Жить дальше
Сквозь полуоткрытые двери фургона проскальзывал дождь. Минхо иногда смаргивал неосторожные капли, когда вырывался из полусна. Всего пару минут назад он спрашивал Чонина, не вернулся ли Джисон, но сейчас опять позвал его. Его лицо опять появилось совсем близко. Он поправил упавшие на глаза волосы, что Минхо не было сил убрать самому, и ответил, что все еще не вернулся.
- Прошло уже много времени, - он заерзал, пытаясь встать. Чонин вскочил, удерживая его за плечи. - Там ливень. Он ведь замерзнет.
- Ты же сам отпустил его, сказав, что веришь ему, - Чонин все таки заставил его лежать. От движений вновь расползлась приглушенная было боль в спине. - Наберись терпения. Ты не поможешь ему, если вылезешь в таком состоянии под ливень.
Минхо не спрашивал, откуда Чонин здесь взялся, да и не хотел. Он был рядом и держал его за руки, пока ему перевязывали крылья. Улыбался и старался выглядеть расслабленно, но Минхо знал, что ему больно смотреть на него. Наверное, он выглядел ужасно.
Сбоку зашуршали шаги, и к Минхо подошла Юки. За время, что он ее не видел, он уже успел забыть ее внешность, но сейчас снова вспомнил. Она изменилась. И Чонин изменился. Они все. Они старались выглядеть и говорить расслабленно, но все раз за разом всматривались в стену дождя и ждали-ждали-ждали.
- Постарайся заснуть, - мягко прошептала Юки, садясь рядом на корточки. - Скоро действие обезболивающего пройдет.
Минхо ужасно хотел спать. Слабо кивнул.
- Разбудите меня, когда Джисон вернется, ладно? - увидел застывшее выражение двух пар глаз. - Пожалуйста.
Юки кивнула, поднимаясь. Минхо вздохнул, закрывая глаза. И замер. Шорох, что он уловил, исходил не изнутри фургона. Кто-то шел снаружи. Уставшие неровные шаги, даже сейчас не лишенные прежней легкости.
Минхо открыл глаза и встретился взглядом с Чонином. Он тоже это услышал. Двери фургона открылись шире, и дождь вырисовал для Минхо силуэт человека. Он шел медленно, спотыкаясь, и нес кого-то на руках. Чьи-то руки безвольно висели, пока капли дождя бежали вниз и терялись в траве. Силуэт дрожал и рвался, проникая сквозь дрожащую дымку, что поднималась от земли.
Минхо не мог больше ждать. Практически сполз с кровати и упал на колени, но тут же встал, хватаясь за косяк двери. В лицо ударил дождь, а ноги замерзли, когда он ступил босыми ступнями в мокрую траву. Один шаг, еще один. Крылья безвольно волочившись следом, но Минхо забыл о них.
Джисон вернулся к нему сквозь потухающий пожар и мечущиеся в воздухе тени. Но человек, что он нес на руках, был мертв. Минхо это сразу услышал. Они сделали несколько шагов навстречу друг другу, а потом Минхо смог видеть бледно-алые волосы, потемневшие от дождя. Даже сквозь внезапно обрушившуюся темноту ливня он разглядел выражение чужих глаз. Джисон споткнулся, опустился на колени, все еще прижимая Хенджина к себе, будто боялся отпустить. Сзади послышался шум шагов, и мимо Минхо пронеслись люди. Джисон не сопротивлялся, когда они забирали Хенджина из его рук, лишь рассеянно цеплялся за его запястья.
Минхо упал рядом. Протянул руки, смахнул капли дождя с ресниц и взял его лицо в свои ладони. Джисон не сразу поднял на него глаза. Устало опустил веки, приникая к его рукам. Капли бежали по его волосам одна за другой, но он не обращал на это внимания. Минхо уже не чувствовал боли в спине, ее приглушил холод вокруг, он потянулся, чтобы обнять Джисона, но тот сделал это первым. Осторожно обхватил за спину, не задевая крыльев, и позволил Минхо вновь зарыться носом в шею.
- Ты чувствовал то же самое, да? - совсем тихо прошептал он ему в волосы, так тихо, что слова практически унес ветер. - Когда увидел меня...
Минхо придвинулся ближе, прислушиваясь к шелесту его дыхания, что еще день назад мог слышать только во сне. Он был прав. Минхо было очень больно все это время. Но все это растворялось в скапливающихся на траве лужах и уносилось ветром.
- С ним все будет хорошо, - он отстранился, беря его руки в свои. - Это больно, но это пройдет.
