Персиковый сад

  Глава 138. "Учитель, возможно, вы хотели бы какое-то особенное блюдо?"

  Наутро Ши Юэ проснулся с больной головой. Наверное, все это ему просто приснилось. Но откуда тогда взялась выпивка, ведь он сроду не пил? А во рту до сих пор чувствовался вкус того цветочного вина, и оно было превосходным. Юноша вспомнил, что осушил кубок этого вина и потом его понесло. Он помнил все, что было в тот вечер, отрывками, будто это был сон, все эти красочные фейерверки... а потом... он почему-то сидел на коленях у этого демона. Демон прижимал его к себе, обнимал и гладил. И все время повторял какое-то имя, но Ши Юэ не помнил какое именно. Ах, да, точно! Ещё это демон говорил, будто бы они женаты. Надо же, они женаты! Вспомнив об этом, юноша искренне рассмеялся впервые за эти несколько лет, но тут же схватился за голову, потому, что она начала болеть с новой силой. Но откуда взялся этот бред про женитьбу? Если бы он на ком-то женился, то наверняка бы запомнил это! Да и как его мужем может быть мужчина, да ещё и демон! Ши Юэ захотел снова рассмеяться, но испугался очередного приступа мигрени. Нет, такое могло ему только присниться. Как такое могло быть,  что он сидел у этого демона-мужчины на коленях? И тот гладил его, будто бы они были парой. Почему-то, при воспоминании об этом моменте, даже, если он и оказался сном, по телу Ши Юэ пробежала дрожь, а душу наполнило какое-то необъяснимое чувство, теплое и обволакивающее, которое он прежде никогда не испытывал, но оно волновало, бередило каждую клетку внутри.
  "Что за глупый сон! Но этот демон действительно очень крут. Мало того, что он невероятно красив, так ещё и умеет проделывать такие штуки! Делает, что захочет, просто из ничего, просто из воздуха!"

  Чжан Ци выглянул в окно — снег метет который день, все замело, а мальчишка будто в воду канул. Ни слуху, ни духу. Исчез, и слова не сказал.
  "Я его не выгонял", — успокаивал себя Чжан Ци, — "так, что если он сам решил уйти, и с ним что-то случилось по дороге, то в этом нет моей вины. Что взять с глупого, неотесанного юноши?"
  Но на душе было как-то нехорошо. Чжан Ци время от времени выходил из хижины, чтобы посмотреть, не появится ли юноша в окрестностях, но его не было. Не было несколько дней. Все следы замело. Чистый, белый снег и больше ничего. Даже птиц не слышно. Чжан Ци вздохнул и начал очищать снег, налипший на сапоги, чтобы не затащить его в хижину. И тут, за его спиной, послышался жизнерадостный крик:
  — Учитель!
  Мужчина нахмурился и обернулся: Лян Яо, раскрасневшись от мороза, вез какие-то мешки на самодельных салазках.
   — Где ты был? — рассердился Чжан Ци. — Если ты собирался уйти, мог хотя бы предупредить!
   — Простите, учитель, но вы так сладко спали, что мне вовсе не хотелось вас беспокоить.
  — Что это ты везёшь? — подозрительно присмотрелся мужчина.
  — Учитель, я ездил на рынок и купил еды, потому что у нас скоро нечего будет есть.
  — Купил еды, мешки? А где ты деньги взял? Или ты украл все эти продукты?
  — Учитель, но почему вы такого плохого мнения обо мне? — огорченно спросил юноша. — Я работал все лето и у меня были кое-какие сбережения.
  "Если это так, то наверняка он спустил все деньги, заработанные за три месяца, на рынке".
  Лян Юэ снова заулыбался.
  — Не гневайтесь, учитель! Ведь сегодня канун лунного нового года и нам пора бы накрыть на стол.
  "Новый год"... — растерянно подумал Чжан Ци. — "Я совсем потерял счёт времени. Уже четыре года, живя здесь, я не замечаю никаких праздников. Только по погоде и деревьям узнаю какое сейчас время года"...
   Он вспомнил, как в детстве счастливо и весело со своими родителями они сидели за праздничным столом в канун лунного Нового года. Потом, почти каждый год, когда он не был на императорской службе, он отмечал этот день вдвоем с Ван Шу. После убийства Ван Шу, кошмары, преследовавшие мужчину, в которых снова и снова убивали его родителей, прекратились. Будто тема была закрыта после свершившейся мести. Душу охватила пустота, все казалось бессмысленным.
  — Мне наплевать на Новый год! Этот праздник отмечают с самыми близкими людьми, а у меня таких нет, — сказал Чжан Ци. Лян Яо широко улыбнулся:
  — Учитель, но у вас же есть я!
  — Не смеши, — ответил Чжан Ци. — Ты для меня никто. Навязался не пойми откуда.
  По-хорошему, юноше, который совершил настоящий подвиг, спустившись в такую погоду из гор в поселения, и вернувшись обратно, да ещё накупившему столько продуктов, нужно было помочь. Но Чжан Ци и пальцем не пошевелил, повернувшись к нему спиной. Лян Яо сам тягал тяжёлые мешки с продуктами. Чжан Ци молча сел за чтение книги, будто этого юноши здесь и не было.
  — Учитель, что вам приготовить? Я сам все сделаю!
  — Мне ничего не нужно, — ответил мужчина, не отрываясь от книги. Но Лян Яо не унывал и сразу же принялся готовить раскрасневшимися от холода руками. Первым делом юноша принялся готовить цзяоцзы, начиненные свининой и креветками, с луком и бамбуковыми полосками. Потом принялся обжаривать и тушить карпа в кисло-сладком соусе с имбирём, обжаривать до золотистой корочки утку со специями, тушить лапшу. Закончив с этим, юноша принялся за приготовление рисового пирога, занялся фруктами с карамелью и прочими сладостями.
  — Учитель, возможно, вы хотели бы какое-то особенное блюдо? Я приготовлю его для вас!
  — Всю хижину закоптил, по всей комнате гарь, немедленно открой дверь и проветри! — закричал Чжан Ци. Юноша немного опешил, получив за свои старания нагоняй.
  — Хорошо, учитель!
  Он распахнул дверь и в хижину ворвался ледяной морозный воздух. Все погрузилось в темноту. Деревянная дверь сама по себе захлопнулась от ветра.
  — Зажги свечи, идиот что ли! — закричал Чжан Ци, ещё больше разозлившись.