Глава 46.
Эмбер не двигалась, но когда женщина в мгновение ока бросилась вперед, заставив мой желудок подступить к горлу, я напрягся, не веря своим глазам: ужасающий взрослый дракон расправил темные кожистые крылья – Черт! – Тристан отпрянул от края. – Ну, это отвечает на мой вопрос, да? Похоже, что девчонка все это время и была нашим имитатором!
Я не ответил, не в силах отвести взгляд от сцены, развернувшейся внизу. Я наблюдал, как зеленый дракон, обнажив зубы, бросился на Эмбер, как парень обернулся синим драконом, которого я уже видел сегодня вечером.
– Мы их нашли, – голос Тристана звенел от напряжения, когда напарник говорил по телефону. – Три цели. Бухта Лоун-Рок. Один из них взрослый. Нам оставаться на позиции до приезда отряда? – Он умолк, и мое сердце забилось быстрее от тревоги. – Понял.
Я бросил еще один взгляд на сражение внизу. Эмбер, теперь уже в своем истинном обличье, прыгнула взрослому дракону на спину, но была отброшена в сторону длинным, похожим на хлыст хвостом зеленого дракона. Мое сердце пропустило удар, когда Эмбер отлетела назад, кувыркаясь на песке, и огромная взрослая самка злобно набросилась на нее. Внутри у меня все сжалось, но синий дракон с ревом ринулся вперед, отгоняя взрослого дракона, и я снова смог дышать. Очевидно, что преимущество было не на стороне этих двух. Взрослый дракон был крупнее, быстрее и кровожаднее. Если я сейчас побегу туда, то стану предателем в глазах Ордена. Но если останусь здесь, Эмбер может погибнуть.
– Да, сэр. Сент-Энтони. Конец связи. – Тристан отложил телефон и, сняв винтовку с плеча, распластался на животе на краю обрыва. Мое сердце екнуло, когда он установил винтовку и стал всматриваться в прицел, направив его в сторону трех драконов внизу.
– Что ты делаешь? Я думал, мы ждем остальных.
– Планы изменились, – отозвался Тристан, не поднимая головы. – Я доложил командованию, что вижу три цели. Руководство хочет, чтобы я убрал как можно больше драконов прежде, чем у них появится возможность улететь. Это может быть нашим единственным шансом.
Мои внутренности сжала невидимая холодная рука.
– Это против протокола. Нас двое, а их трое, и один из них взрослый. Нам нужен целый отряд, чтобы справиться с ним одним.
– Не волнуйся. – Тристан улыбнулся, положив палец на спусковой крючок. – Я могу снять детенышей до того, как они поймут, что происходит. Это наша миссия, Гаррет. Мы не можем позволить им уйти. Если мы уберем хотя бы одного, это уже будет победой. А теперь заткнись и дай мне убить дракона.
Я бросил последний взгляд на битву внизу. Взрослый дракон кружила вокруг двух других, как волк, размахивая хвостом из стороны в сторону. Двое поменьше сжались в центре круга, наблюдая за зеленым чудищем. Оба выглядели так, будто им сильно досталось, в то время как для взрослого дракона это явно была игра.
– Хватит двигаться, – выдохнул Тристан, полностью сосредоточившись на своих целях. – Только на секунду. – Тристан улыбнулся, когда взрослый дракон замерла, предоставив моему напарнику возможность рассмотреть детенышей. – Есть.
Я принял решение.
Я бросился вперед, схватил ствол и прижал его к земле, и тут же раздался выстрел. В тот же миг с берега донесся крик боли, заставивший мое сердце сжаться от мысли, что один из драконов ранен. Но дело было в другом. Взрослый дракон встала на дыбы и вдавила синего дракона в песок. Рев дракона заглушил выстрел. Они нас пока не заметили.
Однако Тристан повернулся ко мне, сверкая глазами.
– Гаррет, какого черта? – зарычал он, пытаясь выдернуть у меня винтовку. Я держал ее, отказываясь отпускать. – Да ты умом тронулся! Что ты творишь?
– Я не могу позволить тебе это сделать.
Он уставился на меня так, будто я говорил на суахили.
– Это приказ, – в конце концов, рявкнул он. – Я выполняю свою работу, то, что приказал капитан.
– Орден ошибается, – сказал я. Лицо Тристана побледнело, и он уставился на меня, как будто видел впервые. – Это все неправильно, Тристан. Не все драконы злые. Некоторые из них просто пытаются выжить. Мы не должны убивать их всех.
