Слово Гермионы

Часть 2

Глава 1

30 сентября 77 года. Резиденция Хокаге, Коноха, страна Огня В кабинете Хокаге произошли перестановки, стало меньше мебели, добавился диван у стены, и две кадки с миниатюрными деревьями возле входа. Запах табака пока еще сопротивлялся, но Сенджу Цунаде, новая хозяйка кабинета, боролась с наследием Третьего. За исключением случаев, когда Третий, как сейчас, возвращался и курил, в ходе очередного заседания. В этот раз отсутствовали Старейшины, зато присутствовала Шизуне, ведущая запись заседания. Первое из нововведений Пятой не вызвало отторжения ни у Третьего, ни у присутствующего здесь Данзо. Все равно Шизуне была и оставалась не только ученицей Цунаде, но и ее правой рукой, ближайшей помощницей, посвященной во все тайны. Ну а развалившемуся в кресле Джирайе было как-то все равно, он собирался покинуть Коноху и снова насладиться вольной жизнью. Но так как вопрос вольной жизни внезапно оказался связан с целым клубком вопросов, Джирайю пригласили на заседание. Вначале речь зашла о Сунагакуре и ее шиноби. -- Запечатывание Однохвостого более мощной печатью успешно произведено, - докладывал Данзо. Джинчурики сразу же утратил агрессивный настрой, и стал адекватнее. Он спит большую часть времени, в свободное время совершает прогулки. -- Это не опасно? - нахмурилась Цунаде. -- Однохвостый не вырвется сам, если вы об этом, Пятая. Сам Гаара очень доволен фактом подавления биджу, но при этом все равно остается не совсем адекватен, как следствие того образа жизни, что он вел последние годы. Поэтому шиноби Корня сопровождают его повсюду. Также, джинчурики Песка очень сильно оказался задет словами Наруто, и теперь регулярно встречается и разговаривает с Узумаки. -- Все по плану? - уточнил Третий. Данзо приоткрыл глаз, посмотрел и кивнул. -- Как и предполагалось, в отсутствие воздействия биджу и других шиноби Суны, Гаара стал весьма податлив. Особенно к словам Наруто. -- Что это еще за шпионские игры? - стукнула по столу Цунаде. - Да, учитель, вы говорили, что займетесь этим вопросом, но разве я не Хокаге? Разве не надо было вначале мне все рассказать? -- Никаких игр, Цунаде! - воскликнул Хирузен. - Можешь сходить и послушать, Наруто всего лишь доносит до Гаары свою жизненную философию: никогда не сдаваться, заводить друзей и стать Хокаге, чтобы все его признали! Никто ничего не рассказывал не потому, что от тебя скрывали, а потому что пока еще нечего рассказывать, рассказы Наруто - только первый толчок к изменению Гаары. Джирайя улыбается, развалившись на диване в стороне. -- Гаара внимает и вбирает новые для себя вещи, - Третий немного успокоился и заговорил размеренным, привычным тоном. - Его откровенно боялись и ненавидели в деревне, ему внушали, что его никто не любит. И вот он видит Наруто, у которого есть друзья, и который хочет стать Хокаге, несмотря на то, что является джинчурики. Он видит, что зверя в нем подавили, и теперь можно спать спокойно, не боясь, что Шукаку захватит власть над телом. Он видит, что Коноха не собирается кроваво мстить за нападение. -- А мы собирались? - внезапно развеселилась Цунаде. -- Неважно, собирались или нет, важнее, что об этом думают в самой Суне, - наставительно заметил Третий. - И что об этом думают шиноби Суны. Это нам, видевшим, что может и умеет Орочимару, понятно, что он убил Казекаге и принял его облик. Кстати, тело нашли? Джирайя пожимает плечами, Данзо опять жмурит глаз, но теперь сердито поджав губы. -- Ищут, ищут, найдем, это вопрос времени, - отмахнулась Цунаде. -- Ну вот, когда найдут, можно будет обвинить Орочимару во всем, и отпустить уцелевших шиноби Суны домой, - заявил Третий, выпуская клуб дыма. - Все равно их уцелела горстка, и самое главное - среди них дети Казекаге. План "Печать", помнишь, Цунаде? -- А как же возмещение ущерба? Погибшие? Что об этом говорит план? - опять нахмурилась Цунаде. -- Погибших не так много, как могло бы быть. Мы вовремя провели эвакуацию кварталов возле Шикенкайджо, подготовили специалистов по запечатыванию и подавлению, это главное, хотя никто и не ожидал, что Орочимару будет настолько силен, да еще и приведет своих измененных. Зданий вот много разрушили, это плохо и хорошо одновременно. -- Почему это хорошо? - удивился Джирайя. -- Вот, это то, что я... мы, хотели предложить Цунаде, и для чего собрались на это заседание, - удовлетворенно отозвался Хирузен. - Также тут опять затрагивается ситуация с Суной, которую нельзя решать с позиции силы. Почему же хорошо то, что разрушено много зданий? Во-первых, давно пора было перестроить те районы, возвести трех и четырехэтажные здания, так как население Конохи растет, а стену мы пока расширить не можем. Во-вторых, наглядный образ разрушенной Конохи -- сами знаете, в Деревне хватает вражеских лазутчиков -- поможет нам притворяться ослабленными некоторое время. И, кстати, если мы ничего не возьмем с Суны и не предъявим никаких претензий -- тоже будет выглядеть нашей слабостью. Найдем мы тело Казекаге или нет -- в сущности, неважно. Но лучше найти, тогда эта часть прошла бы как нужно. -- Можем и не найти, Орочимару вполне мог прибрать тело для опытов, - заметил Джирайя. -- В любом случае, для Суны все это будет выглядеть немного иначе, - продолжил Третий. - Это и есть, в-третьих. Суна окажется у нас в моральном долгу, и не только. Следующим Казекаге станет кто-то из Сабаку, то есть либо Темари, либо Гаара, Суна не будет медлить в этом вопросе, после истории с поисками Третьего Казекаге. То есть Гаара будет либо сдерживать сестру, либо сам станет Казекаге, и будет, благодаря нашим и не только нашим, усилиям, хорошо относиться к Конохе. Это часть плана "Печать", с которым, Цунаде, ты так и не удосужилась познакомиться! -- У меня хватает других забот, помимо чтения планов и забот Хокаге, - сердито парировала Цунаде. - Поэтому и я не возражала, что вы возьмете на себя вопрос с Суной. Кстати, не проще ли будет сразу заключить союз с Суной? Третий удовлетворенно закивал, попутно делая очередной затяг из трубки. -- Договоренность о заключении союза была личной, с Казекаге, - заговорил Хирузен. - Предложение о союзе надо повторить и передать через Темари и Гаару верхушке Суны. Тут возможны варианты, все будет зависеть от того, как воспримут предложение в Совете Джонинов Суны. Кого они выберут Казекаге, и что именно повлияет на выбор. Основной спектр вариантов учтен в плане "Печать", так что прошу, Цунаде, ознакомься с ним. -- Ладно, ладно, - отмахнулась Пятая Хокаге. - Шизуне, напомни мне вечером. -- Хай, Цунаде-сама, - отозвалась Шизуне, не поднимая головы и строча стенограмму. -- В любом раскладе левый фланг наш прикрыт, равно как и правый, - удовлетворенно подвел итог Третий. -- Я понимаю, что Теруми Мэй нам обязана, но также там участвовало и Облако, - нахмурилась Цунаде. - Что будет, если они начнут подталкивать Туман? Мы собираемся притворяться слабыми, Облако не упустит такой возможности! Данзо удовлетворенно кивает, а потом поглаживает крестообразный шрам на подбородке, Джирайя ухмыляется. -- Прежде, чем я начну объяснять общую стратегию, давайте окончательно закроем вопрос Суны. Цунаде, ты согласна с предложенным планом? - спросил Хирузен. -- Отпустить всех просто так? Да пусть катятся! Возможно, так и вправду будет лучше для Конохи. -- Но вначале, - педантично-наставительным тоном заскрипел Данзо. -- Все, тело найдено, - перебил его Третий, заглядывая в блокнот. - Как и предполагалось, на границе страны Огня! Данзо замолк и снова закрыл глаз. -- Хорошо, тогда после доставки тела и предложения о союзе пусть уходят, не будем плодить ненависть, точнее перенаправим ее на Орочимару. Пусть за ним гоняются, это в принципе и в наших интересах... или нет? Раз уж решили с Суной, так давайте объясните мне общий План, учитель, а то у меня есть сомнения. Тем более, что вы мне обещали рассказать План после того, как стану Хокаге, вот оно время пришло. Цунаде высказалась и посмотрела на Третьего, ожидая объяснений Хирузен, попыхав трубкой, вздохнул и начал рассказывать. Общий План, зародившийся у Третьего и его правой руки, еще во времена второй мировой войны шиноби, вкратце сводился к следующему. Как Хаширама объединил кланы в деревню, и тем облегчил и улучшил жизнь шиноби, так и Хирузен с Данзо считали, что пора Деревням объединиться в одну. Прервать войны, кровь, убийства, разорвать цепь ненависти, которая держит мир шиноби в кровавых тисках. План, разумеется, нельзя было реализовать, сложив пару печатей и огласив название техники. Долгая и упорная работа после второй войны, и особые надежды, возлагаемые на Четвертого. Его техника скоростного перемещения и быстрое прекращение третьей войны вполне отвечали Плану. Предполагалась стратегия, аналогичная той, которую применил Сенджу Хаширама в отношении Учиха Мадары. Преодоление ненависти через победу с последующей дружбой. Пусть даже Мадара потом бежал и долго пытался уничтожить Коноху, но в главном стратегия сработала: кланы Сенджу и Учиха помирились и заложили основу деревни. Скорость Четвертого Хокаге и его мировоззрение также отвечали Плану, но жизнь опять все поломала. Нападение Лиса, гибель Четвертого, все это не только ослабило Коноху, но и похоронило надежды на скорую реализацию Плана. Третий и Данзо снова начали кропотливый труд, но тут подвернулись Учиха со своим восстанием. Теперь вот Орочимару испортил План, так что все еще далеко от завершения, но у Цунаде есть шанс. -- Честно говоря, если бы не Гермиона, то я остался бы там, на арене. Утешает только мысль, что исправил бы свою давнюю ошибку и устранил бы Орочимару. Так что теперь тебе, Цунаде, нести этот План, а мы будем помогать советами, если захочешь. С этими словами Хирузен закончил рассказ и посмотрел на Пятую. Цунаде в глубокой задумчивости встала и подошла к окну. Долго смотрела на разрушенную Коноху. -- Хорошо, - сказала она, подумав. - Какова стратегия на текущий момент? -- Сейчас наш План состоит в следующем, - охотно принялся объяснять Хирузен. - Благодаря тем вещам, которые делает Гермиона, мы сильны и, главное, мобильны, как никогда. Мы можем беспрепятственно перебрасывать шиноби по стране Огня, а в перспективе и по соседним странам. Туман пока устраняет последствия гражданской войны, и Пятая Мизукаге нам обязана. Аналогично и с Суной, в перспективе. Наши фланги прикрыты, и теперь нам предстоит поработать с Облаком и Камнем. Они не упустят случая отщипнуть кусок, а то и попробовать нас на зуб, узнав о слабости. Таким образом, они развяжут войну, и мы получаем моральное превосходство, которое поможет потом, после нашей победы. Также предполагается совместить провокации Облака и Камня с текущими задачами. В целом это то, что ты слышала как план "Первый", тоже рекомендую ознакомиться. -- Да, да, припоминаю, - пробормотала Цунаде. - Работа с окрестными странами, так? -- Точно, - внезапно сказал Данзо. - Надо постепенно и демонстративно отозвать наших шиноби из соседних стран, тех, кто действует там явным порядком. И оставить всех скрытых агентов. -- Да, все-таки мы понесли потери, пусть и не такие сильные, как могли бы быть, - кивнул Третий. - Попутно мы обезопасим наших шиноби и продемонстрируем слабость, как будто у нас не хватает бойцов. Также пополним ряды АНБУ и Корня, принявших на себя первый удар и понесших наибольшие потери. Вот так мы одним кунаем можем поразить три мишени. -- Насколько я помню, План предусматривает новую мировую войну? - уточнила Цунаде. -- В которой мы быстро и ошеломляюще победим, после чего предложим дружбу побежденным, - согласился Третий. - Можно обойтись и без войны, но тогда нужен общий враг, перед лицом которого объединились бы все Деревни. Пока что такого врага не видно, а реализацию стратегии надо начинать сейчас, демонстрируя мнимую слабость. -- Коноха не разорится, от такого сокращения поступлений? Миссии в соседних странах самые прибыльные, как ни крути. Или и это предусмотрено Планом? Данзо и Хирузен кивнули синхронно. -- Что же, цель у Плана более чем благородная... хотя война, - задумчиво протянула Цунаде. - Все-таки идея развязать мировую войну как-то уже чересчур, на мой взгляд. -- Еще одна причина, чтобы постепенно оттянуть наших шиноби из сопредельных стран, - добавил Хирузен. - Тут и провокация самих стран, не решат ли они переметнуться под другую Деревню, и расчистка будущего поля боя, и провокация Деревень, на попытку распространения