«Улыбайся, Лора»
***
Впервые ночь для меня длилась бесконечно. Я практически не спала. Казалось бы, за последние дни я вымоталась настолько, что должна засыпать сразу же, как только моя голова коснётся подушки, но... Нет, это не из-за очередных приступов тошноты, которые преследовали меня на протяжении дня. Напротив, стоило мне попасть в стены родного дома, как я почувствовала облегчение. Будто сам ребёнок понял, что здесь он в безопасности. Меня мучили мысли, страх, сомнение и безысходность. Каждая моя попытка заставить себя не думать ни о чём и просто отдохнуть — увенчалась провалом.
Утро я встретила раньше обычного. Оно не отличалось от других предыдущих, но я знала, что не могу дышать полной грудью. Сегодня. Завтра. Послезавтра... Для меня эти круги Ада никогда не закончатся. Пока мачеха и семейка Ли кружат надо мной, словно голодные вороны, мне не видать покоя. Тем не менее я встретила горничных, которые поспешили порадовать меня вкусным завтраком с улыбкой на лице. Я улыбалась. Благодарила. Просила о мелкой помощи, будто всё хорошо. Будто вот-вот из своего кабинета выйдет отец и с той самой тёплой улыбкой произнесёт: «Ни о чём не волнуйся. Я рядом». Но вместо папы перед моими глазами всплыл образ Юн Чхоля, который поспешил ко мне навстречу, стоило мне выйти из дома.
— Доброе утро, госпожа! — в его голосе наработанная чёткость, а в поклоне — преданность и уважение, которое он не так давно выказывал моему отцу.
— Секретарь Юн, вам не стоило заезжать за мной, — выдаю вместо взаимного приветствия.
— Всё в порядке, мне всё равно по пути, — мужчина улыбнулся и открыл заднюю дверцу машины, которая уже давно ждала моего появления.
Я молча кивнула и просто села в салон, положив маленькую сумочку на немного дрожащие колени, словно так смогу скрыть от Юн Чхоля своё беспокойство. Но, судя по взгляду, которым он одарил меня через зеркало заднего вида, у меня не совсем получилось притворяться. Например, так естественно и легко, как это делает чёртов Ли Минхо.
— С вами всё хорошо? — интересуется Юн, прежде чем нажать на газ.
— Конечно, я в порядке, — не томлю с ответом, стараясь держаться изо всех сил. Но даже голос не на моей стороне — он предательски дрогнул в конце. — Всё готово? К пресс-конференции? — перехватываю другую тему, лишь бы не показаться неуверенной в себе и в том, что я делаю.
— Да, всё готово, но... — его пауза показала мне в мужчине какое-то сомнение, которое он боится озвучить.
— Но? — я приподнимаю бровь, ожидая продолжения.
— Госпожа, вы и сами знаете, кто такие Ли. Вы правда доверяете им? Неужели это так необходимо?..
— Дело не в доверии, — мой голос прерывает его с нервной дрожью. — Всё слишком сложно, секретарь Юн. Если я не рискну, то всё может закончиться куда хуже. Поэтому... — делаю заметный акцент на последнем слове, — больше не спрашивайте меня о подобном, хорошо?!
— Да, хорошо, как скажете, госпожа О, — мужчина отвёл взгляд на дорогу, а я же продолжала следить за его сосредоточенным лицом, почувствовав некую вину за собой. Возможно, это прозвучало грубо с моей стороны по отношению к Юну, учитывая то, сколько лет он был предан моей семье, но по-другому я не могу. Я сама в полном хаосе. Я не знаю, что будет сегодня. Как закончится этот день для меня? Что будет дальше?
Сегодня вокруг компании слишком оживлённо. Чем ближе мы приближались, тем яснее становилась картина. Около центрального входа в компанию уже собирались журналисты и репортёры, ожидая пропуска внутрь, чтобы скорее занять первые места в конференц-зале. Я не могла выйти возле главного входа. Я просто не должна видеться с журналистами, поэтому предпочла войти в компанию через парковку. Гордо держа голову вверх. С уверенностью шагая по коридорам, кивая в ответ всем сотрудникам, которые появлялись на моём пути, пряча глаза, словно боятся, что я прочту в них всю правду о том, что они думают обо мне на самом деле. Но я и так всё знаю. Знаю, какой фурор произвела. Знаю, что утратила их доверие. Знаю, что каждый член этой огромной корпорации сомневается во мне — в моей компетентности, в моей силе и власти. Связавшись с Ли Минхо, я в мгновение потеряла всё, что столько лет мой отец держал в стабильности.
Ноги превращаются в тяжёлые колоды. Я едва смогла дойти до кабинета и не споткнуться. Всегда высокие каблуки, которые никогда не доставляли мне труда в уверенной ходьбе, теперь кажутся грузом, от которого хочется избавиться и просто идти босяком. Я завалилась в мягкое кресло и тут же сбросила обувь, ощутив огромное облегчение, что отметил для себя секретарь Юн, вошедший следом.
