Дари мне боль

Pov Tom

Ког­да они уш­ли, я все еще сто­ял на ко­ленях, упи­ра­ясь ру­ками в про­мер­зшую зем­лю. Бо­ясь уви­деть ра­зоча­рова­ние или укор в гла­за Бил­ла, я все же пос­мотрел на не­го. Прос­ти ме­ня. Прос­ти. Ес­ли с ним что-то слу­чит­ся, то толь­ко из-за ме­ня.

— Ус­по­кой­ся! Все хо­рошо, — он под­хо­дит, по­могая под­нять­ся на но­ги. Эмо­ции бе­рут верх, и сле­зы не да­ют ска­зать и сло­ва, а мне сей­час ка­жет­ся та­ким не­об­хо­димым поп­ро­сить у не­го про­щение за все, в чем я ви­новат.

— Встань же! — гром­кий при­каз нем­но­го при­вел ме­ня в чувс­тва, я под­нял гла­за, ло­вя взгляд блес­тя­щих глаз.

— Все бу­дет хо­рошо. Я обе­щаю. Встань, — он ус­та­ло все-та­ки под­нял ме­ня на но­ги и про­вел ла­доня­ми по ще­кам, сти­рая сле­зы.

— Прос­ти ме­ня, я не хо­тел, это я ви­новат... — про­гова­риваю, ста­ра­ясь унять сле­зы.

— Ник­то не ви­новат, — я по­чувс­тво­вал, как его паль­цы сжа­ли мое пле­чо, а гла­за заб­лесте­ли. — Я со всем этим раз­бе­русь, — встря­хива­ет ме­ня, зас­тавляя смот­реть на се­бя, — глав­ное, что­бы те­бе уда­лось сбе­жать! И ты это сде­ла­ешь, че­го бы мне это не сто­ило!

Я кив­нул. Но в ду­ше по­нимал, как это не чес­тно. Пусть луч­ше я за все рас­пла­чусь! Я во всем ви­новат. Он ведь не хо­тел!

— Обе­щай Том. Нет, кля­нись!

Билл, за­чем ты так, я ведь не смо­гу!

— Кля­нись, Том!

Сей­час его сос­то­яние нас­толь­ко нер­вное, что мне страш­но. Страш­но за то, что ему моя жизнь до­роже, чем мне са­мому.

— Я кля­нусь! Кля­нусь...

— Мной кля­нись.

— По­жалуй­ста... — за­мотав го­ловой, ста­ра­ясь вы­путать­ся из его рук. Он креп­че сжи­ма­ет, зас­тавляя смот­реть в гла­за.

— Кля­нись! Ты хо­чешь ска­зать, что все это зря? Ес­ли ты так ме­ня лю­бишь, то кля­нись, что сбе­жишь!

— Я кля­нусь, кля­нусь то­бой, что сбе­гу. Всё сде­лаю. Всё, что ска­жешь! — пос­ледний раз при­жима­юсь к лю­бимо­му те­лу.

— Нуж­но ид­ти, — отс­тра­ня­ет ме­ня, дос­та­вая ча­сы из кар­ма­на. Ка­кой же он сей­час расс­тро­ен­ный, уби­тый. Да что же те­перь бу­дет?

Вый­дя из бе­сед­ки, он не­замет­но ог­ля­дел­ся и по­шел впе­ред, а я нес­ме­ло пос­ле­довал за ним. Вой­дя в гос­ти­ную и иг­но­рируя ус­тра­ша­ющий взгляд ох­ранни­ков, я шел, ста­ра­ясь не от­ста­вать. Сла­бость во всем те­ле на­кати­ла с но­вой си­лой, по­это­му, под­ни­ма­ясь по лес­тни­це, приш­лось дер­жать­ся за пе­рила. Все про­изош­ло так вне­зап­но, что я до сих пор прий­ти в се­бя не мо­гу. Рас­ста­вание, от­ча­яние, боль, страх. Я столь­ко все­го пе­режил за это вре­мя, что мне ка­жет­ся, что ху­же и боль­нее не бу­дет, но пос­то­ян­но слу­ча­ет­ся что-то всё бо­лее пло­хое.

Вой­дя в ком­на­ту и зак­рыв дверь, я пы­тал­ся пой­мать бе­га­ющий взгляд Бил­ла. Ка­ково ему сей­час? Злит­ся? Бо­ит­ся ли он?

— Вре­мени не так мно­го, — он по­дошел к ок­ну и дос­тал си­гаре­ты. В его дви­жени­ях чувс­тво­валась нер­возность, ко­торую он пло­хо скры­вал. Ста­рал­ся ка­зать­ся спо­кой­ным, но я ви­дел, как он взвин­чен. За­чем ему ид­ти к Ани­су? Что он хо­чет? Я до­гады­вал­ся, но приз­на­вать то, что на это Билл идет из-за ме­ня, бы­ло не­выно­симо слож­но, как впро­чем, и все, на что он по­шел ра­ди ме­ня.

— Ты все пом­нишь? — вы­дыхая ед­кий дым, он при­кусил гу­бу, всмат­ри­ва­ясь ку­да-то вдаль. Буд­то от­вле­кая се­бя от на­вяз­чи­вых мыс­лей.

— Пом­ню, — ды­хание пе­рех­ва­тыва­ло, а в гру­ди сжи­мало. Еле сдер­жи­ваю под­ка­тыва­ющий­ся ко­мок к гор­лу. Я не дол­жен боль­ше ры­дать, дол­жен быть силь­ным и стой­ким. Как он. — Ты дол­жен, на­вер­ное, ме­ня не­нави­деть. Столь­ко все­го из-за ме­ня...

— Как и ты ме­ня. Ты то­же дол­жен не­нави­деть, — по­тушив си­гаре­ту о по­докон­ник, он по­дошел бли­же и кос­нулся ру­кой мо­его под­бо­род­ка. — Мне сей­час ка­жет­ся, что я не смо­гу те­перь прос­то взять и ос­та­вить те­бя, но я знаю, что там, на сво­боде, ты пой­мешь, как оши­бал­ся, и бу­дешь бла­года­рен судь­бе, что она от­ве­ла те­бя от ме­ня, да и от это­го мес­та.

— Неп­равда, — я пе­рех­ва­тил тон­кую кисть, при­жимая к ще­ке. — Не го­вори так. Я бу­ду пом­нить те­бя и бу­ду меч­тать уви­деть. Дай мне прос­то на­деж­ду на это... умо­ляю!