– О чем ты, черт возьми, говоришь? – Тристан, наконец, выдернул у меня винтовку и вскочил на ноги, широко распахнув глаза. Я последовал его примеру, мои мышцы напряглись, когда мой напарник отшатнулся, качая головой. – Гаррет, ты же не серьезно. Они же убьют тебя.
– Мне все равно. – Я стоял спиной к скале, слушая рев и крики драконов за моей спиной, и встретился с укоряющим взглядом своего напарника. – Я не позволю тебе стрелять в них, Тристан. Если ты хочешь убить их, тебе придется сначала разобраться со мной.
Мгновение он смотрел на меня, не веря своим глазам. На секунду я подумал, что он сдастся. Но затем я увидел, как выражение его лица изменилось, и в его глазах вспыхнул холодный гнев и ненависть, прежде чем он потянулся за пистолетом.
Я уже пришел в движение, схватив его за запястье, когда Тристан поднимал пистолет, и оттолкнул дуло от себя. Мой напарник выронил винтовку и ударил меня кулаком в висок. Я вскинул руку, чтобы блокировать удар, затем поднял колено и ударил Тристана в живот. Он охнул и наклонился вперед: я вырвал пистолет из его руки и ударил Тристана по голове прямо за ухом. Он наклонился вперед, рухнул на каменистую почву и больше не двигался.
Перешагнув через лежащего без сознания напарника, не осмеливаясь думать о том, что я только что сделал, я схватил «М-4» и побежал к пляжу, слыша за спиной отчаянный рев драконов.
Эмбер
Я открыла глаза, когда над песком затрещала автоматная очередь. Лилит взвыла, и тяжесть, давившая на меня, исчезла, как и когти вокруг моей шеи.
Хватая ртом воздух, я перекатилась на бок и изумленно наблюдала за происходящим. Лилит попятилась к океану, встряхивая головой. Кровь и искры сверкали на ее боках и защищенной пластинками груди. По пляжу к нам шел Гаррет, держа в руках автомат и стреляя короткими, четкими очередями.
При виде своего самого ненавистного врага гадюка заревела. Открыв пасть, она выпустила залп драконьего пламени в человека, идущего к нам, и Гаррет отскочил в сторону, прежде чем огонь смог поглотить его. Перекатившись на колени, он снова стал стрелять в Лилит, но она уже двигалась в его направлении. Молниеносно она метнулась в одну сторону, затем в другую, зигзагами петляя по пляжу. Солдат попытался отследить ее движения автоматом, но ее быстрые, неистовые рывки было трудно уловить, и она подобралась слишком близко к одиноко стоящему человеку, разинув пасть, чтобы перекусить его пополам. В ужасе я вскочила на ноги, выкрикивая Гаррету предупреждения, потому что понимала, что не успею добежать до него вовремя.
А потом чешуйчатое синее тело полетело на нее сбоку и врезалось в ребра, сбив с ног. Лилит споткнулась и чуть не упала, когда Кобальт, шипя и рыча, встал между ней и Гарретом. Лилит взревела и повернулась к нему лицом, но отшатнулась, когда в воздухе пронесся шквал пуль, некоторые из них отскочили от ее рогов и нагрудных пластинок, но некоторые попали в цель.
Не обращая внимания на боль в боку и шее, я бросилась на свою бывшую наставницу, запрыгнула ей на спину и вонзила когти в бока. Она снова завизжала и пнула меня в живот задней лапой, и я кувырком покатилась по песку. Тяжело дыша, я вскочила на ноги, готовая продолжить бой...
Но, похоже, с гадюки было достаточно, когда она противостояла орденцу и двум упрямым драконам. Лилит присела и взмыла в небо, ее крылья метнули в нас песком, когда дракон поднялся в воздух. Я смотрела ей вслед и встретилась с ее взглядом, пока Лилит парила над головой. Кислотные зеленые глаза сузились от ненависти.
– Это еще не конец, деточка, – предупредила она на драконьем. – Ты не можешь сбежать от «Когтя». Скоро я вернусь за всеми вами.
Сделав несколько сильных взмахов, гадюка поднялась на скалу, оттолкнулась от нее и заскользила над океаном. Через несколько мгновений лучшая наемная убийца «Когтя» превратилась в маленькое пятно на фоне ночного неба и исчезла.
Я выдохнула и опустилась на прохладный песок, чувствуя себя так, словно по мне пробежало стадо слонов с шипами. Ребра пульсировали, бок горел, а горло изнывало от боли там, где Лилит пыталась его разорвать. Я вся была в ушибах, избитая и окровавленная. Больше всего на свете мне хотелось вернуться домой, принять душ и свернуться калачиком в постели.
