Эванс

Хогвартс дышал тишиной. За окнами светила бледная луна, и её свет ложился серебром на каменные стены. Аврора шагала по пустому коридору, торопясь вернуться в спальню Гриффиндора. Отряд Дамблдора задержал её — снова тренировки, снова тайные разговоры, снова клятвы хранить всё в секрете.

Но, как назло, именно в таких моментах Хогвартс умел преподносить неприятные сюрпризы.

— Поздно гуляешь, Эванс, — холодный голос раздался из темноты.

Аврора резко остановилась. Из тени выступил Драко Малфой. Его светлые волосы сверкнули в лунном свете, лицо было чуть насмешливым, но в глазах — что-то другое, пристальное, изучающее.

— Не твоё дело, Малфой, — отрезала она, пытаясь пройти мимо.

Он перегородил ей дорогу.
— Не моё дело? — он склонил голову набок, ухмыльнувшись. — Ну-ну. Думаешь, никто не заметил, куда ты так часто пропадаешь? Думаешь, ты хитрее других?

Аврора нахмурилась.
— О чём ты?

— Отряд Дамблдора, — прошипел он, и уголки его губ изогнулись в довольной усмешке. — Ты в нём, Эванс. Я не идиот.

Сердце Авроры на мгновение ухнуло вниз, но она быстро взяла себя в руки.
— Докажи, — холодно сказала она.

Драко усмехнулся ещё шире.
— Мне и не нужно доказывать. Достаточно лишь открыть рот перед Амбридж. Уверен, тебе не понравится, когда твой дорогой Поттер полетит к чёрту вместе с этим клубом маленьких заговорщиков.

Аврора прищурилась.
— Шантаж? Серьёзно, Малфой? Ты не думаешь, что это… низко? Даже для тебя.

Он шагнул ближе. Между ними осталось всего несколько сантиметров. Его голос стал тише, но жёстче:
— Я просто говорю, как есть. Одно слово, Эванс, и твои друзья лишатся всего.

Она сжала кулаки.
— Попробуй, — её голос дрогнул, но она смотрела прямо ему в глаза. — И ты узнаешь, что такое настоящая война.

Они стояли так долго, дыхание смешивалось. Слова закончились. Вражда будто растворилась в воздухе, оставив лишь напряжение, тянущееся между ними невидимой нитью.

Драко чуть подался вперёд, их лица почти соприкоснулись. Её сердце колотилось так, что, казалось, оно отзовётся эхом на весь замок. На мгновение ей показалось, что всё рухнет — стены, запреты, ненависть.

Но он резко отстранился.

Его взгляд был жёстким, почти злым, хотя в глубине глаз мелькнуло что-то неуловимое.
— Не обольщайся, Эванс, — бросил он, а затем быстрым шагом ушёл прочь по коридору, его плащ взвился за спиной.

Аврора осталась одна. Сердце колотилось, в груди жгло. Она сжала пальцы в кулаки, едва сдерживая дрожь.

— Чёртов Малфой… — прошептала она в пустоту, опуская голову.

Но внутри, как бы она ни отрицала, разливалось странное тепло.

Она распахнула дверь так, что та ударилась о каменную стену с гулким эхом. Сердце Авроры колотилось, дыхание сбивалось, но остановиться она уже не могла.

В комнате Малфой сидел в кресле у камина — будто и не думал ложиться спать. Его бледное лицо подсветило пламя, в глазах мелькнула тень удивления, но он быстро спрятал её под привычной маской насмешки.

— Эванс, за тобой дементоры гнались? — лениво протянул он, прищурившись. — Или ты решила ночами проверять прочность дверей?

Аврора замерла на секунду, прижав ладонь к косяку, потом шагнула внутрь, захлопнув дверь за собой.

— Малфой… — выдохнула она, не отрывая взгляда.

Он приподнял бровь, на губах появилась лёгкая ухмылка.
— Какая спешка. Обычно ты находишь тысячу причин, чтобы держаться от меня подальше.