влияния. То есть война будет идти на территории других стран, сеть порталов продолжает разрастаться. Потом, когда Деревни сольются в одну, это поможет общему сближению и предотвращению распрей. Но без войны не обойтись, не потерпев сокрушительного поражения, ни Облако, ни тем более Камень нас слушать не будут. Не говоря уже о том, что Коноха ни в коем случае не будет инициатором войны. Вот увидишь, Цунаде, это нам объявят войну, и скорее всего это будет Ивагакуре. -- Если бы удалось сместить Ооноки, было бы прекрасно, - мечтательно заметил Джирайя. - Его Расширенный Геном, стихия Атома, и возраст вкупе с умением летать, делают его самым неудобным для нас противником. -- С точки зрения Плана -- Ооноки очень хорош, он точно не упустит шанса воспользоваться нашей слабостью, - серьезным тоном парировал Хирузен, даже трубку изо рта вынул. - Ну а потом видно будет, сейчас невозможно что-то спрогнозировать. -- Надеюсь, все сказанное вы не планировали на ближайший месяц? - подозрительно спросила Цунаде. -- Конечно же, нет! Но скажи, Цунаде, ты согласна с Планом? -- Скажем так, я не могу отрицать, что цель его мне по душе, - вздохнула Цунаде. - Поэтому предлагаю так, я займусь Конохой, вы займетесь Планом, как и ранее. Просто сообщайте о планируемых действиях, и все будет хорошо. Кстати, учитель, чем вы собирались заняться, так сказать, помимо Плана? Вы же не собирались просто уйти в отставку? -- Буду преподавать в Академии, о чем всегда мечтал, - улыбнулся Хирузен. - Но это не помешает реализации Плана. -- Потребуются какие-то дополнительные ресурсы? -- Только после начала войны, - уверенно ответил Третий. - Сейчас демонстративный отзыв шиноби и сворачивание миссий за пределами страны Огня, так что Коноха даже получит дополнительных ниндзя. Сами же провокации и дипломатические миссии по соседним странам не потребуют дополнительных ресурсов. Начать предполагается с хорошо известной вам Деревни Скрытой в Дожде. -- Амегакуре... да, как давно это было, - задумчиво заметил Джирайя. Цунаде кивнула, обращаясь мыслями ко второй мировой войне. Затем сказала. -- Ханзо Саламандра до сих пор во главе деревни, имеет ли смысл его беспокоить? Разве он встанет на нашу сторону, после того, что было во второй войне? -- Есть еще один фактор, очень важный фактор, независимо от ваших прошлых контактов с Ханзо, - наставительно вмешался в разговор Данзо. - Акацуки! Они зародились там, в стране Дождя, и Ханзо обращался к нам за помощью в их устранении. Во главе их стояли твои ученики, Джирайя! -- Я слышал, что они погибли при столкновении с Ханзо, но не знаю подробностей, - вздохнув, отозвался Джирайя. - И организацию их Ханзо уничтожил, так говорили слухи. -- Ханзо укреплял власть и устранял конкурентов, но Акацуки не были уничтожены до конца, - Данзо говорил размеренно, постукивая тросточкой и привычно зажмурив глаз. - Они отступили и покинули страну Дождя, и реорганизовались, затаившись на какое-то время, как мы теперь знаем. Данзо выдержал паузу и продолжил. -- Благодаря информации, собранной тобой, Джирайя, в Камне и Тумане, мы теперь знаем, что они выступали как наемники, продающие услуги любой деревне, лишь бы платили. Чаще всех их нанимал Цучикаге, так что вот еще один косвенный повод для Ханзо. Если Саламандра начнет целенаправленно работать против Акацуки, то это не потребует от нас никаких расходов, а проблем им создаст немало. Попутно можно намекнуть на слабость Конохи. Можно собрать еще информации, о их прошлом. -- Я отправлюсь туда с официальной миссией? - уточнил Джирайя. -- Если уж мы изображаем слабость, то все миссии должны быть неофициальны, - тут же энергично возразила Цунаде. - Мы же не можем признавать свою слабость вслух, а вот так, в тайных переговорах... это вполне по этикету и не вызовет подозрений! Третий закивал, показывая, что Цунаде хорошо усвоила его уроки. -- Тогда я хотел бы взять с собой Наруто, - заметил Джирайя. - Раз уж команда 7 распалась. -- Да, распалась! И Сакура никуда не пойдет! - неожиданно резко заявила Цунаде. - Дурь эту насчет Учиха Саске я из нее выбью, пусть сидит в Конохе и учится, из нее вполне может получиться ирьенин S-класса! -- Ты вообще в курсе, что Наруто в нее влюблен по уши? - ухмыльнулся Джирайя. Цунаде хмыкнула в ответ, складывая руки на груди. -- Так что мотивация у Наруто сейчас прекраснейшая: вернуть друга и угодить любимой девушке. Самое-то для обучения, ну а путешествие поможет ему осознать окружающий мир. Еще нам не помешал бы Какаши, - добавил Джирайя. -- Зачем? - удивилась Цунаде. -- Какаши никогда не помешает, - пожал плечами Джирайя. - И Гермиону я бы взял, ей не помешает отвлечься от Конохи и проветриться. Не говоря уже об уроках фуиндзюцу, и возможной помощи телепортами в миссии. -- В этом есть смысл, - вмешался Третий. - Можно закрыть разом несколько важных вопросов, с минимальным риском. -- Это если сама Гермиона не будет против миссии, - с нажимом сказала Цунаде. - Еще нам потребуется множество ирьенинов для будущей войны, следовательно, курсы подготовки при госпитале надо расширить, возможно, даже выделить отдельное здание. -- Ты же теперь Хокаге -- командуй! - невозмутимо ответил Хирузен. Цунаде смутилась, так как совершенно забыла об этом. Подтверждение от Даймё о назначении на пост Хокаге пришло только вчера, но все же. Что допустимо для генина, не подобает Хокаге, как говорится. -- Торопиться никуда не надо, кроме разве что восстановления деревни, - медленно, рассудительно роняя слова, говорил Третий. - Посмотрим на реакцию Суны и остальных Великих, что скажет Ханзо, может, всплывет новая информация об Акацуки. Еще необходимо будет найти, куда они перебазировались из Тумана. Меня беспокоит то, что они не скрывают своей цели собрать всех биджу, и при этом выступают в роли простых наемников. Что-то кроется за этой дымовой завесой, и нам надо выяснить, что. Может оказаться, что потом эта информация поможет нам в решающую минуту. И, конечно же, самый главный злодей. -- Орочимару, - кивнул Данзо. -- Да, Орочимару тоже нельзя оставлять безнаказанным, - кивнул Третий в ответ. - Джирайя, еще раз повторю, ты молодец, что подбросил Итачи эту информацию. Тем более что Орочимару, видимо специально, несколько раз показался на людях, и всегда рядом с ним был Саске. Ну и не стоит забывать, что страна Дождя -- это только первый шаг. Другие страны тоже надо будет посетить, неофициально, как верно сказала Цунаде. Думаю, поводы для этого появятся в ближайшее время. Торопиться не стоит, медлить тоже, два, два с половиной года до войны по плану у нас есть. -- Посещать другие страны с миссиями надо будет мне? - скривился Джирайя. - Не люблю все эти официальные переговоры. -- Нет, конечно, - пожал плечами Третий. - Твоя миссия - Амегакуре, и затем Наруто. Согласна, Пятая? -- Да, согласна, - ответила Цунаде. - А теперь оставьте меня все, мне надо еще раз подумать над прозвучавшим здесь Планом. Возражать Годайме (Пятая) Хокаге никто не стал, и вскоре Цунаде осталась в одиночестве в кабинете. 30 сентября 77 года. Разрушенный район к югу от Шикенкайджо, Коноха, страна Огня. -- Репаро! - и стена дома начинает собираться обратно. Ну, во всяком случае, то, что осталось от стены. Бумагу давно разлохматило на части и утащило ветром, так что собирается, в основном, деревянная рама квадратами. Опорные балки каркаса дома уже восстановлены, и теперь можно переходить к крыше. Аккуратно поднимаюсь по заботливо приставленной к стене лестнице на верхнюю опорную балку. -- Давай, парни! - командует внизу Ватару, бригадир. - Дружно взяли! Его бригада обойщиков или обивщиков, из пяти молодых парней, уже тащит листы бумаги, торопится. Ловко удаляют лохмотья, восстановленные Репаро, натягивают новые, свеженькие квадраты, восстанавливая стену дома. Бумага, разумеется, не та привычная мне, формата А4, а более грубая, сложенная в десяток слоев, со специальной пропиткой, повышающей долговечность. Не воск, но что-то схожее, водоотталкивающее, не позволяющее бумаге выцветать, выгорать и портиться на солнце. -- Репаро! - остатки стропил сползаются и слетаются на крышу. Мдэ, здесь все заново надо делать. Половина стропил отсутствует, то ли растащили уже, за радиус действия Репаро, то ли в щепу перемололо мощной техникой, и щепу эту потом разнесло ветром и ногами. Черепицу можно даже не пробовать, провалится нафиг, прямо внутрь дома. -- Ватару, вызывай брата, - сообщаю вниз. -- Ага, - бригадир быстро вертит головой, потом орет. - Васаши!!! Васаши!!! Сам Ватару круглый такой, как колобок, зато брат его мелкий и тощий, самое то по крышам скакать. Бригада у него под стать Васаши, еще трое мелких, с молотками наперевес. И все бы ничего, да уж больно ленив товарищ Васаши. Готов быстро и качественно делать работу, чтобы потом валяться в тени и спать. Поэтому Ватару и орет, знает, что брат уже где-то лежит в тени и храпит, пока трое подручных доделывают мелочевку. -- Уже бегу, - высовывается с чердака соседнего дома лохматая голова. - Что там, Гермиона-сан? -- Стропила повреждены и верхняя балка отсутствует. -- Хай! Мамору! Манабу! Тащите доски! Масару! Гвозди! Бригада мелких подручных, чисто муравьи, начинает рабочую суету и возню. Спускаюсь вниз, здесь моей работы пока нет. Вначале восстановят стропила, потом надо будет созвать обратно черепицу, что осталось. Скорее всего, большую часть перемололо в пыль в том же ударе, что стропила разломал. Обожженная глина, чего уж там. Поэтому после нас придет еще одна бригада, уже кровельщиков, разгрузит партию черепицы и начнет укладку. Или замесит глины в формы, да позовет какого-нибудь генина с техниками огня, чтобы тот отжёг прямо на рабочем месте. Можно выпить воды и посидеть в сторонке. Обе бригады суетятся вокруг дома, десятого за сегодня, а я внезапно понимаю, что устал. Не в магическом смысле, здесь как раз все нормально, раз в пять минут палочкой махать -- вообще ни о чем. Устал смотреть на разрушения, а в глобальном смысле -- никак от того, что случилось на экзамене не отойду. Да, в горячке боя и потом казалось, что вроде прошло, но после прощальной церемонии снова навалилось. И эти ежедневные ремонты только добавляют даже не усталости, а измотанности, что ли. Поневоле впадаешь в состояние депрессии, все вокруг кажется серым, любые мелочи раздражают, кажется, что люди -- говно, и мир вокруг -- говно, в общем, необходимо отдохнуть и проветрить голову. Помощь Конохе, конечно, важно, но никто не мешает мне заниматься артефакторикой в путешествии. Даже более того, никто не мешает мне прибывать каждый день порталом в Коноху, забирать материал для рутинных задач, вроде портключей, вкусные обеды и отбывать обратно. Миссию С-ранга куда-нибудь в пределах страны Огня взять, чтобы вражеских шиноби не было, а с остальным справлюсь. Поза страуса? Да, но уже прямо подташнивает и все обрыдло. Справятся с ремонтом и без меня, раненых и мертвых уже всех вытащили, а здания -- это здания, чего уж там. Да, точно, возьму и отправлюсь путешествовать! И сразу как-то так легко на душе становится, как будто камень сбросил. Займусь собственными полетами и подсумком безразмерным, а там видно будет. Та пародия на полет, что есть сейчас -- это курам на смех, честно говоря. Быстрым шагом и то быстрее передвигаюсь, чем в полете. Да, вот закончу этот дом и пойду к Пятой Хокаге, потребую себе специальную миссию. Бригада Васаши суетится вокруг стропил, ловко прибивает, скрепляет скобами и гвоздями, а я сижу в тени и предаюсь мечтаниям на тему того, куда отправиться. Можно съездить ко двору Даймё, посмотреть, что там и как. Или в страну Железа, на самураев посмотреть, хотя это и за пределами страны Огня. Или на морское побережье съездить, к югу, там одна сплошная страна Огня, и пускай пляжи и курорты не так развиты, но все же. Поваляться на песке, как еще в Поттериане собирался, помахать палочкой в свое удовольствие, в массажные салоны походить, в кино и на книжные развалы, в общем, развеяться. Шизуне бы еще с собой взять, но, увы, никто ее не отпустит. Работы в госпитале выше крыши, долечивание тяжелораненых, пересмотр программ обучения и так далее. -- Репаро! Ну, как и ожидалось. Собирается одна пятая от черепицы, и то хорошо. -- Давай, давай, парни! Быстрее уложим черепицу -- быстрее отдохнем! - командует Васаши. Со всех сторон доносится стук, крики, беготня и суета. Коноха восстанавливается, ну а я пойду, возьму восстановительную миссию