Только... Я не могла этого сделать. Никогда. Данте был дома. Брат, который бросил меня, который отвернулся от своей сестры-близнеца ради «Когтя». Теперь он был частью организации. А я, особенно после сегодняшней ночи, определенно стала отступницей.
Чувствуя слабость и отчаяние, я обмякла еще больше, желая зарыться в прохладный песок, пока не разберусь во всем, но внезапное, сердитое рычание заставило меня вздрогнуть. Кобальт вскочил на ноги, его тело было напряжено, а губы изогнулись, обнажая клыки. Глаза дракона горели, и он угрожающе шагнул вперед, вперившись взглядом в солдата, стоящего в нескольких метрах от него.
Гаррет
Я совершил самую большую глупость в своей жизни.
Я должен был умереть. По всем логическим и статистическим данным, я не должен был выжить в том бою. Бросить вызов даже одному детенышу в одиночку было верным способом поставить свою жизнь под угрозу. Возможно, тебе повезет, но даже самые маленькие отпрыски «Когтя» были быстрыми и опасными, вооруженными огнем, когтями и зубами. Ты мог убить детеныша, но он мог так же легко порвать тебя на части.
Сражаться со взрослым драконом без поддержки целого отряда было самоубийством, это прописная истина. Другого исхода быть не могло. Взрослые особи слишком сильные, и один человек не мог так запросто бросить им вызов. Даже с парой мелких драконов на моей стороне мне очень, очень повезло. Если бы Эмбер и второй дракон не присоединились к драке, я бы уже не дышал.
«Хотя, – подумал я, когда адреналин начал спадать и полное осознание того, что я наделал, ударило меня в полную силу, – дышать мне оставалось недолго».
Я предал Орден. Не подчинился приказам, вырубил своего напарника, бросился на врага в одиночку и позволил ему скрыться. Безрассудство и отсутствие дисциплины, но это не худшее, что я сделал. Если бы это было моим единственным преступлением, меня бы отдали под суд и бросили в тюрьму Ордена на несколько месяцев или даже лет. Но мое предательство этим не заканчивалось.
Я помог врагу. Я сознательно вступил в бой с единственной целью – помочь огненно-красному дракону, который пощадил мою жизнь. Я сражался вместе с ним и другим драконом против их врага. Не имело значения, что их противником был еще один более сильный дракон, и я понятия не имел, почему он пытался убить своих сородичей. Мое вмешательство, вероятно, спасло им жизнь.
И стоило ли оно того?
Я бросил взгляд на Эмбер, лежащую на песке в нескольких ярдах от меня. Ее бока тяжело вздымались. Эмбер, не просто «дракон». У нее есть имя, личность, обычная жизнь. Или же у нее была обычная жизнь до сегодняшнего вечера. До того, как мы выбили дверь в том доме и попытались убить ее лишь за то, что она существует.
На меня навалился тяжелый груз вины. Если бы у меня было время, я бы сказал ей, что мне жаль, что мы ошибались. Хотя никакие извинения не компенсируют то, что я сделал, не вернут то число мной убитых, не смоют кровь с моих рук. Эмбер возненавидит меня, она имеет на это право, но я не могу вернуться в Орден и слепо истреблять ее народ, как раньше. Она открыла мне глаза, и я не мог... не хотел возвращаться к тому, кем был.
Рычание разорвало тишину, и волосы зашевелились у меня на затылке. Я вскочил и увидел, что синий дракон смотрит на меня с оскалом, явно настроенный враждебно. Я напрягся, пытаясь справиться с инстинктом поднять автомат в ответ. Конечно же, он видел перед собой только своего злейшего врага – солдата Ордена. Хоть я помог прогнать взрослого дракона, но когда «Коготь» сталкивался с Орденом, единственным исходом была смерть.
Я заставил себя опустить автомат, держа его сбоку, и поднял другую руку.
– Я здесь не для того, чтобы драться, – сказал я дракону, который презрительно фыркнул.
– Чушь собачья, – выплюнул он, и слова прозвучали странно из пасти дракона. Я редко слышал, чтобы они говорили в своей истинной форме: слышать, как кто-то рычит на тебя, было странно. – Думается, ты и сегодня вечером не собирался нас убивать, – дракон шагнул ко мне, прищурив глаза и с ненавистью обнажая зубы. – Насколько я понимаю, вы пришли сюда, ожидая увидеть одного дракона, а не трех. И теперь, когда у тебя нет команды, ты пытаешься молить о пощаде. Ну, так не пойдет, солдат, – прошипел дракон. – Не думай, что мы будем любезничать после того, как ты пытался нас всех убить.
