7 Часть
МАРИЭЛА :
Я стояла перед зеркалом в своей комнате, вглядываясь в собственное отражение с смешанным чувством трепета и сомнения. Вечернее солнце заливало комнату алым светом, и в его лучах платье, которое я выбрала, казалось, оживало. Оно было цвета слоновой кости, а по шелку, словно уголь на пергаменте, были рассыпаны крупные, почти готические черные розы. Лиф, облегающий фигуру с подчеркнутой точностью, внезапно растворялся в пышной юбке, которая мягко ниспадала до середины икры и колыхалась при малейшем движении, напоминая о едва уловимом весеннем ветерке. Тонкие черные бретельки, завязанные на плечах небрежными бантами, словно две изящные ленточки, добавляли образу хрупкой, почти девичьей невинности. Это был наряд, балансирующий на грани между элегантностью и легкой меланхолией, между уверенностью и сомнением.
Я убрала волосы в небрежный низкий пучок, позволив нескольким прядям выбиться и мягко обрамить лицо. Макияж был легким, почти естественным, с единственным акцентом — подводкой, которая делала взгляд глубже и выразительнее. Я не хотела выглядеть как в тот злополучный вечер — вызывающе и открыто. Сегодняшний образ был другим — сдержанным, утонченным, но от этого не менее притягательным. В нем я чувствовала себя не игрушкой в чужих руках, а хозяйкой положения.
В квартире царила тишина. Хлоя уже ушла на свидание с Кайлом, помахав мне на прощание с ободряющей улыбкой. Сообщение от Лиама пришло ровно в шесть. «Я подъехал. Жду тебя.».
Он стоял у черной «Lamborghini Aventador», и его взгляд, скользнув по мне с ног до головы, выразил больше, чем слова. В его обычно насмешливых глазах вспыхнул неподдельный интерес, смешанный с одобрением.
— Ты выглядишь... сногсшибательно, — произнес он, медленно обходя машину. — Это платье... Кажется, его создавали специально для того, чтобы ты в нем уничтожала мужские сердца.
Я почувствовала, как по щекам разливается тепло, и опустила взгляд, пытаясь скрыть смущение.
— Спасибо, — тихо ответила я, поймав свое отражение в темном стекле автомобиля. — Но, пожалуйста, перестань меня смущать. Лучше расскажи про эту вечеринку. Кто ее устраивает и чего мне ожидать?
Лиам улыбнулся, открывая передо мной дверь с почти театральным жестом.
— Это ежегодная традиция моего друга Сэма. Он собирает близкий круг, но всегда рад новым лицам. — Он закрыл за мной дверь и прошел к водительскому месту. — Но в этом году вечеринка особенная. Последняя. В следующем месяце Сэм уезжает в Лондон — стажировка.
Машина тронулась с тихим рычанием мотора, и Нью-Йорк поплыл за окном в золотых огнях заката. Я смотрела на его профиль, на уверенные руки на руле, и думала о причудливых поворотах судьбы. Всего неделю назад я дрожала от ужаса в темном переулке ночного клуба, а сейчас сидела в машине у человека, чья улыбка могла ослепить, но чьи истинные намерения оставались загадкой.
— Ты всегда так молчалива на первых свиданиях? — его голос вернул меня к реальности.
Я медленно повернулась к нему, подняв бровь.
— Это считается свиданием?
— Все, что происходит со мной и красивой девушкой после шести вечера, автоматически считается свиданием, — он бросил на меня быстрый взгляд, и в его глазах читалась смесь серьезности и насмешки. — Если, конечно, она не возражает.
— Я как раз возражаю, — парировала я, скрещивая руки на груди. — Это дружеская встреча. Не более того.
— Интересно, — он плавно перестроился в другой ряд. — А что ты тогда считаешь свиданием? Каким должно быть идеальное свидание по твоему мнению?
Вопрос застал меня врасплох. Я замолчала, глядя на мелькающие огни города. Мои настоящие свидания можно было пересчитать по пальцам — несколько неловких встреч на первом курсе с парнем, чье имя и лицо хотелось стереть из памяти.
— Я... не думаю, что существует какой-то идеальный сценарий, — наконец сказала я, тщательно подбирая слова. — Главное, чтобы это было с тем человеком, к кому тянется душа. Кто знает, что тебе нравится, а что нет. Кто помнит, что ты не ешь морепродукты, и не закажет устриц только потому, что это считается романтичным. Кто понимает тебя без слов.
Я замолчала, внезапно осознав, что сказала слишком много. Но Лиам слушал внимательно, не перебивая, его пальцы слегка постукивали по рулю.
— Надеюсь, у тебя нет парня, который соответствует этому описанию, — наконец произнес он, и в его голосе прозвучала легкая насмешка. — Иначе все мои старания сегодня вечером пойдут насмарку.