Глава 2

2 октября 77 года. Коноха, страна Огня. Бушевавший Шукаку сломал ворота в Коноху и стену возле них, точнее даже не сломал, а снес своей огромной тушей. За прошедшие десять дней часть стены уже восстановлена, и теперь предстоит повесить ворота на место. Также рядом продолжается ремонт остальной стены, медленный и неторопливый. Как и говорил Джирайя, стену возвести можно за час, но когда каждый камень необходимо обработать, процесс сильно замедляется. Бригада специалистов по печатям наносит символы, клеит специальную бумагу с иероглифами, или прямо на камнях вырезает и рисует оные, и потом шиноби, владеющие Землей, склеивают все это в единую монолитную стену. Моя задача по сравнению с этим проста и незатейлива. Поднять ворота, подвести к стене, то есть к воротному проему. Там команда сделает разметку, после чего ворота можно аккуратно отложить в сторону. Шиноби изготовят воротные петли, вплавят их в стену, и ворота можно вешать на место. Вот если бы ворота не уцелели, тогда фуинщикам пришлось бы еще и кучу досок обработать, а потом их вдобавок соединить корректно. Или работать с готовыми воротами, но так, чтобы не запороть и не оставить дырочек врагу. При этом сами ворота закрываются только в исключительных случаях. В общем, коротаю время в ожидании отправки на миссию. Работа в стадии -- кладем ворота и ждем, пока сделают петли -- когда появляются они. Темари, Гаара, и еще десяток шиноби Суны различной степени целости. Случившееся на арене немедленно лезет в голову, и мне становится стыдно. Нехорошо получилось, взял и обыскал бесчувственную девушку, хорошо хоть не изнасиловал по праву победителя. Темари, как будто подслушав мои мысли, мечет по сторонам взгляд, исполненный злобы и бессилия. Она толкает в бок Гаару, но тот отмахивается, и процессия песочников проходит дальше. Никаких тебе долгих прощаний, речей, красных дорожек и оркестров. Шиноби Конохи провожают взглядом суновцев и возвращаются к работе. Особой злобой и ненавистью никто не пыхает, вчера Цунаде выступала и сказала, что это все, мол, проделки Орыча, и шиноби Суны оказались обмануты, и обманом вовлечены в нападение. Поэтому Коноха не держит зла, бла-бла-бла, идите домой и больше не шалите. Находится только один человек, который искренне провожает "гостей", и то, точнее будет сказать, одного гостя. Наруто за эти дни подружился с Гаарой, ну да, боевое братство джинчурики, да и подрались как следует, так что нет повода не подружиться. Вместе с Наруто появляется и Джирайя, в неизменной зеленой тунике, с огромным свитком за спиной и кровавыми полосами от глаз к челюсти. -- Привет, Гермиона, - машет он рукой. -- Добрый день, Джирайя-сама, - изображаю поклон в ответ. -- Нэ, сестренка, мы будем путешествовать вместе! - налетает оранжевый вихрь в лице Наруто. - Научишь меня крутым техникам?! Тогда я точно спасу и верну Саске! -- Разве Джирайя-сама не научил тебя крутым техникам? - удержаться от шпильки просто невозможно. -- Научил, конечно! Но твои техники даже Извращенный Отшельник не знает! - не унимается Наруто. Сопоставив одно с другим, хохочу. Извращенный Отшельник -- ну надо же, прямо в дырочку прозвище! Наруто, как будто не в силах стоять на одном месте, подпрыгивает и пляшет, и теребит Джирайю. -- Мы уже выходим, да? Давайте пойдем быстрее! -- Так что, утвердили миссию? - спрашиваю у Джирайи. -- Мы отправляемся в страну Дождя, где тебе предстоит работа по специальности, а мне разговор с главой Деревни, скрытой в Дожде, - поясняет Джирайя. - В общем, нормально все, серьезная такая миссия, на месяц, все, как ты хотела. -- А Наруто? - тот уже носится по стене вверх -- вниз и нас не слышит. Кто-то, кажется сам Джирайя, мне объяснял, что по стене вообще-то подняться нельзя, если не знать особой последовательности печатей. То, что Наруто бегает, наверное, следствие нарушенных барьеров и защит. -- Он серьезно одержим идеей вернуть Саске, и поэтому для него это миссия по поиску следов Орочимару, - без тени улыбки поясняет Джирайя. -- Ага, понятно. Тогда подождите немного, схожу за вещами домой. Джирайя с самым серьезным видом кивает с высоты двух метров и добавляет. -- Твою работу, с деревом, скажем так, миссия не отменяет, это особое требование обоих Хокаге. Пожимаю плечами. В принципе, ожидаемо. Телепорт или портал решает эту проблему, можно путешествовать, без отрыва от производства, тут все нормально. Правда, непонятно почему такая продолжительность в месяц? -- Почему месяц? Из-за меня? Так можно телепортом, раз - два и там. -- Нет, нет, скорость здесь не нужна, даже вредна, - качает головой Джирайя. - Помимо миссии в Амегакуре, есть еще и Наруто. Он, конечно, шумный и невоспитанный, и одержим несколькими идеями, но в целом неплохой ребенок. Не обижай его, и старайся выслушать. -- О да, очень шумный, - хмыкаю, припомнив технику Гарема. - И стонет так громко. -- Ах да, вы же знакомы! - хлопает себя по протектору Джирайя. - Тогда все проще! Буду по дороге учить его и тебя, а после Амегакуре мы расстанемся. Ты вернешься в Коноху, а я и Наруто пойдем дальше. У Джирайи, кстати, на протекторе иероглиф "масло", в знак принадлежности к жабьему роду. И эти его выкрики, про то, что он великая жаба с горы Мьёбоку, в общем, дедушка сильно повернут на этой теме. Помнится, однажды он нарядился в огромный зеленый костюм и пролез на женскую половину источника... крику было до небес. Маскировка была отменно хороша, Джирайя только не учел, что при виде огромной жабы любой заорет, а уж голые женщины в бассейне -- боевой визг обеспечен. -- В общем, тогда все упрощается, - повторяет обрадованный Джирайя. - Еще с нами пойдет Хатаке Какаши, он уже должен был появиться и принести приказ от Пятой. -- Так я тогда пойду не спеша? Все равно Какаши опоздает. -- Да, пожалуй, - соглашается Джирайя. - А мы пока вместо тебя поднимем ворота. Эй, Наруто! -- Да, Извращенный Отшельник! - тут же прибегает Наруто. - Мы будем учиться?! -- Учиться будешь ты! - наставительно тычет в него пальцем Джирайя. - Ты и твои клоны! -- Но я умею делать клонов!! - орет в ответ Наруто. -- Дослушай, пожалуйста! - Джирайя уже откровенно давит голосом, ростом и авторитетом. - В бою твои клоны пихаются и мешают друг другу! Поэтому мы будем тренировать командную работу! Создай полсотни клонов, пусть поднимают вот эту створку от ворот. -- Есть! - кричит Наруто и складывает пальцы знаком плюса. Ну а я под шумок телепортируюсь домой. Услышав шум, заглядывает Шизуне. Она хоть и вылечилась, но все равно пока в щадящем режиме работает, по полдня. И без нагрузки на чакру, в основном всякую бюрократию разгребает, да за наставницей умные мысли записывает. Это еще повезло, что экспресс-методом лечения занималась Цунаде, и сразу после ранения, а то могли бы быть и последствия. Нехорошие. -- Уезжаешь в деревню Дождя? - понимающе улыбается Шизуне. Ну да, еще бы она не была в курсе! Наверняка сама приказ и писала, потом вручала Какаши, а тот, как обычно, перешел в режим "умру, но опоздаю". Кстати, где он постоянно пропадает? Надо будет поинтересоваться при случае, или у Джирайи спросить, он все-таки учил учителя Какаши, может и знает чего. Сомнительно, конечно, все-таки Джирайя -- вольная птица или кот -- так как ходит где хочет. Да, жабокот, пожалуй, даже похотливый бойцовый жабокот. Сокращенно ПБЖК. Но хрен с ним, с Джирайей. Подхожу и обнимаю Шизуне, анализируя собственные ощущения. Да, мне не показалось. Страх за нее никуда не исчез, все кажется, что Орыч снова нападет и на этот раз доделает недоделанное, а я как раз буду на миссии и не смогу помочь. И даже то, что теперь Шизуне носит с собой аварийный портал, как собственно и все руководство Конохи, не успокаивает. Слишком глубоко в душу вошла Шизуне, и даже знаю почему. В ее присутствии и с ней чувствую себя дома, и теперь боюсь все это потерять. С этим надо бороться, и с усилием отрываю себя от Шизуне. Во всем этом нет никакого сексуального подтекста, но ощущение, как будто прощаюсь с женой перед уходом на что-то опасное -- остается и крепнет. Забавно. -- Я пригляжу за твоей подопечной, - обещает Шизуне напоследок. - Не беспокойся, отдыхай, путешествуй, тебе это нужно, правда! Честно признаться, даже не сразу соображаю о ком это она, и только уже телепортнувшись обратно к воротам, понимаю, что речь идет о Карин. Какие-то у нее там нашли способности, по медицине и сенсорике, вроде бы. Она даже не моя подопечная, и вижу ее пару раз в неделю и только потому, что она не стесняется набегать и кричать "Семпай!" и хватать за ноги, заверяя в своей любви и обожании. Как-то это все чересчур... неуместно, что ли, и стараюсь лишний раз с ней не пересекаться. Хоть Карин и прошла проверки, но в нашем доме поселиться она не могла. И хвала магистрам, скажу я вам, а то с такой настырностью и навязчивостью с ее стороны, наверное, даже в туалете уединиться не получилось бы. И тут меня посещает гениальная мысль, и как тот удав из мультфильма начинаю ее думать, все равно Какаши пока не появился. Итак, мы имеем спасенную юную куноичи из Деревни, скрытой в Траве. Она добровольно перешла на сторону Конохи, и рассказала местным специалистам все, что знает. Попутно, надо полагать, ее завербовали в осведомители, и в перспективе, наверное, зашлют обратно в Траву. Или не зашлют, но суть-то в другом. Она -- Узумаки и Наруто -- Узумаки, значит, надо свести их вместе и все будут довольны. Наруто получит нового друга и "сестренку", которую будет оберегать. Я избавлюсь от внимания Карин, пусть к Наруто липнет, вешается на шею и так далее. Спецслужбы довольны -- наблюдатель от них под боком у джинчурики с докладами и влиянием. В некоторых раскладах даже сгинувший клан Узумаки останется доволен, ибо размножение дело такое, нужное и полезное. Надо будет, кстати, расспросить Джирайю о сгинувших Узумаки, он наверняка в курсе. Мне будет урок, на историческую тему, Наруто послушает и чего-то там для себя вынесет, Джирайя наверняка не преминет зачесть лекцию, в общем, сплошная польза. Если все это дело грамотно обставить и преподнести, то по возвращении с миссии точно избавлюсь от Карин. Была бы она лет на пять старше, но тогда ее и спасать в Лесу Смерти не пришлось бы. Такой вот парадокс, но он мне на руку. За время миссии будет время подумать, отшлифовать детали, да с тем же Наруто вплотную пообщаться, посмотреть, что за человек. Ах ты ж! Он же с Джирайей потом отправится дальше! Срывается мой мега-план по разведению Узумаки, даже не начавшись, ну и хрен с ним. Какаши появляется с опозданием на два часа, и заверяет, что был вынужден помочь детям снять мячик, застрявший в кроне дерева. Наруто что-то там обвиняюще орет, но Какаши его даже не слушает, а просто протягивает мне свиток. Как всегда, Какаши с маской в пол-лица и хитайате на левом глазу. Ну и волосы дыбом, куда же без этого. Общий вид его изрядно помятый и усталый, то есть если он и снимал мячик, то дерево было минимум А-ранга и отчаянно сопротивлялось. -- Да, давайте быстрее пойдем! - опять воодушевляется Наруто. Надо заметить, что тренировки с половинками ворот, идут его клонам на пользу. Под конец они уже вполне организованно хватают ворота, друг другу не мешаются, и если надо, делают единый рывок, а не как раньше -- вразнобой. Можно сказать, что Наруто навел военную дисциплину среди клонов имени себя, построил и заставил слушаться. -- Эээ, я уже староват, прыгать по деревьям! - тут же залепляет любимую отмазку Джирайя. - Поэтому мы пойдем пешком, по дороге, а не по веткам! Какаши изображает улыбку, достает книгу из подсумка и утыкается в нее. Это совершенно не мешает ему идти, обходить ямы, лужи и редких прохожих. Идет и читает, не знаю уж, шевелит он губами под маской или нет. По слухам, Какаши оную маску никогда не снимает, с самого детства. Ест он всегда отдельно от других, и о том, что у него там под маской ходят разнообразные слухи, вплоть до того, что там кроется третий глаз. Наруто же не то чтобы надувается, но идет впереди, заложив руки за голову и бубня что-то о крутых техниках. Смотрится это крайне уморительно, с учетом его лохматой головы, маленького роста и висюлек на неизменном оранжевом комбинезоне. Я и сам -- то не гигант, полтора метра с миллиметровой кепкой, но Наруто еще ниже. Правда, у нас три или четыре года разницы, так что явно подрастет и вымахает. Как гормон попрет, так в Наруто все и начнет подниматься и расти. Уже через час ходьбы пыхчу устало. Эти шинобские кексы идут вроде тихим и спокойным шагом, но поспевать за ними не особо получается. Тоже, наверное, фокусы с чакрой, ибо тренировки по графику и нахожусь во вполне хорошей физической форме. Правда, пешком на скорость с местными еще не соревновался, все как-то бег в одиночестве да телепорт. Очень помогают в последнем упражнения на развитие памяти, ибо требуется визуально помнить массу мест и координат, да и остальное тоже, в бою в конспект не подсмотришь. Но зато теперь память у меня просто отличная, а при условии применения двухступенчатой системы так просто абсолютная. Вначале, особым образом сосредоточившись, вспоминаю, о чем помню, а затем детализирую все при помощи Омута Памяти. Жаль, что ходьбу и бег, да и боевую скорость, так не улучшить, да. После осознания моих пределов, шиноби все-таки сбавляют скорость, и мы идем и идем по утоптанной грунтовке еще с час, пока не наступает закат. Успели миновать пару мини-городов, спутников Конохи, и сейчас находимся в некотором смысле вне цивилизации. Справа возвышается могучий лес, слева бывший лес, а ныне поле с сорняками, заваленное выкорчеванными пнями. Ну, надо полагать, вот здесь и заночуем, все необходимое с собой есть. Джирайя крутит головой, нюхает и командует. -- В лес. Далеко не уходим, углубляемся метров на двести, там Джирайя раскидывает четыре куная, возводя барьер, который будет нас скрывать от посторонних взглядов и сенсоров. Казалось бы, чего бояться в трех часах ходьбы от Конохи? Но Джирайя на таком автомате проделывает процедуру, что молчу и просто достаю спальный комплект: два одеяла, одно кладешь на землю, другим накрываешься. Ночи тут теплые, ну и Трансфигурацию еще никто не отменял. Шиноби раскидывают свои коврики, зажигают костер и ложатся рядом с ним. Наблюдать за окрестностями не требуется, поэтому шиноби чинно и мирно начинают ужин. То есть достают по два здоровых шарика нездорового синего цвета -- пищевые пилюли -- и начинают их смачно грызть, очень напоминая при этом участников рекламы "о пользе сухих кормов". Зато не надо заморачиваться с готовкой, жаркой, варкой и запаркой. Пожалуй, надо будет и вправду ежедневно прыгать в Коноху за едой. Раскидываю подстилку, накрываюсь одеялом и готовлюсь слушать умные разговоры. Но вместо этого, шиноби молча грызут пилюли, а Какаши еще даже ухитряется читать. Наруто надо полагать наболтался за день, в одностороннем порядке, ибо на его десять слов обычно звучало одно в ответ, а то и меньше. Джирайя о чем-то думает, поглядывая на Наруто, как будто не насмотрелся за день. Так что некоторое время царит тишина, пока Джирайя не додумывает мысль. -- О, точно! - восклицает Джирайя и вручает Какаши другую книгу. - Еще даже не издана! -- О! О! О! - Какаши вцепляется в книжку двумя руками. - Яре-яре, я покараулю, вы ложитесь, ложитесь! И Какаши выпадает из окружающего мира, углубившись в чтение. Вот и поговорили, ага. 2 октября 77 года. Временная база Акацуки на границе стран Травы и Дождя. За столом сидел Пэйн, в теле Яхико, рыжего парня с пирсингом и короткой прической. С противоположной стороны мерцали два силуэта: Сасори и Какудзу, вызванные Пэйном для отчета о подготовке к нападению на Амегакуре. -- Мобилизация низового состава столкнулась с неожиданными трудностями, - Сасори говорил деревянным голосом, отрывистыми, лающими словами. - Слава Ханзо Саламандры слишком велика, слишком ужасна, для этих выходцев с низов. Нужно повысить оплату, иначе -- Э, э! - тут же закричал Какудзу. - Какое еще повысить?! Денег и так нет! -- Тогда сгонять силой, - невозмутимо ответил Сасори. - Это займет время, потребует наших совместных усилий, следить за ними, не давать разбежаться, потом гнать в атаку на Амегакуре. -- Лидер, зачем нам это бесполезное мясо, за головы которого не дают денег и которому нужно еще и приплачивать? - возмущенным голосом заявил Какудзу. - Одни расходы! -- Мы не знаем, где скрывается Ханзо, чтобы ликвидировать его одним ударом, - ровным, глубоким голосом ответил Пэйн. - Нужна атака толпой, чтобы Ханзо вышел из своего убежища. Берите своих напарников и действуйте, сгоняйте их силой или убеждением, деньгами, мне все равно. Но толпа, мясо -- должна быть, чтобы Ханзо вышел из убежища и вмешался в битву. Зецу вам поможет с наблюдением и отловом желающих сбежать. Пэйн повернул голову. -- Конан. -- Да, - из темноты выступила Конан, все такая же отстраненная, в неизменном синем платье. -- Ты обеспечишь взрыв-печатями, чтобы эта толпа не разбежалась из лагерей раньше времени. Нужно торопиться, события в Конохе уже разнеслись по Элементным странам, а мы все медлим! -- Месяц, - сообщил Сасори -- это займет месяц, если не повысить оплату -- Не повысить! - тут же опять перебил его Какудзу. - Никак! -- Хорошо, - с ноткой недовольства ответил Пэйн. - Но к концу месяца все должно быть готово! Должна состояться атака Амегакуре, мы и без того непозволительно медлим! -- Ненавижу, когда меня перебивают, - проскрипел Сасори. - Да, лидер, сделаю все, что смогу. После чего Сасори отключился. -- Какудзу, для тебя и Хидана будет еще одно дело, - сказал Пэйн. -- Слушаю, - настороженно отозвался Какудзу. -- Оно не будет связано с расходами, - едва заметно усмехнулся Пэйн. - Необходимо будет вернуться в бывшую страну Неба, раз уж вы там недавно проходили с Хиданом. Деревня Неба была, в свое время, атакована Конохой, но шиноби Неба отступили и скрылись, пообещав вернуться и отомстить. Необходимо провести расследование, понять, куда они могли направиться. -- Зачем нам они? Какая с того прибыль? -- По донесениям Зецу, у Конохи могут появиться свои летающие шиноби, и нам не помешает контакт с шиноби Неба. Не старого же Цучикаге нам просить о помощи с полетами! -- Кто же тогда займется подготовкой к атаке Амегакуре? - уточнил Какудзу. -- Итачи и Кисаме уже в пути. Когда они придут сюда, то заменят вас, и можете отправляться. Попутно осмотрите тщательнее страну Неба, возможно, имеет смысл организовать там резервную базу. -- Понятно. Сделаем, - и Какудзу отключился. -- Деньги! - усмехнулся Пэйн. - Неужели наш великий план сорвется из-за денег? -- У нас же еще есть время, Нагато, - равнодушно сказала Конан. - Если бы ты разрешил мне подделать деньги -- Нет! - резко возразил Пэйн. - Никаких подделок! Никакого лишнего внимания к нам! Помолчав, он добавил. -- Отправляйся на помощь Сасори и Дейдаре. Ты права, у нас еще есть время, так не будем же тратить его попусту.

