Часть 7
Вооруженный букетом ландышей и с замиранием сердца, Драко решительно постучал в дверь. В ответ тишина. Постучал еще раз. Снова тот же результат. И еще раз. Ничего.
Он нервно выдохнул и прислонился лбом к холодному дереву. Ее там не было, или она знала, что это он, и не хотела открывать дверь?
— Мисс Грейнджер взяла недельный отпуск.
Позади него раздался мягкий женский голос. Он обернулся и посмотрел прямо в ореховые радужки Аманды. Она слегка улыбнулась. Драко почувствовал, как стыд обжег его лицо. Он опустил взгляд, не в силах больше смотреть ей в глаза. Из-за того, чего он стал вчера свидетелем, ему было слишком неловко.
— Мне что-то передать?
— Нет, — ответил он без колебаний. — Я подожду, пока она вернется.
Аманда скрестила руки на груди и с сочувствием посмотрела на него. Драко поджал губы. Она его жалела? Ей бы следовало ударить его по лицу за то, что он прервал их вчера.
— Так это ты тот, в кого она влюбилась? — спросила она, опираясь на дверной косяк.
Драко неуверенно кивнул, но не был уверен, что это все еще так. Возможно, он уже и перестал им быть.
— Я с самого начала подозревала, что это ты. Видела, как сверкали ее глаза, когда она смотрела на тебя, пока ты не видишь. И когда наконец-то решилась спросить, в тебе ли дело, она чуть не выцарапала мне глаза, — рассмеялась Аманда. — Для меня это стало подтверждением.
Он ничего не ответил. Не знал даже, что на это можно ответить. Недолго думая, он всунул ей в руки букет.
— Это тебе, — сказал он, не встречаясь с ней взглядом. Ее губы приоткрылись, и она быстро заморгала, совершенно сбитая с толку. — Простите, что помешал вам вчера.
Аманда прижалась лицом к букету и вдохнула аромат цветов. Выражение ее лица снова смягчилось, и Драко понял, что Ян видел в ней все это время. Она была... прекрасна. По-своему.
— Ничего страшного, — хихикнула она, — Потом мы пошли ко мне и... закончили.
Драко снова смутился. Не зная, что делать с руками, он засунул их в карманы. Они стояли молча, а атмосфера становилась все тяжелее и тяжелее. Или, по крайней мере, ему так казалось. Если не считать вчерашнего инцидента в кабинете Грейнджер, это был первый раз, когда он остался без языка при женщине. И вдобавок ко всему, при той, к кому он ничего не чувствовал. Вероятно, ему следует сменить имя на Брюэр. Драко Брюэр. Это имело бы больше смысла. Фамилия Малфой ему больше не подходила.
— Пожалуйста, не разбей ей сердце, — сказала она вдруг совершенно серьезным тоном.
На этот раз у него не было другого выбора. Пришлось посмотреть ей в глаза. Она была такой спокойной и собранной, и все же Драко чувствовал, что где-то под ее кожей скрывается настоящая воительница. У него было ощущение, что, если он причинит вред Грейнджер, она лично задушит его голыми руками. Он грустно улыбнулся. Что он мог ответить? Ведь он уже это сделал.
— Слишком поздно, — ответил он.
Драко слишком много раз лгал в своей жизни. Теперь пришло время для правды, встречая последствия лицом к лицу.
Аманда какое-то время внимательно изучала его. Хоть и ожидал этого, он не увидел на ее лице ни капли гнева. Наконец она заговорила деловым тоном.
— Я не знаю, что произошло между вами, но не думаю, что она списала тебя со счетов. Гермиона очень верит в людей. Тебе просто нужно дать ей немного времени.
Драко хотелось верить ее словам. Но стоит ли? Был ли у него шанс?
***
Он был уверен, что как только Ян его увидит, то в смущении спрячется за экраном компьютера. Но вместо этого он поприветствовал его в прекрасном настроении и с широченной улыбкой на лице. Он был одет в свои привычные вещи, а волосы, хотя и гораздо короче, снова торчали во все стороны. Все говорило о том, что его сексуальная версия ушла в небытие.