Я поднял автомат и попятился, когда дракон угрожающе двинулся вперед.
– Я не хочу в тебя стрелять. Назад.
– В меня уже стреляли сегодня вечером, – ответил дракон, и убийственный блеск в его глазах стал ярче, когда он начал теснить меня к скале. – Если ты думаешь, что можешь убить меня, то попробуй.
Он напрягся, чтобы прыгнуть на меня. Я покрепче прижал палец к спусковому крючку...
И Эмбер бросилась между нами.
Эмбер
Кобальт резко остановился, когда я прыгнула перед ним, преградив путь к Гаррету. Зарычав, я опустила голову и расправила крылья, пригибаясь к земле. Золотые глаза дракона удивленно моргнули, затем сердито сузились.
– Эмбер, что ты делаешь? – прорычал он на драконьем. – Он же орденец, убийца. Убирайся, пока он не выстрелил тебе в спину.
– Я знаю, кто он, – возразила я. – И я не позволю тебе его тронуть, – выпустив когти, я не двигалась с места. – Он помог нам, Кобальт. Он прогнал гадюку. Лилит убила бы нас обоих.
– Это не имеет значения! – В шоке он уставился на меня, замешательство и отвращение были написаны на его змееподобной морде. – Он все еще член Ордена. Он убил десятки таких, как мы! Единственная причина, по которой он не пытается нас убить – численное превосходство.
Я упрямо сжала зубы, и Кобальт нетерпеливо зарычал.
– Думаешь, он пощадил бы нас сегодня? Если бы не сработала сигнализация, они бы уничтожили нас. Тебя, меня, детенышей, Уэса – всех нас.
– Значит, теперь мы его хладнокровно убьем? И чем мы тогда от них отличаемся?
– Черт возьми, Эмбер! – Он двинулся ко мне, но я оскалилась и зашипела, заставляя его остановиться. Я не шутила. Я не позволю Кобальту убить Гаррета, даже если тот был орденцем. Он спас нам жизнь. Я не понимала, почему. Он знал, что я дракон. Он знал, что Орден пытался убить нас сегодня вечером. Черт, может быть, он тоже был там.
Но сейчас он в нас не стрелял. Он помог прогнать печально известную убийцу из «Когтя». И когда я посмотрела на него, на человека, тихо стоявшего на берегу, я увидела, что он – другой. Он больше не был солдатом, с которым я столкнулась сегодня вечером.
Мое сердце замерло. Мы были врагами. Я знала это. Но не могла позволить Кобальту напасть на Гаррета. Мы слишком долго сражались и пролили достаточно крови. С меня хватит.
– Эмбер!
Голос Гаррета, низкий и мрачный, эхом отозвался у меня за спиной. Я оглянулась через плечо и увидела, что он смотрит на нас с серьезным выражением лица. Судя по едва заметной складке на лбу, он не понял рычащего, шипящего разговора двух драконов, но, вероятно, уловил суть.
Я хотела поговорить с ним, но не так. Не как заклятые враги, не как дракон и орденец. Медленно повернувшись, стараясь двигаться спокойно и не казаться опасной, я отступила назад, слыша за спиной предупреждающее рычание Кобальта. Я превратилась, и моя человеческая форма оказалась стоящей на коленях в песке между солдатом и драконом. Гаррет шагнул вперед, от чего Кобальт снова зарычал.
– Не надо, – сказал Гаррет настойчиво, и я озадаченно посмотрела на него. – Не меняйся, Эмбер, времени нет. Вы должны бежать сейчас же. – Он бросил настороженный взгляд на скалы и на тропинку, по которой пришел. – Орденцы, остальная часть моей команды, уже в пути. Вам нужно уходить.
Я моргнула, но Кобальт выругался и попятился.
– Я так и знал, – прорычал он, яростно глядя на Гаррета. – Я знал, что ему нельзя доверять. Давай, Искорка. Они скоро будут здесь и начнут стрелять во все, что движется.
Развернувшись, он помчался к пещере, его гибкое тело летело по песку, двигаясь как огромная чешуйчатая кошка. Но я колебалась, оглянувшись на солдата.
– Почему? – спросила я, желая знать. – Почему ты спас нас? Тебя ведь отправил Орден? Или ты просто отплатил мне за то, что случилось ранее? Захотел очистить свою совесть, прежде чем начать стрелять в нас снова?