Глава 3

03 октября 77 года. В десяти километрах от Конохи, страна Огня. Обычная грунтовая дорога, утоптанная ногами и разбитая колесами телег. -- Какаши-сенсей! Какаши-сенсей! - с энтузиазмом подпрыгивает Наруто. - А научите меня такой же технике, какой вы научили Саске! Чтобы молния в руке была! -- Ты не сможешь ее освоить, - Какаши чуть опускает книжку, которую читает на ходу, и смотрит на Наруто. Похождения шпиона и куноичи - владелицы раменной, как же, как же, знаю такую. "Приди, приди, шпион", называется. Хех, у меня и самого книжка спрятана, с автографом автора. Буду читать по вечерам, чем там расследование бравого Ями на горячих источниках закончилось. -- Я смогу, Какаши - сенсей, не будь я Узумаки Наруто! С этой техникой Саске так быстро двигался, это мне поможет, когда мы пойдем его спасать! - заверяет учителя Наруто. -- А мы все-таки идем спасать Саске? - уточняю у Джирайи. Мы идем метрах в десяти позади Какаши и Наруто, хвала магистрам - обычным прогулочным шагом. -- В будущем да, - Джирайя крутит рукой в воздухе. - После этой миссии. Понятно. "Добро победит в перспективе" и все такое. День ходьбы, назовем его так, на контрасте с жизнью в Конохе получается очень и очень насыщенный образами и впечатлениями. Мы топаем и топаем, болтаем, перекусываем в придорожных забегаловках, проходим какие-то села, и поля с уже убранной пшеницей, леса и луга. Мелькают мимо заброшенные храмы, развалины величественных зданий, и тут же рядом пасутся свиньи, и носятся с веселым визгом дети. По дороге рассекают торговцы, крестьяне, посыльные, скрипят телегами караваны, а мы беззаботно идем дальше, коротая время в болтовне и тренировках ума. Загадки там логические, вопросы по шинобской тематике, над которыми Наруто смешно морщит лоб и старательно пытается угадать ответ. Топая и вдыхая сельские ароматы, ощущаю, что все правильно сделано, правильно выбрался из Конохи. 10 октября 77 года. Страна Огня. Все еще страна Огня, хотя после выхода из Конохи прошла уже две неделя. Весь фокус в скорости передвижения. День идем, три тренируемся, обустроившись в каком-нибудь леске. Торопиться совершенно некуда, как мне объяснили, не надо нестись, сломя голову, не надо прыгать телепортом. Спокойное, размеренное передвижение и тренировки, не в полной глухомани, но и не в жилых пунктах. Свернуть в лес, найти поляну, вот тебе и тренировочная площадка. Спокойное передвижение, нагрузки в меру, привычная работа с портключами и блокнотами, свежий воздух, все это весьма целительно на меня влияет. Нервное напряжение и усталость постепенно проходят, особенно этому способствует возможность каждый вечер телепортироваться в Коноху за свежим, горячим ужином и спокойно принять душ в цивильной обстановке. Вдумчивое чтение книги по вечерам, опять же. Ями бросили в тюрьму, но он палочками упорно роет себе путь на свободу. В общем, правильное путешествие выдалось, полезное и уму, и телу. Тренировки на свежем воздухе, вот основное содержание данного похода Отработав базовое взаимодействие клонов, чтобы не били себя и других, Джирайя начинает учить Наруто дальнейшей работе в команде, но уже с использованием расенгана. Они подробно, за пять вечеров, разбирают поединок в третьем туре экзамена, а потом переходят к схватке против Шукаку. Джирайя, насколько понимаю, пытается научить Наруто работе в команде с клонами. В смысле, чтобы это было не бессмысленное набегание толпой, а хитрое тактическое взаимодействие с просчетом боя. Ну а я скромно и дальше пыхчу над полетами. Не скажу, что самостоятельные полеты - без приспособлений, метел и леталок - это просто чудо, но степень свободы резко повышает. Захотел и взлетел. Весь фикус в том, чтобы преодолеть психологическую установку и немного посмотреть на себя со стороны. Эта та же Левитация, но самого себя в качестве объекта, и проблемы с полетом больше психологические. Ведь человеку или магу, все равно, подсознательно требуется для полета некая точка опоры. Метла, фестрал, зачарованный автомобиль, что-то поддерживающее и несущее в воздухе. Преодолеть эту "необходимость опоры" очень тяжело, но зато потом Левитация проходит без переворачиваний и кувырканий, превращаясь именно что в полет. Правда, концентрации требует изрядной, особо не покастуешь, но это решается тренировками и постановкой полета на рефлекс. То есть летать, летать и летать, до изнеможения, а чтобы было не так скучно, Какаши придает ускорения дальнобойными техниками. Кастует он их в одну двадцатую силы, так что не устает, ну а мне тренировка в любом случае. Полет вокруг Орыча был на эмоциях, а тут надо рассудочно все повторить. Джирайя, когда захочет, может быть весьма пафосен и величественен. Ну а когда не хочет, то раздолбай, повеса, бабник и писатель, и вообще Эро-Сеннин, то есть Извращенный Отшельник. Искусно сочетая эти две ипостаси, он добивается невозможного. Для Наруто он одновременно и строгий учитель, учащий "крутым техникам", и в то же время свой в доску "крутой дедуган", с которым можно просто поболтать и поделиться секретами. Прямо хочется зааплодировать таким педагогическим талантам. У меня прямо сомнения, а точно ли учеба Наруто у Джирайи следствие моей шутки, или саннин и так собирался к товарищу Узумаки в гости? -- Сегодня, Наруто, ты будешь обучаться одной из могущественнейших техник шиноби! -- Круто! - тут же кричит Наруто. -- Это... Техника Призыва! - выдержав драматическую паузу, объявляет Джирайя. И ведь не врет, даже не преувеличивает, чего уж там. Призывные животные своенравны, разборчивы и обидчивы. Силой ты не вырвешь у них техники, соберется толпа тех же жаб и настучит тебе в бубен, после чего выкинет с горы Мьёбоку, и хрен ты туда снова попадешь. Не говоря уже о том, что жабы на своей территории и владеют техниками сенмода. Поэтому надо суметь понравиться им, договориться или суметь попасть в Свиток призыва, который Джирайя таскает за спиной. Да, да, вот этот громадный свиток -- цилиндр за его спиной -- Свиток Призыва, в котором перечислены все жабы -- контракторы, и контракторы со стороны людей. Жабы могут призывать к себе людей, да, так называемый Обратный Призыв, но далеко не каждая жаба это сможет проделать. Равно как и контрактор -- человек не всякую жабу сможет призвать. Это Джирайей, будем думать, освоен весь ряд призыва, а Наруто это только предстоит. Плюсы призыва -- очевидны, ради такого стоит постараться и потрудиться. Не говоря уже о том, что шиноби с призывами на вторых ролях не остаются. Вон, опять же, Джирайя, как попал к ним свободным призывом в детстве, так вон каким могучаном стал, входит в десятку сильнейших шиноби мира. -- Я смогу призвать жабьего босса, как ты, старик?! - опять кричит Наруто. -- Сможешь, если будешь стараться по-настоящему! - пафосно обещает Джирайя. Ну да, знакомая мулька. Не получается? Ха, да ты просто плохо старался, с Наруто это работает просто убойно. Как там было, в классике? "Истинно говорю вам, будь у вас веры хотя бы с горчичное зерно и скажи вы горе: встань и иди, то гора встала бы и пошла". В общем, в Наруто веры -- на мешок таких горчичных зерен, и если к ней приложить мотивацию, то он реально эти самые горы сворачивает. -- Итак, для Техники Призыва нам нужен контракт с теми, кого мы призываем, - объясняет Джирайя. - Контракт с жабами, Наруто, ты уже подписал. Теперь смотри печати, необходимые для выполнения Призыва. Показывает, Наруто запоминает с первого раза. Хотя там печатей -- штук пять, но все равно, неоднократно слышал, что Наруто невозможно чему-то обучить. Ха, просто они не применяли метод Джирайи, метод сисек и пряника! -- Теперь повтори самостоятельно, - говорит Джирайя. Наруто повторяет печати. Джирайя демонстрирует финал техники: хлопок рукой об землю, с расползанием иероглифов и объявлением - Кучиёси-но-Дзюцу! - то есть техника призыва. -- Кучиёси-но-Дзюцу! - Наруто выбивает рукой ямку в земле. Пауза. Наруто озадачен и кричит. -- Э, а где Жабий Босс?! В ямке весело плавает призванный головастик. -- Эро-Сеннин, но почему? Почему? - спрашивает Наруто. Все, пациент в шоке и готов к обучению, чем и пользуется Джирайя. -- Чтобы призвать Жабьего Босса, надо много, очень много чакры, не у каждого шиноби столько есть. У тебя есть, Наруто, но ты расходуешь чакру зря. Из потраченной тобой чакры один процент пошел на призыв, а остальное рассеялось в пространстве. Результат -- один процент от Жабьего Босса, то есть головастик. -- Ммм, - Наруто хмурит лоб, осознавая конструкцию. - То есть мне надо вложить в сто раз больше чакры, и тогда я призову Жабьего Босса? -- Да, Наруто, тогда ты сможешь, - кивает Джирайя. - Но в сто раз больше чакры ты сможешь вложить, только влив в Призыв чакру сидящего в тебе биджу, девятихвостого Лиса. Знаешь, что тогда будет? -- Эээ, как в Лесу Смерти? - чешет в затылке Наруто. - Когда Орочимару на нас напал? -- Хуже, гораздо хуже, - качает головой Джирайя. - Чакра Лиса вырвется на свободу, подавит тебя, и Лис начнет сеять хаос и разрушение. -- Как Шукаку в Гааре, да? -- Точно, молодец, Наруто, как биджу в Гааре. Неуправляемый Однохвостый наделал массу бед в Конохе, но Девятихвостого сдержать еще труднее, в разы труднее! -- Я справлюсь, справлюсь, Эро-Сеннин! - подпрыгивает Наруто. -- Конечно, справишься, Наруто, - соглашается Джирайя. - Чтобы уменьшить затраты чакры на призыв, чтобы сдерживать Девятихвостого, чтобы сделать техники еще мощнее, тебе, Наруто, нужно развивать свой контроль чакры! Контроль и еще раз контроль! -- Понял! С этого дня тренируем только контроль чакры! Я стану лучшим в контроле чакры! - орет Наруто. Какаши озадачен и хочет сожрать свою маску, судя по выражению в глазу. Ну да, он, поди, в лепешку разбивался, пытаясь научить Наруто чему-то "кроме крутых техник", но тот его не слишком слушал, а тут Джирайя оп и проворачивает фокус за две минуты. Теперь Наруто будет сутки напролет, кровь из носа, тренировать контроль, потом освоит Призыв и возьмется за чакру Лиса. Ведь так можно стать круче, и главное, что Наруто сам для себя это осознает. Всего остального, чакры, силы, упертости, в Наруто хватает. -- Вот поэтому он и легендарный ниндзя, а? - в шутливом тоне обращаюсь к Какаши. Хатаке усмехается под маской. 11 октября 77 года. Суна, страна Ветра. Здания Суны по виду больше всего напоминали бочонки-переростки. В условиях мощных пустынных ветров, вдобавок приносящих миллионы песчинок, округлая форма позволяла дополнительно защитить здание. Песчинки, мощнейший абразив, просто соскальзывали, проносились мимо, не цепляя стен. В центре деревни, окруженной кольцом скал, находился особенно большой "бочонок", резиденция Казекаге и место сбора Совета Джонинов. За круглым, под стать форме здания, столом сегодня собрался весь Совет. Также, собрание джонинов Суны почтили своим присутствием Старейшины. Четвертый Казекаге, проводя волевую и решительную политику вытаскивания Суны из ямы, часто сталкивался с тем, что мнение Старейшин противоречит его решениям. Поэтому, из политических соображений Казекаге сам ходил к Старейшинам, а те, соответственно, все реже и реже покидали свой пустой и огромный дом-особняк. Годы брали свое, и старики, некогда лихо сражавшиеся во второй войне, предпочитали сидеть на месте, довольствуясь визитами Казекаге. В результате, все в деревне привыкли, что Совет проходит без старейшин, да что там, некоторые даже думали, что Старейшины давно умерли, а новых не выбрали. -- В отсутствие Казекаге решающее слово за Старейшинами и Советом, - объявила Чиё, садясь в кресло слева от места Казекаге. В кресло справа сел второй Старейшина, Джоуджи. Глубокий старик, он полностью отдал инициативу Чиё, сам предпочтя сидеть и только слушать, закрыв глаза и нахмурив густые седые брови. -- Нам необходимо выбрать нового Казекаге! - сделала следующее объявление Чиё, обводя взглядом джонинов Совета. Темари и Гаара, вчера вернувшиеся в Деревню, тоже присутствовали на Совете, но пока что без права голоса. Неслыханные новости, принесенные ими, парализовали власть Суны на сутки, повергли Совет в бесконечные бесплодные разговоры и пересказы. Но все проходит, и Совет вышел из ступора, собрался на заседание, чтобы разрешить кризис власти. -- И при этом учесть все обстоятельства, - продолжала Чиё безразличным тоном, - дабы у соседей не возникло желания вновь напасть на Суну, как это было после пропажи Третьего Казекаге. -- Сабаку Гаара, - тут же сказал кто-то из джонинов. -- Джинчурики в Каге? - прошелестело за столом. - Безумие! -- На нем печать Конохи, это неприемлемо, - возразила Старейшина Чиё. - Кто знает, что они еще поставили? -- Со мной все в порядке! - выкрикнул Гаара. - Шукаку больше не подталкивает меня к убийствам! -- Ты сможешь вызвать его, Гаара, если потребуется? - прищурилась Чиё. -- Нет! И не собираюсь! - отрезал Гаара. - Хватит крови, убийств и жажды убийства! -- Нет Шукаку, нет стихии Магнетизма, - заметил Джосеки, один из джонинов Совета. - Семья Сабаку всегда славилась Магнетизмом. -- Третьему Казекаге это не помогло! -- Песок все еще со мной, - зловеще заметил Гаара, раскупоривая тыкву. -- Не на Совете! - прикрикнула Чиё. - Мальчишка! Как смеешь ты угрожать нам песком в присутствии статуй предыдущих Казекаге? Ты хочешь стать Казекаге, убив всех нас? -- Я хочу, чтобы вы перестали оскорблять мою семью! - выкрикнул Гаара. -- Вопрос очень важный! Суна и без того ослаблена! Потеря Четвертого, гибель всех, кто отправился в Коноху, так недолго потерять и статус Великой деревни! - парировала Чиё. - Пускай за нападением и стоял Орочимару, но это не вернет погибших, не вернет силы Деревне! -- Коноха предлагала союз, - заметила Темари, полируя ногти о веер. - Полный союз. Вот вам и сила, в союзе наши две деревни вполне могут отбиться от кого угодно. -- В этом союзе Коноха нас поглотит, съест! - воскликнула Чиё. - Еще неизвестно, что они вложили в Гаару! -- Зато теперь я сплю спокойно и не боюсь проснуться рядом с трупом друга! - выкрикнул Гаара. Над столом прошелестел шепот облегчения. Неясно было, как без Четвертого контролировать Шукаку, а тут вроде, как бы и проблема исчезла, сама собой. Биджу, конечно, хорошее оружие, разрушительное, но слишком уж неуправляемое. Но вот проблема отсутствия Казекаге так и не исчезла. Суна не могла выставить никого однозначно сильного, известного, могучего, это Конохе вон хорошо, саннины есть, Какаши, да и кроме них парочка могучих шиноби найдется, кого можно на пост Хокаге смело ставить. Неизвестно, до чего бы дошла ситуация, ибо Гаара начинал потихоньку закипать, джонины топить вопрос в бесплодной болтовне, а Чие закусила удила, как всегда при возникновении вопроса Конохи. Положение спас Джоуджи, который открыл глаза, открыл рот, откашлялся и сказал. -- Сабаку Гаара, ты доверяешь своей сестре, Сабаку Темари? -- Да! - с вызовом ответил Гаара. -- Сабаку Темари, отец готовил тебя и Канкуро к власти над деревней, не так ли? -- Он давал нам уроки, да, - кивнула Темари. -- Вот вам и ответ, - Джоуджи обвел взглядом Совет и Чиё. - Темари -- дочь Казекаге, в то же время Лист не ставил на нее печатей, не воздействовал на сознание и не прибегал к пыткам. Гаара доверяет Темари, так что обид не будет, если мы выберем Темари -- Пятой Казекаге, не так ли? -- Не будет, - мотнул головой Гаара. - Темари заслуживает поста! -- Но я, - развела руками Темари. -- Мы поможем тебе советом, - кивнул Джоуджи. - Да, у тебя нет золотого песка Четвертого, но зато ты его дочь. Для сторонних наблюдателей станет ясно, что Суна движется прежним курсом, не собирается устраивать резню за пост Казекаге. Но от союза с Конохой придется отказаться. -- Почему? - нахмурилась Темари. -- Принять союз в нынешних условиях -- показать свою беспредельную слабость, - бросила Чиё, - а мы не можем себе этого позволить. Тебе еще многому предстоит научиться, Темари! По лицу Темари можно было прочесть ее отношение к этому. -- И умению держать лицо -- тоже, - усмехнувшись уголками губ, отчего лицо ее пошло морщинами, добавила Чиё. - У Совета есть возражения? Нет? Тогда можно отправлять гонца к Даймё страны Ветра. Поздравляю, Сабаку но Темари, через неделю ты станешь Пятой Казекаге! -- Я горжусь тобой, сестра, - добавил Гаара. -- А вот я -- нет, - прошептала в ответ Темари. - Ну, какая из меня Казекаге? 17 октября 77 года. Где-то в стране Огня. Как говорилось в массе кривых переводов фильмов: "Я сделал это!" В смысле разобрался, почему этот чертов бездонный подсумок был совсем не бездонным, хотя все делал правильно, по инструкции. Ошибка, неявная, закралась в саму инструкцию, ведь ее писали в мире магов, где не было проблемы магической подзарядки. Ну а я, при создании, по привычке, как с портключами, делал подсумки "незаряженными", чтобы служили дольше, стандарт-схема с батарейками, в общем, пошел по проторенному пути. И совершенно зря. Стоит чуть-чуть засбоить заряду и, правильно, сумочка схлопывается, что собственно и происходит постоянно. Ведь мелочь, сущая мелочь, а проходила мимо сознания, пока не отвлекся, не вырвался из пыльной, душной, прекрасной, солнечной Конохи, не сделал перерыв. Надо будет практиковать такие выходы из "цивилизации", проветривать мозги и протирать глаза. Красота-то вокруг в стране Огня, чистая лепота! Леса, величественные и высокие, где в кронах на высоте тридцати-сорока метров проносятся шиноби. Чистые, светлые рощи, просматриваемые насквозь, и тут же рядом фруктовые сады, и поля с пшеницей, глубоководные реки и мелкие ручейки, задорно журчащие по камням. Тут развалины с непонятными иероглифами, там статуя Будды, а здесь так и вовсе подвесной мост, шатающийся под ногами. При этом нет ощущения, что ты среди цивилизации, все элементы человеческого присутствия переплетены с природой, кажутся неотъемлемой ее частью. Возможно, во мне говорит так и не изжитое восхищение горожанина природой и сельской местностью, но даже если и так, то, что с того? Красота вокруг вдохновляет, очищает и возвышает, вот что главное в этом вопросе. Также продолжаются тренировки мои и Наруто по величественным лесам и рощам. Что касается Наруто, тут идут тренировки на умение клонов взаимодействовать и не мешать друг другу, там даже техники никакие не применяются, кроме той, что создает клонов. У них даже кунаи деревянные, хотя казалось бы, что клонам с оружия? Лопнет во славу любимого хозяина, и все тут. Но у Джирайи какие-то свое резоны, первейший из которых, насколько понимаю, чтобы Наруто полностью сосредотачивался на тренировке. Плюс базовые тактические приемы, взаимодействие клонов в группе. Тренируется Наруто реально на износ, так что как раз за три дня, несмотря на всю свою выносливость и упертость, устает, и тогда мы идем дальше. Попутно рассматриваем окружающий мир - на контрасте с жизнью в лесу очень хорошо смотрится. При этом Наруто, за время дневного перехода успевает восстановиться, носится, орет, пристает с вопросами, в общем "пацан непоседливый, типовой, одна штука". Также, по итогам финала экзамена на чунина, Джирайя решил взяться за мое обучение и заодно принять меры на случай экстренной ситуации. Слабое место Джирайи -- длительность призыва Жаб-отшельников с горы Мьёбоку, в это время он не может делать техники, и вообще уязвим. Но при этом сам Джирайя сбор природной энергии так до конца и не освоил, не хватает какой-то мелочи в контроле. Ибо мало собрать природную энергию, надо ее очень точно и ровно смешать со своей чакрой. Вот контроля в процессе сбора и смешивания Джирайе и не хватило в свое время. С этим же, кстати, связан перекос его лица в сторону жабы, распухание носа, появление перепонок на пальцах и так далее. Умей Джирайя собирать все тютелька в тютельку, у него появился бы просто оранжевый окрас под глазами, как у Орочимару, только у того фиолетовый. Измыслил же хитрый жабий саннин следующее: использовать меня как источник природной энергии, дабы потом либо резко рваться в бой, либо быстрее призывать жаб-Отшельников, уповая на то, что техника Призыва на сенчакре будет мощнее и быстрее на порядок, как и остальные боевые техники. Но внезапно выяснилось, что природу наебать очень сложно, хотя Джирайя и старался изо всех сил. Сырую природную энергию он может собирать сколько угодно, но вот моя, с оттенком ежиков, внезапно вступила в конфликт с его жабьей. Надо думать, что так произошло бы и в том случае, если бы Джирайя решил зачерпнуть из источника змей или слизней. Нет, Джирайя справился с проблемой, чисто из принципа. При крайне низком КПД поглощения переработанной мной природной энергии, ему потребовалось пять минут на синхронизацию и заполнение объема. То есть, в бою или заранее, я должен пять минут гнать в него энергию, как это было с Саске и печатью Орыча. Единственный плюс -- Джирайя при этом может использовать техники. Понятно, что в бою, где надо вертеться укушенным в зад ежиком, танцующим на раскаленной сковородке, толку от такой синхронизации нет, убьют быстрее. Но Джирайя не сдавался, и решил воспринимать энергию другим способом, перорально, так сказать. Ну что тут можно сказать, он старался. Опытным путем выяснилось, что быстро выпить семьдесят литров воды в бою не может даже Джирайя. Так как сменить источник Джирайя не может -- привязан к жабам, то выход у него оставался только один. Повысить коэффициент преобразования и усвоения "чужой" природной энергии. Несколько простейших опытов показали, что Джирайе придется посвятить этому лет десять, с ежедневными упражнениями, с кучей ведер заряженной воды и так далее. Джирайя пожевал губами, осведомился о ходе освоения моего сенмода Шизуне и дюжиной Отшельников, и горестно вздохнул. Там речь если и шла о ведрах, то только в самом начале, буквально первые разы, и то, хватало, как правило, десятилитрового ведра. Вывод -- неутешительный, и Джирайя достаточно умен, чтобы его сделать. Кто спорит, отрицательный результат тоже результат, да и выявили интересные факты о сенмоде. Также, в ходе обдумываний и уточнений, и воспоминаний об опыте с Саске, Джирайя сделал неожиданный вывод. Что на теле Орочимару должно быть несколько дюжин его проклятых печатей, упрощенного вида, чисто подкачка и преобразование природной энергии. Из этого можно было также сделать вывод, что фиолетовые круги под глазами -- оттенок сенмода, и что брать Орыча на измор совершенно бесполезно. Как кролик с батарейкой Энерджайзер, Орочимару всегда готов к действию. Также не исключено, что эти печати помогают ему непрерывно держать технику сокрытия, ведь Орыча ищут многие могущественные шиноби, но так никто и не нашел. Неожиданно, правда? Вот и Джирайя после такого вывода пару вечеров провел в задумчивости, бурчании под нос и бесцельном рисовании красавиц в своем дневнике. Соответственно, Джирайя вернулся к прежнему варианту призыва Отшельников, утешившись мыслью, что как-то же справлялся и раньше? Еще пообещал ему сделать кругляш из дерева с чарами невидимости, предупредив, что технология ненадежна, оптическая невидимость вовсе не панацея. Но Джирайя, подумав, махнул рукой, мол, делай. Любой выигрыш секунд на призыв Жаб-отшельников -- уже бонус. С порталом и невидимостью, Джирайя вполне мог, в случае нужды, отскочить, провести спокойно призыв и вернуться, рискуя, правда, попасть в ловушку врага, построенную вокруг портключа. Либо не вернуться, если вторая половинка портключа будет уничтожена. В общем, тоже есть свои риски, порталы и невидимость далеко не панацея. Как говорит Какаши: "В любой технике есть слабое место, просто в бою не всегда хватает времени во всем разобраться".