— Привет, босс! — крикнул он весело.
— Привет, — Драко ответил тихим голосом.
Ян, казалось, совсем не смущался из-за всей той ситуации. А Драко – как раз наоборот. Может они действительно поменялись характерами?
Драко сел в кресло напротив него и зашипел, когда случайно задел предплечьем подлокотник. Рана, которую он нанес себе вчера, была перевязана, но каждый раз, когда он к ней прикасался, было дьявольски больно. И хорошо. Драко специально не принимал обезболивающий элексир. Он не заслужил на то, чтобы ему стало легче.
— Прости, что не постучал вчера, — начал он.
— Ой там, не волнуйся об этом. — Ян махнул рукой. — Это нам следовало закрыть дверь.
Драко подозрительно посмотрел на него. Он прищурился и выгнул бровь, когда Ян начал напевать себе под нос. Тот вел себя так, будто Драко вчера поймал их за настольными играми. Что-то в нем явно изменилось. На первый взгляд это был старый добрый Ян. Однако, посмотрев глубже, он казался... более зрелым? И уж точно более уверенным в себе. Драко почувствовал к нему своего рода восхищение. Он гордился им, как старший брат, чей младший только что научился летать на метле.
— Ну что ж... И как прошло? — осторожно спросил Драко.
— Хорошо. Очень хорошо.
— Вы это сделали?
Этот разговор был более незрелым, чем Драко мог ожидать.
— Семь раз — робко ответил он.
Челюсть Драко с грохотом ударилась об пол. Какое-то время он не мог выдавить из себя ни единого слова. Кончик носа его помощника окрасился в алый цвет. Все же в нем осталось немного прежнего Яна.
— Ради Салазара, Ян, я не знал, что ты такой умелый игрок. — Драко не смог сдержать смешок. Ян действительно начинал на него походить. Вернее, они поменялись ролями...
— И... сегодня утром тоже.
Драко недоверчиво посмотрел на него. Это был Ян... Вечно пялившийся в экран задрот, который до этого момента, в панике убегал, как только какая-то женщина заговаривала с ним. Неужели это сидело там все это время, тихо ожидая, пока его не обнаружат?
— Никогда не думал, что скажу это, но... Я горжусь тобой, Ян.
Его помощник прыснул со смеху.
— Спасибо, босс.
— А что случилось с твоим прикидом? — Драко указал на его штаны и рубашку.
— О, Аманда сказала, что предпочитает меня таким, какой я есть.
— Означает ли это, что... Ты нравился ей раньше?
— Угу, — кивнул он. — Я тоже не мог в это поверить. Она сказала, что хотела сама сделать первый шаг, но слишком стеснялась. Можешь в это поверить?
Аманда была слишком застенчива, чтобы поговорить с Яном. Мир перевернулся.
— Ну что ж, неплохо, — прокомментировал Драко.
— А что насчет тебя и Грейнджер? Ты наконец поговорил с ней? — спросил Ян.
Внезапно Драко понял, что Ян понятия не имел, что Драко был тем загадочным парнем из дневника. Он рассказал ему все вкратце. О том, как он ворвался в кабинет Поттера, а затем о стычке с ней. Ян слушал молча, все шире и шире раскрывая голубые глаза.
— Но если она сохла по тебе, то почему сбежала? — обеспокоенно спросил он, когда Драко закончил свой рассказ.
— Если бы я только знал... — беспомощно ответил он. — Аманда сказала, что она взяла неделю отпуска. Наверное, я увижу ее только на суде...
— Кстати, суд. У тебя уже есть план что делать? У тебя осталась всего неделя... — Ян состроил обеспокоенную гримасу.
— Никакого плана. Мне наплевать, что там будет, — пренебрежительно ответил Драко.
— Я думал, тебе очень важна эта победа...