— Мы еще встре­тим­ся, Том, — нем­но­го по­думав, от­ве­тил он. — Я най­ду те­бя. Ес­ли ты по­обе­ща­ешь дер­жать­ся, жить и ждать.

— Обе­щаю, — улы­ба­юсь. — Бу­ду ждать! Бу­ду сколь­ко угод­но ждать! — гла­за мо­мен­таль­но на­пол­ня­ют­ся сле­зами. Ко­неч­но, мне не ве­рит­ся, что это прав­да, что он дей­стви­тель­но бу­дет ис­кать ме­ня, но моя ве­ра ни­ког­да не угас­нет. Спа­сибо те­бе за эту на­деж­ду!

— Вот, возь­ми, — дос­та­ет из кар­ма­на свои ча­сы, и про­тяги­ва­ет их мне. — На па­мять.

Я рас­те­рян­но взял по­дарен­ную вещь и креп­ко за­жал в ла­дони.

— А это те­бе, — я при­нял­ся раз­вя­зывать ве­ревоч­ку с крес­ти­ком и от­дал ему в ру­ки. — Мне боль­ше дать не­чего...

Он толь­ко вздох­нул, с ка­кой-то неж­ностью пос­мотрев мне в гла­за, и при­жал к гру­ди, пог­ла­живая во­лосы.

Пос­ледний раз про­ведя ла­донью по го­лове, он ото­шел к шка­фу и дос­тал от­ту­да свои брю­ки. — На­день, в до­роге бу­дет прох­ладно.

— Кхе-кхе, прос­ти­те! Вы ку­да-то соб­ра­лись? — го­лос за спи­ной зас­та­вил по­холо­деть все внут­ри.

Ну по­чему все так?!

POV AVT

— Бен, ка­кого чер­та те­бе на­до? — Билл пос­мотрел на сто­яще­го в две­рях ша­тена, ко­торый уже ус­пел ус­лы­шать раз­го­вор.

— Так, так, так, — про­дол­жил он. — А не по­бег ли тут на­меча­ет­ся? Я не по­мешал?

— Вый­ди из мо­ей ком­на­ты, — при­каз Бил­ла, на ко­торый ша­тен лишь рас­сме­ял­ся.

— Мо­гу пред­по­ложить, что Ани­су это не пон­ра­вит­ся, да и от­цу тво­ему то­же, — не об­ра­щая вни­мания, на­иг­ранно спо­кой­но про­дол­жил Бен.

Об­ста­нов­ка на­каля­лась, и чувс­тво от­ча­яния и бе­зыс­ходнос­ти пе­репол­ня­ло каж­до­го из при­сутс­тву­ющих.

Билл по­нимал, что оп­равды­вать­ся или вы­гонять Бе­на бес­по­лез­но. Да и то, что все ру­шилось на гла­зах, он то­же по­нимал. Ес­ли бы мог, Билл бы прос­то убе­жал из этой ком­на­ты, за­был все как страш­ный сон. Не чувс­тво­вал, не ду­мал, не бо­ял­ся. А луч­ше все­го не су­щес­тво­вал. О том, что он во­об­ще мог не до­пус­кать все­го слу­чив­ше­гося, ду­мать не хо­телось. Не вре­мя раз­мышлять об ошиб­ках.

Брю­нет все­го на се­кун­ду прик­рыл гла­за. При­думы­вать что-то не бы­ло сил. Да и что он ска­жет, ес­ли и так все пре­дель­но яс­но? Ес­ли и так, он сно­ва стал пеш­кой. Ни­кем. Ло­вуш­ка, ко­торую он сам се­бе пос­та­вил, зах­лопну­лась.

— Он прос­то уй­дет, и все, — на­чис­то­ту от­ве­тит Билл, смот­ря на быв­ше­го лю­бов­ни­ка. — Прос­то сде­лай вид, что ни­чего не ви­дел, я в дол­гу не ос­та­нусь! — с на­деж­дой до­бавил Билл.

— Ты та­кой на­ив­ный, Бил­ли, я ду­мал, ты силь­ный, зна­ющий се­бе це­ну! А ты! Как ты мог так прос­то про­менять всё на это­го... — Он с от­вра­щени­ем пос­мотрел на То­ма, не на­ходя под­хо­дящих слов.

— Мог, — пе­ребил его Билл. — Не об этом сей­час речь. Да­вай все ула­дим и до­гово­рим­ся поз­же.

— Поз­же? За­чем мне это? Ду­ма­ешь, я со­бира­юсь пок­ры­вать те­бя? Я бу­ду рад унич­то­жить те­бя! И те­бя, и тво­его щен­ка!

— Прос­ти, Бен! Прос­ти ме­ня, прос­ти за всё, что де­лал! Я был не прав! — Билл со злостью от­швыр­нул брю­ки, ко­торые до сих пор дер­жал в ру­ках. — Ну что ты еще хо­чешь ус­лы­шать от ме­ня?

— Прос­ти...? — па­рень горь­ко ус­мехнул­ся. — И ду­ма­ешь, прос­тое «прос­ти» ре­шит все проб­ле­мы? Ну, нет! То, как ты топ­тал мои чувс­тва, я не за­буду по щел­чку тво­их паль­цев!

— Я не хо­тел да­вать лож­ных на­дежд! — Билл не пред­став­лял, как оп­равдать­ся! Не ви­новат же он, что Бен ока­зал­ся ему не нуж­ным и со­вер­шенно не ин­те­рес­ным. Что не воз­никло ни­какой люб­ви. А вот воп­рос в его сво­лоч­ном к не­му от­но­шении, уже дру­гой раз­го­вор. Тут он мо­жет и не прав, но что ска­зать в свое оп­равда­ние, то­же не на­ходил. Он на­чинал за­кипать. — Ты сам выб­рал ме­ня, ник­то не зас­тавлял те­бя тас­кать­ся за мной, пред­ла­га­ясь на каж­дом ша­гу!

— Я не­нави­жу те­бя! — прок­ри­чал ша­тен, — НЕ­НАВИ­ЖУ!

Пос­ле его слов по­вис­ла ти­шина, бы­ло слыш­но лишь тя­желое ды­хание. Каж­дый об­ду­мывал, что де­лать даль­ше, и как ути­хоми­рить нах­лы­нув­шие эмо­ции.
— Прос­ти, — спо­кой­но пов­то­рил Билл, на­рушив мол­ча­ние пер­вым.

- Хм, те­бя, ка­жет­ся, Анис заж­дался? — со злостью от­ве­тил Бен, про­иг­но­риро­вав его сло­ва.

