Глава 3
Стук узких каблучков резко прекратился, но вновь возобновился секунду спустя. Виктория сделала несколько шажков назад и посмотрела из-за угла. Ее длинные пышные волосы, свисающие по дерзким плечам, были украшены золотой диадемой, которая переливалась на свету. Туго затянутый корсет сеньоры обтягивал ее талию и грудь, подчеркивая изящный изгиб. Поверх корсета, конечно же, было надето бордовое платье, по которому, будто небрежно, «рассыпаны» блестки. Они, как звезды, освещающие кровавое небо. Узковатые глаза девушки наполнял вечно острый, но по-своему добродушный взгляд. Вот и сейчас Виктория обволакивала Константинова этим необыкновенно замечательным взором. Зрачки периодически плыли то вверх, то вниз по фигуре генерала. Тот в свою очередь также изучал молодую Андреановскую, иногда перекладывая трость из руки в руку. Он немедля снял трибли с макушки, сделав грациозный низкий поклон, но голова его и не думала опускаться. Взгляд Константинова уцепился в глаза Виктории еще на несколько секунд.
- Доброго Вам времени суток, сеньора Виктория. Не могу не подметить, что одеты Вы «по Москве», - промолвил Константинов и снова встал в исходную позу, показав мимолетную игривую улыбку. Та фыркнула слегка приподнятым носиком и, отдернув край платья, быстрыми и уверенными шагами скрылась из виду.
- Не обращайте внимания. Она просто не излюбила нашу итальянскую моду. Виктория дорожит Москвой, - объяснил поведение младшей Андреановской Педро. Сеньор нервно протер белым хлопковым платком влажную шею, после чего жестом пригласил Андреановского в дом.
- Видно, ее удивила мое неожиданное замечание. Но я ни в коем случае не желал обидеть Вашу красавицу.
- Кстати говоря, Вы как раз к ужину. Отличный момент познакомиться со всеми жителями особняка.
Константинов осмотрелся по сторонам и чуть тихо спросил:
- Отчего такая тишина, словно в гробу? Здесь есть еще люди?
- Несомненно! Все наши трапезы обычно проходят на четвертом этаже, где и накрывается шведский стол. А какие у нас перепелки сочные, сэр. Они точно не оставят Вас равнодушным.
Генерал благочестиво положил руку на грудь и чуть наклонился.
- Пройдемте наверх, - пригласил Андреановский. Тот кивнул и ступил на лестницу, вдоль которой тянулись перила нежно-молочного цвета. Их украшала какая-то роспись, необыкновенно красивая роспись. Ступени были такого же приятного оттенка, к тому же внимание привлекал дорогой ковер, устланный прямо на них. Константинов повернул голову направо. Там стояли два мольберта с полотнами.
- Как я заметил, тут есть и художники, - отметил юный генерал, подтерев правую сторону шинели.
- А? А-а-а! Да это Виктория, целыми днями сидит перед своими картинами. Не сказал бы, что это наследственное у нее... Семья у нас, скорее, читающая, чем «рисующая». И в кого только Виктория пошла.
Педро усмехнулся и украдкой осмотрел своего спутника. Константинов все также рассматривал рисунки, привлекшие его дорогостоющее внимание.
- Ваша Виктория - личность творческая, как видно, - сказал он.
Андреановский махнул рукой и фыркнул губами.
- Мечтательная девица. Хоть и красавица, конечно. Но, боже мой, с ней даже черт ужиться не сможет. Характером не уродилась.
- Что же для вас «характером уродиться»? – поинтересовался Константинов. Сеньор смолк. Его брови нервозно заерзали, словно плыли по лбу, а губы то сжимались в трубочку, то разжимались.
- Что у девушек характер есть, для Вас неурождение? Быть может, Вы из тех, кто не воспринимает женщин?
Константинов был напорист, но не мыслил выводить Педро на конфликт. Но тот молчал.
- Ладно, поговорю об этом с самой Викторией.
- Ах, не надо! Она съест Вас заживо! – вдруг заговорил Андреановский, да так пылко, что чуть сам не захлебнулся в своих словах.
- Разве это, столь милое создание, ест генералов заживо? Никогда бы не поверил в эту ерунду, - уверял сеньора Константинов.- Хрупкая Виктория и вправду не смахивает на бешеное существо, но характер проявляется в любом случае внутри, а не снаружи.
Вдруг послышались крошечные шажки, доносящиеся неподалеку. Дверь одной из комнат открылась, и оттуда вышла молодая горничная, которая в руках держала маленький ночник. Заметив гостя, она занервничала и засмущалась, от чего опустила голову.
- Луиза, поставь его в мою спальню, пожалуйста,- попросил Педро, а та кивнула головой и быстро скрылась из виду.
- Вы их тут запугиваете что ли? – недоумевал Константинов. От неожиданного вопроса генерала сеньор рассмеялся, сказав:
- Ни в коем случае! Но на то они и слуги, что должны бояться.
- С одной стороны да, на этой почве и рождается уважение... Ладно, бог с ними.