Глава 37.
* * *
– Ого, – прокомментировал я, когда Эмбер, сидевшая на деревянных перилах, подняла глаза и увидела меня. – Я знаю этот взгляд.
Девушка нахмурилась. Морской бриз трепал ее волосы. Вокруг нас, на длинном сером дощатом настиле, простирающемся над водой, кипела жизнь. Матери с колясками, потные бегуны, парочки, идущие рука об руку, рыбаки, свисающие с края, – все толпились вокруг, совершенно не замечая двух драконов, стоящих у перил. Мимо нас прошла женщина с маленькой белой собачкой, и эта тварь перестала мочиться на все подряд, чтобы истерически затявкать на меня, а затем ее утащила хозяйка. Я ухмыльнулся. Такой шумный маленький кусочек. Один щелчок зубами, и тебя не станет.
– Что еще за взгляд? – требовательно спросила Эмбер, когда женщина и тявкающая закуска скрылись. Я заметил, что пока мое внимание было отвлечено на собаку, девушка все время наблюдала за мной. Я сдержал улыбку.
– Взгляд, который кричит: «Я ненавижу свою наставницу и желаю ей смерти», – ответил я. Когда она уставилась на меня с открытым ртом, я усмехнулся. – Как я уже сказал, мы с «Когтем» многое вместе повидали. Поверь, дальше будет только хуже.
– Отлично, – мрачно проворчала Эмбер. – Именно это я и хотела услышать.
Я заметил крошечное цветное пятнышко на ее обнаженном плече, красную кляксу, похожую на засохшую кровь. Только она была слишком яркой, чтобы быть настоящей кровью, и воспоминания тут же заполонили мою голову, заставив меня сочувственно поморщиться.
– Эх, Искорка, – вздохнул я, слегка коснувшись красного пятнышка. – Солдаты и пейнтбольные маркеры, да? Это скверно.
Эмбер подскочила на месте, ее глаза округлились.
– И у тебя тоже?
– Ага. – Шагнув к девушке, я откинулся назад, положив локти на перила. Эмбер внимательно смотрела на меня горящими зелеными глазами, полными благоговейного страха. – Только поначалу у меня были резиновые пули, которые, как может показаться, не причиняют вреда, но, черт побери, когда они попадают в тебя, это очень больно. В организации перешли на пейнтбольные маркеры, когда какому-то бедняге попали резиновой пулей в глаз. – Я покачал головой и печально посмотрел на девушку. – Тебе стоит радоваться, что ты вылупилась после начала нового режима. Сейчас тренировки стали более сносными.
Эмбер сморщила нос и посмотрела на океан.
– А что будет дальше? – спросила она, ударив лодыжкой перила. – После того, как тренировки закончатся? Что они готовят для меня, когда я закончу обучение?
– Не знаю, Искорка. – Я запрыгнул на перила рядом с ней. – Как мне кажется, это зависит от того, на какую позицию они хотят тебя определить. Каждый дракон имеет свое место в организации, и твоя первоначальная подготовка заключается в том, чтобы определить, преуспеешь ли ты там, куда они хотят тебя определить. На самом деле они наблюдали за тобой с момента твоего появления на свет, пытаясь решить, где тебе будет лучше всего. Если ты успешно пройдешь этот этап подготовки, они объявят, к какой фракции ты принадлежишь, и тогда тебя начнут обучать всерьез. – Я фыркнул. – Конечно, они не скажут тебе, кем ты станешь, пока не сочтут, что ты к этому готова.
– Кем был ты? – спросила Эмбер.
Я посмотрел на нее. Девушка встретилась со мной взглядом, и мой дракон шевельнулся в ответ.
– Я был василиском, – сказал я, и она нахмурилась, явно впервые услышав о такой позиции. – По сути, я был шпионом, – продолжил я. – Принадлежал к одной из главных фракций, участвующих в войне с Орденом Святого Георгия.
– Никогда не видела, чтобы мы воевали.
