7
Спустя два месяца моя жизнь оставалась такой же, как и раньше, если не считать нескольких изменений. Осталось всего полтора месяца до того момента, когда я наконец выдохну. Заживу спокойно. Перестану переживать эту никчёмную, бессмысленную жизнь. Но пока... пока мне нужно просто дотянуть.
Работа шла своим чередом. Меня повысили, и с этим пришла чуть более высокая зарплата. Я даже смогла позволить себе меньше работать. Освободившееся время я тратила на учебу. За эти два месяца я наконец закрыла все долги и успела подтянуть предметы, которые казались безнадёжными. Скоро нужно будет подавать заявку в колледж. Этот момент я жду с нетерпением. Кажется, это будет единственный шанс вырваться из этой рутины.
Маркус, к счастью, сдержал своё слово. С того дня, как я сказала ему всё, что думала, он больше не пытался ко мне подойти. Не пытался заговорить, если это не касалось работы. Его холодное безразличие стало для меня спасением. Оно умиротворяло.
Но, признаюсь честно, иногда я ловила себя на том, что скучаю. Не по нему как человеку. Нет. Я скучала по тем временам, когда он был моим другом. Когда всё было проще, легче. Когда я могла рассказать ему всё, что на душе. Когда у меня была хоть какая-то опора. Но я стараюсь гнать эти мысли прочь. Маркус не тот человек, который заслуживает места в моей жизни. Он доказал это.
Мне и так хватает проблем, чтобы ещё и его туда вписывать.
Как обычно, я собиралась на ночную смену. Ехать было долго, но я успевала накраситься прямо в автобусе, пользуясь мутным отражением в окне. Сегодня должны были прийти какие-то важные гости, как сказал Рик. Возможно, друзья владельца или какие-то инвесторы. Мы готовили зал почти весь вчерашний день, наводили порядок и украшали, так что сегодня предстояло просто поддерживать идеальную картинку. Я надеялась, что ночь пройдёт спокойно.
Приехав на работу, я быстро переоделась в униформу, стянула волосы в небрежный хвост и взглянула на себя в зеркало. Уставшие глаза, тёмные круги, бледное лицо. И всё-таки это было неважно. Главное — работать, просто работать. И, к моему облегчению, Маркуса на смене не было. Это почему-то сразу сняло с меня часть напряжения. Без его взгляда, его насмешек и тех моментов, когда он просто молча стоял рядом и выводил меня из равновесия, работа казалась лёгкой. Я чувствовала, как на смену приходит какое-то странное спокойствие.
Гости начали собираться ближе к девяти вечера. Зал постепенно наполнялся дорогими костюмами, платьями, блеском драгоценностей и фальшивыми улыбками. Я подавала напитки, тихо передвигаясь между столами, и старалась быть незаметной. Всё шло нормально, пока я, расставляя бокалы, краем глаза не заметила группу людей, только что вошедших в зал.
О нет. Нет-нет-нет! Только не это!
У входа стояли они. Родители Маркуса. Его мать в безупречно сидящем тёмно-синем платье, её волосы уложены так, как будто для этого потребовались часы работы стилистов. Отец — высокий, уверенный, с холодным взглядом человека, привыкшего, что весь мир прогибается под его волю. А рядом с ними, словно продолжение их безупречного образа, был Маркус. В идеальном чёрном костюме, с уложенными волосами, с той самой расслабленной самоуверенностью, из-за которой когда-то я теряла голову, а теперь лишь чувствовала раздражение.
Я резко отвернулась, сердце бешено колотилось в груди. Может, они меня не заметили? Может, он меня не заметил? Но надежда рухнула в тот же момент, как я почувствовала на себе его взгляд.
Он увидел меня.
Чёрт возьми.
Я застыла, схватившись за поднос, который чуть не выпал у меня из рук. Его взгляд зацепился за меня, задержался на мгновение, но этого хватило, чтобы я почувствовала, как всё внутри меня переворачивается. Он выглядел... шокированным? Нет, скорее удивлённым, но не в плохом смысле. Как будто я выбила его из привычного хода мыслей, заставила остановиться.
"Почему сейчас? Почему именно он? Почему именно сегодня?" — мысли вихрем пронеслись в моей голове.
Я машинально спряталась за ближайшей колонной, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Неужели он скажет что-то? Неужели подойдёт? Я была не готова к разговору, не готова снова смотреть ему в глаза и делать вид, что мне всё равно. Мне не всё равно. Чёрт, мне так не всё равно.
Я глубоко вдохнула, но это не помогло. Грудь сдавило, как будто меня заперли в маленькой комнате без воздуха. Я попыталась взять себя в руки, но чувства накатывали волной. Паника, гнев, беспомощность, воспоминания о том дне, когда он закрыл передо мной дверь. Всё смешалось в один бесконечный поток, который мне никак не удавалось остановить.
Я выглянула из-за колонны и заметила, что Маркус продолжает смотреть в мою сторону. Его взгляд... был странным. В нём не было презрения или высокомерия, как раньше. Но мне уже не хотелось выяснять, что за мысли крутились у него в голове. Я отвернулась и быстро ушла в сторону кухни, стараясь сделать вид, что ничего не случилось, но внутри я была готова взорваться.
"Это будет длинная ночь", — подумала я, крепче сжимая поднос.