Почему же мне так холодно?

39.

Джейк терял терпение: медленным движением взял со стола стакан с водой и сделал два больших глотка. Кадык дёрнулся на его шее. Я же стыдливо отвела взгляд в сторону, туда, где за панорамным стеклом скрывалось несчётное количество разноцветных огоньков вечернего Нью-Йорка. Кипящая жизнь осталась далеко под ногами. Если быть точнее, двадцать этажей. Именно на такой высоте располагался французский ресторан, где одно блюдо стоило больше, чем моя месячная зарплата в Таргет.

— Правильно ли я тебя понял? — переспросил напротив собеседник, излучавший волны полного недоумения из-за моего очередного приступа глупости. — За неделю, которую ты провела с Марком, ты так и не посветила его во всю нашу печальную ситуацию, которая в любой момент может закончиться серией убийств? Более того, ты, чёрт возьми, согласилась выйти за него замуж! Я устал спрашивать, где твои мозги...

Молча закусила губу. Что я могла ответить? Он прав. Мозги собрали чемоданчики и свалили из штата быстрее, чем это сделала я. Нервно подтянула глубокий вырез шёлкового платья, неприлично оголявшего руки и плечи. Моя честь держалась на двух тонких бретельках. Никогда бы в жизни не посмотрела на подобную тряпку в магазине, а Джейк парой часов ранее отвалил за неё пару кусков.

— Ответишь ты уже хоть что-нибудь? — разозлился он, поправив узкий чёрный галстук, не дававший ему покоя весь вечер. Наверное, душил с непривычки.

Ответ. Он был до смешного прост. Целую неделю я не вылезала из кровати Марка. Мне необходимо было восполнить объем объятий за время разлуки. Вдыхала родной запах, который не смог перебить даже новый парфюм. Находилась на своём законном месте: в плену поцелуев, которые оставлял Бэйли на каждом сантиметре обнаженной и жаждущей кожи. Мы тянулись друг к другу, пытаясь заглушить внутреннюю пустоту, поедавшую обоих месяцами напролет. Сиамские близнецы снова стали одним целом, пережив долгую кому.

Больная любовь напрочь вытеснила мои обязательства: менеджер не стал слушать, когда я утром явилась с извинениями за недельный пропуск на работе. Выдали часть денег за отработанные часы, не забыв вычесть штраф.

— Не смогла, — со стоном разочарования выдала я, ковыряясь в тарелке морепродуктов вилкой. Из французской еды предпочитала лишь багет.

— Что ты не смогла? — пытался допытаться он, будто разговаривал с ребёнком.

— Понимаешь... — я хотела сформулировать ответ так, чтобы не вывести Рида из себя окончательно. Но это было невозможно. — Он был такой счастливый. С этой свадьбой. Подготовкой к концерту. Снова стал моим прежним Марком. К тому же я просто боялась рассказать... Про тебя. Он может всё не так понять.

— Наигралась в счастливую семью? — устало выдохнул он, недовольно скользнув по мне взглядом. — Нас убьют, потому что ты боишься, что парень будет ревновать? Я бы сказал, что вам вообще не стоит встречаться...

— Я знаю, — раздражённо отмахнулась я от столь грубого тона. Оба в это влипли не по своему желанию. И мы находились на грани того, чтобы впервые разругаться. И даже это нам не позволено. Любое лишнее движение могло вызвать подозрения со стороны Тревора.

Аппетит окончательно пропал. Отодвинула тарелку и облокотилась спиной на бархатистую спинку деревянного стула. Приглушенный свет в помещении разбавляли маленькие огоньки зажжённых свечей, установленных в старинных канделябрах прямо на столиках посетителей. Хотелось опрокинуть железяку, чтобы спалить это место. Настолько мне не нравилось наше фальшивое свидание.

— Завтра же пойдем вместе объяснять твоему парню, что к чему, — Джейк решил закончить неприятный разговор, чтобы не усугублять ситуацию. — Будьте добры, мисс! — он увидел краем глаза, как мимо нас проплывала летящей походкой юная девушка в форме официантки с пустым серебристым подносом. — Не могли бы Вы нас сфотографировать? Это наше первое свидание — хотелось бы оставить что-то на память.

— Конечно, — увидев нас, девушка растрогалась: опустила поднос на столик, вытерла вспотевшие, немного полные, розовые руки об фартук и расплылась в милой ухмылке с ямочкой. Она взяла из рук Джейка телефон и направила на нас камеру.

