Глава 23
Вечер был тихим, наполненным томной негой выходного дня. Они лежали в постели, Алина устроилась на животе, погруженная в книгу, а Максим лежал рядом, переписываясь с коллегой по поводу одного сложного пациента. Его взгляд случайно упал на очертания ее тела под тонкой пижамой, на плавный изгиб ее ягодиц, и в голове созрел план.
Он отложил телефон и легонько положил ладонь на ее попу. Алина вздрогнула от неожиданности, но не протестовала. Его пальцы начали медленный, ленивый массаж, сначала поверх пижамных штанов, затем, проскользнув под резинку, на самой коже. Она вздохнула, откладывая книгу, и расслабилась под его прикосновениями.
— Тебе нравится, моя хорошая? — тихо спросил он, его голос был низким и бархатным.
— Ммм... да... — прошептала она, уткнувшись лицом в подушку.
Его прикосновения менялись. Из нежных они стали более уверенными, целенаправленными. Он не шлепал ее, нет. Он сжимал, разминал мягкие ткани, заставляя кровь приливать к коже, пробуждая нервные окончания. Затем его пальцы начали скользить по самой межъягодичной складке, едва касаясь, на грани чувствительности.
Алина замерла, ее дыхание стало глубже. Это было ново. Нежно, почти неслышно, но невероятно интимно. Он нежно водил подушечкой пальца вдоль всей складки, от копчика и почти до самого низа, вызывая мурашки и легкую дрожь.
— Максим... — ее голос прозвучал смущенно и вопросительно.
— Тихо, детка, — он шепнул ей в ухо, не прекращая своих движений. — Просто расслабься и чувствуй. Это часть тебя, и она тоже может приносить удовольствие.
Он нанес немного смазки на кончик пальца, делая его скольжение еще более плавным и чувственным. Ощущение стало еще более интенсивным. Он не пытался проникнуть внутрь, нет. Он просто стимулировал нервные окончания вокруг ануса, мягко, настойчиво, ритмично. Это было щекочущее, странное, но навязчиво приятное чувство, которое начало растекаться теплой волной по всему ее тазу.
Ее тело начало отвечать ему. Она непроизвольно приподняла бедра, глубже утыкаясь в матрас, и тихо застонала. Возбуждение, исходящее от этой стимуляции, смешивалось с обычным, нарастая, как снежный ком.
— Вот так, моя сладкая, — он хвалил ее, чувствуя, как ее мышцы расслабляются и откликаются на его прикосновения. — Откройся для меня. Позволь себе это чувство.
Его палец продолжал свой танец, иногда кружась, иногда двигаясь прямо. Он чувствовал, как кольцевая мышца под его пальцем начинает расслабляться, становится более податливой. Алина уже не просто стонала, она тихо поскуливала, ее пальцы впились в простыни. Ощущение было сконцентрированным, глубоким, и оно невероятным образом усиливало ее основное возбуждение.
Он наклонился и губами коснулся ее плеча, затем шеи, продолжая стимулировать ее сзади. Ее стоны стали громче, тело начало мелко дрожать.
— Пожалуйста... — вырвалось у нее, и она сама не знала, о чем просит.
Он понял ее без слов. Он убрал палец, и в тот же миг перевернул ее на спину. Ее глаза были темными от желания, щеки пылали. Он вошел в нее легко, потому что она была более чем готова, и ее оргазм накрыл ее почти сразу, мощный и всесокрушающий, во многом рожденный той самой, нежной и запретной стимуляцией.
Позже, когда они лежали, прижавшись друг к другу, он нежно поцеловал ее в губы.
— Видишь, девочка моя, — прошептал он, — твое тело полно сюрпризов. И я хочу открывать их все. Главное — доверять мне.
Алина, все еще тяжело дыша, кивнула и прижалась к нему. Она и представить не могла, что такая, казалось бы, незначительная область может дать такие интенсивные ощущения. И он снова стал ее проводником в мир новых, неизведанных граней наслаждения, уча ее не стесняться и принимать все аспекты собственной чувственности.