33
Воссоединение / 16.10
Очередная неделя прошла довольно быстро. Мы с мамой стали жить так, как жили раньше, и даже лучше. Она уходила на работу, оставляя дома множество записок для меня и разнообразные блюда, чтобы мне было, что поесть. Сначала я питалась маленькими порциями, потому что желудок просто не принимал что-то большее. Сейчас я увеличила порции, но всё ещё ела довольно мало. График я постаралась наладить, причём вполне успешно. Я ложилась спать и просыпалась всю неделю примерно в одно и то же время, но иногда я долго не могла уснуть, а иногда посреди ночи меня будили кошмары. В них, конечно же, был Итан, а временами и Майк. Я не могла выносить эти сны, они были слишком болезненными, но выбора у меня не было. Просыпаясь посреди ночи с учащённым сердцебиением, я говорила себе, что это был всего лишь сон, что в реальности всё хорошо, но это не особо-то и помогало.
Как мы и договорились с мистером Риверой, я приехала к нему на консультацию через неделю. Когда я зашла в кабинет, то заметила, что Нэйтан сегодня одет более непринуждённо: в белую рубашку, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, и классические брюки.
– Здравствуй-здравствуй, Трина! – задорно произносит он с улыбкой. – Как твои дела?
– Здравствуйте, мистер Ривера! Получше, кажется.
– Зови меня просто Нэйтан. Вижу, что сегодня ты спокойнее. Таблетки помогли?
– Наверное... – неуверенно отвечаю я.
– Как твой сон и график?
– Постаралась наладить график, но иногда долго засыпаю. Сплю чаще всего хорошо, но мне снятся кошмары...
– Ну, это дело поправимое. Относительно, конечно, – улыбается он. – Есть какие-нибудь побочные эффекты?
– Не знаю, относится ли это к побочным эффектам, но я стала очень сонливой. Иногда кажется, что если лягу спать днём, то просплю до следующего дня.
– Так и должно работать лекарство, хотя у тебя и небольшая доза. Предлагаю пока оставить его, примерно на месяц, а потом, если всё будет хорошо, отказаться от него. Что скажешь?
– Если это необходимо...
– У тебя сейчас как-то проявляется тревожность?
– Только навязчивые мысли, ничего конкретного не беспокоит.
– Ты чувствуешь себя в безопасности дома и на улице?
– Да. Я стараюсь не думать об этом.
– Есть какие-либо симптомы, которых не было раньше или которые напрягают тебя?
– Когда я нервничаю, трясутся руки, а иногда и всё тело...
– Это должно пройти под действием лекарства. Что ж, Трина, сегодня мы можем начать терапию. Чем ты хочешь поделиться в первую очередь?
– Мне не нравятся мои навязчивые мысли. Понимаете, Нэйтан, у меня в голове всегда нескончаемый поток мыслей, причём с самого детства. Бывают периоды, когда я ничего не обдумываю, но в последнее время этого почти не происходит.
– В какие периоды у тебя не было таких мыслей?
– Когда я была в Англии летом, например. Либо в детстве, когда мы ездили на море. То есть навязчивых мыслей нет, когда всё спокойно.
– О чём ты обычно думаешь?
– Это может быть просто обдумывание всего, либо анализ каких-то ситуаций. Сейчас у меня постоянно крутятся в голове вопросы, ответы на которые я не знаю.
– Какие же это вопросы?
– Что я хочу делать в будущем, нужно ли мне вернуться в Фолкстон, хочу ли я учиться очно, почему я рассталась с парнем, зачем вернулась в Нью-Йорк, что приносит мне радость.
– И ты не знаешь ответы на эти вопросы? – удивился мистер Ривера, подперев подбородок рукой.
– Отчасти знаю, но не могу понять, какие ответы правильные.
– А разве есть правильные ответы? Ты пришла ко мне, чтобы я помог тебе решить эти вопросы?
– Да. Думаю, да.