За ок­ном пос­лы­шал­ся звук подъ­ез­жа­ющей ма­шины. Билл вздрог­нув, пос­мотрел в ок­но, от­че­го сер­дце за­коло­тилось еще силь­ней. Пос­ледний шанс на спа­сение То­ма. И пер­вый шаг в про­пасть Бил­ла.

Том все это вре­мя сто­ящий в сто­роне, и прок­ли­на­ющий се­бя за все слу­чив­ше­еся то­же взгля­нул в ок­но. На­деж­да уга­сала, и он сам не знал, хо­чет ли уй­ти, хо­чет ли ос­та­вить Бил­ла с эти­ми монс­тра­ми. Нет, он од­нознач­но не хо­чет, но раз­ве у не­го есть вы­бор...

— Он прос­то от­кро­ет ок­но и вы­лезет, — Билл пос­мотрел в гла­за ша­тену, — Бен, пой­ми ты.

— Что по­нять? Что ты выб­рал эту мразь, вмес­то ме­ня? Про­менял на это нич­то­жес­тво! Ты да­же це­ловал его! А пе­редо мной ко­медию ло­мал!

— Том иди к ок­ну! — при­казал брю­нет, пе­рего­ражи­вая до­рогу пар­ню. Он не знал, по­бежит Бен к две­ри, что­бы со­об­щать о по­беге, или к маль­чиш­ке, что­бы ос­та­новить.

Но па­рень сто­ял на мес­те, с яростью смот­ря, как Том не­уве­рен­но нап­ра­вил­ся к ок­ну, сжа­тые ку­лаки го­вори­ли о том, что он в лю­бую се­кун­ду го­тов ки­нуть­ся и, на­вер­ное, убить.

— Мы бу­дем вмес­те, как ты и хо­тел, — нег­ромко про­гово­рил Билл, под­хо­дя к ша­тену, — Ты и я.

— Ду­ма­ешь, по­ведусь? — про­шипел Бен, от­талки­вая брю­нета, — Твои сло­ва хоть че­го-то сто­ят?!

— Я обе­щаю, — Билл опять сде­лал шаг к пар­ню, ока­зав­шись слиш­ком близ­ко.

Бе­на об­да­ло жа­ром от бли­зос­ти столь лю­бимо­го те­ла. И эти бля*ские, нак­ра­шен­ные гла­за, так дав­но сво­див­шие с ума. Нуж­но бы­ло де­лать вы­бор, и ша­тен уже сом­не­вал­ся, что бу­дет так ка­тего­ричен как па­ру се­кунд на­зад. Внут­ри бу­шева­ла оби­да, боль и злость, но прок­ля­тая лю­бовь и сжи­га­ющая страсть пос­те­пен­но заг­лу­шали дру­гие чувс­тва.

— Ты врешь, — уже не так уве­рен­но от­ве­тил па­рень.

— Я сдер­жу сло­во. Мы у­едем от­сю­да вмес­те. Толь­ко не го­рячись сей­час, ес­ли ты чувс­тву­ешь ко мне хоть ма­лость то­го, о чем го­ворил, не го­рячись и по­верь мне.
Бен хо­тел бы­ло что-то от­ве­тить, но ус­лы­шав, звук от­кры­ва­ющей­ся, ка­жет­ся пин­ком две­ри, обер­нулся. На по­роге сто­ял Анис, кру­тя ука­затель­ным паль­цем пис­то­лет, и сов­сем нед­ру­желюб­но улы­ба­ясь.

— За­шел вы­яс­нить от­но­шения? — он лу­каво пос­мотрел на ша­тена, и про­шел в ком­на­ту. — А ты, бра­тик, что-то не силь­но то­ропишь­ся! — Анис про­шел ми­мо Бил­ла, про­дол­жая кру­тить в ру­ках ору­жие. — На ча­сах уже це­лых две ми­нуты седь­мо­го. Я не люб­лю ждать!

— Я уже со­бирал­ся вы­ходить, — спо­кой­но от­ве­тил брю­нет, не обо­рачи­ва­ясь на муж­чи­ну. Сер­дце ко­лоти­лось с не­веро­ят­ной си­лой, Билл да­же уди­вил­ся, как оно у не­го еще не выс­ко­чило за се­год­няшний день. Он не­замет­но взгля­нул на Бе­на, ста­ра­ясь взгля­дом еще раз поп­ро­сить мол­чать, не го­ворить о по­беге. Он смот­рел с от­ча­яни­ем и на­деж­дой. И Бе­ну да­же по­каза­лось, что с лю­бовью, ведь Билл ни­ког­да так не смот­рел на не­го. Всег­да толь­ко с вы­сока, всег­да поз­во­лял, а не про­сил, а сей­час все на­обо­рот.

— Ну, так вы­ходи, — при­казал Анис.

Ус­лы­шав щел­чок пре­дох­ра­ните­ля, брю­нет рез­ко обер­нулся. Том сто­яв­ший и вжав­ший­ся в стен­ку у ок­на, сов­сем без­различ­но смот­рел на нап­равлен­ный ему в ли­цо пис­то­лет.

— Анис мы же вро­де до­гово­рились? — Билл ста­рал­ся сох­ра­нять спо­кой­ствие, и не злить бра­та, зная, что ему в го­лову мо­жет прий­ти все что угод­но.

— Да, на шесть ча­сов, — муж­чи­на по­чесал под­бо­родок с улыб­кой смот­ря на бра­та, — На шесть Бил­ли, на ше-е-сть!

— Опус­ти пис­то­лет! Ес­ли я ска­зал что при­ду, зна­чит при­ду, и не нуж­но счи­тать ми­нуты!

— Ну-ну-ну, по­ос­то­рож­ней, ты ведь ви­дишь что у ме­ня в ру­ках? — он пок­ру­тил ство­лом.

Билл ви­дел, что Анис иг­ра­ет, что ему хо­чет­ся еще раз уви­деть страх и по­кор­ность в его гла­зах.

— Жи­ви, — снис­хо­дитель­но бро­сил муж­чи­на, уби­рая пис­то­лет от ли­ца маль­чиш­ки, и ки­нув на не­го нас­мешли­вый взгляд, нап­ра­вил­ся к вы­ходу. Про­ходя ми­мо Бил­ла, он ос­та­новил­ся, и жес­том пред­ло­жил прой­ти впе­ред, — Толь­ко пос­ле вас, — до­бавил он, об­ли­зывая вер­хнюю гу­бу.

