Глава 27
Прошло несколько недель с того первого, робкого опыта в позе наездницы. С тех пор они возвращались к ней еще пару раз, и каждый раз Алина чувствовала себя чуть увереннее. Сегодняшний вечер не был исключением. Она снова оказалась сверху, опираясь коленями по бокам от его бедер. Максим лежал, наслаждаясь видом, его руки лежали на ее бедрах, готовые в любой момент помочь или направить.
— Вот так, моя хорошая, — его голос был низким и одобряющим. — Начинай, как чувствуешь.
Алина медленно, уже без прежней дрожи, начала двигать бедрами, находя комфортный ритм. Она сосредоточилась на ощущениях, и ее взгляд начал терять фокус, устремляясь куда-то вглубь себя.
ШЛЕПОК!
Звучный удар по ее правой ягодице заставил ее вздрогнуть.
— Ой! — она надулась, но в ее глазах уже не было прежней паники, скорее досада. — Опять?
— Правила есть правила, малыш, — парировал Максим, его глаза смеялись. — Я теряю твое внимание — ты получаешь напоминание. Не отвлекайся. Ты здесь и сейчас. Со мной.
Она фыркнула, но послушно возобновила движения, на этот раз глядя прямо на него. Ее руки, однако, беспомощно лежали на его груди.
— А где твои ручки, детка? — мягко спросил он. — Они могут делать все, что ты захочешь. Ты можешь ласкать свою грудь.
Смущенная улыбка тронула ее губы. Она медленно, почти нерешительно, подняла руки и коснулась своих грудей. Ее пальцы скользнули по коже, коснулись сосков.
— Да, вот так, моя сладкая, — он застонал, видя, как ее тело откликается на ее же прикосновения. — Ты видишь? Это твое тело, и ты имеешь право наслаждаться им. Ты можешь опустить руку ниже, к своей писе, потрогать себя там, если хочешь. Сделай себе еще приятнее.
Ее глаза широко распахнулись от такой прямой инструкции, но, поддавшись его уверенному тону, она осторожно опустила одну руку вниз, к их соединенным телам. Ее пальцы нашли свой клитор, и она тихо ахнула, когда новая волна удовольствия накатила на нее.
— Боже, какая ты умница, — Максим не мог скрыть гордости и возбуждения. — Ты слушаешь свое тело. Ты не боишься просить, чего хочешь. Я так горжусь тобой.
Он помогал ей, двигая бедрами навстречу, усиливая ощущения. Но стоило ей на секунду замедлиться и отвести взгляд, пытаясь спрятаться от интенсивности переживаний, как его ладонь снова обожгла ее кожу.
ШЛЕПОК!
— Ай! — на этот раз ее возглас был почти привычным. Она тут же вернула взгляд на него.
— Не прячься от меня, — прошептал он, его пальцы впились в ее талию. — Дай мне видеть твое удовольствие.
И она сдалась. Она перестала бороться и полностью отдалась ощущениям — движениям своих бедер, прикосновениям своих пальцев, его горящему взгляду. Ее стоны стали громче, свободнее. Она сама вела их танец, и это чувство власти и раскрепощения было опьяняющим.
Когда оргазм наконец накатил на нее, он был мощным и освобождающим. Она кричала, ее тело выгибалось, а ее пальцы впились в его плечи.
Она рухнула на него, тяжело дыша, вся мокрая и разгоряченная. Максим нежно обнял ее, перекатывая на бок, и прижал к себе, покрывая ее лицо и плечи нежными поцелуями.
— Вот видишь, — прошептал он ей в ухо, — ты можешь быть такой уверенной, такой смелой. Ты была великолепна.
Алина лежала, прислушиваясь к бешено колотившемуся сердцу, и слабо улыбнулась.
—Спасибо, — выдохнула она. Затем ее улыбка стала немного виноватой. — Но попа, все-таки, немного болит. Ты сегодня не особо церемонился.
Он рассмеялся, и его грудь вибрировала у нее под щекой.
—Это плата за твое внимание, моя хорошая. Но, похоже, оно того стоило.
Она кивнула, прижимаясь к нему. Да, оно того стоило. Каждый шлепок, каждое его слово возвращали ее к нему, заставляя чувствовать, а не думать. И теперь, с ноющей, но такой довольной попой и спокойным сердцем, она понимала, что это был не просто секс. Это был урок доверия, принятия и свободы. И он был ее терпеливым и строгим учителем.