– Мы всегда воюем с Орденом, Искорка. – Я вспомнил о тех годах, когда я все еще принадлежал организации. Это были темные времена, полные крови и ужаса. Я подавил дрожь. – Да, большая часть «Когтя» – хамелеоны, вараны и совет Старейшего Змия – не видят войны. Они прячутся среди человеческого общества и не вступают в бой с солдатами Ордена, если в этом нет необходимости. Они слишком важны для организации, чтобы рисковать быть обнаруженными. Тем не менее у «Когтя» есть элитные агенты, которых иногда отправляют на миссии против Ордена. Их никогда не направляют группами и не говорят им нападать в открытую. Нас слишком мало, и люди нас перебьют, если о нашем существовании станет известно широкой общественности. Человечество слишком превосходит нас численно, – продолжал я, пока Эмбер слушала меня с восторженной увлеченностью, даже не беспокоясь о том, что вокруг нас были люди. – У «Когтя» есть несколько специально обученных отрядов для тайных операций, и задача агентов заключается в том, чтобы нанести как можно больший урон противнику. Я был в одном из таких отрядов. Я был тем, кто собирал информацию об Ордене, проникал на их базы, чтобы украсть данные или испортить оборудование, выяснял, кто из членов недостаточно лоялен. В основном я действовал против врагов «Когтя».
– Звучит опасно.
– Так и было. – Я улыбнулся. – Не могу припомнить случаев, когда мне удавалось сбежать от Ордена без единой царапины. Во мне застревали пули, я едва не попадал в засаду, уворачивался от снайперов и тому подобное. Веселые были времена.
– Ты поэтому стал отступником?
Вопрос застал меня врасплох, но я быстро собрался с мыслями. Эмбер сразу перешла к сути.
– Нет, – ответил я, качая головой. Перед глазами у меня снова замелькали воспоминания, но я отмахнулся от них. – Не Орден заставил меня сбежать. Во всем виноват сам «Коготь».
Эмбер впилась в меня глазами, словно ястреб.
– Почему?
Мое сердце забилось чаще, и во рту внезапно пересохло. Это была идеальная возможность. У меня не будет лучшего шанса.
– Все потому, Искорка...
Телефон громко зазвонил в кармане моей куртки.
– Черт побери. – Спрыгнув с перил на деревянный помост, я вытащил устройство и посмотрел на высветившийся номер. Конечно же, это Уэс: он был единственным, если не считать Эмбер, кто мог мне позвонить. – Подожди немного. – Я вздохнул, отходя на несколько шагов. – Мне нужно ответить. Я скоро вернусь.
– Уэс, – в сердцах сказал я, поднеся трубку к уху, – ради твоего же блага, скажи, что сейчас полпути к драконьей глотке, потому что иначе я тебя в порошок сотру.
– Где ты, черт побери? – рявкнул Уэс, отчего внутри у меня все сжалось. – Немедленно возвращайся. У нас еще одна проблема!
Я покосился на Эмбер, затем наклонился и понизил голос.
– Что за проблема?
– Проблема с чешуей и когтями, и она сейчас сидит у нас под дверью!
– Черт. – Я провел рукой по волосам, проклиная несвоевременность момента. Но я точно не мог закрыть на все это глаза. – Скоро буду, – сказал я и, отключив телефон, повернулся к Эмбер.
Она спрыгнула с перил и обеспокоенно посмотрела на меня.
– Проблемы дома?
Черт, я был так близко.
– Да, – прорычал я, сдерживаясь, чтобы ничего не пнуть. – Мне нужно идти. Но это не значит, что мы закончили. – Я подступил ближе и положил ладонь на руку девушки. Внутри меня что-то вспыхнуло, и по венам начал разливаться жар, который едва не заставил меня отскочить назад. Мои драконьи инстинкты снова ожили, как тогда на вечеринке. – Я все еще хочу с тобой поговорить, – сказал я, и щеки Эмбер загорелись, давая мне понять, что она испытывает то же самое. – У меня есть еще больше информации о «Когте», и мне кажется, ты хочешь быть в курсе всего. Обещаю, мы встретимся снова.
Эмбер посмотрела на меня без тени страха.
– Когда?
– Скоро, – пообещал я скорее себе, чем Эмбер. Какой бы ужасной ни была возникщая проблема, она не удержит меня вдали от девчонки. Я сжал ее руку и попятился, заставляя себя улыбнуться. – Не переживай, Искорка. Я буду поблизости. Увидимся.
