Глава 26: Последняя черта
Два месяца. Шестьдесят дней тотальной, вымотанной до предела концентрации. Тэхен больше не просто играл роль. Он жил ею. Он стал идеальным отражением того, кого Юнги хотел видеть рядом — надёжным, немного замкнутым, но преданным другом, который всегда готов помочь, выслушать, поддержать. Он вникал в рабочие проблемы детектива, помогал с бытовыми мелочами, и всё это с таким искренним на вид участием, что даже его собственная натура начала поддаваться этой иллюзии.
Но по ночам, возвращаясь в свою пустую квартиру, он сбрасывал маску. И тогда его пальцы сами тянулись к ноутбуку. Он не мог остановиться. Убийства стали не просто необходимостью для поддержания силы кольца или отвлечения внимания. Они стали его дыханием. Его способом напомнить себе, кто он на самом деле. Бизнесмен, слишком громко заявивший о нём в прессе. Бывшая девушка, которая имела неосторожность начать ему угрожать. Сосед, который жаловался на шум. Они исчезали один за другим — «естественные смерти», разбросанные по городу, как жуткие вехи, отсчитывающие время до конца.
Он стал мастером своего дела. Он выбирал жертв без связей, без внимания, тех, чьё исчезновение не вызывало бы долгих расследований. Он был тенью, и город привык к его присутствию, даже не подозревая об этом.
---
Однажды вечером, за две недели до окончания года, Тэхен стоял на своём балконе, глядя на море огней. Воздух был холодным, но он не чувствовал этого. Он чувствовал лишь пульсацию кольца на своём пальце и странное, ледяное спокойствие.
Дженни материализовалась рядом, прислонившись к перилам. Она смотрела не на город, а на него. Её обычная насмешливость куда-то испарилась. В её взгляде была усталость и нечто, похожее на уважение.
— Ну, — начала она, и её голос был непривычно тихим. — Почти финишная прямая.
Тэхен кивнул, не глядя на неё.
— Двадцать девять дней.
— Двадцать девять дней, — повторила она. — И за всё это время... они так и не подобрались к тебе близко. Ни одной улики. Ни одного намёка. — Она покачала головой. — Я... впечатлена. Честно.
Тэхен наконец повернулся к ней. Его лицо в лунном свете казалось высеченным из мрамора.
— Ты думала, я проиграю?
— Я думала, твоё собственное эго тебя погубит. Ты был так одержим Юнги, что я была уверена — ты совершишь ошибку. Раньше ты бы её совершил. — Она изучала его. — Но ты... изменился. Окоченел. Стал эффективным. Холодным. Почти как...
— Почти как ты? — он закончил за неё.
Она не ответила. Ответ был в её молчании.
— Остался месяц, — сказал Тэхен, глядя на своё кольцо. — Двадцать девять дней, и если они меня не поймают... вечность будет моей. Я смогу убивать бесконечно. Становясь сильнее с каждой жертвой. Я буду править этим городом из тени. Никто не сможет меня остановить.
В его голосе не было ликования. Была констатация факта. Как если бы он читал прогноз погоды.
— А что насчёт него? — тихо спросила Дженни. — Юнги. Ты всё ещё намерен...?
— О, да, — Тэхен улыбнулся. Это была безрадостная, хищная улыбка. — Он будет моей последней жертвой в этом обличье. Символическим актом. Я убью друга, которым притворялся. Это будет... поэтично. А потом я начну новую жизнь. Вечную.
Он посмотрел на Дженни, и его взгляд стал тяжёлым, полным скрытой угрозы.
— А наша сделка... она ведь не запрещает мне убивать и после, верно? Ты получишь его душу. А я получу право убивать дальше. Мы оба останемся в выигрыше.
Он делал вид, что не замечает, как она напряглась при словах «ты получишь его душу». Он знал, что для неё это больше не было желанной добычей. Это было потерей.
— Конечно, — её голос прозвучал ровно, но он уловил лёгкую дрожь. — Сделка есть сделка.
— Именно, — Тэхен оттолкнулся от перил. — А теперь, если не возражаешь, мне нужно отдохнуть. Завтра у меня важный день. Мы с Юнги идём в архив — он хочет проверить старые газеты по своему делу. Возможно, я наконец-то найду там то, что ищу.
Он прошёл мимо неё, не оглядываясь. Он больше не умолял её о внимании. Не злился на её взгляды, украдкой брошенные на Юнги. Теперь он держал её на крючке. Так же, как и детектива.
Дженни осталась стоять на балконе, глядя ему вслед. В её демоническом сердце, если оно у неё было, бушевал хаос. Она наблюдала, как смертный, которого она считала слабым и эмоциональным, превратился в нечто иное — в холодного, расчётливого хищника, который играл с ними обоими. Он использовал её привязанность к Юнги как рычаг. И он был так близок к победе.
Всего месяц. Двадцать девять дней. И тогда он получит вечную жизнь. И он убьёт Юнги. И она будет вынуждена наблюдать. А потом... а потом он будет убивать снова и снова. И она будет привязана к нему. Навеки. Как зритель к бесконечному, ужасающему спектаклю, режиссёром которого стал тот, кого она когда-то считала своей марионеткой.
Она сжала бесплотные кулаки. Страх и ярость боролись в ней. Она должна была что-то сделать. Но что? Предупредить Юнги? Но это означало бы нарушить сделку и потерять всё. Остаться в стороне? И позволить Тэхену выиграть?
Впервые за всю свою долгую демоническую жизнь Дженни почувствовала себя в ловушке. И худшее было в том, что её загнал в угол не другой демон, не ангел, а простой смертный, который оказался умнее, хитрее и безжалостнее, чем она могла предположить.
Она посмотрела на город, который через месяц мог оказаться во власти бессмертного убийцы, чьей единственной привязанностью была жажда власти и мести. И впервые подумала, что Ад, возможно, был не таким уж и плохим местом по сравнению с вечностью, которую готовил Тэхен.
***
Продолжение следует...