Столкнувшийся

Саммер

— Как в ситуации с мамой Стифлера? — спрашивает Амара, запихивая в рот ложку хлопьев.
— Скорее, с бабушкой Стифлера, — говорю я, убирая ноутбук в сумку.
Амара давится, повторяя мою реакцию, когда я узнала о выходке Дилана.
— Эти парни продолжают меня удивлять, — говорит она сквозь приступ кашля. — Итак, что ты решила насчет капитана?
Я пожимаю плечами.
— Я пока думаю об этом.
— А о чем тут думать? Он заставил тебя увидеть звезды. Я почти уверена, что это уже соответствует всем требованиям.
Я ставлю свою кружку.
— Обычно я не занимаюсь такими вещами.
— Сексом? — подсказывает она.
— Мы не занимались сексом.
— Ты отправила его лицо в небытие. Извини, что я тебя огорчаю, но для меня это абсолютный секс.
— Я особенно помню, как ты сказала, что упала с дивана, — говорит Кэсси, входя в наше общежитие.
— Очень вовремя, Кэсс, — Амара улыбается. — Еще не стоит забывать, как вы двое приклеились друг к другу, как липучки, на его дне рождении, — ее знающий взгляд говорит мне, что она увидела больше, чем я надеялась.
— Я была пьяна.
— Ага, точно, — усмехается она. — Итак, давай разберемся. Есть суперсексуальный хоккеист, который заставляет тебя смеяться и дарит тебе умопомрачительные оргазмы, но ты все равно не хочешь с ним переспать?
Кэсси поднимает пальцы, как будто хочет сосчитать что-то, что не сходится. Это не те вопросы, которые нужны мне сегодня утром. Я больше надеялась на длинный список причин, почему это плохая идея.
— Потому что один раз мы уже попытались, и он сразу же выбежал за дверь, — пытаюсь объяснить я.
— Это было после того, как он оставил мяч на твоей площадке. Или шайбу на твоем... катке. Короче неважно, ты поняла.
— Пора забросить эту шайбу. Все довольно просто, — говорит Кэсси.
Я качаю головой в недоумении. Эти девушки – мои подруги или они хотят моей смерти?
— Что вы хотите, чтобы я сделала? Пошла туда и попросила его меня трахнуть?
— Да! — воскликнули они в унисон.
Это вина Киана. Если бы он не пригласил меня на вечеринку или не затащил в «Старлайт», у меня бы не было этих мыслей. Я бы не думала о том, как быстро он поднял меня с земли, когда я упала, или о том, как близко он был, когда мы вышли из холла. Если бы он просто позволил мне валяться в общежитии с коробкой пиццы, ничего бы этого не произошло.
— Возьми мою машину.
— У меня пары. Я не собираюсь ехать к нему в девять утра.
Амара кладет ключи мне на ладонь.
— Сделай нам всем одолжение, пусть этот мужчина сделает с тобой что-нибудь невообразимое.
Кэсси похлопывает Амару по плечу, и они выталкивают меня за дверь.
Через пять минут я сижу в машине Амары, мысленно составляя список «за» и «против, который почему-то состоит только из «за». Если бы я была менее уставшей, то могла бы принять более логичное решение.
Я провела в раздумьях десять минут, до занятий осталось двадцать. Я не смогу высидеть три часа самой коматозной лекции на планете, не исправив ситуацию. Меня манит, как кролика морковкой, пока я еду к дому хоккеистов.
Я поднимаюсь по ступенькам и вижу Эли на подъездной дорожке.
— Вернулась за добавкой? — спрашивает он.
— А? — неужели так очевидно, для чего я здесь? Может, у меня на лбу нарисован большой член с именем Эйдена, который я не заметила?
— Для исследования. Твоя работа на тему хоккея, верно?
Точно.
— О, да, это так. Не могу насытиться этими исследованиями!
Эли хихикает.
— Он в гостиной.
В доме тихо, и мне трудно сдержать сердце, чтобы оно не выскочило из груди, когда я вижу его затылок.
— Я здесь.
Эйден удивленно поднимает голову и смотрит на меня со своего места на диване.
— Я вижу, — говорит он, возвращаясь к своему ноутбуку.
Я закрываю ноутбук, заставляя его убрать руки с клавиатуры.
— Я здесь, потому что хочу тебя, — слова даются мне с большим трудом.
Его лицо вспыхивает эмоциями, но затем снова становится нейтральным. Эйден усаживается поудобнее на диване, глубже погружаясь в подушки.
— Хочешь, чтобы я...?
— Ты собираешься заставить меня сказать это?