Джисон долго смотрел на него уставшими глазами, бегал взглядом по его лицу и по крыльям, что разметались по траве позади. Минхо совсем успел забыть, что они сидят на земле под дождем, пока Джисон не поднялся, рассеянно говоря что-то о том, что надо вернуться в тепло.
- Наверное, он уже не станет таким же, как прежде, - невпопад прошептал он, пока вел Минхо назад к фургону.
- Ты не стал?
- Не знаю, - Минхо чувствовал тепло его рук на своих плечах, когда он осторожно усаживал его обратно в фургон, - Наверное, мы все изменились.
Он молча разгладил простыни и помог Минхо снова лечь на бок, чтобы не сильно тревожить перебинтованные крылья. А потом просто опустился на пол рядом с кроватью и положил голову на ее край, закрывая глаза. Минхо слышал, как внутри него все дрожит, от усталости и от боли, ищет выход наружу, но не может найти. Минхо молчал, лишь стряхивал капли с его волос и выводил линии на его лице и шее. Он казался лишь хрупкой поломанной копией себя прежнего - совершенно потерянный, даже не способный на чувства.
Минхо так долго ждал, пока он вернется. Уронил так много кровавых слез и порвал так много черных шипов. Ему казалось, что в конце концов он потерял надежду, но, наверное, она все время сидела где-то глубоко-глубоко и ждала солнца и дождя, чтобы пустить ростки. Потому что все это было не напрасно. И хоть этот Джисон, что нашел его, не был похож на того Джисона, что приходил к Минхо во снах, он все еще был его. Они все были сломаны. Им всем нужно было время, чтобы продолжить жить дальше.
Минхо ужасно устал сопротивляться сну и терпеть вновь накрывающую тело боль. Он рассеянно вспомнил, что Феликс так и не вернулся, но эти мысли быстро унес стук дождевых капель по крыше. Джисон поднял голову и поддался вперед. Минхо почувствовал укол тепла, что расползся по лопаткам и дальше, по позвоночнику. Протянул невидимые лучи жидкого тепла и закутал в них его тело. Вокруг него будто снова распускались цветы. Но эти цветы не царапали и не ранили, а лишь нежно укрывали.
- Спи, - ласково зашелестели их лепестки, - Пусть тебе ничего не снится.
Впервые за много дней он заснул в тепле. Джисон долго наблюдал за мерной дрожью его ресниц, иногда рассеянно гладил по волосам, все еще не до конца осознавая, что он был здесь. Он нашел Минхо и совсем скоро вернет домой. Но цена, что пришлось заплатить, все время стояла за спиной и не давала нормально дышать.
Кто-то подошел сзади и прикоснулся к его плечу. Он рассеянно дернулся, оборачиваясь к этому человеку, что в полумраке фургона возвышался над ним, как безликая тень.
- Твой друг снова здесь, - прошептал Чонин и сел на корточки рядом с ним. - Он в тяжелом состоянии, но Юки сказала, что он справится.
Джисон на миг закрыл глаза. Все эти долгие недели свелись к одному единственному моменту в полупустом фургоне под шелест ливня. Он ждал, что почувствует хоть что-нибудь, но легкие забились от дождевой воды, что проскальзывала сквозь трещины. Наверное, он хотел найти облегчение, но вместо этого слышал лишь, как дробно ударятся дождь о сосны вокруг.
- Спасибо, - Джисон разгладил простыни у Минхо под головой и поднялся.
Чонин замер у него за спиной - наверное, не мог понять, за что Джисон благодарит. Он и сам не знал. Это все казалось чем-то неправильным. Все закончилось. Минхо нашелся. Его крылья хоть и казались поломанными, но все еще были теми невесомыми кусочками вечного пламени. Хенджин вернулся. Хоть наверняка и другим. Феликс завершит свою месть и может быть найдет свое собственное спокойствие.
В конце концов хаос апокалипсиса прошел. Оставил после себя лишь разрушения и горы пепла.
- Юки прислала меня, чтобы я заставил тебя поспать, - Чонин тоже поднялся, оглянулся на закрытые двери фургона, сквозь которые не проникал ливень.
Рассвет окончательно потух за грозовыми облаками. Сквозь узкое окно Джисон видел удаляющиеся чернеющие развалины. Полосы дыма до сих пор проскальзывали сквозь дождь и туман. Вот цена, что они все готовы были заплатить за чувство пустоты внутри.
Джисон отвернулся. Может быть, Хэвон в чем-то все таки были прав.