость, даже если Эмбер и напала первой. Она просто боялась быть брошенной. И Тара прекрасно понимала это чувство.
Внезапно Тара прильнула к Эмбер, обхватив ее тело тонкими руками, крепко прижимая к себе, давая понять, что она здесь, рядом, и никуда не уйдет.
Эмбер напряглась она не ожидала этого, не сейчас когда она рассказал таре что она убийца.
— Прости меня... — всхлипнула Эмбер, сильнее сжимая веки и прижимаясь к ней в ответ.
— Все хорошо. Ты просто хотела защитить меня, —мягко ответила Тара.
После объятий они отстранились, робко улыбнувшись друг другу. Тара протянула руку и большим пальцем вытерла слезу с щеки Эмбер.
— Из-за меня за нами теперь охотится какой-то идиот. И я подозреваю, что это брат Куинн. Моя зажигалка осталась на месте преступления. Он знает, что это была я. Но почему он решил мстить только спустя четыре года? — спросила Эмбер больше себя, погрузившись в раздумья.
— Я думаю, он не мог найти нас все эти годы. Мы никогда не рассказывали, что мы из Вудсборо. Но я знаю, как он узнал, где мы живем, — ответила Тара с тяжестью в голосе, поднимая взгляд на Эмбер, в котором читались тревога и догадка.
Эмбер, немного успокоившись, вопросительно прищурилась.
— Я видела его на последней вечеринке братства. Это он облил меня пивом в тот день. Он так вырос и изменился, я не узнала его. И я была пьяна... А вот он, похоже, узнал меня. Пристально рассматривал меня и говорил, что мое лицо ему знакомо, — выпалила Тара с легкой паникой.
Глаза Эмбер расширились от услышанного.
— Стоп. Это был он? Ты уверена? Что еще он говорил тебе в тот вечер? — Эмбер внимательно смотрела на Тару, которая была напугана не меньше ее.
— Я уверена, потому что после той вечеринки все это и началось. Еще он спросил, с кем я пришла на вечеринку, и я ответила, что с тобой... — сказала Тара разочарованно, но потом, словно ее осенило: — Я рассказала про твои популярные вечеринки! Теперь он знает, где ты живешь! Он, блядь, все знает! — в панике выкрикнула Тара. — Я идиотка! Я не должна была ему все рассказывать! —Тара закрыла лицо ладонями и опустила голову.
Эмбер, увидев это, потянулась к ней, желая видеть ее лицо.
— Все хорошо, ты не виновата. Ты была пьяна. И ты не знала, что это Ричи. Успокойся, — мягко сказала Эмбер, убирая ее ладони от лица.
Эмбер отстранилась и достала телефон из заднего кармана, открывая переписку, теперь уже с пониманием, что это переписка с Ричи. Хотя в глубине души она догадывалась об этом, но старалась не думать. Она протянула телефон Таре, чтобы та прочитала все сообщения.
Тара, пробежав глазами по короткой переписке, ужаснулась.
— Он написал тебе в тот же день, когда была вечеринка... Это точно Ричи. Боже... Он мог взять твой номер у кого угодно на вечеринке, —пробормотала Тара. — Что нам делать, Эмбер? — со страхом и испугом спросила Тара, поднимая на нее глаза и отдавая телефон.
— Полиция нам тоже не поможет. Мы, максимум, можем поставить их в известность, но против Ричи у нас ничего нет. Мы не сможем доказать, что в тот день под маской был он, разбивая мою машину, —разочарованно сказала Эмбер, а Тара посмотрела на нее с надеждой. — Мы справимся сами. Я знаю одного парня... Он достанет нам оружие.
— Сами? Да ты с ума сошла! Этот псих непредсказуем, нужно ставить полицию в известность, — отрезала Тара, вглядываясь в задумчивое лицо Эмбер.
Чувство вины терзало Эмбер изнутри, словно стая голодных волков, ведь именно её опрометчивые действия привели их к этой зловещей ситуации. Но она не позволит Ричи сломать их, не даст ему похитить их спокойствие и жизнь.
— Никаких копов, Тара. Это худшая идея. Они сразу вызовут наших родителей, а ты же знаешь, что ждать помощи неоткуда, да и время терять нельзя. — Твёрдость в голосе Эмбер звучала как вызов надвигающейся буре. — Мы справимся сами. Я достану оружие, и мы будем начеку.
