Глава 26
Воздух в спальне был густым и сладким, наполненным предвкушением и легким нервным напряжением. Алина стояла на коленях на кровати над Максимом, который лежал на спине, его руки лежали на ее бедрах. Они много раз занимались любовью, но позу наездницы она всегда сторонилась, находя ее слишком откровенной, слишком требовательной. Сегодня он мягко, но настойчиво уговорил ее попробовать.
— Не бойся, детка, — его голос был спокоен и ободряющ. — Я буду помогать тебе. Ты просто должна расслабиться и слушать свое тело.
Она кивнула, но ее пальцы нервно теребили край простыни. Максим взял ее руки и положил их себе на грудь.
— Вот так. Опирайся на меня. А теперь... — он одной рукой взял свой напряженный член и направил его к ее влагалищу, уже влажному и готовому принять его. — Медленно опускайся на меня, моя хорошая. Контролируй каждое движение.
Алина, закусив губу, начала опускаться. Ощущение его вхождения, когда она контролировала процесс, было новым и невероятно интенсивным. Она чувствовала каждый миллиметр, как он заполняет ее. Когда он полностью вошел в нее, она замерла, тяжело дыша, ее глаза были широко раскрыты от нового ощущения.
— Вот так, малыш, — он прошептал, его руки легли на ее талию. — Ты прекрасно справляешься. А теперь попробуй пошевелиться.
Она робко, почти неуловимо, пошевелила бедрами. Волна удовольствия заставила ее ахнуть, но почти сразу же ее взгляд потух, она застыла, и он почувствовал, как мышцы ее ягодиц и внутренней поверхности бедер напряглись. Она ушла в себя, в свой страх и смущение.
ШЛЕПОК
Звучный, но не слишком сильный шлепок по ее упругой попе заставил ее вздрогнуть и вскрикнуть от неожиданности.
— Эй! — ее глаза снова сфокусировались на нем, полные упрека.
— Не уплывай, — строго сказал Максим, но в его глазах светилась нежность. — Я здесь. Смотри на меня. Что ты чувствуешь?
— Я... я не знаю, — она прошептала, ее щеки пылали. — Так странно... Я всем телом чувствую тебя...
— Это хорошо, — он улыбнулся и мягко подтолкнул ее бедра, помогая ей начать двигаться. — Продолжай. И не забывай дышать.
Она снова начала двигаться, на этот раз чуть увереннее. Его руки скользили по ее телу, лаская грудь, живот, бедра, помогая ей расслабиться. Но стоило ей замедлиться, и ее взгляд снова начинал блуждать, он чувствовал, как ее тело снова каменеет.
ШЛЕПОК
Второй шлепок, чуть сильнее, снова вернул ее в реальность.
— Максим! — она надула губы.
— Я тебя предупреждал, — парировал он, его пальцы впились в ее бока, помогая ей двигаться в ритме. — Ты либо двигаешься и получаешь удовольствие, либо получаешь по заднице за непослушание. Выбирай, девочка моя.
Она фыркнула, но продолжила, и на этот раз ее движения стали более осознанными, более раскрепощенными. Удовольствие начало нарастать, разливаясь по ее телу теплыми волнами. Она даже тихо застонала, откинув голову назад.
И вот, в самый разгар, когда ее тело уже было на грани, она внезапно остановилась, прижалась к его груди лицом и что-то тихо и смущенно пробормотала ему в кожу.
Максим перестал двигаться.
—Я не расслышал, детка. Что ты сказала?
Она лишь сильнее уткнулась в него носом, словно пытаясь спрятаться. Он мягко, но настойчиво взял ее за подбородок и поднял ее лицо. Ее глаза были полны стыда. Он нежно поцеловал ее в лоб.
— Повтори для меня, моя хорошая. Мы же договорились о честности.
Алина глубоко вздохнула, ее губы дрожали.
—Мне... неловко. Я чувствую себя... такой открытой. И... я не знаю, что делать с руками... — она призналась, и ее голос был таким жалобным и искренним, что его сердце сжалось.
Он смотрел на нее несколько секунд, а затем его ладонь снова опустилась на ее попу, на этот раз достаточно сильно, чтобы кожа вспыхнула и заныла.
— Ай! — она попыталась вырваться, но он крепко держал ее за талию.
— Слушай сюда, — его голос был твердым и ясным. — Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. И вид твой, вот так, сидящей на мне, сводит меня с ума. Ты не должна ничего стесняться. Твои руки могут касаться меня, касаться себя, просто лежать на моей груди — все, что ты захочешь, будет правильно. Поняла? Ты не должна ни о чем думать, кроме того, как тебе хорошо.
Он снова поцеловал ее, на этот раз в губы, страстно и властно.
—А теперь, — он прошептал, его дыхание было горячим, — хватит болтать. Покажи мне, чему ты научилась. И смотри на меня.
И на этот раз что-то щелкнуло. Его слова, его шлепки, его поцелуи — все это разбило скорлупу ее стеснения. Она посмотрела ему прямо в глаза, ее собственный взгляд стал темным и полным решимости. Она положила руки ему на грудь, оттолкнулась и начала двигаться с новой, обретенной уверенностью. Ее движения стали плавными, соблазнительными, она сама задавала ритм, находила нужный угол, и ее стоны теперь были не от смущения, а от нарастающего, неконтролируемого наслаждения.
Максим смотрел на нее, охваченный гордостью и диким возбуждением. Он больше не помогал ей, он просто лежал и наслаждался зрелищем — своей скромной, застенчивой девочкой, которая превращалась в уверенную, страстную женщину у него на глазах, под его чутким, любящим руководством.