– Нет. – Он резко мотнул головой. – Никогда больше. Я... – Он замолчал, провел рукой по волосам и поднял глаза. – Я покончил со всем, – твердо сказал он. – Больше никаких миссий. Никаких вылазок, засад и убийств. Больше никаких смертей. Я больше не охочусь на твой народ.
Ошеломленная, я могла только смотреть на него.
– Неужели?
Гаррет не улыбнулся, но его взгляд стал мягче, когда он посмотрел на меня.
– Как я могу это делать, после того, как встретил тебя? – почти прошептал он.
Комок подкатил к горлу, и я с трудом сглотнула.
– А как же Орден?
– Это не имеет значения, – теперь его голос звучал смиренно, устало. – Я не могу следовать их убеждениям и не могу искупить вину за то, что мы сделали. Я отдавал себе отчет в том, что делаю, когда пришел сюда сегодня вечером. – На мгновение выражение его лица омрачилось тем, что могло бы быть страхом, но Гаррет одернул себя и сделал глубокий успокаивающий вдох. – Я знал о последствиях. И я бы снова поступил точно так же, если бы пришлось.
– Эмбер! – нетерпеливый голос Кобальта прогремел над песчаным пляжем. Я оглянулась и увидела его на краю воды с полурасправленными крыльями. Позади него из пещеры выскочил тонкий, как веточка, черный дракон, а за ним – более мелкий пыльно-коричневый. Нэттл и Рэми были в своих истинных обличьях и посмотрели на меня широко открытыми глазами.
– Чего ты ждешь? Давай!
– Иди, – сказал Гаррет, кивнув в сторону других драконов. – Забудь обо мне. Я уже мертв. Просто уходи.
– Гаррет...
С другой стороны раздался крик, и мы обернулись. Из-за утесов на берег высыпали фигуры с автоматами наперевес, приближаясь к нам черным роем. Я съежилась, и Гаррет, прищурившись, обернулся.
– Эмбер, уходи! Сейчас же!
Я закусила губу, развернулась и побежала прочь, видя, что Нэттл и Рэми уже взлетают в воздух. Кобальт ждал меня, не двигаясь с места, даже когда позади раздались первые выстрелы. Я быстро превратилась и бросилась к ним, уже на бегу размахивая крыльями и поднимаясь в небо. Когда мы летели вдоль отвесной скалы, пули свистели мимо меня, сверкая на камнях. Я почувствовала острую боль, когда что-то пробило дыру в кончике моего крыла, и споткнулась в воздухе. Я зашипела от страха, хлопая крыльями и царапая когтями поверхность скалы, приготовившись к тому, что может ударить мне в спину в любой момент.
Кобальт взмыл над утесом, приземлился на него и развернулся, выглядывая из-за края, даже сквозь шквал пуль вокруг нас. Выстрелы эхом разносились вокруг меня, отскакивая от камней и поднимая в воздух острые осколки камней и пыль. С резким рычанием я сделала последний взмах крыльями и наполовину взлетела, наполовину залезла на край утеса. Пошатываясь, я прошла в нескольких сантиметрах от края и, наконец, в относительной безопасности от орденцев и их смертоносного оружия, рухнула на пыльную землю.
* * *
– Эмбер.
Золотистые глаза Кобальта смотрели на меня с тревогой и беспокойством. С того места, где я лежала, казалось, что его крылья и рога взяли луну в рамку. Ее свет отражался от его блестящей голубой чешуи. Может быть, из-за адреналина, или, может быть, из-за очередной минуты на грани жизни смерти, но я вдруг решила, что его истинная форма нравится мне гораздо больше, чем человеческая. Мне хотелось, чтобы Кобальт остался в своем драконьем теле навсегда.
– Эмбер, – повторил он, нервно постукивая хвостом по земле. – Ты ранена? Они в тебя попали? – Он боднул меня, обеспокоенно, но нежно. – Скажи мне что-нибудь, Искорка.
– Я в порядке, – прохрипела я и с трудом поднялась на ноги. Мое правое крыло, ближе к суставу последнего пальца, пульсировало от боли: пули пробили мембрану, но это было несерьезно. Я вытянула крыло, пару раз взмахнула им, чтобы убедиться, что оно все еще работает, и снова прижала его к спине. – Похоже, я пока цела.
Нэттл и Рэми подошли ближе – черный дракон с короной шипов на голове и маленький коричневый дракон с полосками на шее и хвосте. У обоих на шеях висели рюкзаки, и это выглядело бы смешно, если бы ситуация не была такой ужасной.
– Что теперь? – спросила Нэттл сдавленным от страха голосом. – Куда дальше?
Кобальт отстранился от меня и повернулся лицом к пустыне.