– На самом деле, я могу направить твои мысли, а не принимать решения за тебя. Попробуй сама порассуждать над этими вопросами вслух.
– Я не знаю, что я хочу делать в будущем. Я учусь на педагога по английскому языку, но мне не хочется преподавать ни в школе, ни в университете. Сейчас я попала в музыкальную группу, и мне нравится это. Летом мне нравилось работать в кофейне. Но я же не могу всю жизнь работать вот так.
– Почему?
– Нужно строить карьеру, чтобы больше зарабатывать, чтобы был стабильный доход. Я не могу работать на «молодых» профессиях.
– А они тебе нравятся?
– Да, но мне всегда кажется, что я должна делать что-то большее.
– Но ведь не обязательно строить карьеру, если ты пока не знаешь, чем хочешь заниматься, разве не так? И стабильный доход может быть и на самой обычной работе.
– Ещё я бы хотела вернуться в Фолкстон, но, опять же, я чувствую себя там, как на отдыхе, поэтому и приехала обратно в Нью-Йорк, чтобы работать. А если вернусь в Англию сейчас, то меня могут неправильно понять.
– Почему Англия понравилась тебе больше Штатов?
– Там я чувствовала себя свободно, ничто не давило на меня, – я улыбнулась приятным воспоминаниям. – Я могла стать там, кем угодно. Там меня не догоняло моё прошлое. Я была лучшей версией себя.
– А в Нью-Йорке ты не можешь быть своей лучшей версией?
– Думаю, нет. Здесь я как будто загнана в клетку.
– А почему возвращение в Англию могут неправильно понять?
– Фолкстон – это небольшой городок. Я уже наделала шуму, когда приехала туда, познакомилась с Адамом, уехала обратно. Моё возвращение просто не поймут.
– Для тебя это важно?
– Конечно. Я не хочу быть изгоем...
– Почему бы не попробовать быть лучшей версией в Нью-Йорке, а потом вернуться в Фолкстон?
– Меня душит этот город, мне хочется скорее вырваться.
– Ты жила в Фолкстоне только летом, так? – я кивнула. – Возможно, со временем ты бы столкнулась с теми же проблемами и там. Тебе стоит попробовать отделить себя от своих проблем и не думать, что переезд всё исправит. Конечно, переезд делает тебя свободнее, но, может, дело в чём-то ещё?
Я задумалась над словами Нэйтана, но всего на секунду. Он продолжал:
– Ты ещё говорила про очное обучение. Ты хочешь учиться заочно?
– Да. Я и училась все эти годы заочно, но потом захотела стать частью компании, влиться в жизнь города, поэтому перешла на очное обучение.
– И почему же не возвращаешься на заочное?
– Потому что, я даже не попыталась особо учиться очно. Я снова и снова хочу куда-то вернуться, но, если я вернусь, не факт, что всё будет так же хорошо, как и до этого. Мне кажется, я просто всё потеряла...
– Могу сказать, что уже две твои проблемы связаны с тем, что могут подумать о тебе окружающие. Но ведь важнее то, что почувствуешь ты. Возможно, ты хочешь вернуться не в Фолкстон, не на заочное обучение, а к той себе, какой ты была. Хочешь вернуться к счастью, спокойствию, свободе. И в этом нет ничего страшного, потому что стремление к счастью заложено в нас. И ответ на вопрос, зачем ты вернулась в Нью-Йорк, ты уже озвучила: ты хотела построить карьеру и жить той жизнью, какой живут все люди. Но если это не твоё, в этом нет ничего плохого. Ты нашла что-то своё в жизни, а это уже много значит.
– Вы думаете, я зря вернулась?
– На этот вопрос можешь ответить только ты. Как и на все остальные.
– Ещё я встречалась с парнем, у нас было всё хорошо, но очень часто я как будто спасала его. Он хотел умереть, а я помогала ему жить.
– Он просил тебя об этой помощи?
– Нет.
– Он принимал её?
– Думаю, да.
– И почему вы расстались?