— Нет, — покачала я головой. — Я ни с кем не встречаюсь уже два года и не планировала до окончания университета. — Я замолчала, обдумывая его слова. — Кстати, о "стараниях"... Ты что, собираешься влюбить меня в себя?
Он коротко рассмеялся, сворачивая на набережную.
— А почему бы и нет? Ты уже согласилась провести со мной вечер, что само по себе многое говорит. И ты смущаешься, когда я делаю тебе комплименты, — он бросил на меня быстрый взгляд, — что, должен признаться, чертовски мило.
Я повернулась к окну, чтобы скрыть предательский румянец на щеках, но было уже поздно.
— Вот видишь, — его голос прозвучал мягко. — Снова этот румянец. Знаешь, большинство девушек в твоем положении уже давно бы составили план, как заполучить мою фамилию.
— А я не большинство девушек, — тихо ответила я, глядя на отражение города в темном стекле.
— Именно поэтому ты здесь, — так же тихо сказал он.
«Lamborghini» бесшумно остановилась у впечатляющего особняка в георгианском стиле, где каждый оконный проем был залит теплым светом, а из-за тяжелых дубовых дверей доносились приглушенные ритмы музыки. Лиам с легкостью вышел из машины и, обойдя капот, открыл мою дверь с той же рыцарской грацией, что и ранее. Его пальцы едва коснулись моего локтя, помогая мне выйти.
— Готовься к волне внимания, — тихо произнес он, его губы изогнулись в легкой улыбке, когда мы поднялись по ступеням к парадному входу.
Дверь открылась, и нас встретил смех, музыка и гул голосов. Просторная гостиная с высокими потолками была заполнена людьми. Молодые, красивые, безупречно одетые — они стояли группами, держа в руках бокалы, их позы излучали непринужденную уверенность тех, кто чувствует себя как дома в подобной обстановке.
Когда Лиам переступил порог, в комнате на мгновение воцарилась пауза. Взгляды устремились к нему, и несколько человек сразу же двинулись в нашу сторону.
— Лиам! Наконец-то!
— Где ты пропадал, старина?
Его окружили, похлопывая по плечу, обмениваясь рукопожатиями. Он был своим, желанным гостем, центром, вокруг которого вращался этот маленький мир. Я заметила, как несколько девушек в отдалении обменялись красноречивыми взглядами, их улыбки стали немного напряженными, а глаза оценивающими. Их внимание было приковано к нему, и в их взглядах читалось знакомое соперничество.
Все было относительно спокойно, пока Лиам не сделал шаг в сторону, чтобы поприветствовать высокого шатена с открытым лицом, и я не осталась без его прикрытия. Из-за его широких плеч я внезапно оказалась полностью открыта для всеобщего обозрения.
Шатен, тот самый Сэм, хозяин дома, поднял бровь, его взгляд скользнул по мне с вежливым любопытством.
— Лиам, а кто твоя очаровательная спутница? Неужто наконец-то остепенился и завел себе нормальную девушку? — его тон был дружелюбным, но в нем витала легкая дразнящая нотка.
Лиам легко положил руку мне на талию, короткий, почти незаметный жест, который, однако, ощущался как печать принадлежности.
— Остепениться? В мои-то планы не входит. Это Мариэла. Моя новая... знакомая. — Он представил меня, и его голос был ровным, но в нем прозвучала неоспоримая уверенность. — Мариэла, это Сэм. Виновник сегодняшнего торжества.
Как только слова «моя знакомая» покинули его уста, атмосфера вокруг нас мгновенно изменилась. Напряжение, исходившее от других девушек, смягчилось, сменившись вежливым, даже дружелюбным интересом. Теперь я была не чужаком, вторгшимся на их территорию, а гостем, приведенным кем-то из своего круга.
— Всегда рад новым лицам, — улыбнулся Сэм, и его улыбка стала искренней. — Особенно таким прекрасным. Проходите, не стойте на пороге. Наливайте себе выпить.
Лиам, все еще держа руку у меня на талии, мягко направил меня к длинному столу, ломившемуся от бутылок и закусок. Мы влились в небольшую группу. Пара девушек, сиявших в дизайнерских платьях, тут же одарили меня оценивающими, но на сей раз одобрительными взглядами.
— Прости за бестактность, дорогая, но это платье – нечто, — сказала одна из них, блондинка с идеальной укладкой. — Valentino?
— Да, — кивнула я, чувствуя, как смущение снова подступает к щекам. — Осенняя коллекция.
— Шикарный выбор, — поддержала ее темноволосая девушка. — И эта сумка... Jimmy Choo? Я видела ее в прошлом месяце в бутике, но не решилась купить.
Я лишь улыбнулась в ответ, чувствуя себя немного актрисой, играющей несвойственную ей роль. В этот момент Лиам наклонился ко мне, его губы почти коснулись моего уха, и от этого по спине пробежали мурашки.