— Анис пос­той, — вдруг ок­ликнул Бен, но ког­да муж­чи­на обер­нулся, про­дол­жил мол­чать, раз­ду­мывая го­ворить даль­ше или все-та­ки нет.
Билл за­мер, так же обер­нувшись, и встре­ча­ясь взгля­дом с ша­теном, ко­торый не пред­ве­щал ни­чего хо­роше­го, прик­рыл гла­за в ожи­дании. Он уже не ве­рил что, что-то по­лучит­ся. Не ве­рил, что Бен про­мол­чит, что Том ус­пе­ет сбе­жать, ведь по­кинуть ком­на­ту нуж­но как мож­но ско­рее. На­пос­ле­док, он с от­ча­яни­ем взгля­нул на То­ма. Сер­дце сжа­лось, от то­го, что он ни­чего из­ме­нить не мо­жет. Что воз­можно сей­час Анис прос­то убь­ет их. Билл су­нул ру­ку под пид­жак, на­щупы­вая нож, ко­торым он со­бирал­ся при­резать бра­та, но чуть поз­же, лечь под не­го у Бил­ла и в мыс­лях не бы­ло.

— Ну? — не вы­дер­жал Анис, гля­дя на ша­тена.

— Ни­чего... — опус­кая гла­за, от­ве­тил Бен. В этот мо­мент он по­нимал, что со­вер­ша­ет ошиб­ку.

— Не рев­нуй, — Анис по сво­ему по­нял дей­ствия пар­ня, — Вон, раз­вле­кись, как сле­ду­ет, — он кив­нул в сто­рону То­ма, — Билл ведь про­тив не бу­дет? — ус­мехнув­шись, он воп­ро­ситель­но гля­нул на Бил­ла, и вы­шел из ком­на­ты. Брю­нет, ус­певший тай­ком про­шеп­тать ша­тену «верь мне» вы­шел сле­дом.
Бен све­рил взгля­дом зак­ры­тую дверь. Да, он рев­но­вал! Но еще боль­ше он не­нави­дел. В дан­ную ми­нуту он дей­стви­тель­но не знал что де­лать. От­пустить маль­чиш­ку, или луч­ше отом­стить Бил­лу, не поз­во­лив ему сбе­жать. Та­кая власть кру­жила го­лову, ведь это то, что он так силь­но хо­тел — отом­стить. И ес­ли для Бил­ла так важ­на жизнь это­го маль­чиш­ки, что он да­же сог­ла­сил­ся пой­ти с Ани­сом, зна­чит сей­час это луч­ший шанс для мес­ти... Но тог­да он по­теря­ет да­же ма­лей­ший шанс быть с ним. Чувс­тво мес­ти от­ча­ян­но бо­ролось с дру­гим чувс­твом. С лю­бовью, ко­торая ис­порти­ла жизнь каж­до­му из них.

Том наб­лю­дал за тем как ме­чет­ся ша­тен, за тем как за ок­ном во­дитель гру­зови­ка от­кры­ва­ет ка­пот ма­шины. Он бы мог так сто­ять, и без­различ­но смот­реть на все что про­ис­хо­дит, ведь сил сов­сем не ос­та­лось. Сла­бость, го­лов­ная боль, страх за Бил­ла. Ес­ли бы не клят­ва, ес­ли бы не то, на что ра­ди не­го по­шел Билл. Ес­ли бы не на­деж­да на то, что он уви­дит его сно­ва. Ког­да-ни­будь.

— Я мо­гу уй­ти? — спро­сил маль­чиш­ка, вы­рывая ша­тена из раз­ду­мий, раз­ры­ва­ющих его на час­ти.

«По­зови ме­ня не­бо, уди­ви ме­ня прав­дой.
Я, ко­неч­но, не пер­вый, кто ле­тал и кто па­дал.
Ты как буд­то на­роч­но, ты со мною иг­ра­ешь,
По­тому что все пом­нишь, по­тому что все зна­ешь»
Ага­та Крис­ти — По­зови ме­ня в не­бо

POV Bill

Вся­кий раз, нас­ту­па­ет в жиз­ни мо­мент, ког­да ты пол­ностью опус­то­шен и раз­давлен, ког­да, ка­жет­ся что у те­бя уже ни­чего не ос­та­лось. Нуж­но как-то это пе­режить, прий­ти в се­бя, наб­рать­ся сил, что­бы жить, и бо­роть­ся даль­ше. Но в лю­бом слу­чае для это­го нуж­но вре­мя. А у ме­ня нет это­го вре­мени. У ме­ня нет ни пла­на, ни боль­ших шан­сов вы­жить или хо­тя бы ос­тать­ся тем, кем я сю­да при­шел. Я уни­жен, я слаб и я нич­то­жен — это все, что у ме­ня есть на дан­ный мо­мент.

Не знаю, как пос­ту­пит Бен, удас­тся ли То­му сбе­жать, смо­гу ли я убить Ани­са. Я да­же не знаю, бу­ду ли я сам жив в сле­ду­ющую ми­нуту. Все раз­ру­шено, все, что я стро­ил эти го­ды. Раз­ру­шено да­же то, что я пы­тал­ся пос­тро­ить здесь. Вся моя жизнь сплош­ные ру­ины из не­дос­тро­ен­ных на­дежд.
Анис шел по­зади, его тя­желые ша­ги зас­тавля­ли те­ло пок­ры­вать­ся му­раш­ка­ми. Ес­ли я ска­жу, что не бо­юсь, то я сов­ру. Я очень бо­юсь пе­режить все это сно­ва. Че­го мне сто­ило пе­рес­тать вспо­минать то, что он де­лал со мной, а сей­час я опять чувс­твую се­бя под­рос­тком, тем са­мым, без­за­щит­ным. Хло­пок зак­ры­ва­ющей­ся две­ри при­вел ме­ня в чувс­тва ре­аль­нос­ти. Мы сто­яли в его ком­на­те, где каж­дой кле­точ­кой я чувс­тво­вал его за­пах, его при­сутс­твие. Ме­ня пе­редер­ну­ло.

— О чем за­думал­ся? В ка­ких по­зах бу­дешь мне да­вать? — он снял пид­жак, и ки­нул на сто­ящее в уг­лу крес­ло. Ста­ло про­тив­но чувс­тво­вать его пре­вос­ходс­тво.

Я тер­пел, сле­дя за его дей­стви­ями. Мне ну­жен под­хо­дящий мо­мент, что­бы сде­лать то, что на­мере­вал­ся. Нер­вы по­нем­но­гу сда­вали, ру­ки нап­ря­жены, да и ды­хание сбив­чи­вое.