— Милая, не могла бы и ты улыбнуться? — он не мог быстро остудить пыл, разгоревшийся после нашей ссоры, поэтому его наигранные эмоции влюбленного парня заставили меня вкусить очередное разочарование. Я старалась не закричать от абсурдности происходящего: вместо этого напрягла мышцы лица. Не уверена, что именно они отвечали за улыбку.

— Большое спасибо, — вежливо поблагодарил Джейк, забирая телефон. На экране увидел что-то ужасное, так как брови сошлись на переносице.

— Приятного вечера, — отозвалась официантка и растворилась среди столиков.

— Выглядишь так, будто бы я держу тебя в заложниках.

— Не ты — Тревор, — я поднялась на ноги, едва не завалившись на бок из-за высоких каблуков. — Что дальше по плану? Мы уже повесили замок влюбленных на Бруклинском мосту, сделали фотографии со всеми достопримечательностями... Идём снова покупать одежду? Остался же парк аттракционов.

— Я думаю, что фотографий для прикрытия хватит на первое время. Буду загружать по одной раз в пару дней. В парк сходим позже, — Джейк ослабил галстук, обошел столик и галантным движением взял меня под руку, направляясь в гардеробную. — Тебе тоже стоит закинуть фотографии в профиль. Если вдруг и за тобой слежку устроят.

— Я не заходила в свои социальные сети больше полугода. Можешь сказать Тревору, что я решила отказаться от потребления бесполезного информационного контента. У меня цифровой детокс.

Влезла быстро в пальто и выскочила наружу, не дожидаясь, пока Джейк расплатится. Ни минуты бы не выдержала в напыщенным светском обществе, в котором выглядела полной чудачкой. Пожилая дама напротив даже фыркнула, когда я от стресса уронила десертную вилку и чуть не опрокинула столик из красного дуба, когда полезла её подбирать.

В стеклянном лифте, ожидая, когда я снова спущусь с неба на землю, меня затошнило. В зеркале заметила, что щеки охватил нездоровый румянец. Голова пыталась справиться с болезненной пульсацией, а руку обжигало кольцо, которое я привычным движением нащупала в кармане. Пришлось снять сразу после того, как за мной захлопнулась дверь в номер Марка. Никто не должен знать, что я собираюсь замуж, если мой жених — не Джейк.

Мне надоело прятаться и бояться.

Боялась рассказать правду Марку.

Боялась подвести Джейка.

Боялась смерти из-за недоговорок и обмана.

Лучше бы я и правда уехала на ферму к матери Рида. Оттолкнула от себя тяжелую стеклянную дверь с вертикальными ручками, отражавшими в позолоченном покрытии свет хрустальных люстр в холе здания. Они свисали над головами словно сталактиты. Прохладный воздух ударил в лицо, приятно остужая разгорячённое тело. Присела на корточки, прислонилась спиной к кирпичной кладке и стала дожидаться Джейка.

Что если Марк не поверит? Лоретту все вокруг считали не той сумасшедшей девушкой, какой её знала я. Тогда как объяснить, что уважаемая в обществе семья имеет преступный бизнес? Не сделает ли Марк ещё хуже, когда узнает правду?

Через пару минут запыхавшийся Рид выскочил из двойных дверей и испуганно ворочал головой из стороны в сторону. Хорошо бы было исчезнуть. Прямо сейчас раствориться воздухе. Я устала. После проведенной с Марком волшебной недели реальность можно было сравнить с гранитной плитой, что неожиданно придавила моё тело. Но недостаточно сильно, чтобы убить. К сожалению.

— Эй, — тихо позвала я, чтобы не беспокоить Джейка, который весь день старался ради нашего прикрытия.

— Можешь идти? — он навис надо мной, будто бы готов был подхватить на руки.

— Я в порядке, — кивнула и быстро встала, поправив пальто.

Мы провели день, как богачи, а теперь шли к ржавому побитому пикапу. Любой, кто взглянет на фотографии, сразу же поймет, что любви между нами нет. Тем более она не измеряется дороговизной ресторана. Но на этом настоял именно Джейк. Я же неохотно повиновалась тому, что мне говорили, но всё же не пыталась помочь реализовать из нас фальшивую парочку. Лишь озиралась везде по сторонам, если вдруг случайно Марк не проходил мимо и не заметил, как я фальшиво целуюсь с Джейком в парке Хайлан или то, как мы поднималась на смотровую площадку, располагавшуюся на крыше Рокфеллер-центра. Вдруг именно сегодня он решил заглянуть в Ботанический сад?