Эмбер
Я наблюдала за тем, как Райли трусцой добежал до своего мотоцикла, вскочил на него и с ревом умчался по улице. Часть меня хотела отправиться за отступником, перевоплотиться и полететь, наплевав на последствия, сравнимые с концом света. Мою кожу все еще покалывало в том месте, где Райли касался меня, и мой дракон танцевал, подпрыгивая вверх и вниз по моим венам. Дракону внутри меня хотелось быть с Райли. Не так, как мне хотелось быть с Гарретом, о котором я думала постоянно. Мои чувства к Райли были более... примитивными? Инстинктивными? Я не могла дать им точного определения, но одно было ясно наверняка. Моя вторая половина хотела Райли, и ей без него было почти невыносимо. И она не позволяла мне все это игнорировать.
Нет, все это не совсем так. Моя вторая половина хотела Кобальта. Это было смешно, потому что Райли и Кобальт были единым целым. Парень с кривой ухмылкой, спутанными черными волосами и почти золотыми глазами был тем же существом, что и гордый синий дракон, который парил со мной в ту ночь. Я ничего не понимала. Не понимала, как мои инстинкты, бывшие некогда неотъемлемой частью меня, теперь казались мне такими чужими. Как будто я стала двумя разными созданиями: драконом и человеком.
Я одернула себя и пошла по пирсу обратно к пляжу. Если не думать о внутреннем смятении, то теперь я знала о «Когте» немного больше. Ничего из этого не было таким уж плохим. Пока нет. Даже война с Орденом не стала для меня неожиданностью. Убийцы драконов хотели нашего исчезновения. Почему же нам тогда не следовало давать им отпор, чтобы защитить себя?
РЕКЛАМА
Все это не было шоком и только подтвердило мои догадки, которые у меня были всегда. «Коготь» учил меня быть частью этой войны. Солдаты, оружие, тактические маневры, никакой пощады тому, кто был добычей. Я точно не сяду за один стол с высокопоставленными дипломатами. Нет, мне было суждено стать одним из их элитных агентов, может быть, василиском, как Райли, и сражаться в вечной войне против Ордена Святого Георгия.
Дойдя до конца пирса, я повернулась и посмотрела на воду, слегка подрагивая от дуновения теплого ветерка. Итак, это лето и правда было моим последним шансом повеселиться. «Коготь» уже распланировал мою жизнь, определил, куда я пойду и кем стану. И неважно, что я была не уверена в своих силах. Плевать, что я ненавидела свою наставницу и все, что она заставляла меня делать и что хотела из меня слепить. Решение «Когтя» было законом: я не имела права определять свое собственное будущее.
В моем кармане завибрировал телефон. Вытащив его, я нажала на кнопку и увидела новое текстовое сообщение на экране.
Все в силе на сегодня? В «Коктейльном домике» в пять, да?
Гаррет. Я улыбнулась, чувствуя, что мое настроение немного улучшилось. К черту «Коготь». К черту войну, наставников, их планы и все остальное. Это лето все еще принадлежало мне, не им.
Конечно, – написала я ему в ответ. – До встречи.
Гаррет
В этот раз Эмбер ждала меня на месте нашей встречи.
Я заметил рыжеволосую девушку, сидящую на краю автостоянки с одноразовым стаканчиком в руке. Она пребывала в глубокой задумчивости, пожевывая соломинку, но когда я остановил джип рядом с ней, она тут же вскочила на ноги с улыбкой.
– Привет, Гаррет! – воскликнула она, когда я открыл дверцу и впустил ее в машину. Она скользнула на пассажирское сиденье и просияла ослепительной улыбкой, отчего моя кожа покрылась мурашками. – Ты, должно быть, хорошо влияешь на меня. Смотри, я пришла вовремя и все такое.
– Вижу. – Я воспользовался моментом, чтобы просто посмотреть на Эмбер, заметив на ней темные джинсы и топик, которые она надела вместо своих обычных шорт и футболки. Полуденное солнце отражалось в ее волосах и глазах, заставляя их сиять.
Сосредоточься, солдат. Я отряхнулся и включил заднюю передачу, чтобы выехать с парковки. Эмбер откинулась назад и с беспокойством уставилась в боковое окно. Я вспомнил ее последний телефонный звонок, когда она предостерегла меня не приходить к ней домой, и задался вопросом, что же там происходило. Если бы я мог подтолкнуть ее к разговору о семье, особенно о брате-близнеце, возможно, смог бы узнать что-то полезное. Может быть, я пойму, что она все-таки самый обычный подросток.