Глава 4

22 октября 77 года. Основная база Орочимару, на границе страны Звука и бывшей страны Неба Орочимару, в теле Учиха Саске, шел по пустым и темным коридорам базы. Здесь, в своем основном пристанище, тщательно защищенном от любых сенсоров, Орочимару не держал ни пленных, ни рабов, ни слуг, никого. Только ближний круг, преданные Орочимару телом и душой до конца, знали местоположение базы и могли здесь появляться. Сейчас, на границе со страной Водопада шли работы по закладке нового центра для экспериментов над людьми, шиноби и самураями, взамен потерянной южной базы, отданной, как разменная фигура в сёги, дабы выиграть преимущество вражды Конохи и Акацуки. В руке Орочимару нес колбу с лекарством. -- Как ты себя чувствуешь, Кимимаро? - спросил он, входя в одну из комнат. -- Спасибо, Орочимару-сама, мне лучше, - задыхающимся голосом ответил бледный парень, с двумя точками на лбу. - Кажется, болезнь отступает. -- Увы, это ложное впечатление, - покачал головой Орочимару, - мнимое улучшение. Я не нашел лекарства от твоей болезни, а Цунаде отказалась помочь. -- Ничего, Орочимару-сама, - вздохнул Кимимаро, - вы и без того помогли, с вами моя жизнь обрела смысл! -- Но все же, - досадливо цокнул Орочимару, - я не люблю неудач, а твоя болезнь -- это не просто неудача, это вызов всему, что я знаю! Время еще есть, вот, новое лекарство, будем пробовать, возможно, что-то и сработает. Кимимаро Кагуя в два глотку осушил кружку, куда Орочимару перелил гадостно пахнущую зелено-желтую воду из колбы. Возможно, кого-то другого, все эти лекарства давно бы не просто поставили на ноги, а сделали здоровее всех здоровых, но только не Кимимаро. Болезнь, угнездившаяся в нем, влияла на кости, разрушала их и портила. Для последнего представителя клана Кагуя, чьей особенностью были манипуляции именно что костями тела, такая болезнь означала смертельный приговор. Лекарство действовало, Кимимаро на глазах наливался красками, не напоминая больше выцветшую, линяло-бледную кость, сотни лет пролежавшую в земле и выглаженную временем до блеска. Нет, теперь это был именно что человек, высокий паренек, странного вида, но все же не та немочь и нежить, как полчаса назад. Орочимару еще раз досадливо цокнул, сразу отметив, что лекарство не помогло. Уже сейчас было видно, что эффекты исключительно локальные, и вскоре начнется откат. Способности Кимимаро были уникальны, и Орочимару жалел, что такой ценный экземпляр умирает. Поэтому Орочимару перешел к следующей части визита, раз уж все равно Кимимаро умирает, следовало извлечь максимум пользы из него, пока он жив. -- Одевайся, - приказал Орочимару, - мы отправляемся в путешествие. -- Да, Орочимару-сама, - Кимимаро был уже на ногах. -- Возьмем Сакона, чтобы наверняка, и отправимся в Ю-но-Куни, - ухмыльнулся Орочимару. - Покажем всем, что Орочимару путешествует в обществе Учиха Саске, это будет просто замечательно! Кимимаро улыбнулся, показывая, что оценил ловушку, расставляемую Орочимару. -- Заодно прикупим полезных ингредиентов, которых не вырастишь в подземельях, и выставим заказ на эту девчонку, Гермиону. -- Только прикажите, Орочимару-сама, я выкраду ее для вас! - наклонил голову Кимимаро. -- Увы, увы, мой дорогой ученик, даже я не смогу ее выкрасть, ку-ку-ку, Коноха бережет ее гораздо лучше, чем Свитки мертвых Хокаге! Но ничего, я уже вполне освоился в этом теле, и скоро начну эксперименты. Для этого мне потребуется твой друг Джуго, и к нему, на северную базу, мы и отправимся после Ю-но-Куни. -- Как пожелаете, Орочимару-сама. Вы хотите перевести его сюда? -- Я хочу, чтобы он полностью доверял Учиха Саске и слушался его, - облизнулся Орочимару. - Приживление клеток Хаширамы и дальнейшее развитие не будет простым, потребуется много фермента клана Джуго, потребуются опыты и еще раз опыты! -- Но вы же сможете помочь ему, Орочимару -- сама? -- После того как получу риннеган -- несомненно! С глазами Рикудо я проникну во все тайны чакры, раскрою секреты ее потоков в теле, и избавлю Джуго от неконтролируемо поглощаемой энергии природы. Или научу его контролировать, и возможно, тогда создам третий уровень печати. Главное, чтобы мне не мешали какое-то время, и пока что мой план работает. Коноха ослабла, теперь бы еще нанести удар по Акацуки и было бы замечательно! Кимимаро только еще раз поклонился в ответ. Орочимару не стал развивать монолог, просто показал жестом, чтобы Кагуя следовал за ним. В основном зале их ждал Сакон, рядом с которым лежало тело Орочимару. Именно то тело, которое знал весь мир. Длинное, бледное, подпоясанное фиолетовым канатом, с фиолетовыми же кругами под глазами и длинным языком. Орочимару-Саске коснулся куклы и та сказала. -- Ку-ку-ку! Какой замечательный день! Орочимару-Саске усмехнулся и добавил. -- Даже от бывших напарников бывает польза! После чего они вчетвером проследовали к выходу с базы, и дальше отправились в страну Горячих Источников. 24 октября 77 года. Где-то в стране Огня. Тренировки в отрыве от цивилизации дают плоды. Уже вполне уверенно летаю, теперь можно браться и за леталки промышленным способом. Подсумки бездонные опять же, пусть там и сложнее технология, но слегка доработать и можно ставить на поток. Жизнь катится по привычной для меня колее, учеба, работа, тренировки, отдых и все это вне Конохи, с должным комфортом, в общем, толково получилось с этой миссией, правильно отправился. Можно наградить самого себя кружкой томатного сока. Наруто быстро восстанавливает силы, и мы, как уже говорил, после одного дня пешего похода сворачиваем в лес и продолжаем тренировки. Также по вечерам, под треск костерка, шиноби все-таки ведут неторопливые разговоры. То есть Наруто-то, как раз, торопится, говорит быстро и горячо, несмотря на целый день тренировок, а отвечают ему Какаши и Джирайя медленно, с расстановкой. То ли сами формулируют небыстро, то ли дают Наруто время осмыслить, ибо паренек далеко не гений. Он открыт, дружелюбен, готов в огонь и воду за друзей, при этом упрям и способен тренироваться до полного изнеможения во имя какой-то своей цели. Но соображает медленно, заумные речи вообще пропускает мимо ушей, зато уж если что-то поймет, то все, ломом не выбьешь. Собственно, если правильно понимаю, товарищу Узумаки по вечерам вправляют, точнее, пытаются вправить мозг насчет Саске. В силу вышеописанного Наруто попыток не замечает, и продолжает рассказывать о дружбе с Учиха и как они ловко и умело сражались бок о бок в команде, прикрывая несравненную Сакуру-чан. Да, да, только слепой не заметил бы, что Наруто влюблен в Сакуру по уши. Мне даже как-то подумалось, что интересно было бы посмотреть на их гипотетических детей. Наверняка у них были бы светло-розовые волосы, раз Наруто - блондин. А потом мозг внезапно включается и начинает придумывать варианты. Немедленно рождается Хитрый План. Итак, учитывая Технику Соблазнения, придуманную Наруто, вообще нет никаких проблем. Наруто делает толпу клонов, превращает их в голых Саске, и все, Сакура готова к употреблению. Правда, характер у Наруто не тот, чтобы такими методами работать. Как уже говорил, он весьма уперт и упорен, и если уж решил добиваться Сакуры в реале, без обмана, то так и будет делать. Готов поклясться, даже не попробует одного из клонов превращать в голую Сакуру, чтобы надрачивать на предмет обожания. С другой стороны, шиноби суровы только в вопросах войны. Как убивать, бегать, драться с тридцатиметровыми енотами, так все в порядке. А как к однокласснице подойти, глаза в кучку, язык сводит, дыхание прерывается, ну и так далее. Ладно, пусть там сами между собой разбираются, а то и меня в Извращенные Отшельницы запишут. Но про спасение Саске как-то раз спросил, когда Наруто был далеко. -- Пока еще рано идти куда-то и спасать, - хмыкает Джирайя. - Но теперь у Наруто есть мотивация развиваться. Шансы на спасение Саске невелики, но Наруто это не волнует. Пробьет все препятствия и вытащит Саске из застенков Орочимару. -- А он томится в застенках? -- По идее, Орочимару должен был поглотить его тело, - чешет в затылке Джирайя, - есть у него такие техники. Но уже после похищения, Орочимару показывался в обществе Саске, и вели они себя как учитель и ученик. Так что вряд ли Учиха захочет возвращаться в Коноху, собственно, это мы и пытаемся донести до Наруто. -- Если он так ценит друзей, то вряд ли вы достучитесь, - говорю, глядя, как вернувшийся Наруто создает четырех клонов, и они начинают играть в догонялки по деревьям. -- Зато у него есть мотивация развиваться, - повторяет Джирайя, пожимая плечами. - Его упорство, при правильной мотивации, творит чудеса. Я ему честно сказал, что времени у нас немного, скорее всего Орочимару еще не адаптировал свою технику поглощения к телу Учиха, или они заключили договор. Орочимару даст Саске силу для мести брату, а тот потом отдаст свое тело Орочимару добровольно. Возможно, что добровольность необходима для нормального поглощения, сама понимаешь, в техниках Орочимару я не разбираюсь. И хвала магистрам, что так! -- До Орочимару мы рано или поздно доберемся, - продолжает Джирайя, - и тогда разберемся. Киваю в ответ с понимающим видом. Из взрослых, стало быть, никто не верит, что Саске вернется добровольно. Месть, месть, да, точно, он собирался отомстить старшему брату за уничтоженный клан, и потом этот самый клан возродить. Мне же все это рассказывали, но монотонные тренировки отупляют местами. Следовательно, если брать вариант с обменом силы на тело, то вторая часть плана -- с размножением -- просто отброшена. Также понятно, почему в Конохе не поощряли мстительность Саске, но вот вторую часть могли бы и реализовать заранее. Подложили бы ему опытную красавицу, с дальним прицелом. Или так и планировалось сделать, а Орочимару соблазнил ребятенка конфеткой мести раньше, чем дите осознало все прелести секса? Ладно, это вопросы уже из разряда "если бы да кабы". Также становится понятно, что вправление мозгов Наруто - одна из причин, почему мы двигаемся не спеша, в режиме "день идем - два стоим", а Джирайя все твердит, что слишком стар, чтобы прыгать по деревьям. Как пол-Конохи в драке разломать, так не стар, а как по деревьям прыгать, так поясницу ломит, ага. Почти верю, особенно когда он хватается за свиток вместо поясницы. В общем, раз команда номер семь пока что отложена в резерв, Саске украден, а Сакура перешла в ученицы Цунаде, то и Наруто теперь с индивидуальным учителем. Джирайя, надо полагать, присмотрелся к Наруто за месяц между вторым и третьими турами экзамена. Поэтому он не просто учит Узумаки, а учит эффективно, потому что учитывает характер Наруто и его тараканы. Или это мне кажется, что эффективно, ведь из меня учитель вообще никакой? Еще, справедливости ради, стоит заметить, что Джирайя много времени проводит за написанием новой книги. 30 октября 77 года. Неподалеку от границы страны Огня и страны Дождя Также, по вечерам Джирайя и Какаши травят байки и рассказы, дополнительно нацеливая и мотивируя Наруто. И под это дело, после пары наводящих вопросов, охотно рассказывают о клане Узумаки и его печальной судьбе. У восточного побережья страны Огня есть остров, на котором располагалась так называемая Узушиогакуре, деревня, скрытая в Водовороте. Жил там клан Узумаки, дальние родственники клана Лесов, Сенджу. Жили -- не тужили, спокойно доживали до старости, за что Водоворот прозвали "деревней долголетия". Также были у товарищей Узумаки красные волосы, особая чакра и прекрасное владение фуиндзюцу, лучшее среди всех Элементных стран. Это их и сгубило, в конце концов. Сильные техники запечатывания, мощь которых явил Хаширама, внезапно стали очень ценны, с появлением джинчурики и запечатанных биджу. Поэтому во вторую мировую войну враги не пожалели сил и уничтожили Деревню Водоворота, оставив от Узушио только обломки. Всех уничтожили, а осколки клана, вроде того же Наруто, рассеялись по остальным странам. Да, надо заметить у Карин очень красные волосы, да и глаза такие же, насыщенно-красные. Правда, Наруто вон блондин, и глаза синие, зато особой чакры у него хоть отбавляй, да. В общем, наверное, необязательно быть красноволосым, чтобы нести в себе признаки Узумаки? В Конохе шиноби, в память о союзниках, носят на жилетках знак деревни Водоворота -- ту самую спиральку. Так что надо, надо свести Карин и Наруто, раз уж они живут не где-нибудь, а именно в Конохе, где помнят о клане Узумаки. Но это самое действие -- свести Карин и Наруто -- непонятно, когда вообще будет. После миссии в Амегакуре, Джирайя и Наруто отправятся дальше, в другие страны и деревни. Сам Джирайя это объясняет легко и просто, правда, в отсутствие Наруто. В общем, товарищ Узумаки, в силу особенностей воспитания, характера и судьбы, весьма уперт и труднообучаем, за одним лишь исключением. Когда у Наруто есть мотивация, когда он знает, что его обучение необходимо для важной Цели, он способен учиться феноменально быстро. Это обратная сторона твердолобости и упертости, ибо если Наруто не хочет что-то учить, то хрен его заставишь. И наоборот, если вбил себе в голову, что должен спасти Саске, все, теперь эту мысль из него ломом не выковыряешь. Есть и еще странный момент, связанный с Сакурой. Вишенка любит Саске, Наруто любит Сакуру, и готов на все, чтобы Сакуре было хорошо. То есть привести Саске и собственными руками убить надежду на обнимашки с Сакурой. Но для Наруто, если правильно понимаю, важнее, чтобы друзья, родственники, любимые и близкие люди не страдали, не чувствовали себя обделенными. Короче говоря, жертвует собой, чтобы дорогим ему людям было хорошо. Еще есть обширная категория "знакомых", куда Наруто заносит всех, с кем хоть раз перекинулся словом. Если же со стороны людей следует помощь, то все, они друзья с Наруто. Меня он занес в категорию "сестренка" после того случая с кошкой, ведь помог же. В общем, и смех, и грех. Но, возвращаясь к походу Наруто и Джирайи. Так как у Наруто присутствует сильнейшая мотивация стать сильнее, осваивать новые крутые техники -- повторюсь, Наруто уверен, что это поможет ему побить Орыча и вызволить Саске -- то необходимо учить и учить Наруто. И не только техникам, но и духовному пути, Воле Огня, так сказать. В этом плане Коноха не годится, только индивидуальные занятия учитель -- ученик, с установлением духовной связи, и занятия круглосуточные, без перерывов. Отсюда и поход, отсюда и упражнения в словесности от Джирайи. Фактически, жабий саннин уже ведет обучение и воспитание Наруто, пусть тот и видит всего лишь метание расенганов и беготню толпой клонов. Вообще, так посмотреть, глобально Джирайя прав. Морально и нравственно устойчивый джинчурики гораздо важнее поехавшего крышей носителя биджу, пусть и обученного сотне или тысяче техник. Также кое-чего с Джирайей добились в работе на стыке магии и фуиндзюцу. Фуиндзюцу, искусство запечатывания и распечатывания. Равно как и артефакторика, фуин позволяет экономить время и силы, а также получать результат, недостижимый собственными силами. Например, запечатать воду в свиток, а затем распечатать посреди пустыни. Таким образом, шиноби, не владеющий стихией Воды, может получить воду в пустыне, при помощи фуин. Если кто-то, не будем показывать пальцем, сделает артефакты -- леталки и безразмерные подсумки, то другие смогут ими пользоваться, не владея магией. Также фуиндзюцу использовалось и используется в барьерах, сложных техниках, невыполнимых одними лишь ручными печатями, а также там, где требуется стационарный результат. Например, в барьере вокруг Конохи. В таких сложных случаях уже не слишком верно говорить о фуиндзюцу, скорее это смесь печатей и техник, а если брать в магическом плане, то это будет смесь Артефакторики (Чары в предметах) и Трансфигурации. Соответственно, в обоих случаях, усложнение не только увеличивает цену, выплачиваемую за ошибку, но и дает возможность достичь новых высот. Например, проклятая печать Орочимару недостижима обычными фуин-рисунками, ну и так далее, примеров масса, перечислять можно долго. Что важнее, так это то, что я и Джирайя на основе такого сходства, все же нащупали возможное начало тропинки, ведущей к созданию магфуина. Свиток с фуин, та же взрывная печать, в которую потом надо просто послать импульс чакры, чтобы печать сработала. В случае магии, кусок дерева с вплетенным заклинанием, в который потом надо просто подать энергию, чтобы все начало работать. Грубо говоря, можно сказать, что фуин -- это запечатанная техника, которую распечатывают в случае необходимости. Соответственно, когда технику запечатывают, подают чакру и рисуют иероглифы, обозначающие преобразования, идентичные двенадцати ручным печатям. Соответственно, по рисунку фуин -- в простейшем случае! - можно воспроизвести технику. В сложных случаях такое уже не работает, там не просто двенадцать иероглифов повторенных десятки раз, там уже идут блоки, с передачей результата, в общем, не каждый такое осилит. Но осиливший может нарисовать, например, барьер, технику барьера, вложить ее в свиток и дать шиноби. Тот затем сможет применить барьер, сам не владея техникой, достаточно лишь контроля и подачи чакры. Таким образом, воплощать фуин шиноби мне нужно не в рисунках на бумаге и иероглифах, а в артефактах и рунах по дереву. Собственно, аналог взрывной печати, скажем, с Редукто, сделать можно запросто. Главное самому не подорваться при этом, то есть закладывать условие срабатывания. Или детонатор / замедлитель. Конечно, это даже не намек на результат, но возможное начало тропинки, которое, возможно, приведет к магфуин, то есть воплощению техник шиноби и их составляющих, при помощи магии. То есть до результата еще пахать, пахать и пахать. 1 ноября 77 года. Граница страны Дождя. Страна Дождя во время второй мировой войны шиноби стала основной ареной действий. Три великие Деревни, Лист, Камень и Песок, сошлись здесь в смертельной схватке. Неудивительно, что после такого во всей стране очень настороженное отношение к шиноби из других деревень, а уж в саму Деревню, Амегакуре, вообще просто так не попасть. Даже когда у них проходит международный экзамен на чунина, они допускают только экзаменуемых, а все наставники и сопровождающие остаются за пределами деревни. Возглавляет Амегакуре все тот же грозный и могучий дядька, что и во вторую войну. Собственно, именно тогда Ханзо Саламандра и приобрел мировую известность. Он поспевал раздавать люлей шиноби всех трех Великих деревень, травил ядом направо и налево, и именно он обозвал Джирайю, Цунаде и Орочимару троицей Легендарных Ниндзя Листа. Вообще то, там целая толпа от Конохи была, но выжили только трое, и стали Легендарными. Мне как-то сразу неуютно становится от таких новостей. Ведь получается так: тридцать лет назад за бой с Ханзо, длившийся полдня, и за то, что выжили -- троица получила титул легендарных. Общепризнанный титул, надо заметить, то есть Ханзо уже тогда был величиной мирового уровня и мог раздавать такие титулы. Глупо было бы предполагать, что тридцать лет товарищ Ханзо стоял на месте и не развивался, очень глупо. Конечно, есть надежда, что у него началось угасание чакры от возраста, но очень слабая. Ханзо примерно ровесник Джирайи, и никто не скажет, что у Жабьего Отшельника угасает чакра. О нет, в Джирайе гуляет сила Юности, особенно в том смысле, что он предпочитает молоденьких девушек. Но вряд ли ему дадут огулять парочку в Аме, там все закрыто и перезакрыто, и собственно, внезапно, это основная причина, зачем я нужен в Амегакуре. Изготовление портключей на месте, под одеялом, с последующим случайным подбрасыванием в нужные места. Какая-то левая отмазка, как по мне. С таким же успехом Джирайя мог бы там случайно подбросить пару портключей из кармана, все равно местные сенсоры их не видят. Чакры-то в портключах нет. Так что или местные умы не додумали этот момент, или от меня потенциально потребуется что-то еще. Именно из разряда уникальных умений и чтобы прямо на месте. Но что? Если этот дядька Ханзо так силен и там все так закрыто, то, как нас вообще пустят? Или Джирайя в ворота постучит, типа "открывай сова, медведь пришел"? Я не говорю об оттачивании полетов, это цель для похода, а вот что делать в самой деревне Дождя - молчат, как партизаны. Но так как мы уже на границе, скоро сам все узнаю и увижу. Перефразируя Чебурашку: "мы топали, топали и наконец, притопали!"