— Госпожа, я всё проконтролирую, вы можете оставаться здесь, — затараторил он. — Пресс-конференция начнётся через несколько минут. Ли Минхо уже на месте. Вы можете следить за ходом событий прямо отсюда, — берёт пульт от настенного телевизора и включает его, где на экране появляется прямая трансляция из конференц-зала, заполненного людьми с камерами и фотоаппаратами.
— Конференция будет транслироваться онлайн? — я натянулась на кресле.
— К сожалению, да. Это будет прямая трансляция, — выдохнул мужчина.
— Выключи, — отрезаю так, словно вот-вот сорвусь. — Просто выключи телевизор, — мне пришлось повысить тон, чтобы заставить Юна незамедлительно исполнить мой приказ и погасить экран. — Я не хочу это видеть и слышать, — мои трепещущие пальцы нервно проезжаются по волосам, слегка взъерошивая их. Я вдруг поняла, что не могу найти силы собраться с духом и просто наблюдать за тем, что будет происходить в зале. Страх снова овладевает мной — Минхо может сказать что угодно, сделать что угодно во время трансляции, и я не уверена, чего ожидать. Смогу ли я принять это спокойно? Нет. Лучше не видеть его лица. Не слышать его самодовольного голоса. Раз я не способна взять всё в свои руки, значит, я должна просто смириться и ждать. Надеяться на то, что Ли не перейдёт черту. Не наговорит того, что заставит меня пожалеть обо всём ещё больше.
Отправив секретаря в зал конференций, сама же принялась изучать документы, лежащие на столе в аккуратной стопке, так, словно должна запомнить каждое слово, найти что-то поистине важное между строк, в то время как мысли находились совсем не здесь — не в кабинете. Эти никчёмные попытки отвлечься лишь усугубляли ситуацию. Я несколько раз возвращалась к первой странице договоров, чтобы попытаться снова уловить всю суть, но всё тщетно. Я не могу сосредоточиться. Не могу угомонить дрожание рук и хаос в голове. Даже пару раз ловила себя на мысли — просто пойти туда, предстать перед камерами, или же схватить пульт от телевизора, чтобы включить трансляцию. Но на последних минутах находила причины остановиться и не делать этого.
Как только дверь в кабинет открылась, я мгновенно подскочила на ноги, будто всё это время только и ждала этого. Но на пороге показался не Юн Чхоль с новостями и даже не Минхо.
— Прохлаждаешься в кабинете, пока то чудовище красиво и медленно отбирает у тебя всё? — мачеха вошла внутрь слишком гордо, слишком самоуверенно, смотря на меня так, словно я — подопытная мышка, которая всё равно скоро умрёт.
— Как вы сюда попали? Я просила охрану не пускать вас, — выхожу из-за стола бойко — чтобы показать, что она ошибается, но её ухмылка и взгляд на мои босые ноги говорят сами за себя: она презирает меня и моё существование.
— Мне не нужно ничьё разрешение, чтобы входить в компанию своего покойного мужа, — отрезает она, демонстративно поправив брендовую сумочку на плече, которую мой отец подарил ей на их последнюю годовщину. — Я думала, ты одумаешься, но, кажется, ты совсем потеряла рассудок, дорогая. Довериться семье Ли — это то же самое, что просто добровольно отдать всё в руки врагу.
— Значит, я должна была отдать всё вам? — мои глаза наполнились холодом, а слова едва ли сдержанно слетают с языка. — Чем вы лучше Ли? Вы меня, конечно, извините, но если уж передо мной есть только один выбор — вы или Ли Минхо — то лучше уж я доверюсь этому ублюдку, нежели вам.
— Лора... — вдруг она выдыхает моё имя так, словно сочувствует родному человеку. — Ну зачем ты так? Я всегда считала тебя своей дочерью, несмотря на то, что в твоих венах течёт кровь совершенно другой женщины. Я не хочу причинять тебе вреда, пойми. Послушай, — она делает шаг вперёд и берёт меня за руку, прежде чем поднять невинный взгляд и пересечься с моим, — ещё не поздно всё изменить. Давай вместе продолжим дело твоего отца. Я знаю очень хорошего доктора, который сможет помочь тебе, даже если срок не позволяет, — роняет короткий взгляд на мой живот, напомнив мне о том, что внутри зарождена новая жизнь, от которой я уже пыталась избавиться. Она напомнила мне о словах доктора, о вероятном бесплодии... Горло сжалось. Она не знает ничего. Как смеет предлагать подобное? Как может так нагло держать меня за руку и говорить, что я её «дочь»?
— Да вы не в своём уме, госпожа! — вырываю руку из её хватки, сцепив зубы. — Вдруг увидели во мне дочь? Вы никогда не относились ко мне как к дочери. И для меня никогда не были и не будете матерью. Хватит пытаться. Думаете, я не знаю, чего вы добиваетесь?! Убирайтесь! Вы больше никто! Вы не моя семья... — я умолкла и автоматически съёжилась, заметив, как её глаза покраснели, а рука замахнулась, чтобы влепить мне пощёчину. Но удара не было. Я не сразу поняла, что остановило мачеху, но когда из-за её спины показался Минхо, который и предотвратил возможный удар, схватив женщину за запястье, всё тут же прояснилось.