— Ты ведь по­нима­ешь, за­чем сю­да при­шел? — не дож­давшись мо­его от­ве­та, он про­дол­жил свой мо­нолог, — Не ду­мал, что ты на та­кое ре­шишь­ся! И все ра­ди жиз­ни это­го кус­ка мя­са? Его ведь все рав­но при­кон­чат! — Анис злил­ся, ему на­вер­ня­ка хо­телось знать, по­чему я все это де­лаю, и ра­ди че­го. Но да­же ес­ли спро­сит, я не смо­гу дать от­вет. Не смо­гу са­мому се­бе объ­яс­нить, не то, что ему.

— Ты же ис­те­ка­ешь слю­нями при ви­де ме­ня! По­чему бы не сде­лать те­бе та­кой по­дарок, — от­ве­чаю, ста­ра­ясь не по­казать сво­ей сла­бос­ти.

— На по­дарок ты не тя­нешь. Толь­ко ес­ли очень де­шевый, — он про­вел оце­нива­ющим взгля­дом, — Как жизнь тво­его щен­ка, — до­бавил, под­хо­дя бли­же и рас­сте­гивая вер­хние пу­гови­цы ру­баш­ки. — Приз­най­ся, это по­вод, что­бы лечь под ме­ня? — его ру­ки кос­ну­лись мо­его пле­ча, сна­чала пог­ла­живая, а по­том слег­ка сжи­мая, — Те­бя ник­то как я не тра*ал? И ты бе­зум­но хо­чешь пов­то­рить? — по­чувс­тво­вав го­рячее ды­хание на шее, ста­ра­юсь дер­жать се­бя в ру­ках, и скрыть нах­лы­нув­шее от­вра­щение.

— Не ду­маю, — ус­ме­ха­юсь. Черт, как тя­жело мне да­ет­ся дер­жать се­бя в ру­ках. Об­ли­зываю гу­бы, ста­ра­ясь от­влечь его вни­мание, и ос­то­рож­но тя­нусь к но­жу, спря­тан­но­му за рем­нем.

Го­рячее те­ло при­жима­ет­ся бли­же, от­че­го хо­чет­ся за­выть. Пе­ред гла­зами не­воль­но всплы­ва­ют кар­тинки прош­ло­го. Гру­бость его рук, и боль, с ко­торой он ос­тавлял ме­ня, на­иг­равшись. На­щупав ру­ко­ят­ку, креп­ко сжи­маю, и тя­ну. Я так ре­шите­лен, что да­же страх пе­ред пред­сто­ящим убий­ством не спо­собен ос­та­новить. На­вер­ное, нич­то не смог­ло бы ос­та­новить ме­ня, кро­ме гру­бой ру­ки, ко­торая пе­рех­ва­тила мою ла­донь. Он рез­ко дер­га­ет, да так что ру­ка вы­вора­чива­ет­ся, а нож вы­лета­ет из ру­ки. По всей ру­ке про­ходит ад­ская боль, на­вер­ное вы­вих. На гла­зах на­вер­ну­лись сле­зы, от по­нима­ния, что и тут про­иг­рал. Встре­тив­шись с па­рой чер­ных глаз, те­ряю вся­кую на­деж­ду спра­вить­ся с ним. Что я сей­час мо­гу бе­зоруж­ный и слиш­ком у­яз­ви­мый?
— Ты ду­мал, что все так прос­то? — ме­тал от ору­жия, сколь­зит по мо­ей шее, пос­ле че­го ду­ло пис­то­лета под­ни­ма­ет­ся к ску­ле. — Ты дей­стви­тель­но ду­мал, что смо­жешь убить ме­ня?

— Я это сде­лаю, уж не сом­не­вай­ся! — бук­валь­но вып­ле­вываю в ли­цо.

— От­кры­вай рот, — при­казы­ва­ет, вы­вора­чивая ру­ку силь­нее. Сна­чала стис­нув зу­бы от бо­ли с от­вра­щени­ем смот­рю на не­го, а пос­ле от­кры­ваю рот.

Чувс­твую вкус ме­тал­ла во рту, и на­деж­ду что ско­ро все за­кон­чится. Ну же, стре­ляй! Стре­ляй, это луч­ше чем чувс­тво­вать твои при­кос­но­вения!
Вмес­то это­го, он на­чина­ет мед­ленно, дви­гать пис­то­летом во рту, от че­го ста­новит­ся про­тив­но от се­бя и от то­го что он сей­час де­ла­ет. Не­уже­ли я на­де­ял­ся, что он так быс­тро ос­та­вит ме­ня в по­кое?

Это­го я хо­тел? Это­го я до­бивал­ся все го­ды? По­луча­ет­ся, от че­го я так дол­го бе­жал к то­му и вер­нулся. Ста­ло не­выно­симо обид­но.

Я ведь был силь­ным. Я столь­ко пе­режил, столь­ко вы­тер­пел и все нап­расно? Нет! Я лю­бым спо­собом его при­кон­чу! Мне те­рять не­чего. Пусть иг­ра­ет, на­де­ясь, что я в его влас­ти.

На­конец он вы­тас­ки­ва­ет пис­то­лет изо рта, и от­талки­ва­ет, от че­го я уда­ря­юсь о стен­ку сто­яв­ше­го по­зади шка­фа.

— Мо­жет тра*нуть те­бя им? — спра­шива­ет, под­хо­дя к сто­лу, кла­дя ору­жие.

— А что, твой член уже ни на что не спо­собен? — ста­ра­юсь при­нять пра­вила его иг­ры.

— Дер­зить в тво­ем по­ложе­нии ка­жет­ся глу­пым, — на­лива­ет ал­ко­голь в ста­кан, и оп­ро­киды­ва­ет в се­бя.

— Ка­жет­ся глу­пым то, что ты стро­ишь из се­бя хо­зя­ина по­ложе­ния, — слег­ка по­шат­нувшись, под­хо­жу, и бе­ру из его рук ста­кан. От­да­ет, наб­лю­дая, как я до­пиваю ос­тавший­ся ал­ко­голь. Он удив­лен, а я ре­шитель­но нас­тро­ен. В кон­це кон­цов, это не я от не­го за­висим, а сов­сем на­обо­рот.

— Я не строю из се­бя хо­зя­ина, я и есть хо­зя­ин, — дос­тав вто­рой ста­кан, на­лива­ет се­бе, как я уже по­нял конь­як, и жес­том пред­ла­га­ет на­лить мне. Я не от­ка­зыва­юсь. Все-та­ки ал­ко­голь, да еще и та­кой креп­кий, при­да­ет храб­рости, и да­ет боль­ше сил, а это мне сей­час не­об­хо­димо. Мне по­надо­бит­ся не­веро­ят­но мно­го сил, что­бы пе­режить этот ве­чер.