Он ухмыляется. Как гребаный мудак. Мне хочется уйти, но я уже несколько дней ломаю себе этим голову. Я больше не могу отрицать, что хочу его. И еще потому, что я не хочу выслушивать лекцию, которую Амара прочтет мне, если я струшу.
Я выпрямляюсь.
— Я хочу, чтобы ты меня трахнул.
Эйден пытается сесть, чтобы уделить мне все свое внимание.
— Никогда не думал, что когда-нибудь услышу от Санни такие слова, — наши головы поворачиваются к арке, ведущей в гостиную, и я вижу четыре широко раскрывшиеся пары глаз младшекурсников и одну очень веселого Дилана.
— Ты должен поделиться своими секретами, Кэп, — хмыкает он.
— О боже мой, — мое лицо горит от шеи до ушей. От унижения меня бросает в дрожь и бледнеет кожа.
Эйден ругается под нос, когда видит мое побледневшее лицо.
— Я... я пойду, — я бегу к двери, не обращая внимания на то, что Эйден зовет меня по имени. Когда я уже наполовину спустилась по ступенькам, он хватает меня за руку.
— Подожди.
Я пытаюсь вырвать руку.
— Избавь меня от еще большего унижения.
Он не отпускает меня, но поворачивает лицом к себе.
Я застонала.
— Тебе нравится ставить меня в неловкое положение?
— Я никогда не ставил тебя в неловкое положение. Ты делаешь это сама, — он улыбается.
— Чего ты хочешь?
— Тебя, — часть моей груди оттаивает. — Поверь мне, это не входит даже в десятку самых постыдных вещей, произошедших в этом доме.
— Это было на глазах у всей твоей команды!
— Всего лишь младшекурсники. Какая разница?
— Для меня есть разница! Теперь они думают, что я какая-то девчонка, которая готова на все ради члена.
Он поднял брови.
— А ты такая?
Это действительно тот парень, с которым я хотела заняться сексом?
Да.
Я ударила его по руке, но это только заставило его рассмеяться. Это был бы довольно сексуальный звук, если бы я сейчас не была так раздражена.
Когда теплые пальцы тянутся к моему подбородку, мой желудок вздрагивает.
— Ты имела в виду то, что сказала?
Сейчас не время быть трусихой, Саммер.
Я тяжело сглатываю.
— Да.
Его напряженные плечи расслабляются, и он усмехается.
— Скажи это еще раз.
— Нет, черт возьми.
— Ну же. Еще разок, — подначивает он.
Я качаю головой, теперь уже более серьезно. Эйден пожимает плечами и поворачивается, чтобы уйти. Я борюсь с желанием закатить глаза, когда хватаю его за рукав футболки, чтобы притянуть к себе. Он легко подходит, даже не пытаясь скрыть улыбку на своем дурацком самодовольном лице.
Я драматично вздыхаю.
— Я хочу, чтобы ты меня трахнул.
Глаза Эйдена загораются, как у ребенка на Рождество.
— Это было так трудно?
— Чрезвычайно, — говорю я. И тут снова закрадывается чувство неловкости, и мой мозг подсказывает мне, что нужно аккуратно решить эту ситуацию, пока она не выскользнула из-под моего контроля.
— Думаю, это будет что-то вроде друзей с привилегиями. Люди с привилегиями? Или, скорее, приятели по сексу.
У Эйдена отвисла челюсть.
— Верно, — он потирает затылок, и его бугрящиеся бицепсы на мгновение отвлекают меня. — Сейчас?
От этого слова меня обдает жаром, но я качаю головой.
— Нет, — я делаю осторожный шаг в сторону. — У меня занятия, а потом я дорабатываю свое исследование с Донни. Но в пятницу я свободна.
Он напрягается при упоминании Донни.
— У меня тренировка до семи. Как насчет восьми?
Если бы нас кто-нибудь услышал, это прозвучало бы как деловая беседа, но непринужденность этого разговора – единственное, что удерживает меня от желания стереть себя с лица планеты.
— У тебя дома? Ребята, наверное, устроят вечеринку, которую им здесь устраивать не разрешено, — говорит он.
— Конечно. Амара гуляет по пятницам.
— Мне подходит.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но останавливаюсь.
— А мы можем сделать все по-тихому? Я знаю, что парни слышали меня, но я бы предпочла, чтобы все остальные не знали.
— Стыдно? — вопрос, вероятно, был задан в шутку, но меня смущает колючее презрение, проскользнувшее в его тоне.
— Я просто не хочу, чтобы все лезли в наши дела.
— Да, я понимаю. Увидимся позже, Саммер.