— Госпожа, я думал, ваше воспитание не позволяет поднимать руку на других, — он усмехается так, словно стал свидетелем забавной игры, но его рука продолжает сжимать запястье мачехи, которая сделала пару рывков, чтобы освободиться от сильных оков, грубо дыша в две ноздри.
— Отпусти мою руку! — гремит та, словно змея. Только вот чем больше она пытается вырваться, тем сильнее сжимается рука Ли на её побледневшем запястье, вынуждая меня оторопеть.
— Потанцуем? — Минхо внезапно прокручивает женщину под рукой, затем резко притягивает к себе — грубым рывком, который обрывает дыхание мачехи, оказавшейся в его руках. В этот момент я не могла ни о чём думать, всё, что пронеслось в моей голове: «Да он и правда сумасшедший». — Вы правда готовы начать войну со мной? — склоняется к её уху и шепчет достаточно громко, чтобы я смогла услышать. — Уверены, что справитесь?
— Чёртов сукин сын, — рыкнула мачеха, оттолкнув его от себя что есть силы, на что Ли отреагировал какой-то нездоровой улыбкой. — Это же нужно быть такой дурой, чтобы связаться с кем-то вроде него, — она не в себе, но сдерживается, словно хватается за последние ниточки надежды добиться моего осознания. Но я молчу. Смотрю на неё и лишь сжимаю кулаки внизу, пытаясь удержать дрожь в теле, которая только подтверждает, что я — слабое существо, которого можно затоптать в любой момент.
— Вы не правы, госпожа, — Минхо встаёт передо мной, словно стена, преграждая путь к мачехе. — Лора всегда была умной. Ещё со школы. Она действительно была бы полной дурой, если бы встала на вашу сторону. Но... — он взглянул на меня через плечо, от чего я насторожилась, и продолжил, натягивая улыбку: — Ты сделала правильный выбор, дорогая, — от этих слов по коже прошлись мурашки. — А вы обязательно загляните на нашу свадьбу, госпожа. И для вас место среди гостей найдётся.
Мачеха промолчала, но её взгляд говорил сам за себя. Она развернулась и покинула кабинет. А я всё ещё стою на месте, словно камень, смотрю на широкую спину Минхо, который ловко обернулся ко мне и сразу же уронил глаза на мои босые ноги, затем коротко улыбнулся, но ничего не сказал по этому поводу.
— Что бы ты без меня делала, а? — самодовольно протянул он. — Смотри, как хорошо я избавляю тебя от ненужных людей. Она быстро свалила, а я рассчитывал ещё пободаться с ней. Какая жалость, — проходит мимо и начинает медленно расхаживать возле полок с документами, скользя пальцем по ряду папок. — Как тебе пресс-конференция? Я сногсшибательно смотрюсь на экране, разве нет?! — тут же усаживается на край стола, изображая модельные позы.
— Не знаю, не смотрела, — фыркнула в ответ и направилась к столу, под которым хаотично лежали мои туфли.
— Серьёзно? Ты настолько мне доверяешь? — его движения быстрые — он уже на другом краю стола, прямо возле меня, и это начинает слишком напрягать.
— Нет, дело не в доверии, — обулась, натянув вторую туфлю, и взглянула на него со всей своей ненавистью, пока он продолжал усмехаться мне в лицо, словно наслаждаясь моей реакцией. — Мне просто мерзко видеть тебя и слышать. Я слишком сильно тебя ненавижу, Ли Минхо.
— Хватит, Лора, — его ухмылка мгновенно улетучивается, и он резко встаёт со стола, вставая передо мной так, что я вынуждена отступить назад и, встретившись ягодицами с поверхностью, приземляюсь на неё без выбора. — Достаточно говорить о своей ненависти ко мне, — его лицо всё ближе, но я держусь и стойко смотрю в его хищные глаза. — Ты же знаешь, мне не нужна твоя любовь или признание. Просто смирись. Вот увидишь, даже ненавидя меня всем своим нутром, ты привыкнешь улыбаться. Улыбайся, Лора, — его ладонь ложится на мою щеку, пока большой палец очерчивает мои сжатые губы. — Улыбайся как можно чаще — и сама не заметишь, как это станет частью твоей жизни. Мне нравится твоя улыбка. Пожалуй, это то единственное в тебе, перед чем даже я не смогу устоять.
Он отстраняется, давая мне пространство, но дышать легче не становится. Сердце стучит слишком громко, будто отбирая весь кислород в комнате.
— С прессой всё улажено, так что сосредоточься на нашей свадьбе. В конце рабочего дня я заеду за тобой. Нам следует выбрать самые прекрасные свадебные наряды, — подмигивает и уходит, словно привидение — то исчезая, то появляясь, когда ему вздумается. А я остаюсь на месте. Сердце всё ещё колотится, как после забега, но это не страх...или не только страх. Его прикосновение будто оставило след — мерзкий, раздражающий...но почему-то и тёплый. Я ненавижу его. Презираю. Но его слова, голос, взгляд...
Как бы мне ни хотелось выбросить всё это из головы — внутри на миг что-то дрогнуло. И, чёрт возьми, это злит больше всего.