— Перестань, — резко сказала она, сделав шаг ближе. — Что это было в коридоре?

Улыбка исчезла. Он откинулся в кресле, сцепив пальцы, и какое-то время молчал. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая блики на его лицо.

— Ничего, — наконец бросил он холодно. — Просто ошибка.

— Ошибка? — Аврора сжала кулаки, её голос дрогнул. — Ты серьёзно думаешь, что я поверю? Ты хотел… и вдруг…

— Хватит, — перебил он жёстко. В глазах мелькнула вспышка, и он резко встал, приблизившись. — Ты ничего не знаешь, Эванс. Лучше бы тебе и дальше не знать.

Она отшатнулась, но только на шаг. Внутри боролись злость и то странное чувство, от которого кружилась голова.

— Тогда скажи. — Она подняла голову, глядя ему прямо в глаза. — Я не уйду, пока не узнаю.

В комнате повисла тишина, напряжённая, как перед грозой.

Он шагнул к ней так близко, что Аврора ощутила его дыхание. В серых глазах горела злость, но где-то глубже — то, чего он всеми силами пытался скрыть.

— Ты правда хочешь знать? — голос его был срывающимся, почти шёпот. — Хорошо, Эванс. Знаешь, что это?

Он резко схватил её за запястье, притянув ближе, так что между ними не осталось и сантиметра.

— Это не чувства, не что-то высокое, не твои глупые романтические фантазии. Это чёртовы подростковые гормоны! — он почти выкрикнул, но тут же осёкся, тяжело дыша. — Ты сводишь меня с ума, Эванс. Но не так, как ты себе придумала.

Аврора широко раскрыла глаза, но не отстранилась. Сердце билось в горле, дыхание сбивалось.

— Что ты имеешь в виду? — её голос дрогнул, но прозвучал твёрдо.

Малфой горько усмехнулся, но взгляд его оставался напряжённым.
— Всё до смешного просто. Я хочу тебя. Поняла? Не твоих разговоров, не твоих «что между нами»... Я просто хочу трахнуть тебя, Эванс. Вот и всё.

Эти слова ударили сильнее, чем пощёчина. В ушах зазвенело. Он отпустил её руку и отступил на шаг, будто сам испугался того, что сказал. Но назад взять уже не мог.

— Так что не строй из этого историю, — бросил он глухо, отворачиваясь. — Ты сама этого добивалась.

Аврора застыла. Грудь её вздымалась от злости и боли. Она смотрела на его спину, на то, как он старательно прячет лицо в тени камина.

— Только не нужно реветь, Эванс, — голос Драко прозвучал жёстко, но в нём предательски дрогнула нотка, словно он сам ненавидел себя за сказанное.

Аврора сжала губы, почувствовав, как по щеке скатилась первая горячая слеза. Быстро, почти злым движением, она вытерла её тыльной стороной ладони.

— Окей, — коротко бросила она, не глядя на него, и, резко повернувшись, легла на кровать лицом к стене.

Драко стоял посреди комнаты, будто растерянный. Серые глаза метнулись к её плечам, к дрожащему дыханию, которое она тщетно пыталась скрыть. Он провёл рукой по волосам, тяжело выдохнул.

— Чёрт, — пробормотал он себе под нос. — Всё не так…

Но Аврора не ответила. Она лишь сильнее натянула одеяло, будто оно могло защитить её от его слов.

Комната погрузилась в тягостную тишину. За окнами завывал ветер, с коридоров доносились далёкие шаги патрулирующих преподавателей. Малфой ещё несколько секунд колебался, словно хотел что-то сказать… но так и не сказал.

Он медленно разулся, лёг на свою кровать и отвернулся к стене. Но сон не приходил. В голове стучали обрывки её голоса, её взгляд, её слёзы.

«Почему же это так больно?» — мелькнула мысль, которую он тут же попытался задушить.

А у Авроры сердце колотилось так сильно, что казалось, его услышит весь Хогвартс.