— Что будешь пить? — его шепот был теплым и интимным в общем гуле.
Внезапно перед глазами возникло воспоминание: третий по счету стакан в баре, тошнотворное головокружение, холодный ужас. Меня бросило в дрожь. Я потянулась за самым безобидным, что увидела — бокалом с бледно-золотистой жидкостью и долькой лайма.
— Сидр, — тихо сказал он, как будто делясь секретом. — Яблочный. Должно быть, не так опьяняюще.
Я приняла бокал, чувствуя, как что-то внутри сжимается от неожиданной заботы. И пока я делала первый глоток сладковатого, прохладного напитка, я поняла, что, возможно, сегодняшний вечер действительно будет другим.
Вечеринка текла своим чередом — плавным потоком смеха, музыки и приглушенных разговоров. Я уже начала привыкать к ритму, как вдруг атмосфера в гостиной снова изменилась. Дверь приоткрылась, и в нее вошли трое парней. Их появление не было шумным, но что-то в их энергии заставило несколько голов повернуться в их сторону.
И вот тогда я его увидела. Он шел чуть позади других, его поза была узнаваемо отстраненной, плечи напряжены даже в расслабленном состоянии. Темные волосы, сбившиеся на лоб, тот же пристальный, почти отрешенный взгляд.
Мое сердце совершило резкий прыжок где-то между горлом и грудной клеткой. Кровь отхлынула от лица, оставив после себя ледяную пустоту. Я инстинктивно сжала бокал с сидром так, что костяшки пальцев побелели.
Лиам, стоявший рядом, тут же оживился. Широко улыбнувшись, он двинулся навстречу новоприбывшим, его движения были плавными и уверенными.
— Лео! Наконец-то! — его голос прозвучал громче, перекрывая музыку. Он подошел к Лео и обнял его за плечи в товарищеском, немного фамильярном жесте, легко похлопав по спине. — Где ты пропадал, братишка? Кажется, мы тебя сто лет не видели.
Лео слегка ответил на объятие, его взгляд, темный и нечитаемый, уже скользнул по комнате и... остановился на мне. Не на Лиаме, не на Сэме, а именно на мне. Воздух между нами словно сгустился, стал вязким и тяжелым. Я не могла отвести глаз, загипнотизированная этим внезапным столкновением двух моих реальностей.
Лиам, заметив наш застывший взгляд, слегка нахмурился. Он мягко потянул Лео за собой к нашему столу.
— Лео, знакомься, это Мариэла, — произнес Лиам, его рука снова легла на мою талию, на этот раз более ощутимо, почти демонстративно. — Мариэла, это мой кузен, Лео, сын моей покойной тёти. Не обращай внимания на его мрачный вид, он всегда такой.
Лео не протянул руку для приветствия. Он просто стоял и смотрел на меня, его взгляд был острым, как лезвие, и таким же холодным. В его глазах не было ни капли удивления — лишь глубокая, бездонная настороженность.
— Вы... знакомы? — Лиам посмотрел то на меня, то на своего кузена, и в его голосе впервые прозвучала легкая озадаченность.
Я открыла рот, чтобы найти слова, любое объяснение, которое не выдало бы тот ужас и ту странную близость, что связывали меня с этим человеком. Но Лео был быстрее.
— Нет, — отрезал он, его голос был низким и ровным, без единой эмоции. Он намеренно разорвал наш зрительный контакт и уставился куда-то через мое плечо. — Не знакомы. Просто удивлен, что вижу новое лицо в нашей компании. Ты обычно не меняешь свой... тип.
Лиам громко рассмеялся, снова хлопнув кузена по плечу.
— Брось, старик, ты должен уже привыкнуть, что я всегда в компании прекрасных дам, — сказал он, его улыбка стала шире, но в глазах мелькнула тень раздражения.
— О, это я уже давно усвоил, — парировал Лео с ядовитой усмешкой. Он, наконец, отступил на шаг, разрывая круг. — Не буду вам мешать.
Он повернулся и направился к массивному холодильнику у стены, доставая оттуда бутылку темного пива. Его движения были резкими, почти агрессивными.
Лиам покачал головой, снова обращаясь ко мне, его голос стал тише, интимнее.
— Не обращай на него внимания, — прошептал он, наклоняясь так близко, что его губы снова почти коснулись моего уха. — Он всегда был немного... странным. Грубоватым. Но в глубине души неплохой парень.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Я и сама это знала. Я знала, что он был тем, кто вытащил меня из кромешного ада. Но теперь я знала и его имя. Лео. И то, что он был двоюродным братом Лиама — человека, который стоял рядом со мной сейчас, чья рука все еще лежала на моей талии.
Это была не просто ирония судьбы. Это был ее изощренный, почти злой розыгрыш. Два таких разных мужчины, оказались связаны кровными узами. И я, Мариэла Дениэлс, оказалась зажата между ними.