— Ка­жет­ся, ты хо­чешь, что­бы я по­шел к те­бе в ком­на­ту и за­вер­шил на­чатое? — ки­ва­ет на ору­жие, — Я без проб­лем это сде­лаю! — уже тя­нет­ся, что­бы взять его, и я по­нимаю, что Том еще ве­ро­ят­но не ус­пел сбе­жать, а ес­ли сбе­жал, то да­леко не у­ехал, и его зап­росто пой­ма­ют. Опять все бу­дет зря. Нуж­но про­дер­жать­ся еще нем­но­го...ра­ди не­го, ра­де его бу­дуще­го.

— Ты уве­рен, что хо­чешь уй­ти? — об­лизнув влаж­ные гу­бы, став­лю ста­кан на стол, стя­гивая с ру­ки пер­чатку. Ру­ка бо­лит, но ше­велить мож­но, не об­ра­щая вни­мания на боль, то же са­мое про­делы­ваю и с дру­гой. Че­рез па­ру се­кунд пид­жак ле­тит в сто­рону, и я мед­ленно рас­сте­гиваю пу­гови­цы на сво­ей чер­ной ат­ласной ру­баш­ке.

Ви­жу, как за­горе­лись его гла­за, а ды­хание учас­ти­лось, ру­ка креп­че сжа­ла ста­кан, наб­лю­дая за мо­ими дей­стви­ями. Ну и кто здесь хо­зя­ин по­ложе­ния?
От­ки­нув ру­баш­ку в сто­рону, прис­таль­но смот­рю на не­го, под­хо­дя бли­же, и про­вожу паль­цем по его го­рячей гру­ди. Чувс­твую, как силь­но сту­чит его сер­дце, и как сби­ва­ет­ся ды­хание. Он не ожи­дал та­кого, но дав­но ждал, по­это­му как-то рас­те­рян­но и жад­но сле­дит за мо­ей ру­кой, рас­сте­гива­ющей пу­гови­цы на его ру­баш­ке.

Я и сам от се­бя та­кого не ожи­дал. Ска­жи мне кто-ни­будь, что я бу­ду соб­лазнять эту тварь, я бы не то, что не по­верил, я бы дол­го сме­ял­ся. А сей­час мне не до сме­ха. Не­замет­но пог­ля­дываю на ле­жащее, на сто­ле ору­жие. Мне бы толь­ко до не­го доб­рать­ся, и все са­мо со­бой ре­шить­ся. При­ходит­ся дей­ство­вать быс­тро и по об­сто­ятель­ствам, по­это­му я раз­во­рачи­ва­юсь к сто­лу, что­бы ока­зать­ся бли­же к пис­то­лету, при­тяги­вая его те­ло к се­бе. На­де­юсь ув­ле­чен­ный мной, он быс­тро по­теря­ет бди­тель­ность, что­бы бы­ла воз­можность до­тянуть­ся и схва­тить ору­жие. Но и тут мне не ве­зет.

Он как жи­вот­ное хва­та­ет ме­ня, и рез­ким дви­жени­ем тол­ка­ет в сто­рону кро­вати. С от­ча­яни­ем по­нимаю, что мне при­дет­ся пе­режить это. Еще раз. Как же дол­го он это­го ждал! С та­кой жад­ностью раз­де­ва­ет, буд­то все эти го­ды ни с кем не тра*ал­ся. Стя­нув ос­татки одеж­ды, жад­но смот­рит на мое те­ло. Убе­жать хо­чет­ся. Или как рань­ше — зап­ла­кать. А вмес­то это­го я сми­рен­но ле­жу на спи­не, от­да­ва­ясь в его рас­по­ряже­ние.

— Ты поч­ти не из­ме­нил­ся, — про­гово­рил сев­шим го­лосом, от­хо­дя от кро­вати, что­бы луч­ше рас­смот­реть, и раз­де­ва­ясь сам. Его дви­жения бы­ли то­роп­ли­вые, буд­то он бо­ял­ся, что я пе­реду­маю. Стя­нув брю­ки и белье, он про­вел ру­кой по сво­ему уже воз­бужден­но­му чле­ну.

Ме­ня пе­редер­ну­ло. Я бы уз­нал его те­ло из ты­сячи, хоть ста­рал­ся поч­ти всег­да зак­ры­вать гла­за, ког­да он ме­ня брал, но я все рав­но пом­ню, это въ­елось в па­мять и впи­талось под ко­жу. Что­бы дер­жать­ся, я зак­рыл гла­за, го­лова зак­ру­жилась, и ста­ло дур­но. От­ки­дыва­юсь на кро­вать.

Не в сос­то­янии боль­ше се­бя сдер­жи­вать, на­киды­ва­ет­ся, при­дав­ли­вая всем те­лом к кро­вати, за­водя мои ру­ки над го­ловой. В го­лове бь­ет­ся од­на мысль «толь­ко бы не при­вязал». Ес­ли это слу­чит­ся, нак­ро­ет­ся весь мой соз­ревший план, и эта жер­тва бу­дет нап­расной. Я ведь это­го я точ­но не пе­режи­ву.
Лов­ко вы­дер­ги­ваю ру­ку, и об­ви­ваю его шею, при­жимая к се­бе. Он го­рячий, слов­но огонь, и зна­комый за­пах его те­ла ... мне ста­новит­ся сов­сем душ­но, что ка­жет­ся, вот-вот и за­дох­нусь. Ды­хание сби­ва­ет­ся, и он, по­няв это по сво­ему, отс­тра­ня­ет­ся на па­ру сан­ти­мет­ров, и с ... обо­жани­ем смот­рит в гла­за? Не от­ры­вая взгля­да, при­жима­юсь, про­водя по его спи­не ног­тя­ми, сле­га ца­рапая.

Это сор­ва­ло ему кры­шу, по­тому — что он на­чина­ет це­ловать мою шею, грудь, жи­вот. Жес­ткая ще­тина неп­ри­ят­но ца­рапа­ет ко­жу, от че­го я мор­щусь. Или ско­рее от этих по­целу­ев... Рань­ше он так не де­лал, рань­ше я ви­дел толь­ко гру­бость, и это ме­ня нап­ря­га­ет. Я не хо­чу так с ним.