— Была, — вздохнул он. — Но сейчас уже нет. Тем более, что бы я ни делал, и так не выиграю. На самом деле, я уже проиграл, как только начал читать ее дневник.
Драко не мог поверить, что то, что должно было обеспечить ему победу, парадоксальным образом сделало его проигравшим.
— Даже не хочу думать, какая будет реакция Цириллы... Она уже звонит как чокнутая. Даю слово, что уйду с этой работы, если снова услышу ее визгливый голос по телефону, — Ян неестественно скривил губы.
— Я даже слышать не хочу об этой гнусной женщине, — фыркнул Драко.
— Помни, что ты сам взял это дело, хотя прекрасно знал, какая она. Как-то тебя тогда не очень волновала судьба их детей.
Слова Яна ужалили его изнутри. Это правда. Всего две недели назад ему было наплевать на Мелиссу и Эллиота. Однако теперь он скорее ляжет под поезд, чем внесет свой вклад в то, чтобы Цирилла получила над ними опеку. И все это из-за нее. До этого времени его глаза были широко закрытыми. Они смотрели, но не видели. А она ему их раскрыла.
— Это было до того...
— До того, как что?
— До того, как я влюбился.
Он впервые произнес это вслух. Драко больше не стыдился этого слова. Ян тепло улыбнулся.
— Никогда бы не подумал, что что-то подобное когда-нибудь услышу от тебя.
— Я тоже, — признался он, непроизвольно приподняв уголок рта.
Некоторое время они сидели в тишине, а затем Драко кое-что осознал. Он был не прав. Это не Ян был тем, кто повзрослел. Это он все это время вел себя как щенок. Зрелость не измеряется количеством половых актов или партнеров. Зрелость означает признать свои слабости и ошибки. Он наконец это понял. Жаль, что так поздно.
Ян встал и обошел стол. Он дружески похлопал Драко по плечу.
— Я тоже тобой горжусь, босс.
***
В тот день дневник молчал. Ничего другого Драко и не ожидал, но его жаждущее сердце все еще надеялось, что, возможно, она оставила ему хотя бы короткое сообщение. Что, если у нее не хватало смелости встретиться с ним лицом к лицу, она, по крайней мере, связалась с ним таким образом. Через дневник. Конечно, он ошибался. С некоторых пор все его мысли были ошибочными. Грейнджер, вероятно, чувствовала к нему такое отвращение, что взяла отпуск только ради того, чтобы не приходилось смотреть на него. И это бы его совсем не удивило. Он и сам не мог смотреть на себя. Чувствовал, что ему придется долгое время избегать всех зеркал.
Несмотря на все произошедшее, она не отключила флешку Яна. Должно быть, она оставила свой ноутбук в офисе и совершенно забыла, что между их компьютерами все еще существует связь. И даже если она помнила, ей, вероятно, на это наплевать. В конце концов, он успел тщательно прошерстить весь ее жесткий диск, причем несколько раз. Какая разница, был у него все еще доступ к нему или нет?
Драко откинулся на спинку стула и тупо уставился в потолок. Что она сейчас делала? Читала? Пила чай? Или, может быть, она думала, как сильно его ненавидит? Он так долго смотрел на нее только как на сексуальный объект, а ведь она была человеком. Из плоти и крови. Если бы он вспомнил об этом во время вчерашнего разговора, возможно, все сложилось бы иначе.
Она бы все равно сбежала — усмехнулся голосок, который он так ненавидел и который так часто был прав.
Как обычно, его разум подкидывал себе ненужную надежду.
Не зная, чем себя занять, он начал бездумно открывать случайные записи. Внезапно все они стали такими очевидными. Это был он. Это всегда был он. Он читал запись за записью, чувствуя себя так, словно катался на эмоциональных американских горках.
Ему очень нравились милые отрывки из ее дневника. Даже если это было не особо по-мужски.
Я люблю его искреннюю улыбку, даже если она никогда не направлена на меня. Когда вижу его, я тоже улыбаюсь украдкой. Иногда мне просто хочется его обнять. Спрятать лицо в изгибе его шеи и наслаждаться его запахом.