Глава 5

1 ноября 77 года. Граница страны Дождя. Территориально страна Дождя напоминает расплющенные пифагоровы штаны, примыкающие к нескольким странам, включая три страны с Великими Деревнями, а именно: в стране Ветра -- Суна (Песок), в стране Огня -- Коноха (Лист), в стране Земли -- Ива (Камень). Пограничная полоса, столбы, вышки, бойцы с собаками отсутствуют, равно как и на нашей стороне, в стране Огня. Но все равно, границу можно легко опознать по закончившимся лесам. В стране Дождя предпочитают открытые пространства, и поэтому вокруг теперь расстилается слегка каменистая равнина, с редкими и мелкими холмами, и легкими намеками на кустарники. В качестве укрытий здесь в основном используют овраги, промоины, канавы или просто подземные полости, неважно искусственные или рукотворные. Так что мы проходим по дороге едва ли пяток километров, как на эту самую дорогу выскакивают бравые шиноби Дождя. Как объяснял Джирайя, перед пересечением границы, местные шиноби, в силу традиций и под влиянием Ханзо, очень любят все связанное с ядами, включая газы и отравленные иглы. Также они очень любят прятаться под водой и в воде, и в земле, чтобы потом нанести внезапный удар снизу или в спину. Тяжелое наследие войны с Великими деревнями, скажем прямо. Так вот, по вышеуказанным причинам, носят местные закрытые костюмы, реально закрытые, вроде ОЗК, только без плаща и не такие резиновые, и маски на лице. Кто просто маски со щитком, кто респираторы или противогазы, а кто и цельные закрытые шлемы вешает, не стесняясь походить на водолаза в скафандре. Собственно, виденные на экзамене дождевики примерно так же и одевались, только там были генины, а здесь чунины. Хитайате со знаком Дождя, четыре вертикальные полоски, все как положено. Пограничники, чтобы не нарваться на ответный удар, заранее выскакивают и демонстративно перегораживают дорогу. Классическая патрульная тройка, плюс надо полагать, еще четвертый в роли засадного полка где-то рядом в канаве или за холмом лежит. После обмена приветствиями, весьма настороженными надо сказать, старший из тройки, бледный и высокий, с маской на лице, предлагает назвать цель визита, и вообще рассказать, что ищут знаменитые шиноби Конохи в бедной и никому не нужной стране. -- Мы направляемся к главе Амегакуре, Ханзо Саламандре, - Джирайя открыт, честен и прям. - С неофициальным, но очень важным визитом. Троица переглядывается, потом старший заявляет. -- Ханзо-сама вряд ли сможет принять вас в ближайшее время. Возвращайтесь в Коноху! -- Что-то случилось? - спокойно интересуется Джирайя, поправляя свиток. Троица напрягается, ощутимо так, даже мне заметно. Видимо думают, что Джирайя будет пробиваться силой. Ха, наивные дождевые шиноби! Будь у нас план на выход силой, эти пограничники уже лежали бы вверх ногами. Видел я, с какой скоростью двигается Какаши, дождевики и понять бы ничего не успели. Да и Джирайя могёт, если захочет или если потребуется. Шиноби Дождя, видимо, тоже это понимают, потому что все-таки отвечают. Скупо и сухо, но отвечают. -- У нас идет война. -- О, - Джирайя удивлен, - и кто с кем воюет, если не секрет? Троица еще молчаливо совещается. -- Гражданская война идет, внутри Деревни. Вам лучше уйти. -- Разве Ханзо потерял силу, что не может подавить мятежников? - Джирайя, разумеется, и не думает никуда уходить, и продолжает расспросы. - И с чего бы это внутри Аме произошел раскол? -- Мы не знаем, - отвечает старший, - нас просто уведомили о факте и приказали закрыть проход в страну для всех. Это внутреннее дело Амегакуре. Видно, что им очень неохота рассказывать о таком, но легендарный Джирайя и не менее легендарный Какаши молчаливо давят одним своим присутствием. Наруто немедленно вносит свою лепту, закричав. -- Джирайя-сенсей, Какаши-сенсей, мы же поможем им, правда? -- Если нас пропустят к их лидеру, то, несомненно, Наруто, - улыбается Джирайя. Вот же хитрый старый жаб, знает с какой стороны заходить. Перспектива заполучить на свою сторону сильных союзников из Конохи немедленно воодушевляет троицу из Аме, и они опять принимаются за морзянку взглядов. Придя к решению, старший выдвигается вперед и представляется. -- Меня зовут Йоши. Прошу следовать за мной, шиноби Конохи, я провожу вас к Амегакуре. Не знаю, примет ли вас, Ханзо-сама, но если вы и вправду пришли с помощью, то все будет хорошо. Молчаливо пропущен подтекст, что мы пройдем силой, если нас не пустят, и поэтому лучше нас проводить в Аме и присмотреть, чем пытаться остановить. Толковые кадры у Ханзо на границе служат. Мы поедем, мы помчимся, на оленях утром ранним И отчаянно ворвемся, и задавим всех, кто есть. Напеваю подходящую под ситуацию песенку, передвигаясь короткими телепортами вслед за бегущими шиноби. В стране Дождя изрядно хуже с лесами, как уже говорил. Помимо того, что слишком сыро и вырубается все, чтобы топить дровами, еще присутствует элемент паранойи, тяжелое наследие второй войны. Всех должно быть видно, и обратная сторона - страсть к пряткам и закрытым помещениям. Из-за этого шиноби просто бегут по равнине, на крейсерской скорости, по моим прикидкам порядка восьмидесяти километров в час. Йоши впереди, наши за ним, даже Джирайя не стал жаловаться на старость и кряхтеть, и хрустеть, бежит как миленький. Не снимая гэта, прошу заметить, и, успевая на ходу болтать с остальными. Так как бежать или лететь с такой же скоростью не могу, то перехожу к схеме "прыжки под невидимостью", вполне себе позволяющей держаться наравне с шиноби некоторое время. Потом голова начинает кружиться и болеть от непрерывной смены представляемых конечных точек, и нужно делать перерыв. Еще можно было бы взгромоздиться кому-нибудь из шиноби на спину, здесь это вполне легальный способ передвижения. Но Джирайя и Какаши основные боевые единицы, не годится их сковывать, а скакать на спине Наруто... нет уж, увольте. Поэтому я и скачу телепортом вслед за оленями, то есть шиноби. Через несколько часов такого вот сумасшедшего бега, когда усталость уже ощутимо давит, несмотря на два перерыва, на горизонте, наконец, вырастает Амегакуре, Деревня скрытая в Дожде. Подсознательно ожидал увидеть нечто вроде Конохи, только не такое больше и не такое круглое. Но вместо этого моим глазам предстает вполне современный город, с множеством небоскребов, шпилей, труб, статуй, тянущихся в высоту. Также от города доносится шум, сильный шум, надо полагать, это толпы автомобилей носятся по улицам. Во всяком случае, это вполне в духе такого современного города. Шиноби тем временем останавливаются и начинают тыкать руками в сторону города. Ну да, красиво, но чего остановились то? Телепортировавшись к ним и сбросив невидимость, узнаю, что от города доносится шум сражения. Очень сильного сражения. Теперь, прислушавшись, тоже различаю взрывы, еле слышные выкрики техник и звон сталкивающегося железа. Судя по тыканью пальцев шиноби, шум исходит с окраины, ближайшей к нам. С моим везением, только ездить куда-то, то Волдеморт напрыгнет, то шиноби подерутся, охохо. -- Видите, - вздыхает Йоши. - Гражданская война, мятежники уже в деревне! -- Тогда вперед! - с энтузиазмом кричит Джирайя, протягивая руку. - Покажем им силу и волю Огня! После чего незаметно подмигивает мне, и мы опять устремляемся к Амегакуре. 01 ноября 77 года. Неподалеку от юго-восточной окраины Аме, страна Дождя. Видимо, мы слышали самое начало сражения, потому что пока мы преодолеваем последние километры до Амегакуре, конфликт резко разгорается и сражение начинается всерьез. Шум техник, столбы дыма, взрывы и крики уже никак нельзя приписать автомобилям. Каковых автомобилей, разумеется, тут не было, память о прошлых мирах опять подводит. Остановившись на возвышенности, с которой открывается вид на юго-восточную окраину Амегакуре, разглядываем происходящее, пытаясь понять, что происходит. Тут следует сказать несколько слов о самой деревне. Формально в Амегакуре проведены оросительные каналы и устроено несколько искусственных водоемов. Де-факто же деревня находится на искусственно созданном острове, на который ведут шесть мостов. Это дает преимущество контроля над входящими в деревню, озеро обеспечивает запасы воды для техник, позволяет держать оборону, благодаря обустройству полосы подводных ловушек. Не говоря уже о том, что шиноби Аме традиционно тяготеют к стихии Воды. С возвышенности открывается отличный вид на два моста из шести. Один из них, заходящий в Амегакуре с востока, уже разрушен посредине на три пролета. Видно, как мелкие фигурки в основании моста дерутся прямо на воде, тогда как другие пытаются восстановить мост, поднять земли из-под воды, а третьи им в этом мешают. Вокруг, особенно в промежутке между двумя мостами, плавает множество тел лицами вниз. Надо полагать, трупы тех, кто атаковал по мосту, когда его обрушили. Или пытались понизу пройти, тут их ловушками и ударило, кто смог -- всплыл, кто не смог -- тоже всплыл, но уже лицом вниз. Недаром же шиноби Аме носят респираторы закрытого цикла? По второму мосту в деревню вливается толпа разношерстно одетых и вооруженных, но неизменно энергичных бойцов, размахивающих самыми экзотическими железками. Как они там друг другу глаза не выбивают в такой толчее -- загадка. На мосту еще видны остатки баррикад и заграждений, в общем, порвали оборону дождевиков. Как говорится: "неважно, кто бежит на ваши ворота -- главное, держать удар!" Собственно, дождевики и не удержали. В самой Деревне и на берегах тоже идет махач, дымы от которого мы и наблюдаем. -- Телепортируй нас на берег, Гермиона, - говорит Джирайя, изучив обстановку. - После этого пойдем вглубь Амегакуре, искать Ханзо. -- Что вы собираетесь делать? - удивленно переспрашивает Йоши. -- Возьмите меня за руку, - улыбаюсь. 01 ноября 77 года. В 2 километрах к юго-западу от Аме, страна Дождя. -- У нас гости, - вылез из-под земли черно-белый Зецу. - Из Конохи. Стоят и наблюдают за Амегакуре, с юго-восточной стороны. -- Кто? - поинтересовалась Конан. -- Саннин Джирайя, Копирующий ниндзя Хатаке Какаши, джинчурики Лиса Узумаки Наруто, и девчонка, за которой в Конохе шпионили Итачи с Кисаме, Грейнджер Гермиона, - проскрежетал Зецу. - С ними сопровождающий чунин Амегакуре. Только что прибежали. -- Что будем делать? - Конан повернулась к Пэйну-Яхико. -- План остается прежним, - невозмутимо ответил Пэйн. - Атаку продолжать! Зецу, передай Дейдаре, пусть убивает больше, еще больше! Пришла пора Ханзо Саламандре познать боль! -- Хай, - проворчал Зецу, погружаясь под землю. -- С ними учитель Джирайя, - заметила Конан. - Еще не время раскрывать наши лица. -- Этим займутся остальные, - повел рукой Пэйн. - Передай Итачи, Кисаме, Сасори, пусть найдут и атакуют шиноби Конохи. Нас интересуют только джинчурики Кьюби и немного Гермиона. Сасори вроде хотел из нее куклу сделать, после допроса, вот пусть и потрудится над захватом. -- Хорошо, - Конан сложила печать, от ее плаща отделились четыре листа бумаги, складываясь в птиц и устремляясь к остальным Акацуки в городе. - Ты в курсе, что общая атака уже вышла из-под контроля и развивается стихийно? -- Неважно, - тут же ответил Пэйн. - Чем больше людей сегодня познает боль, тем лучше! 01 ноября 77 года. Юго-восточная окраина Аме, страна Дождя. Вблизи здания Амегакуре производят странное впечатление. Такое ощущение, что их возводил ребенок или архитектор, видевший небоскребы только на картинке. Высокие, узкие здания, без окон и дверей, но с огромными антеннами на крыше. По стенам некоторым из небоскребов идут магистрали труб, по пять-шесть труб сразу, толстые такие, метровые, по таким обычно газ в магистралях пускают. Но с внешней стороны зданий и рядами, какой нахрен газ, тем более что шиноби его не используют? Ни нефть, ни газ, в смысле, даже лошадей особо не используют, все чакра да усилия мышц. Под небоскребами, внизу, жилые кварталы, нормальных, двух - трехэтажных домов. Лавки, забегаловки, видно, что здесь внизу именно живут. Двери, окна, занавески, усиленные крыши, сразу понятно, что вокруг деревня Дождя, с защитой от потопов и наводнений полный порядок. Дома слегка приподняты, к дверям высокое крыльцо, крыльца, короче говоря, потоп до двух-трех метров деревня даже особо не заметит. Вылезут в окна да пошлепают прямо по воде, с этим у шиноби Дождя надо полагать полный порядок, в смысле, что детей с младенчества к воде приучают. Можно предположить, что Амегакуре возводилась у подножия небоскребов, когда шиноби осознали, что не тянут инфраструктуру высоток. Там же обычными водокачками не обойтись, насосы, электричество, обслуживание, лифты, да мало ли что. В это можно было бы поверить, но по небоскребам видно, что в них изначально не было отверстий окон и дверей. Постарались шиноби со стихией Земли, заложили все проемы?! Причем там, где видно разбегающихся жителей и атакующих шиноби, видно, что они не слишком-то отличаются от жителей Конохи. Ну, бледнее, да, Амегакуре севернее, дождей много, негде загорать. Одежда, понятное дело, под местный климат: плащи -- накидки, утепленные штаны-шаровары, сапоги да берцы, шапки широкие и прорезиненные, зонтики, но это именно что понятные культурные различия в допустимых пределах. Небоскребы, трубы, антенны, и прочие технологические моменты, вроде широких улиц -- шоссе, да что там, местами развязки и хайвеи в два ряда, не удивлюсь, если под деревней есть метро, а вокруг Аме рельсы для всяких электричек проложены. Так вот, эти моменты не вписываются не то, что в Амегакуре, в саму картину мира шиноби, вообще и никак. Опять же, общий план города подразумевает квадратную застройку, тогда как для местных больше характерна хаотичная, по факту разрастания. Или радиальная застройка, как в Конохе, со схождением в центр. Получается, что город существовал еще до шиноби, а потом к нему пристроилась Амегакуре? Из чего тогда сделаны эти здания - небоскребы и трубы, и антенны, ведь вряд ли шиноби стали бы их строить? Максимум заложили бы камнем окна -- двери, но зачем? Что там такого обитало в небоскребах, что их закрыли? Или небоскребы были изначально закрыты, типа стена из наноботов, повинующихся мысленному приказу и формирующему окна-двери-этажи там, где это нужно владельцу? Еще одна загадка, с которой надо разобраться. Наверное, после того, как поможем дождевикам и найдем Ханзо, в общем, после окончания драки, можно будет изучить один из небоскребов, может быть даже глянуть, что внутри. Даже если там все огорожено барьерами шиноби, телепорт они не задержат. Но если там барьеры -- это повод задуматься, а зачем их поставили? Может там прежние жильцы, бессмертные технотрансгуманисты из прежнего времени, сошедшие с ума и никак не могущие дожить свой век? В этот момент понимаю, что мысленно запизделся и переключаюсь обратно в реальность. Пусть происхождение небоскребов остается неясным, это не мешает дерущимся шиноби использовать их по полной. В частности, шиноби Амегакуре, рассредоточившись на стенах и террасах небоскребов, бьют сверху водой и метательным железом, засыпая атакующих. Те, в свою очередь, пытаются опрокинуть баррикады, перегородившие улицы, и подобраться ближе, чтобы ответным огнем техник и кунаев сбросить шиноби Аме с господствующих высот. Стоим на берегу, в стороне от основной схватки, той, где шиноби Дождя, с опорой на небоскребы пытаются не дать распространиться бойцам с моста по деревне. Также накинута невидимость, чтобы джонины могли осмотреться и принять решение. Неясно, где искать Ханзо, и Йоши тут не помощник. Спрашивать дерущихся -- не вариант, в горячке боя может выйти очень худо. Нужно углубляться в деревню, причем сохраняя мобильность и настороженность, то есть своими ножками, без телепортов. Поэтому невидимость и поэтому Какаши и Джирайя сейчас осматриваются. Стоило бы, конечно, остаться вне деревни, но кто знает, где там бродят враги? Поэтому пока так, и мне дополнительная самостраховка -- полет. Взлететь в невидимости и держаться подальше от зданий и шиноби, чтобы не учуяли и не заподозрили ничего. Плюс дистанция, плюс прикрытие нашим сверху, в общем, опасно, но жить можно, никто же не ожидал, что тут такие расклады, плюс страховка шиноби телепортом, мало ли что случится? Также аварийные порталы у каждого в подсумках, даже у Наруто, так что нормально. -- Действуем по плану, - говорит Джирайя примерно через минуту. - Гермиона, как договаривались. Мы идем в центр деревни. Наруто, между мной и Какаши, понятно? -- Да, Эро-Сеннин - Наруто серьезен и собран. -- Йоши-сан? -- Я пойду впереди, - кивает шиноби Амегакуре. Не то, чтобы скользкий вопрос, но вот он сам вызвался. А так, если бы Джирайя предложил, получалось бы, что шиноби Листа предлагают Йоши бежать первым под вражеские атаки, да еще и оставив спину неприкрытой. Глупо, конечно, но в такой вот зыбкой обстановке, кто знает, где у кого голову переклинит? Невидимость. Полет. Погнали наши городских. Пробегаем кварталов пять вглубь Аме, по широкому шоссе, и натыкаемся на еще одно побоище. На широком перекрестке кипит сражение. Не менее сотни шиноби, в одинаковых костюмах и противогазах упоенно и яростно режут друг друга. Тучами летают сенбоны и кунаи, сражающихся яростно обстреливают со стен и укрытий на стенах небоскребов. Техники Воды и Земли сталкиваются, ломают дорогу и стены, ведь вокруг перекрестка располагается квартал обычных четырехэтажных домов. Там и сям валяются трупы, раздаются крики "Умри!", "Сдохни!", "Получай!", в общем, жизнь кипит и тут же угасает. Самое главное -- нихрена непонятно, кто наши, а кто нет, и чего они вообще именно тут дерутся? Джирайя подает знак, и команда резко поворачивает вправо, собираясь обогнуть место драки. Мне же, как в той песне "сверху видно все", поэтому спокойно режу угол, облетая небоскребы. Мрачно и тихо тут все наверху, зато внизу жизнь так и кипит. Помимо оставленной позади масштабной драки на перекрестке, под ногами разворачиваются локальные стычки, один на один, в общем, гражданская война во всей ее красоте. Не говоря уже о том, что мятежники явно наняли себе еще помощников, и те атакуют снаружи, в дополнение к мятежу внутри. Надеюсь, мы быстро найдем Ханзо. Оп, еще драка внизу! Какая-то сборная солянка против десятка шиноби Аме. Дождевики уперто "держат позицию", не дают пройти врагам дальше по улице. А что там дальше по улице? Небоскребы, между которыми висит дракон, внизу еще шиноби Дождя, развалины обычных домов и взрывы, какая-то круглая площадь с огромной статуей, готовящаяся рухнуть. Дракон?!! Очуметь! Взмахивая куцыми крылышками, в промежутке между двумя небоскребами висит огромный белый дракон с укорачивающимся на глазах хвостом и блюет белой массой куда-то вниз. Так, это надо посмотреть! Главное не издавать громких звуков и не хлопать, телепортируясь короткими прыжками. Остальное обеспечивает полет, оптическая невидимость и суматоха боя, в которой никому до меня нет дела. Так, подлететь ближе и рассмотреть, что это за чудо-юдо такое. -- Познайте всю мощь моего Искусства! - внезапно кричит дракон. А нет, не дракон. На спине летающей рептилии стоит паренек, с прической в стиле "огромный конский хвост", закрывающей пол-лица. Плащ Акацуки подсказывает, что недооценивать паренька не стоит, совершенно не стоит. Оп-оп-оп, хвост дракона становится меньше на три деления. Подвигав челюстью, дракон отрыгивает трех летающих кабанов, которые в быстром пике устремляются вниз. Сам паренек все еще держит обе руки в подсумках, и что-то там делал, попутно озираясь и подергивая головой. Создается твердое ощущение, что он дрочит по-македонски и при этом настороженно оглядывается, чтобы никто не увидел. Бах! Бах! Бабах!!! Плащ Акацуки?! Пока отвлекаюсь на паренька, кабаны в стремительном пике заходят в атаку вниз, на очередных шиноби в противогазах. Это получается, что дракон взрывчаткой из хвоста плюется вниз? А паренек стоит на летающем драконе, сделанном из взрывчатки? Охренеть! Но плащ Акацуки?! Что здесь происходит? -- Потому что Искусство -- это взрыв! Кац!! - орет блондин, тряся прической -- хвостом. Взрыв? Ой-ой. Снизу идет ударная волна, сливающаяся в единый гриб. -- Ахаха, склонитесь перед мощью моего искусства! - тем временем кричит подрывник, опять запуская руки в подсумки, висящие под плащом на поясе. Пыль и дым рассеиваются, и становится видно, что и кого он атаковал. Заход кабанами убил нескольких шиноби Дождя, которые кого-то прикрывают, и несколько секунд спустя становится ясно кого. Из-под обломков и развалин домов выбираются дети, собираясь в кучу, пока в драке пауза. В кучу они собираются возле валяющегося шиноби, силящегося подняться. Дети?!! Пораженный страшной догадкой, телепортируюсь вниз. По всей площади разбросаны тела детей и подростков. Вроде Наруто, ну и чуть постарше, но все равно дети. Оторванные руки и ноги, размозженные головы, кишки, продолжающие вылезать из уже мертвых тел, разбросанные окровавленные куски мяса. -- Вот это правильно! - раздается крик сверху. - Ненавижу детей, мм! Паренек на драконе уже достает руки из подсумков, а дракон готовится отрыгнуть взрывчатку. Взрывчатку. В детей. Рука выдергивает палочку, а разум падает в багровое беспамятство ярости.