Я ста­ра­юсь не чувс­тво­вать все­го что он де­ла­ет, как ла­па­ет мое те­ло сво­ими ру­ками. Вновь ма­ра­ет. Хо­тя, что ме­ня уже от­мо­ет? Его при­кос­но­вения ни чем не смыть. Воз­бужда­юсь, ког­да его ла­донь нес­коль­ко раз прош­лась по мо­ему чле­ну. Ме­ня тош­нит, и, ка­жет­ся, я вот-вот не сдер­жусь, и из глаз поль­ют­ся так дав­но нап­ра­шива­ющи­еся сле­зы. Не­уже­ли он дей­стви­тель­но ду­ма­ет, что мне при­ят­но? Что я так прос­то за­был все и по­лучаю удо­воль­ствие от его мер­зких по­целу­ев? Его так лег­ко об­ма­нуть или он прос­то хо­чет об­ма­нуть­ся. Хо­чет в это ве­рить?

По­цело­вав ко­лено, бес­сты­же раз­во­дят мои но­ги еще ши­ре, и на­виса­ет свер­ху. Зна­комо, я пом­ню, как он де­лал это рань­ше. Я все пом­ню. Толь­ко те­перь нет та­кого ди­кого стра­ха, есть толь­ко от­вра­щение, и на­деж­да что ско­ро все за­кон­чится. Нав­сегда. Тя­нет­ся к мо­им гу­бам за по­целу­ем, но я от­во­рачи­ва­юсь, под­став­ляя ску­лу, и что­бы его это не ра­зоз­ли­ло, об­хва­тываю но­гами за спи­ну, при­тяги­вая к се­бе, чувс­твуя его член, упи­ра­ющий­ся мне в бед­ро.

Глав­ное, пе­режить этот ве­чер.

Прив­став на ло­коть, и по­тянув­шись к тум­бочке, дос­та­ет ка­кой-то тю­бик. Крем? Мне хо­чет­ся сме­ять­ся в го­лос! Та­ких по­чес­тей я не ожи­дал, под­го­товил­ся на сла­ву!

— Не на­до, — пе­рех­ва­тываю его ру­ку, — Я хо­чу так.

— А я не хо­чу, — гру­бо от­ве­ча­ет, вы­дирая ру­ку. Взгляд его без та­кой при­сущей ему не­навис­ти, и злос­ти я не чувс­тво­вал, он сей­час ка­зал­ся стран­ным и у­яз­ви­мым. То, что мне нуж­но. Про­ведя ру­кой по мо­ей клю­чице, нак­ло­ня­ет­ся и це­лу­ет, про­водя язы­ком. Что про­ис­хо­дит во­об­ще? Хо­чет, что­бы я был в вос­торге от его слю­ней? Хо­чешь? Ну по­лучай! Пос­та­нываю, за­киды­вая го­лову. Мер­зость ка­кая, ни­ког­да не про­щу се­бе все это.

— Те­бя имел кто-ни­будь, кро­ме ме­ня? — шеп­чет ку­да-то в шею.

— Нет, — ше­потом от­ве­чаю. Пос­ле не­го мне бы­ло про­тив­но да­же ду­мать, что кто-то смо­жет дос­та­вить мне удо­воль­ствие этим спо­собом. Это ста­ло мо­ей фо­би­ей. Я дей­стви­тель­но бо­ял­ся ко­го-то под­пустить и от­дать­ся.

— Зна­чит в этот раз без бо­ли, — отс­тра­ня­ет­ся, вы­дав­ли­вая крем на паль­цы.

Прав­да? Ты мо­жешь не толь­ко боль да­рить? Ка­кая щед­рость! Как мне хо­чет­ся ему в ро­жу плю­нуть, но по­ка не вре­мя. Про­мол­чав, зак­ры­ваю гла­за, при­казав те­лу рас­сла­бить­ся. Луч­ше бы он отод­рал ме­ня как рань­ше, а не раз­во­дил этот цирк, от ко­торо­го еще про­тив­нее.

На­конец, дой­дя мок­ры­ми по­целу­ями от клю­чицы, до лоб­ка рез­ко про­ника­ет паль­цем, и я при­кусы­ваю гу­бу от этих ощу­щений. Мер­зких, ужас­ных на­поми­на­ющих толь­ко од­но. Мое прош­лое.

Рас­тя­гивал он ме­ня му­читель­но дол­го, я ус­тал прит­ворно сто­нать. Хоть мне и бы­ло страш­но все это пе­режить сно­ва, же­лание что­бы это ско­рее за­кон­чи­лось нам­но­го силь­ней. Да­вай, не мед­ли, мне не при­выкать! Я уже не знал от ко­го мне про­тив­ней от не­го или от се­бя са­мого. Ког­да я, на­конец, по­чувс­тво­вав его про­ника­ющий член, то сжав­шись, заж­му­рил­ся. Я вспом­нил, как он про­никал в ме­ня рань­ше, сколь­ко раз это бы­ло? Трид­цать? Пять­де­сят? Сто? Двес­ти? Не знаю, но рань­ше мне ду­малось, это ко­личес­тво нель­зя сос­чи­тать. В спаль­не, ко­ридо­ре, под­ва­ле, на кух­не, на по­лу. Это бы­ло вез­де. Как я тог­да не свих­нулся? Или нет, я, по­хоже, свих­нулся, по­тому что сей­час я доб­ро­воль­но раз­дви­гаю пе­ред ним но­ги.

Ког­да вос­по­мина­ния по­кину­ли, он уже тол­кался в ме­ня. Дви­жения бы­ли силь­ны­ми, уз­на­ва­емы­ми, и с каж­дым из них ме­ня ох­ва­тывал ужас, что все это пов­то­ря­ет­ся. Нет, бо­ли не бы­ло, бы­ло не­веро­ят­но про­тив­но ощу­щать его в се­бе, ощу­щать его ру­ки, дер­жавшие мои за­тек­шие но­ги, и слы­шать пош­лые шлеп­ки. Так и не от­крыв гла­за, что­бы не сой­ти с ума от от­вра­щения, я на­чал сто­нать, что­бы он быс­трее кон­чил, а ког­да мне ка­залось, что я вот-вот раз­ры­да­юсь, и мои всхли­пы бу­дут ему слыш­ны, сто­нал еще гром­че. Это дли­лось му­читель­но дол­го, а ког­да я на­де­ял­ся что он кон­чит, он про­дол­жал с но­вой си­лой, слов­но не­насыт­ное жи­вот­ное. Пе­рево­рачи­вая ме­ня на жи­вот, и ста­вя на ко­лени, он с нас­лажде­ни­ем сжи­мал мои во­лосы, зас­тавляя от­ки­дывать го­лову к не­му на пле­чо, и еще бли­же чувс­тво­вать его ды­хание и ти­хие сто­ны, а я уже не ду­мал не о чем, кро­ме то­го ког­да же все это прек­ра­тит­ся, по­кор­но от­да­ва­ясь его влас­ти.