И смешные.
В эти выходные я так сильно издевалась над своим вибратором, что он заснул вечным сном.
Депрессивные темы разбивали его сердце.
Я делаю все через силу. Заставляю себя работать, гулять с друзьями, вставать с постели. С тяжестью проживаю каждый день, одиночество меня угнетает. Как мне плыть, если чувствую воду в своих легких?
Ему казалось, что он читает поэзию, Грейнджер так красиво оперировала словами. Нет. Не Грейнджер. Гермиона. Ее зовут Гермиона. Гер-мио-на. Он слышал ее имя все время, когда их произносили другие, но сам никогда не решался его произнести.
— Гермиона...
Ее имя звучало дико из его уст. Драко понравилось то, как оно соскользнуло с его языка. Он по-прежнему предпочитал ее фамилию, но в имени было что-то особенное. Это было... запретно. Он не был уверен, стоит ли ему вообще его произносить. Не знал, заслуживал ли этого его рот.
А может, попробовать написать ей?
Но она все равно не ответит... Хотя какая разница? Его не волновал ответ. Главное, чтобы она узнала его мысли. Точно так же, как он узнавал ее, целых две недели. Если бы она захотела, он позволил бы ей использовать на себе легилименцию каждый день до конца жизни. Но она не была такой. Не была такой как он. Она уважала личную жизнь других людей.
Драко призвал палочкой перо и чернила.
Он несколько раз начинал письмо и каждый раз сминал пергамент, а затем бросал его в мусорное ведро под столом. Не знал, как начать. Все звучало тривиально или нелепо. Как он мог изложить на бумаге что-то столь сложное и значительное, как то, что он чувствовал сейчас? Больше всего ему хотелось поговорить с ней с глазу на глаз, но не хотел наведываться к ней домой. Уже и так слишком много напортачил в ее жизни.
Когда он в восьмой раз подряд испортил кусок пергамента, к нему внезапно пришло озарение. Он знал, что сделать. Он отложил перо и потянулся за ноутбуком, на котором все еще была открыта папка с дневником.
Дрожащими руками Драко начал стучать по клавишам.
23.09.2007
Понятия не имею, с чего начать, поэтому просто напишу, что я конченый идиот.
Как обычно, я все испортил. На самом деле, я всю жизнь все порчу.
Кажется, я потерял ее.
Как только я увидел ее впервые, то понял, что должен держаться от нее подальше. Мой отец всегда впаривал мне, что такие, как она, хуже меня. И я верил. Мне даже не пришлось особо стараться, чтобы ненавидеть ее. Все это произошло само собой. Несмотря на то, что она пришла из другого мира, она превосходила меня во всем, что было из моего. Она была лучше меня по всем школьным предметам. Дружила с моими врагами. Не реагировала на мои издевки, а если все же реагировала, то всегда побеждала. Однажды даже врезала мне по носу. Только сейчас я вижу, как сильно я это заслужил.
Когда наступили темные времена, я оказался не на той стороне. Она, хоть и была всего лишь подростком, спасла мир от того, кому я служил, и стала героем.
Потом я устроился на работу юристом. Думал, что наконец-то смогу стать лучшим в чем-то. Затем она снова вернулась в мою жизнь и доказала, что я ошибался.
Я настолько хотел показать, что я лучше, что решил схитрить. Я никогда не смог бы победить ее честно. Я взломал ее компьютер, нарушив ее приватность.
Случайность перевернула мою жизнь. Мой помощник нашел ее дневник, а я прочитал его и...
Влюбился.
Это произошло так быстро, что возможно я любил ее всегда. Я был слишком зациклен на своей ненависти, чтобы это понять.
Потом я обнаружил, что каким-то образом она тоже меня любит. И когда я хотел ей все объяснить, она... убежала. Я не достоин ее любви. Я знаю это. Но, может быть, она хотя бы даст мне шанс показать ей нового себя?
Я пленник своего разума.