Глава 6

01 ноября 77 года. Аме, страна Дождя. Чунин Амегакуре, Якума, едва не плакал от бессилия. Все было зря! Их отделениям, "Капля -- 2" и "Капля -- 3" поручили вывести детей вглубь Деревни, и они провалились. Вначале их настигли прорвавшиеся наемники Акацуки, и "Капля -- 3" осталась перекрывать собой улицу, пока уводят детей. Затем сверху посыпались бомбы, и Якума отбросило в сторону, товарищей и детей разбросало взрывами. И вот товарищи мертвы, часть детей мертва, уцелевшие собрались возле него и пытаются утащить, а он не может встать и защитить их! И это при том, что подрывник на драконе никуда не делся и готовился к новой атаке. -- Ненавижу детей, мм! - раздался крик. Якума понял, что все, это конец. Взрыв, убивший его напарников, гарантированно добьет детей. -- Протего! Протего! Протего максима! - раздался голос из воздуха. Странные взрывающиеся птицы и паучки, и шарики, разбрасываемые подрывником, наталкивались на что-то в воздухе и рвались, ослепляя Якума. Но при этом шиноби не ощущал ничего, ни воздушной волны от взрывов, ни осколков, вообще ничего, как будто взрывы были иллюзией. -- Детей, значит, ненавидишь? - раздался женский голос из ниоткуда. - ОДАБ!! Дракона накрыло вспышкой взрывов. Якума невольно зажмурился. -- Покажись! - голос паренька. -- Редукто! В морге тебе покажут! Редукто! Нюхни взрывчатки! ОДАБ!! -- Ах вот ты где! - торжество в голосе. -- Протего Максима! Вспышка! Ахахахаха!!! -- Я знаю тебя -- Эти слова будут на твоей могиле! Авада Кедавра! -- И твои фокусы, мм! Получай! Кац!!! -- Ебанись, мазила! ОДАБ!!! Внезапно женский голос зазвучал с другой стороны, как будто владелица за секунду переместилась на полсотни метров в воздухе, да еще и набрала высоты. Якума осторожно приоткрыл один глаз. Подрывник на драконе все также висел в воздухе. Правда, дракон из белоснежного стал закопченным, на щеке подрывника алела царапина, а плащ укоротился. В теле дракона зияли дыры и ямы, на месте вырванной взрывами плоти. Левое крыло дракона было ощутимо подрезано, а хвост его укоротился еще на два деления. Метрах в двадцати перед драконом, прямо над головой Якума висела девушка. Шиноби Камня? Чунин не видел хитайате, но все равно, сейчас именно эта девушка стояла между подрывником и детьми. Сами дети, воспользовавшись паузой, организовались и потащили Якума в укрытие, старательно пыхтя и ударяя чунина обо все обломки и острые углы. Подрывник, тем временем, с напряжением и вызовом в голосе сказал. -- Фокусы твои мне известны! Они ничто перед моим Искусством, мм! -- Да ты что? - яростно вскричала девушка. - Ну, давай, справься с этим фокусом. Фиендфайр! При этом она крутанула рукой, с зажатой в ней палочкой. На драконе и пареньке заплясало яростное, разгорающееся пламя, пожирающее обоих. Паренек улыбнулся и начал растекаться куском глиняного клона, которым и являлся, успев сказать напоследок. -- Мое Искусство сильнее! Из рук его высыпались мелкие шарики, тут же превратившиеся в стаю жучков, устремившихся к Якума и детям. Сам паренек выскочил из лопнувшего хвоста дракона на странной четырехкрылой птице, тут же устремившейся прочь. -- Я еще вернусь, мм! Кац! - заорал он напоследок. Хлопок! Девушка мгновенно переместилась, да так, что взгляд Якума уперся ровно в ее зад, в обтягивающих шортах. -- Протего Максима! - вздела руку девушка. - Протего! Паучки бились о преграду и взрывались, взрывались, дети молча прижимались к Якума. -- Живы? - обернулась девушка. Якума непроизвольно отметил, что девушка не из местных, да и в лице какая-то инородность. -- Валите отсюда! Быстро! - продолжала девушка. - Пока еще, какой ненавистник детей не прилетел! -- Госпожа, - протянул руку Якума. Девушка внезапно обвела взглядом обломки, согнулась, упала на четвереньки и зашлась в пароксизмах жестокой рвоты, пополам со всхлипами и выкриками на непонятном Якума языке. Проблевавшись, она встала и начала крушить камни вокруг, выкрикивая непонятные слова. Дети в ужасе жались к Якума, который с глубоким сочувствием смотрел на девушку. Сокрушив несколько огромных камней, девушка плюхнулась на камни и разревелась. -- Госпожа, - снова обратился Якума. -- А? - девушка провела рукой по лицу, размазывая слезы и сопли. - Ты кто такой? Дети! Куда вы вели детей? -- В центр Деревни, вон к тому зданию, видите, на верхушке такие три рога торчат? - махнул рукой Якума влево. -- Ага, - девушка встала, еще раз вытерла лицо. - Сейчас. Хлопок! Девушка исчезла. -- Якума-сан, давайте мы поможем вам, - сразу же обратился один из детей к чунину, - пока Хлопок! Девушка появилась снова. -- Первый! - схватив двух детей, с хлопком снова исчезла. - Второй! Третий! Четвертый! Пятый! Шестой! Седьмой! Прежде чем чунин успел что-либо сообразить, девушка утащила всех детей. После чего огляделась вокруг, и расхохоталась, а потом снова расплакалась. Якума понимал, что девушка перед ним немного тронулась рассудком, но выбора у него не было, он был в ответе за детей. -- Госпожа, - сказал он настолько вежливо, насколько мог. - Что с детьми? -- Что с детьми? Что с детьми? - глаза девушки забегали. - Они все мертвы! Смотри вокруг, тут только мертвые дети! О -- С теми детьми, что вы унесли. Девушка нахмурилась, глаза опять забегали. -- Дети? Дети! Точно! Дети в порядке! Они в центре деревни, на том здании, что ты показал! Якума немного нервно сглотнул. Сам он никогда не забирался на верхушку Трехрогого здания, но поговаривали, что там располагалось одно из убежищ самого Ханзо Саламандры. До слуха Якума донесся топот шагов и бряцание оружия. Вряд ли его товарищи из "Капли - 3" позволили бы себе столько шума, значит это наемники Акацуки. И значит, шиноби Дождя и товарищи Якума погибли, выполняя свой долг. -- Госпожа, бегите, - сказал Якума. - Сейчас здесь будут наемники Акацуки. -- Акацуки? - лицо девушки исказилось в безумном оскале. - Акацуки?! Это которые ненавидят детей и хотят их всех убить?! Ахахахаха!!! Она выпрямилась и взлетела, прямо на глазах у выбежавших на площадь наемников. -- Ну, че, пидарасы, не ждали, а вот я пришла! - заорала девушка. - Детей убивать любите, да? -- Это кто вообще? - раздался возглас из рядов остановившихся наемников. -- Дурень, видишь, летает, значит шиноби, - кто-то пояснил снисходительным тоном. -- Эй, ты из какой Деревни? -- Я - шиноби?! Ахахахаха!!! - опять расхохоталась девушка. После чего ткнула палочкой себе в горло и заговорила низким, пугающим голосом, почти басом. -- Запомните, ублюдки, я -Грейнджер Гермиона, маг из Конохи, и я несу возмездие во имя Луны! С этими словами, она запустила руку в подсумок за спиной и что-то там ухватила. Якума удивился, что такое "маг", но вот слова "из Конохи" звучали обнадеживающе. Неужели Лист прислал помощь в эту трудную минуту? -- Да хули слушать, убейте ее! - раздался повелительный выкрик. В Гермиону полетели кунаи, ножи, сенбоны, стрелы и даже несколько топориков. Не долетая примерно десяти метров до парящей в воздухе девушки, оружие превращалось в воду и разлеталось брызгами. Пара капель упала на лицо Якума, вода как вода, даже слегка теплая. -- Теперь моя очередь! ОДАБ!!! С этими словами Гермиона метнула в наемников горсть деревянных шариков, немедленно взорвавшихся. Во все стороны полетела кровь и куски мяса, наемники падали, роняли оружие, хватались за животы и руки-ноги, ругались и отскакивали в сторону, зажимая раны. -- Редукто! Конфринго! Диффиндо! Ступефай! Протего! Редукто! Гермиона кружила над наемниками, осыпая их техниками. Те метали в нее оружие, превращавшееся в воду, грозили кулаками, пытались спрятаться и подловить из засады. На лежащего немного в стороне Якума никто даже не обращал внимания. Чунин Амегакуре же, в свою очередь, с удивлением и чувством радостной мстительности наблюдал за избиением отряда наемников, быстро уменьшающегося в численности. -- Редукто! Акцио кунаи! Внезапно все кунаи устремились к Гермионе, превращаясь в полете в воду. -- ОДАБ!!! - новые взрывы, Якума присыпало пылью и крошкой. - Диффиндо! Убегать бесполезно, у мальчика феноменальная память! Левитация! Два наемника внезапно взмыли в воздух и тут же рухнули, вниз головами. -- Ахахахаха!! - хохотала Гермиона. - Я вам, блядям, покажу, как детей трогать! Бойтесь, твари! Фиендфайр! Инфрасонус! Гермиона носилась над головами наемников, крича на них, и Якума испытал настоящий страх, когда она пролетала над ним. Такой оригинальный способ выпуска ки в другой раз непременно заинтересовал бы его, но сейчас Якума хотел только добраться до детей и убедиться, что с ними все в порядке. Пускай выжила только треть, но ведь выжила же! Выжила, благодаря, безумно носящейся над площадью Гермионе, которая ежесекундно применяла и применяла техники, в основном взрывая наемников. Не менее десятка бойцов, в основном шиноби - нукенины, в стороне метались и орали, безуспешно пытаясь сбить яростное, разгорающееся пламя. -- Мы все равно тебя не боимся! - выкрикнул кто-то из раненых командиров. Он стоял, опираясь на длинный меч, зажимая второй рукой рану в боку. -- Спустись и сражайся лицом к лицу! -- Да запросто! Хлопок. Девушка оказалась прямо за спиной раненого. -- Шквал! - и наемника унесло вперед, протащило и размазало по камням. Она повернулась к остаткам отряда наемников, семь или восемь человек стояли в стороне, прижавшись спинами к бывшей статуе. Наемники слегка побледнели, но подняли оружие, а один из них крикнул. -- Иди в жопу! Мы тебя не боимся! К вечеру вся ваша Амегакуре будет у нас сосать! -- Что вы сказали, навозные черви?!! - неожиданно прогремело за спиной Якума. Знаменитый ядовитый плевок Саламандры размазал наглецов об статую. К Якума бежали шиноби Амегакуре, и чунин внезапно испытал чувство предельной слабости и облегчения. Свои. Помощь. Ханзо-сама вышел на поле боя, значит Дождь победит! -- Кто это? - спросил подбежавший к Якума ирьенин, кивая в сторону Гермионы. -- Сложный вопрос, - ответил чунин, глядя на упавшую девушку. - Очень сложный, но она не враг, это точно. Штормит и крутит в животе. Что произошло? Голова раскалывается, виски сжимает, как будто клещами. Руки, ноги, одежда, все в крови и грязи. Хочется рыдать и хохотать одновременно, ноги подкашиваются, а сердце бухает, как будто пробежал четыреста метров на скорость. Облизываю губы, привкус рвоты, земли и крови. Воспоминания пробиваются, но еле-еле, как будто смертельно напился. Что вообще тут произошло? Дети. Дракон. Смерть. Вокруг трупы и еще раз трупы. Это я их всех? Бегают какие-то шиноби , что-то кричат и трясут руками. Хочется упасть и не вставать, ощущаю сильнейшее магическое истощение, как будто колдовал трое суток без перерывов. Шиноби Амегакуре что-то хотят от меня, но отказывает слух. Моргаю, они что-то говорят и показывают на трупы. Приподнимаю левую руку, ладонью к ним. В подсумке экстренная аптечка, сейчас закинусь зельями. Обезболивающее, энергетик, еще энергетик, стимулирующее, в аптечке полно боевой химии, жру горстями. Мужик в прозрачной маске стоит верхом на голове ящерицы и, сложив руки, смотрит прямо на меня. Взгляд ощутимо давит, и это странным образом отрезвляет. Или просто действуют лекарства? О, так это ж Ханзо Саламандра верхом на саламандре! И смотрит странно, гыгыгы, дурачок, магичку никогда не видел что ли? Заливаюсь хохотом, ржу до колик в животе, аж слюна и сопли летят наружу, тыкаю в саламандру пальцем. Шиноби Аме отходят, странно поглядывая, а я хохочу. Откуда-то сбоку выбегают наши: Джирайя, Какаши и Наруто между ними. Внезапно понимаю, что бросил их в незнакомой Деревне, и мне становится не просто страшно, а страшно до слез. Реву, утирая сопли и слезы рукой, а потом внезапно понимаю, что все зря, все пропало и останавливаюсь. Боль в голове отступает, в теле странная легкость и опустошение. За время моего концерта действующих лиц на площади прибавляется. Трупы и упавшая статуя по центру. Подрывник на новом драконе на севере, Ханзо со своей саламандрой, десятком помощников и тремя десятками генинов, на западе, а наша компания на юге. С востока, из двух проулков, выбегают новые наемники. Встают несокрушимой стеной, выставив мечи. Видимо горбуна в плаще Акацуки, медленно выползшего из проулка за спинами наемников, они боятся больше. Также на крыше чудом стоящего дома на востоке площади появляются еще две удивительно знакомые фигуры, и тоже в плащах Акацуки. Учиха Итачи и Хошигаке Кисаме. У Какаши поднята повязка, закрывающая шаринган, и свежая царапина на лице, а Наруто явно на грани. Вертикальный зрачок и красные глаза, яростное рычание сквозь стиснутые зубы. Джирайя еще не вызвал Жаб-Отшельников, но делает знак, означающий, что сейчас пойдет в сенмод. Складывает печать концентрации. Ну что же, пока идут предбоевые разговоры, самое время. -- Это не гражданская война, тут Акацуки, - сообщаю нашим. -- Да, мы уже столкнулись с ними, - отвечает Какаши. -- Ну надо же, сам Ханзо Саламандра нас почтил своим присутствием, -- насмешливо и хрипло говорит горбун в плаще Акацуки. - И шиноби Листа, правда, какие-то слабые. Наверное, потому, что новая Хокаге -- женщина, а они, как известно -- Не смей обижать бабулю Цунаде!!! - немедленно орет Наруто, легко заглушая всех и вся вокруг. Какаши кладет парню руку на плечо и стискивает, призывая к спокойствию. Меня же стискивает новый приступ боли, как будто в затылок загоняют гвоздь, держа клещами виски. Ханзо презрительно сплевывает, и то же самое немедленно делает его саламандра, прибив плевком трех наемников, и отравив еще с десяток. Горбун мечтательно втягивает дымок от яда саламандры и кривится. -- И яды слабые, похоже, шиноби вырождаются. Новыми Каге становятся женщины, и это погубит Коноху и Суну, а вслед за ними -- Заткнись! Заткнись! - Наруто все-таки не выдерживает и рвется вперед. Все настолько быстро, что осознаю происходящее, только когда Какаши перехватывает Наруто на полпути и возвращает обратно. Наруто ярится и рычит, но Какаши говорит просто. -- Успокойся, Наруто, иначе ты не сможешь достать его. И о чудо - это действует. Наруто останавливается и расслабляет плечи. О боги, как же мне плохо, глаза так и норовят сбиться в кучку, а колени подогнуться. Горбун переключается на Ханзо, который все еще стоит неподвижно на голове безглазой ящерицы, которую язык не поворачивается назвать саламандрой. В адрес Ханзо летят какие-то оскорбления от горбуна, но лидер Амегакуре невозмутим. -- Зачем вы пришли сюда? - спрашивает Ханзо, демонстративно обращаясь к нам. -- Хотел провести рекламную компанию своих книг, - тут же отвечает Джирайя. - Ну и о жизни поболтать, вспомнить былые деньки. Ханзо еле заметно усмехается, как будто давая понять, что оценил шутку. -- Сегодня шиноби Конохи - наши союзники, - приказывает Ханзо. - Остальных - убить! -- Если кто и умрет, то это будешь ты! - сразу отвечает подрывник, тыча пальцем. - Твои яды ничто против моего Искусства! -- В атаку, - хрипит горбун, и наемники, вздрогнув, бегут, подняв мечи и кунаи. -- Наруто, прикрывай Гермиону, - командует Джирайя. - Какаши, действуем по плану, будь готов захлопнуть ловушку по моему сигналу. -- Хай, Джирайя-сама, - отзывается Какаши. Итачи начинает складывать печать, а Кисаме вытаскивает свой меч-леденец. Так, чур этот пидарас на драконе - мой! Теперь не убежит! Ух, я ему в задницу взрывчатки-то напихаю! Джирайя успел подготовиться к долгой драке, то есть вызвал Ма и Фукасаку, морально настроился на сражение среди сражения, когда необходимо следить не только за непосредственным и очень могущественным врагом, но еще и учитывать возможные атаки со всех сторон от слабых шиноби. А также следить за действиями других лидеров врага, и взаимодействовать с друзьями, а также оказывать им помощь. Теперь он пытался нарисовать примерный контур боя, сводя воедино знания о кукольниках. Как Коноха являлась монополистом в додзюцу, так и Суна практически полностью подмяла под себя направление марионеток. Секреты их создания, модернизации, встраивания новых возможностей, а также обучения новых кукольников. Другие деревни пытались освоить секреты управления марионетками, но никто не достиг особых высот, так что в некотором роде специализация эпохи кланов сохранялась. Теперь уже в большем масштабе, и на уровне деревень. Со времен сражений второй войны, Джирайя знал и главные слабости марионеточников. Во-первых, они управляют куклами при помощи нитей чакры, которые можно просто обрезать, нарушая управление. Во-вторых, сами кукольники слабы в бою, поэтому обычно или прячутся, или стоят сзади, прикрываясь марионетками. Вхождение в клинч с кукольником резко повышает шансы на победу, если мастер марионеток, конечно, не припрятал управляемый сюрприз заранее. В-третьих, марионеточники не могут создать что-то новое на поле боя, они ограничены возможностями своих кукол, как правило, это взрыв-печати, метательное и режущее железо, попытки атаковать толпой, яды на лезвиях. Такого Джирайя не особо боялся, но все же вколол себе универсальный антидот производства Цунаде. Смущало его другое. Будучи марионеточником, шиноби S-ранга ты не станешь, лучшая из кукольниц Суны, старейшина Чиё тому живой пример. Предел кукольника -- десять марионеток, и как бы хороши они не были, для S-ранга шиноби этого недостаточно. Но этот странный горбун -- Сасори, работающий в паре с взрывником Дейдарой, носил плащ Акацуки. То есть у него под горбом спрятаны какие-то секреты, что-то еще в дополнение к марионеткам, и вот этот неизвестный фактор беспокоил Джирайю. Не всегда в бою есть возможность отразить новую технику, справиться с неизвестными обстоятельствами, а ведь сейчас Джирайя не один, за его спиной команда, рассчитывающая на могучего саннина. Прежде чем ловушка захлопнется, надо выяснить возможности Акацуки, и это значит - бой. -- Предлагаю ту же тактику, что с Хокаге в Конохе, - проскрипел с левого плеча Фукасаку. -- Согласна, - отозвалась Ма. Вообще ее звали Сима, но сокращение до Ма ей нравилось больше, ибо она, как будто и вправду мама, заботилась о жабах горы Мьёбоку. -- Ну, ты готов? - спросил горбун. - Ненавижу ждать! -- Я готов! - выкрикнул Джирайя. - Могучий и смелый, в бою и в любви -- Заткнись, - оборвал его Сасори, - раздражаешь. -- Снаряд жабьего масла! - плюнули одновременно Жабы-Отшельники. -- Искусство Отшельника: Гигантский Расенган! Джирайя раскрутил двадцатиметровый шар чакры прямо в прыжке, устремляясь к Сасори. -- Это будет интересная драка, - отметил Сасори, распахивая пасть куклы-Хируко, имитирующей его тело горбуна, под плащом Акацуки. Перед Какаши, едва не заставив Копирующего вздрогнуть, внезапно возник Учиха Итачи. -- Какаши-сенсей, - как всегда спокойно сказал Итачи. -- Ты стал совсем взрослым, Итачи, - Какаши изготовился к драке. - Вот только не пойму, что ты делаешь здесь, когда твой брат находится под властью Орочимару? -- Я вырезал свой клан, - голос Итачи похолодел, - убил своими руками отца и мать, а все почему-то думают, что меня волнует судьба Саске. Цукиёми! Какаши замешкался на долю секунды и не успел уклониться, попав в одно из мощнейших гендзюцу клана Учиха. Он висел на кресте, распятый, а вокруг стояли множество Итачи с мечами в руках. -- Здесь, в реальности Цукиёми все подчиняется мне, - сообщил Итачи, - так что не пытайтесь вырваться Какаши-сенсей. Какаши машинально окинул взглядом багрово-красную равнину вокруг, с небом того же оттенка, и промолчал. -- Вы будете страдать, сенсей! - сообщил Итачи, вонзая меч в Какаши. Боль. Еще. И еще, и еще, и еще. В момент, когда Какаши думал, что уже больше не выдержит, боль прервалась, и бесстрастный голос Итачи сообщил. -- Прошла одна секунда из семидесяти двух часов, отведенных вам, Какаши-сенсей, в этой реальности. Вы будете страдать непрерывно, а там, снаружи, пройдет всего одно мгновение. Такова истинная сила Мангекё Шарингана, высшей ступени шарингана, который не принадлежит вам по праву рождения. Мечи снова начали вонзаться в Какаши. -- В вас говорит воспитание Конохи, - продолжил Итачи после второй секунды страданий. - Вас окружают иллюзии дружбы, братства, верности деревне, и вы никак не можете понять, что меня не интересует мой младший брат. -- Почему же ты его не убил? - через силу спросил Какаши, пытаясь отдышаться. -- Потому что к тому моменту уже проверил пределы своей силы, - сообщил Итачи. - Теперь я проверил ваши, Какаши-сенсей, и узнал, что вы тоже слабы перед мощью Учиха! Вам, как и моему младшему слабаку - братцу, не хватает ненависти! Подлинной любви и подлинной ненависти, того, что может зародиться только в сердце и голове подлинного Учиха, наследников Рикудо Сеннина! Какаши изумленно смотрел на Итачи, тот оборвал себя. -- Когда вечность Цукиёми закончится, вы упадете Какаши-сенсей и умрете от повреждений в мозгу. Для окружающих пройдет лишь секунда, так что у меня будет время, затем проверить силу Джирайи и победить его. После чего мы заберем джинчурики и Гермиону, и убьем Ханзо! -- Зачем ты рассказываешь мне это, Итачи? - спросил Какаши после третьей секунды. -- Чтобы вы, Какаши-сенсей, осознали всю иллюзорность окружающего мира, - без тени улыбки ответил Итачи. - Осознали, что подлинна вокруг только ненависть, боль и сила, рождающаяся из них.