– Он не захотел ехать в Нью-Йорк до тех пор, пока не разберётся в себе.
– И какая здесь проблема для тебя?
– Возможно, мне стоило остаться с ним...
– Он же сказал, что хочет сам разобраться в себе. Стоит дать ему такую возможность, тем более он сам попросил об этом. Не каждого человека можно спасти. В первую очередь человек должен помогать самому себе, а ты, как я заметил, очень часто оставляешь себя на втором месте. Но тебе стоит помочь себе, а не пытаться осчастливить окружающих. Возможно, ты, помогая кому-то, компенсируешь помощь, которую хотела бы получить. Тебе нужна помощь, но вместо этого ты помогаешь другим. Но не пора ли подумать о себе, Трина?
Я промолчала. Конечно, психолог был прав. Мои проблемы – вовсе не проблемы, а вымысел. Я сама назвала их проблемами, которые не могу решить, сама запустила себя в этот водоворот мыслей вместо того, чтобы делать хоть что-то. Делать хоть что-то – это же так легко и в то же время так сложно.
– Что же приносит тебе радость, Трина? Насколько я помню, ты называла это среди прочих вопросов.
– Море. И Адам. Музыка, чтение, прогулки. Последнее время я совсем забыла об этом, погрузилась в собственные мысли и совсем запуталась.
– Сейчас тебе не кажется, что ты получила свои ответы или хотя бы приблизилась к ним?
– Возможно. Возможно, мне стоит просто делать то, что я люблю. Но в последнее время я как-то устала от всего. У меня не было желания делать обычные дела, всё как будто потеряло смысл.
– Попробуй не искать смысл, а просто жить, хорошо? А если приходят мысли, сразу же прогоняй их, а не обдумывай. Можешь попробовать записывать их в дневнике, либо вести блог. Блог хорош тем, что люди могут отвечать тебе, но главное – не становись заложницей социальных сетей! – добавил психолог с усмешкой. – У тебя есть ещё вопросы ко мне?
– Вы думаете, что я выдумала свои проблемы?
– Вовсе нет! Твои проблемы вполне реальны. Каждый из нас проходит через что-то своё. Для одного проблемой является потеря близкого человека, а для другого – потеря смысла. Но это не значит, что проблема становится менее важной. Просто нужно найти способ, как решить её. На мой взгляд, как я уже сказал, тебе нужно отвлекаться от мыслей и начать делать то, что ты любишь. И ты даже сможешь быть снова счастливой, – подмигнул мистер Ривера.
– Спасибо вам! Я думаю, я многое поняла для себя сегодня. Когда мне прийти в следующий раз?
– Давай через месяц? Но если ты захочешь поговорить, то можешь прийти раньше, договорились?
Я кивнула, попрощалась с психологом и вышла из больницы.
. . .
Путь до дома был неблизкий, но вместо того, чтобы, как я привыкла, думать обо всём, я просто наслаждалась музыкой и параллельно создавала Tumblr-аккаунт. Я решила прислушаться к совету Нэйтана. Мне не хотелось вести записи из разряда «дорогой дневник», а идея с блогом была вполне уместной. Если не брать во внимание то, что я понятия не имела, о чём писать.
Я решила немного прогуляться перед возвращением домой, поэтому пошла по дороге вдоль реки, чтобы посидеть на качели. Когда я подходила к ней, то замедлила шаг, потому что парень, сидевший на ней, слишком напоминал Адама. Моё сердце сжалось от воспоминаний и нахлынувших чувств, но, когда я подходила ближе, мне всё сильнее казалось, что это не просто совпадение. Когда я подошла совсем близко, юноша поднял глаза и улыбнулся мне. Я увидела эти мятно-зелёные глаза, идеальную улыбку и сразу поняла, что мне вовсе не показалось – передо мной был мой Адам.