Джейку, кажется, тоже не понравилось наше романтическое приключение. Когда двое людей вынуждены что-то делать, оно чувствуется скорее, как пытка, нежели удовольствие. Мы весь день ссорились по пустякам. В основном он злился из-за того, что я не посветила в наши дела Бэйли, а я ходила мрачная, так как Рид даже не пытался войти в моё положение. Даже не так: настоятельно рекомендовал разорвать отношения с Марком.

— Завтра утром поедем к твоему женишику, — последнее слово он язвительно из себя выдавил, — и я разъясню всю ситуацию, раз ты не можешь.

— Ясно.

— Мне вот ничего не ясно, — взбесился он.

Хотелось затянуть галстук на его шее потуже.

— Да, я понимаю, что мы находимся в опасности! — я взревела на весь салон. Видимо, сделала это настолько громко, что пожилой мужчина с дамой у входа в ресторан испуганно обернулись на источник шума. — Ну, что я могу сделать? Давай! Поехали! К Марку сейчас!

Рид промолчал. Завёл машину и тронулся с места. Да так резко, что открылся бардачок, и на мои ноги вывалились какие-то обёртки, фантики и бумажки. Со злости переставила ноги и подмяла под себя — поднимать не собиралась.

Прислонилась лбом к запотевшему окну. Жалко, что нельзя было просить Бога об убийстве. Но я готова была сдаться на милость Дьяволу, лишь бы сохранить свои отношения с Марком и разобраться с Тревором и Лореттой. Страх вылился в тягу сгрызть к черту под корень свои ногти. Не знала, сколько я провела в таком состоянии. Не замечала ни дороги, ни времени. Опомнилась, когда Рид заглушил машину, и мы встали прямо у двери подъезда. Ногтей не осталось. Лишь заусенцы с капелькой крови.

— Лети? — тихо обратился ко мне Джейк, наконец-то потушив в себе огонь раздражения. — Я обещаю, что мы со всем справимся. Как всегда. Ты мне веришь?

— Да, — это единственное, на что мне оставалось рассчитывать. Когда мир в очередной раз рушился перед глазами, за моей спиной всегда стоял Джейк. Как бы странно это не звучало, я больше доверяла ему, чем Марку. Страх отступил на маленький шажок назад. Стабильность в лице Рида успокаивала.

Он протянул бумажный носовой платок в знак примирения. Вытерла распухшие от слёз глаза и выбралась из машины. Джейк передал увядшие розы, оставшиеся в кузове на протяжении всего дня. Подарил цветы утром, когда мы выбрались на завтрак в ближайшее кафе и сделали целую серию фотографий. Тогда у меня ещё были силы притворяться счастливой.

Пару раз шумно втянула воздух, чтобы окончательно покончить с бесполезными переживаниями. Завтра мы во всем разберёмся. Но моя уверенность быстро растаяла, когда дверцы лифта разъехались в сторону. Дьявол не расслышал просьбу и решил окончательно добить меня. Причину всех бед.

— Марк?! — вскрикнула я, совсем позабыв, что позади стоит Джейк, и кинулась ему на встречу, а он грубовато выставил перед собой левую руку, так как в правой держал бутылку виски. Бэйли с трудом держал равновесие, а глаза, полные ненависти и боли, пытались сжечь меня заживо. Волосы торчали в разные стороны, а справой стороны виднелись маленькие ветки, будто он валялся на газоне. Его грудь резкими рывками поднималась и опускалась. Я же перестала вовсе дышать, ожидая приближения цунами, что захватит нас всех в убийственный поток.

— Я до конца не верил... Лоретта говорила, даже видео показывала... И что я вижу? Ты с грёбаным упырём идешь домой после свидания, —приглушённо-хриплые слова, растянутые из-за опьянения, резали слух из-за сорванного голоса. — Какие милые цветочки. Решила на два члена сразу присесть?

Сделала снова шаг на встречу — а он назад.

— Марк, — я повысила голос, не собираясь слушать лившийся из его рта бред. — Я могу всё объяснить...

Глупая Летти, глупая фраза, будто бы из анекдота. Продолжить я не смогла, так как меня резко оборвали:

—  Я могу все объяснить! — пискляво передразнил меня Марк и снова потянулся к горлышку стеклянной бутылки. Рука не удержала виски, и янтарная жидкость пролилась прямо на грудь.