Тара колебалась, словно тростник на ветру, пытаясь взвесить все "за" и "против".
— Может, позвонить Сэм? Она совершеннолетняя, вдруг поможет... — пробормотала она, и в голосе слышалась надежда, смешанная с отчаянием. В глубине души она не хотела обращаться к сестре, но на кону стояло слишком многое. Безвыходность сдавливала горло, как стальной обруч.
— Что? Сэм? Ни за что! Не смей даже думать об этом! Ты же знаешь, я её видеть не могу после того, как она тебя бросила, — резко отрезала Эмбер, отмахиваясь руками, словно от назойливой мухи. — Она — последнее, что нам сейчас нужно.
— А что нам остаётся? — тихо спросила Тара, и в глазах плескался страх. — Ладно... Хорошо. Подождём. Но если станет совсем худо, я звоню Сэм, и никаких "но".
Эмбер скривилась, словно от зубной боли, но промолчала. Она понимала, что это, возможно, единственный выход, хотя мысль о помощи от старшей Карпентер вызывала у неё стойкое отвращение.
— А оружие? Когда ты собираешься связаться со своим дружком? — спросила Тара, чувствуя, как ледяной комок страха растёт в животе.
— Сегодня же напишу, — ответила Эмбер. — Чем быстрее мы будем готовы, тем лучше.
Тара кивнула, осознавая всю серьёзность момента. Она надеялась, что до насилия не дойдёт, но была готова защищать себя и Эмбер до последнего вздоха. Они прошли через огонь и воду, и она не позволит какому-то маньяку разрушить их жизнь.
Тара подошла к окну, вглядываясь в непроглядную темноту. Ей казалось, что за каждым кустом притаился Ричи, словно голодный зверь, готовый в любой момент наброситься. Страх сковал её, но она старалась держаться, не показывать свою слабость Эмбер.
— Я не смогу уснуть, — прошептала Тара, не отрывая взгляда от улицы. — Мне страшно...
Эмбер обняла её за плечи, стараясь передать хоть немного своего тепла и уверенности.
— Я знаю, но я рядом. Он не тронет тебя, пока я здесь. Постарайся расслабиться. Нам нужно быть готовыми ко всему. Пойдём в гостиную, нужно отвлечься.
Эмбер выключила фильм ужасов, застывший на паузе. Сейчас это было явно не к месту. Бесцельно переключая каналы, она пыталась найти хоть что-то, что могло бы вырвать их из липких объятий страха. Комедия казалась издевательством, боевик — нелепым, новости — пугающими. В конце концов, она остановилась на документальном фильме о природе и приглушила звук.
— Попробуй поспать хоть немного. Я буду начеку, — предложила Эмбер, устраиваясь в кресле напротив.
Тара кивнула, устраиваясь на диване под пледом. Закрыв глаза, она попыталась усмирить бурю мыслей в голове. Образ Ричи, его безумный взгляд на вечеринке, зловещие сообщения в телефоне Эмбер — всё это складывалось в кошмарную картину. Страх парализовал, но где-то в глубине души зарождалась и злость. Злость на Ричи, на его маниакальное преследование, даже на себя за беспечность.
Время тянулось мучительно медленно, наполненное тихим бормотанием телевизора и напряжённым молчанием. Тара то проваливалась в беспокойный сон, то резко просыпалась от малейшего шороха, ища взглядом Эмбер, которая сидела неподвижно, словно каменная статуя, её взгляд был прикован к тёмному окну. Она о чём-то напряжённо думала.
Внезапно Эмбер достала телефон и быстро набрала сообщение Джейку:
«Джейк, привет. До меня дошли слухи, что
ты расширил свой ассортимент, и теперь
у тебя можно разжиться не только дурью.
Мне срочно нужно достать оружие.» 03:11
Сердце Эмбер бешено колотилось в груди, пока она ждала ответа. Каждое мгновение казалось вечностью, а тишина ночи лишь усиливала тревогу. Она понимала, что обращается к Джейку не от хорошей жизни, но сейчас ей нужен был тот, кто не станет задавать лишних вопросов и сможет быстро помочь. Она надеялась, что Джейк не откажет.
Через минуту телефон завибрировал.
«Что случилось?
И какое оружие тебе нужно?» 03:12
Прочитав сообщение, Эмбер с лёгкой, едва заметной улыбкой начала печатать ответ.