Глава 7

1 ноября 77 года. Аме, страна Дождя. События закручиваются резко, в объеме, как оно обычно и бывает у шиноби. Вначале разговоры и мысленная подготовка, а потом все резко и быстро. Подрались, разбежались, отдышались, составили новый план и новая молниеносная стычка. Это генинам позволительно сразу бежать в атаку, а в драках высших шиноби -- на площади их сейчас семеро, включая Какаши - кто кого перепланировал изначально, тот и победил после многочасового махача. Пытаюсь ускориться, но тело почти не слушается. Наемники мчатся вперед, размахивая мечами и кунаями, и громко ругаясь. Паренек на драконе величественно взмывает выше, не вынимая рук из подсумков. Горбун медленно ползет вслед за наемниками, придавая оным храбрости и прыти. Шиноби Амегакуре рассыпаются вдоль развалин, и двух домов, и начинают сосредоточенный обстрел наемников. Десяток, прибывший с Ханзо, бьет техниками Воды, в основном ударно-рассекающими, от которых наемники прячутся и падают на землю, укрываются за статуей и трупами товарищей. Генины мечут сюрикены, кунаи и сенбоны из дырявых зонтиков, переводя дыхание и экономя чакру. Мне немного легче от медицины, но все равно тяжело. Сейчас, еще немного постою, отдышусь, соберусь с силами, верну концентрацию и достану этого подрывника на драконе. Джирайя, в измененном состоянии, с жабами на плечах, уже набегает на горбуна и подрывника, отлично, вдвоем мы их точно завалим! Сейчас, сейчас, еще немного отпустит, а то даже сконцентрироваться на телепорте не могу. Разозлиться бы, да голову терять неохота во всех смыслах! Секунды промедления решают судьбу, ибо в драку вступает вторая двойка Акацуки. Все происходит настолько быстро, что ни я, ни Наруто не успеваем толком среагировать. Внезапно рядом с нами оказывается Кисаме и бьет раздувшимся мечом, оскалившим зубастую пасть. Лечу в сторону, это Наруто отбрасывает меня и принимает на себя основной удар меча. Вижу, как перед Какаши возник Итачи, стоят и смотрят друг на друга. Исключительно на рефлексах, практически не соображая, бросаю пару Подушек, смягчая приземление на камни. Удар все равно жесткий, выбивает воздух из груди, сбивает даже те крохи концентрации, что еще оставались. Голова раскалывается от боли, силюсь встать, собраться, потому что надо уходить отсюда, бежать, эти противники мне точно не по зубам. Нет сил на телепорт, но портал еще со мной, надо всего лишь достать его из подсумка. Пинок в ребра отшвыривает, что-то хрустит и ломается, теряю сознание. Опять шум вокруг и в голове, все плывет, в ушах гул и крики, в груди боль. -- Очнись, сестренка! - кричит чей-то голос. - Очнись! -- Сдавайся, джинчурики, - еще голос, презрительным тоном. Точно! Собраться и бежать, но вначале открыть глаза. Передо мной спина Наруто, комбинезон разодран, хитайате в стороне, сам паренек тяжело и часто дышит. Перед ним, оскалив треугольные зубы, возвышается человек-акул, Хошигаке Кисаме. Он спокоен и невозмутим, плащ Акацуки слегка колышется, в руке огромный меч, скалящий огромную пасть. -- Узумаки Наруто никогда не сдается! Это мой путь ниндзя! Множественное Теневое Клонирование! Пространство между мной и Кисаме заполняется клонами Наруто, каждый сжимает кунай и готовится к атаке. Появление клонов бьет новым приступом боли по голове и глазам, мозги тормозят, и поэтому просто тупо слежу за неравной дракой. Клоны Наруто бегут в атаку, Кисаме, без всяких техник, развеивает их, бьет мечом, ногами, локтями, идет вперед, сквозь толпу, как ледокол по реке. Толпа клонов Наруто, лопаясь и развеиваясь, отважно бросается под меч, в конечном итоге останавливая его. Шестеро клонов, оставшихся от сотни, упираются кунаями в меч-леденец, и кричат. -- Постой, постой, постой! Они стоят буквально в двух шагах от меня, упираясь ногами и сдерживая меч, который давит и напирает. Ухмыляющийся как акула Кисаме произносит скрежещущим голосом. -- И это все, на что ты способен, джинчурики? -- Получай! Расенган! Еще шестерка клонов, по двое на расенган, взмывают в воздух за спиной Кисаме. Тот поднимает левую руку. -- Сметающая волна! И огромный поток воды смывает клонов с расенганами, а те, что держат меч, просто лопаются. -- Самехада довольна, - скрежещет Кисаме, а меч высовывает язык и облизывается. Да, это уже не холодное оружие, а мутант какой-то! -- Не сопротивляйся и Самехада быстро и безболезненно высосет твою чакру, - начинает Кисаме, делая шаг вперед. -- Я еще не сдался!!! - и между нами снова возникает Наруто. - Не смей трогать моих друзей, ты, ублюдок! -- Раз ты так хочешь, тобой займусь первым, - сообщает Кисаме, а меч снова облизываеися. - Самехаде нравится твоя чакра, джинчурики! -- Меня зовут Узумаки Наруто! Запомни это имя! Это имя шиноби, который надерет тебе задницу! Кисаме хохочет, показывая острые треугольные зубы. Смотрится жутковато, честно говоря. О, я же хотел уйти порталом! Так, сосредоточиться, перевернуться на бок, залезть в подсумок и достать портал, уйти в Коноху. Пусть шлют подкрепления, похоже, мы проигрываем! Джирайя маневрирует, горбун и подрывник не дают ему приблизиться к нам. Попутно эти трое перепахивают площадь в нечто непотребное, а шиноби Дождя и наемники разбегаются в разные стороны, громко крича. Еще в сторонке Итачи машется с Ханзо, вроде бы, потому что в этот момент в меня врезается Наруто, вышибая дыхание, опять сбивая концентрацию и ломая ребра и подсумок. С отчетливым, невероятно противным треском, из подсумка вываливается и оказывается под нами все содержимое, перемешанное в однородную деревянную массу. Кисаме удивленно смотрит на это шоу, а я, немного придя в себя от острой боли, вспоминаю, что и у Наруто есть портал в подсумке. Но дотянуться не успеваю. Из Наруто лезет красная чакра Лиса, обволакивая Узумаки, формируя хвосты, трансформируя тело. Кисаме, насмешливо скаля треугольные зубы, тычет в нашу сторону окровавленным мечом, который жадно чавкает чем-то и облизывается. Наруто, рыча, припадает на четвереньки, не давая дотянуться до его подсумка, взять портал и активировать. -- Ну, надо же, лисенок скалит зубки, - хохочет Кисаме. - Давай, а то я уже заскучал! Приступ болевого возбуждения проходит, бессильно валюсь на дерево. -- Ты ранил моих друзей! - еле внятно рычит Наруто. - Умри!!! Прямо из позиции низкого старта, на четвереньках, припав головой к дереву, Наруто стартует, махнув перед моим носом тремя хвостами. Рывок! Удар! Наруто летит обратно, без покрова Лиса и без сознания. Самехада опять чавкает и облизывается. Внезапно до меня доходит. Я же лежу на нескольких кубометрах чакропроводящего дерева! Сжать палочку покрепче в кулаке, опустить руки на дерево, и пока снова не отключился, запустить Трансфигурацию. Это будет очень громкий бадабум, унесет Кисаме и его меч прямо на Луну. -- Да, я несу возмездие во имя Луны, - бормочу сквозь силу. -- Ты пока нужна нам живой, - Кисаме медленно подходит, - но Самехаде ты не нравишься. -- Взаимно, - опускаю руки. Удар сбоку опрокидывает и скидывает с деревянного пьедестала. Палочка отлетает в сторону. -- Это было неосторожно с твоей стороны, - заявляет Итачи. -- Да ладно, хотелось посмотреть на ее техники, - с этакой наглой развальцой в голосе отзывается Кисаме. -- Разве ты забыл слова Зецу? - Итачи наклоняется и подбирает палочку. Прячет куда-то в рукав плаща и разворачивается ко мне. То, что я еще в сознании, заслуга выпитых лекарств и вернувшейся злобы, душащей, застилающей глаза яростью, желанием рвать, кусать, убивать. Пусть только подойдут ближе, пусть только подойдут! Коснуться и телепорт с расщеплением, или вжарить с двух рук, ударить водой, главное чтобы подошли ближе, встали рядом. -- Да ладно, что я, слабее Орочимару? - улыбается Кисаме. - Он справился, и я бы справился! -- Ты забыл про убивающую технику, - спокойно парирует Итачи. Говорят так спокойно, как будто за их спинами не бушует сражение! Это злит вдвойне. Сжимаю в руках какие-то подвернувшиеся камни. Пускай не дерево, но Трансфигурация возможна из чего угодно. Чуть-чуть потянуть время, а потом я взорву этих гадов. Главное не потерять сознание. Итачи демонстративно не спеша подходит, сверкая красными глазами, в которых крутятся три запятых. Холодная щекотка в голове подсказывает, что он пытается наложить гендзюцу, но безрезультатно. -- Значит, мне не соврали, - спокойно замечает Итачи, останавливаясь в трех метрах. - Интересно, Цукиёми вас возьмет, Гермиона-сан? Кто там меня брать собрался? Так, ну давайте, подойдите еще на метр! -- Самехаде все равно не нравится эта девчонка, - Кисаме встает на лепешке из чакродерева, с мечом, закинутым на плечо. - Бери джинчурики, я вырублю ее и возвращаемся, остальным нужна помощь. -- Постой, - прерывает его Итачи. - Не подходи к ней, кто знает, какие еще фокусы у нее в запасе? Мне показалось, или он мне незаметно подмигивает? Глюки, наверное. И без того соображать трудно, уж добили бы и все, чтобы не мучиться. Где там Наруто, что -- то его не слышно? Ну, давайте, подойдите еще на метр! Еще немного и уже ничего не смогу, а эти гады время тянут. -- Да нет у нее уже никаких фокусов. Видишь, как глазами сверкает? Остались бы техники, давно бы уже применила! - и Кисаме опять вытягивает свой меч. Тот ухмыляется и облизывается, раззявив пасть. Фуу, какое гнусное зрелище, особенно в сочетании с топорщащимися из тела меча шипами. Да, я безвреден, подходите уже! -- У нее нет чакры, - спокойно и размеренно возражает Итачи. - Мой шаринган не видит никакой чакры, а гендзюцу не действует. Но она применяет техники, так что нужно быть осторожными. -- Ну-ну, - ухмыляется Кисаме, - ты же забрал ее палочку! Обычная раненая девчонка, слабая, беззащитная, испуганная, лежит и дрожит перед нами. Драка идет, а они болтают и не подходят. Уррроды! Убью! -- Н-на! - пытаюсь кинуть камешки в их сторону. Стремительные движения ногами, камни отлетают в сторону и там взрываются. -- Вот, я же говорил, - назидательно сообщает Итачи напарнику. - Бери джинчурики, а я возьму девчонку. -- Давай лучше я возьму девчонку, - скалится Кисаме, - маленькие девочки меня любят! -- Однажды я засуну тебе Самехаду в жопу и проверну два раза!! - истерично визжу, голос срывается на писк и визг. Кисаме хохочет и разворачивается, чтобы уйти. Останавливается, поворачивает голову. -- А с Копирующим Ниндзя, что с ним будем делать? -- Я извлеку шаринган и убью его, - ответил Итачи. - Время пришло. Срочно надо разозлиться и взорвать все вокруг нахрен. Но все мои попытки пафосно разозлиться и превозмочь проваливаются, и, кажется Итачи подходит, сверкая уже обычными глазами без шарингана. Внезапно вокруг нас вырастает огромная красная пульсирующая стена, и понимаю, что все, можно попрощаться с сознанием. Пошли глюки, и хрен знает, взгляну ли еще на мир или меня выпотрошат и освежуют до этого? Вот тебе и поборолся за мир и детей во всем мире, ага, самонадеянность и гордыня подвели, и стенки желудка или кишки сужаются, сужаются и сужаются. Нет, наверное, все-таки меня можно поймать в гендзюцу, вот и чудится хрень. -- Да, это была моя ошибка, - раздается голос Джирайи. Ну, спасибо подсознание! Отключалось бы уже, а не имитировало сценки снятия вины, и прочую глубокомысленную психодребедень, как в дешевых фильмах. Джирайя - как живой! - подходит, цокая сандалетами прямо по плоти, оказавшейся вместо земли, и садится рядом на корточки. -- Гермиона, - ласково говорит он, - если ты еще в сознании, держись, не умирай. Враги отступили. -- Аааа, - мычу в ответ, ибо с хрена ли враги бы отступали на пороге победы? Явно же у меня глюки, и подсознание или еще какая мозговая субстанция несет пургу, чтобы успокоить организм. Или сам себя успокаиваю, не желая принимать и возвращаться в реальность. -- Соберись, Гермиона! - настойчиво говорит Джирайя. - Продержись еще чуть-чуть! Сейчас отправимся обратно в Коноху, там госпиталь, там всем помогут! Точно, я же хотел отправиться порталом обратно в Коноху. Остается только поразиться детальности и достоверности бреда, потому что розовый сжимающийся желудок так никуда и не делся, а Джирайя говорит так спокойно, как будто не видит пульсирующих стен в прожилках. Да еще и озвучивает мои мысли о Конохе. И тут Джирайя складывает печати и произносит. -- Отмена! И все эта розовая хрень вокруг моментально исчезает, как и не было. Не сразу, но чувствую себя эпическим идиотом, потому что принял технику Джирайи за глюки отключившегося сознания. -- Желудок каменной жабы, - как ни в чем ни бывало, поясняет Джирайя. - Накрыл им и вас, и Итачи с Кисаме, но они сумели сбежать. Надо сказать, первый случай на моей памяти, зато теперь у меня есть прекрасный запечатанный образец Аматерасу. Это еще что за хрень? Ладно, все равно сил нет проявлять любопытство. -- Ты -- молодец, - продолжает Джирайя. - Заболтала их, я смог подобраться и нанести удар! Все в порядке, все спасены, все живы, хоть и без сознания. А, ну тогда и я пойду. Медленно уплываю в беспамятство, слыша напоследок. -- Сейчас, вернемся в Коноху, все будет в порядке. 1 ноября 77 года. Госпиталь, Коноха, страна Огня. Появление трех АНБУ и грязного, запачканного Джирайи с двумя бесчувственными телами, Хатаке Какаши и Грейнджер Гермионы, произвело фурор в госпитале. Персонал немедленно забегал, как наскипидаренный, буквально через минуту появилась сама Пятая Хокаге, Сенджу Цунаде, тут же начавшая командовать. -- Раздеть, отмыть, в операционную. Гермиону проколоть обезболивающим, ей я займусь сама, Шизуне -- ассистируешь! Что с Какаши? Пока Джирайя отвечал, Цунаде переодевалась, а раненых увезли на каталках. -- Столкнулся с Итачи, две секунды и упал, - объяснил Джирайя. - Скорее всего, попал под самое мощное из гендзюцу, даруемых шаринганом, Цукиёми. Все, в дальнейшей стычке с Акацуки не участвовал. -- Понятно. Что с Наруто? Эй, Акеми, срочно сюда ирьенина Дасуки, пусть осмотрит Какаши, определит повреждения в мозгу! Повернувшись, она пояснила Джирайе. -- К счастью, еще остались те, кто лечил Учиха и помнит их особенности, и повреждения. Зачем ввязались в драку, почему не отступили? У Гермионы такой вид, как будто ее избивали ногами! -- Так и есть, - развел руками Джирайя. - Не сердись, Цунаде! -- Некогда! - рявкнула Пятая. - Отчет сдашь Третьему, инструкции там же! Все, пошел! Она стремительным шагом скрылась в глубине госпиталя, эхом закрывающихся дверей. Джирайя тоскливо вздохнул, понимая, что все равно не смог бы объяснить Цунаде глубину ловушки Акацуки, свою самонадеянность, и то, каким чудом они оттуда выбрались. Джирайя почесал в затылке, посмотрел на сопровождавших шиноби из АНБУ и сказал. -- Думаю, резиденцию Хокаге и сам смогу найти. -- Хай, Джирайя-сама! - отозвался Мартышка. - Не сомневайтесь, Какаши-сан и Гермиона будут под надежной охраной! Джирайя, утомленный донельзя случившимся боем, медленным шагом покинул госпиталь. Ночь с 1 на 2 ноября 77 года. Окраина Аме, страна Дождя. -- Забавная вещица, - сказал Ханзо, протягивая Джирайе портключ. - Но сегодня она меня спасла. -- Акацуки вернулись? - устало спросил Джирайя. -- Попробовали еще раз подловить, - не стал вдаваться в подробности Ханзо, - даже барьер поставили, но, но удалось выскользнуть. Вот уж не думал, что на старости лет буду биться бок о бок с шиноби Конохи и благодарить их за помощь! -- Вы помогли нам, Ханзо-сама, мы вам, - спокойно ответил Джирайя. -- Давай без этих суффиксов, Джирайя, - дружелюбно сказал Ханзо, - считай, что это просто разговор двух могучих шиноби, имеющих кое-какие общие воспоминания и оказавших друг другу помощь. -- Не получится, у меня миссия от Конохи к Аме, пусть и без официальных грамот, но все же. -- Один из Легендарной Троицы, получивший от меня это прозвище, потенциальный кандидат в Хокаге и напарник новой, Пятой Хокаге, Жабий Отшельник и знаменитый писатель, Джирайя, - со вкусом перечислил Ханзо, - о чем же может пойти официальный разговор? Коноха ищет укрепления позиций после событий месячной давности? Сейчас немного не то время и не то место. Разговор происходил на берегу искусственного острова, так что место, по мнению Джирайи, и вправду было не то. Пускай боевая обстановка, пускай отряды наемников Акацуки закрепились на севере и востоке Деревни, все равно, можно было пройти в резиденцию Ханзо. Тут Джирайя подумал, что Ханзо, возможно, опасается новой ловушки Акацуки, и это было вполне резонно. Припомнив инструкции, выданные Третьим, Джирайя ответил спокойно. -- Как видишь, Ханзо, Акацуки всерьез нацелились на тебя. Они будут атаковать деревню руками своих наемников, а когда ты появишься, убьют тебя или возьмут в плен. -- Пусть попробуют! -- Ты сегодня столкнулся с Учиха Итачи, легко было? В верхушке Акацуки девять шиноби S-ранга, и, как видишь, они умеют действовать совместно. Они же отступили не потому, что были разгромлены, а потому что поняли, что им не достать целей. Ханзо не ответил, но Джирайя понял, что попал в цель и такие мысли приходили в голову и Саламандре. -- Коноха имеет счет к Акацуки, и поможет Амегакуре и тебе, Ханзо, потому что ты олицетворение деревни Дождя и ее голова, - продолжал Джирайя. - Без тебя Амегакуре и дня не продержится против Акацуки. -- Поможет, - усмехнулся Ханзо под щитком-маской. - Как? Разве Коноха не ослаблена? -- Помощь не силами шиноби, разумеется. Средства мгновенного перемещения и связи, доступные к использованию любому шиноби. -- Это не решит проблемы Акацуки, - ответил Ханзо после паузы. -- Коноха, - Джирайя повел плечами, поправляя свиток за спиной, - предлагает следующее. Амегакуре предоставит всю имеющуюся информацию об Акацуки в распоряжение Конохи. В свою очередь, Коноха предоставит средства мгновенного перемещения и связи в распоряжение шиноби Амегакуре. Это позволит поводить за нос Акацуки, разгромить их наемников и собрать информацию о руководстве. Затем, силами шиноби двух деревень провести спецоперацию по ликвидации верхушки Акацуки. -- Если они до этого не отступят, - заметил Ханзо. -- В любом случае, Амегакуре избавится от угрозы завоевания, не так ли? -- Допустим, - сказал Ханзо. - В чем здесь выгода Конохи? -- Конохе мешают Акацуки, - просто ответил Джирайя, - особенно один из их бывших руководителей, Орочимару. -- Понимаю почему, - отозвался Ханзо. - Но этого мало. -- Также Коноха рассчитывает на поддержку Аме в возможном будущем конфликте Ива -- Коноха, - небрежно заметил Джирайя. Вот здесь Ханзо крепко задумался. Конфликт Великих деревень, да если он опять будет проходить на территории страны Дождя, это даже не вторжение Акацуки. -- Допустим. Это все равно потребует переговоров, - сказал он, наконец. -- Конечно, - встрепенулся заскучавший было Джирайя. - Третий Хокаге устроит? -- Да, - кивнул Ханзо. Джирайя невольно отметил, что и здесь учитель был прав. Ханзо мог не доверять Пятой, не зная, что представляет собой Цунаде как политик. Но вот Третьего он воспринимал нормально, именно как Хокаге и как олицетворение Конохи. -- Тогда вот, - Джирайя вручил другой портключ. - Этот ключ переместит тебя к Третьему в Коноху. -- Я думал, Сандайме сам прибудет сюда, - прищурился Ханзо. -- Такая встреча может привлечь ненужное внимание Акацуки, - возразил Джирайя. - Поэтому и я сейчас покину деревню Дождя, только ученика заберу. Решение за тобой. Джирайя развернулся и пошел по причалу за Наруто, оставив Ханзо размышлять над очевидным выбором. 01 ноября 77 года. Госпиталь, Коноха, страна Огня. В себя прихожу уже в палате. Глубокий вечер. Система с раствором, бинты, гипс, фиксирующий корсет, и удивительная пустота в голове. Доигрался хер на скрипке, что скрипку отобрали, и придется теперь лежать на больничной койке. Все сделал правильно, нельзя было бросать детей, но и нельзя было бросаться в бой, потеряв голову. Теперь меня ожидает только скука госпиталя. И тут, словно возражая моим мыслям о скуке, в палату врывается Карин, сверкая красными глазами. -- О, семпай, вы пострадали! - вопит она. - Но я спасу вас! Вы должны укусить меня! С этими словами она рвет на себе блузку, обнажая девичью грудь с набухшими розовыми сосками.