— Иди проспись, придурок, — бросил Джейк, проходя мимо нас, оттолкнув Марка в сторону, чтобы открыть дверь. — Я обещал тебе со всем разобраться завтра, — обратился уже ко мне. — Сейчас ты ему ничего не докажешь, пока он в таком состоянии. Поэтому пошли спать.

Но я никогда бы не бросила Марка. Особенно нестабильного. Когда он снова на меня посмотрел, заметила покрасневшие белки из-за лопнувших капилляров. Съезжало с плеча наспех накинутое кожаное пальто, на конец которого он случайно наступил и чуть ль не повалился кубарем с лестницы, если бы я не успела вовремя схватить его за руку. Сердце ушло в пятки, и неосознанно вскрикнула, так как в красках представила момент, как Бэйли лежал в конце пролета с неестественно выгнутой шеей и разбитой головой.

— Марк, я тебе сейчас вызову такси домой, — стала искать телефон в сумочке, пока он пытался стряхнуть с меня руку, делая это с особым отвращением на лице. Я знала, что поговорить в данный момент не представлялось возможным. Но держала крепко, чтобы он снова случайно не повалился на бетонные ступени.

— Меня заберут, не нужно мне твоё такси, — остервенело прохрипел он, с силой оттолкнув меня в сторону. А затем толкнул ещё раз — в открытую дверь квартиры. — Иди, твой парень тебя дожидается.

— Он не мой парень! — прокричала я в ответ, сопротивляясь его толчкам. Упёрлась руками в косяк двери.

— И поэтому ты соврала насчёт соседки? — выплюнул он, пятясь назад к лифту. Снял с пальца подаренное мной кольцо и со злостью кинул вперёд. Печатка была увесистая. Моя бровь неприветливо встретила тяжелый метал. Горячая змейка крови моментально спустилась по щеке. Не чувствовала боли, но инстинктивно прижала руку к лицу.

— Всё очень сложно, ты не понимаешь... — с отчаянием забормотала я, пытаясь его вразумить. — Давай спокойно поговорим в квартире! Прекрати, Марк!

— Я все отлично понимаю и так! — он опустил на пол бутылку виски и полез в карманы. — И дурацкое лечение. Я делал это только ради тебя. Поэтому забирай!

В меня летели оранжевые банки с лекарствами. Некоторые из них открылись прямо в воздухе, и белые таблетки рассыпались по полу.

— Хватит! — тихо прошептала я, обхватывая себя руками. — Прекрати! Ты делаешь мне больно...

В этот раз он меня не душил, а топил эмоционально. Резкие слова хлестали меня и оставляли на душе кровавые раны. Болело тело. Царапала шею, стараясь сделать вздох. Выходило через раз. Спазмы накрыли руки, заставляя конечности трястись от перенапряжения.

— Гореть тебе в аду, лживая шлюха, — продолжал он свою пьяную тираду.

Мой Марк никогда бы не сказал такого. В него вселился демон, не иначе. Метался на лестничной клетке и покрывал меня благим матом.

— Я не виновата. Это все Лоретта! — кричала я в ответ. Но наши реплики мешались, и казалось, что мы скорее говорим сами с собой, нежели друг с другом. Каждый нёс свою пургу, пока я не осела на пол, схватившись за голову. Крики. Крики. Крики. Слова не строились в предложение, и я завыла, как умирающая собака. Нет выхода. Нет воздуха. Сидела и скулила до тех пор, пока ушей не коснулась благоговейная тишина. Подняла голову. Марк ушёл. Лишь опрокинутая бутылка виски и рассыпанные по полу белые таблетки разной формы доказывали, что всё произошедшее — реальность.

Заскрипел пол. Джейк вышел на порог.

— Я не знал... — тихо прошептал он. — Не хотел вмешиваться в ваши разборки. Я говорил, что стоило ему сразу расска...

Предложение не закончил. Вместо этого устало вздохнул. Тёплые руки подняли меня с пола и занесли в квартиру. Через минуту я оказалась в спальне и лежала безвольной куклой, лишившейся разума и эмоций. С меня стянули сапоги и куртку, затем накрыли пуховым одеялом. От перенапряжения меня замкнуло, и я просто не хотела существовать. Сон был единственным способом забыться.

Кажется, чуть позже Джейк наклеил на бровь пластырь.