В одно мгновение он встал, чтобы подойти ко мне, а в другое я была уже в его тёплых объятиях. На нём была чёрная куртка, больше похожая на жакет, а кудрявые волосы развивались на ветру. Было уже по-осеннему прохладно, но в его объятиях я снова была в нашем мечтательном июне. В эту секунду всё казалось правильным, всё было на своём месте. А через несколько мгновений без лишних слов наши губы нашли друг друга и слились в нежном поцелуе. Как же я скучала по нему! Конечно, мы расстались ещё в августе, но этот поцелуй был нашим – таким, как будто мы были вместе всё это время. Мне не хотелось отрываться, но я чувствовала, что из моих глаз начали капать слёзы.
Когда Адам отстранился, он нежно вытер слёзы с моих щёк.
– Ну, чего ты, Ри? – как мне не хватало его, его низкого голоса и прикосновений... Я даже не понимала этого.
– Что ты здесь делаешь?!
– Я приехал, чтобы узнать, что с тобой. Мне вчера звонил Ривен и сказал, что что-то с тобой не так, но он не знает тебя настолько хорошо, чтобы понять, что именно. Он сказал, что ты пошла к психологу, значит, случилось что-то серьёзное. Что стряслось?
Он был таким нежным, чувственным и чутким, что я сразу растаяла. Даже не верится, что он бросил всё, чтобы приехать и спросить, как у меня дела. Но, судя по его взгляду, он тоже скучал по мне.
Мы сели на качель и начали плавно раскачиваться. Наши пальцы переплелись, и мы смотрели друг другу в глаза. Я аккуратно прикоснулась к его щеке, словно проверяя, настоящий ли он. Ох, он точно был настоящим, как и мои вернувшиеся чувства. Может, они вовсе не уходили?
– Я просто запуталась во всём. Я уже так много раз говорила об этом, что больше не хочу. Сейчас всё хорошо.
– А, так ты просто хотела, чтобы я приехал? – уточнил он с юмором.
– Да, именно этого я и хотела!
– А если серьёзно? – он очень внимательно посмотрел в мои глаза, словно пытаясь найти ответ.
– Сегодня мы с психологом всё обсудили, и я попробую улучшить свою жизнь. Мне просто не хватало поддержки, наверное. В один момент мне просто расхотелось делать что-либо.
– Знакомое чувство...
– И как ты пережил его?
– Я делал только то, что должен, а иногда то, что мне нравится. Я не занимался какой-то суперглобальной деятельностью, а просто жил так изо дня в день. А потом приехала ты...
Я медленно подвинулась и поцеловала его в губы одним лёгким касанием.
– Может, случилось что-то ещё?..
Я задумалась, стоит ли говорить Адаму об Итане, но решила, что пока не лучшее время для этого.
– Всё в порядке, Адам. Ты надолго приехал?
– До воскресенья, – на мои глаза снова навернулись слёзы, которые я безуспешно пыталась сдержать. – Я понимаю, что ты хочешь, чтобы я остался. И я могу остаться, если я тебе нужен. Но, насколько я знаю, ты получила моё письмо, поэтому знаешь, что меня ждёт работа. Я нужен тебе здесь?
Да. Конечно, ты нужен мне. Больше, чем кто-либо...
Но я не сказала ничего из этого, потому что знала, что он должен выбрать работу. Для него так будет лучше.
– Я думаю, тебе лучше вернуться на работу, если ты сам не хочешь остаться.
– Ты же знаешь, что хочу... – ответил он поникшим голосом.
– Может, тебе лучше не ехать в горячие точки?
– Но я пошёл работать фотокорреспондентом только ради них, ты же поняла это? – я кивнула. – Возможно, это ошибка, и я должен остаться здесь. Но я не хочу тащить тебя за собой на дно, Ри, – он нежно провёл пальцами по моему лицу. – Возможно, мы однажды встретимся, и у нас всё получится так, как надо.
– Возможно, – слегка улыбнулась я, и мы снова поцеловали друг друга. В этом поцелуе были все наши невысказанные чувства, наша любовь и наше будущее. Ждёт ли нас впереди счастье? Или мы прощаемся навсегда?..