– Прости, если из-за меня у тебя были неприятности в эти выходные, – сказал я, когда мы выехали на главную дорогу. – Не хотел усложнять отношения между тобой и твоей семьей Я могу поговорить с твоим братом, если хочешь.
– Что? О, нет, ты ни в чем не виноват, Гаррет. – Эмбер пожала плечами и раздраженно встряхнула головой. – Данте просто строит из себя истеричного придурка. Он иногда перегибает палку со своей братской заботой. И учитывая то, что произошло на вечеринке... – Глаза девушки немного потемнели. – Я решила, что лучше дать ему время остыть, а потом уже рассказать ему о нас.
– Вы с братом близки?
– Ну, да. – Эмбер повернулась ко мне, наклонив вбок голову. – Он мой брат-близнец, как-никак. Мы всегда раньше все делали вместе.
– Но не сейчас.
– Не сейчас. – Вздохнув, девушка посмотрела на свои руки, которые сжались у нее на коленях. – Он... изменился. Как будто бы он намеренно отдаляется от меня, и я не понимаю почему. Мне бы хотелось, чтобы он поговорил со мной, как раньше.
Я знал, что должен продолжать задавать вопросы, узнать как можно больше о ее брате-близнеце. Но Эмбер выглядела такой расстроенной, и я понял, что не могу видеть ее такой грустной. Когда мы остановились на светофоре, моя рука непроизвольно поднялась, чтобы нежно заправить волосы ей за ухо.
– Мне жаль, что так вышло, – сказал я, и девушка с удивлением повернулась ко мне. – У меня, конечно, нет родных братьев или сестер, но зато есть Тристан. Я понимаю, как... грустно может быть, когда ты не сходишься во взглядах с близким человеком. – Эмбер моргнула, глядя на меня, и я убрал руку. – Просто продолжай пытаться поговорить с ним. В конце концов, ты до него достучишься.
– Угу, – пробормотала она, когда светофор загорелся зеленым и мы снова тронулись с места. – Надеюсь.
Еще некоторое время Эмбер пребывала в мрачной задумчивости, но затем одернула себя. Когда мы выехали на шоссе, она оживилась:
– Минуточку, а мы вообще куда едем?
Я улыбнулся ей:
– Это сюрприз.
Эмбер
– В кино.
– Нет.
– В боулинг.
– Нет.
– Кататься на коньках.
Гаррет странно посмотрел на меня.
– В Калифорнии?
– Уверена, что для этого есть места. У нас же есть профессиональная хоккейная лига и все дела.
– Да, ты права. Но нет.
– На концерт.
– Даже близко нет.
Я раздосадованно засопела.
– Ты меня похищаешь, чтобы увезти в Саудовскую Аравию, где я стану сорок второй женой великого шейха Рамаламы.
Гаррет коротко рассмеялся.
– Ты раскрыла мой план. Надеюсь, ты прихватила с собой спрей от верблюдов.
– Тоже мне, умник. – Я скорчила гримасу, глядя на Гаррета. – Ты же понимаешь, что у меня есть брат? Я могу продолжать в том же духе весь день.
Гаррет одарил меня снисходительной улыбкой, как будто сам был хорошо знаком с игрой на нервах между членами семьи, и при этом никакие уговоры или даже пытки не заставили бы его все мне рассказать.
– Ты что-то имеешь против сюрпризов?
– Да! Я не люблю секреты. Предпочитаю, чтобы меня обо всем предупреждали заранее и ничего от меня не скрывали.
Внезапно до меня дошло, что, наверное, это прозвучало странно. Вся моя жизнь была ложью. Все, что делал «Коготь», было направлено на то, чтобы держать нас в неведении. Я устала от этого. Не сказала бы, что мне хотелось, чтобы мир узнал о существовании драконов. Я понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но было бы здорово хоть иногда быть самой собой. Не врать всем обо всем. Раньше я могла ничего не скрывать от Данте, но, кажется, теперь я больше так делать не могу.
Гаррет моргнул, и по его лицу пробежала тень, как будто мои слова затронули что-то в нем. Но потом он свернул с дороги на переполненную стоянку, и я ахнула при виде колеса обозрения и огромных американских горок из дерева, вырисовывающихся в конце дорожки.
Гаррет заехал на свободное парковочное место и, ухмыляясь, заглушил мотор.