Кон­чал он бур­но, сжи­мая до си­няков бед­ра, а пос­ле ру­кой зас­та­вил кон­чить и ме­ня. Еще один пункт, за ко­торый я бу­ду не­нави­деть се­бя.
От­ки­нув­шись, па­да­ет ря­дом, ста­ра­ясь от­ды­шать­ся. Все это за­кон­чи­лось, а как прий­ти в се­бя и най­ти си­лы от­крыть гла­за я не знаю. Нуж­но ведь дей­ство­вать, по­ка есть вре­мя. Прив­стаю на лок­тях и по­вора­чива­юсь.

— Мо­жет, пов­то­рим? — До­воль­но смот­рит, ух­мы­ля­ясь. Как я не­нави­жу те­бя.

Вот он мо­мент. Все­го лишь сос­ко­чить с пос­те­ли, и до­бежать до сто­ла. Толь­ко я сбра­сываю но­гу на пол, как он пе­рех­ва­тыва­ет, за­вали­вая на пос­тель и на­висая свер­ху.

Ис­пу­ган­но смот­рю на не­го, встре­чая в гла­зах иг­ри­вый ого­нек. Ни­чего не за­подоз­рил? Или дей­стви­тель­но хо­чет про­дол­же­ния? Толь­ко не это...

— По­целуй ме­ня, — го­ворит, в миг, став серь­ез­ным. Опять про­сит. Он из­на­чаль­но знал, что сде­ла­ет так, что я ни­куда не де­нусь! По­чему мне вновь при­ходит­ся пе­рес­ту­пать че­рез се­бя, я и так на­тер­пелся...

Тя­нусь к не­му и це­лую, что мне сто­ит это по­целуй пос­ле все­го что бы­ло здесь па­ру ми­нут на­зад, мои прин­ци­пы и гор­дость умер­ли, как толь­ко я шаг­нул в эту ком­на­ту. За­сасы­вая ниж­нюю гу­бу, по­том вер­хнюю, слег­ка по­кусы­вая, пос­ле за­дей­ство­вав язык. В этом по­целуй я вло­жил всю свою не­нависть. Вско­ре ини­ци­ати­ву пе­рех­ва­тил он, с жад­ностью вы­лизы­вая мой рот. Це­лова­лись мы дол­го, а в го­лове кру­тилась моя не­дав­няя мысль о том, что я бы ни­ког­да не стал це­ловать Ани­са — че­лове­ка, ко­торый на­до мной из­де­вал­ся. Ни­ког­да. Что нич­то бы ме­ня не зас­та­вило, да­же смерть! Тог­да я осуж­дал То­ма, за то, что он це­лу­ет ме­ня, а сей­час я в та­ком же по­ложе­нии, и ме­ня на это тол­кну­ло то же са­мое чувс­тво. Па­радокс.

Отор­вавшись от ме­ня, он про­вел ла­донью по ску­ле, пе­рехо­дя на шею, не силь­но сжи­мая.

— За­душить бы те­бя, — ка­кой-то болью в его го­лосе.

— Так че­го мед­лишь?

Ка­ча­ет го­ловой, от­пуская, и про­водит ла­донью по мо­ей гру­ди, пос­ле че­го опять нак­ло­ня­ет­ся, ко­рот­ко це­луя в гу­бы. Не­уже­ли он ме­ня... лю­бит? Это боль­ная лю­бовь, и не лю­бовь это вов­се, ведь этот че­ловек не спо­собен на это чувс­тво. Прив­став с ме­ня, от­ки­дыва­ет­ся на кро­вать, а я, не упус­тив мо­мен­та, как су­мас­шедший сос­ка­киваю и не­сусь к сто­лу. Схва­тив ору­жие, су­дорож­но нап­равляю на не­го.

— Я убью те­бя, прос­то прис­тре­лю, тварь! Не­нави­жу! Ду­мал, мне пон­ра­вит­ся? Да ме­ня тош­нит от те­бя, от тво­его за­паха, от тво­их рук! С нас­лажде­ни­ем бу­ду наб­лю­дать, как ты по­дыха­ешь! — кри­чу, поч­ти ощу­щая вкус по­беды.

Ли­цо Ани­са ни на се­кун­ду не из­ме­нилось, он спо­кой­но ле­жал на спи­не, и смот­рел на ме­ня, по­ложив ру­ки под го­лову.

— Ну, так стре­ляй, я ус­тал Билл. Дей­стви­тель­но ус­тал от все­го это­го дерь­ма.

Сом­не­ний что я выс­тре­лю, у ме­ня не воз­ни­кало, но так хо­чет­ся уз­нать, по­чему он так со мной. А мо­жет, я хо­чу, на­конец, уви­деть страх в его гла­зах, ко­торый чуть поз­же по­явит­ся.

— За что ты так? Я был ре­бен­ком Анис, по­чему? — спра­шиваю, в на­деж­де ус­лы­шать его рас­ка­яние. Мне да­же не суть от­ве­тов бы­ла важ­на, а слы­шать, как он бу­дет оп­равды­вать­ся, а мо­жет и про­сить про­щение. Но он спо­кой­но ле­жал, что ме­ня зли­ло еще силь­ней. Анис ни­ког­да не был та­кой тряп­кой как я, да­же сей­час, пе­ред смертью он в не­ком пре­вос­ходс­тве.

Нем­но­го по­мол­чав, раз­гя­дывая по­толок, он все же на­чал. Го­лос был серь­ез­ный, да и сам он из­ме­нил­ся. Буд­то до это­го шу­тил, и иг­рал со мной, а сей­час вдруг ре­шил по­гово­рить о чем-то важ­ном.

— Во мне ни­ког­да не бы­ло ни­чего свя­того. Мое ок­ру­жение, как ты зна­ешь, не мог­ло на­учить ме­ня ни­чему, кро­ме жес­то­кос­ти. Нет, мо­жет кто-то и рож­да­ет­ся с доб­ро­той и про­чей хренью, но ме­ня это обош­ло сто­роной, че­му бы­ли так ра­ды, осо­бен­но дед. И я ни­ког­да да­же не за­думы­вал­ся, что что-то де­лаю не пра­виль­но. Я был уве­рен, что так на­до жить, по­ка не по­явил­ся ты. — Анис пос­мотрел на ме­ня, и от­вернул­ся. — Ты при­чина, из-за ко­торой все пош­ло не так.

Сжи­маю пис­то­лет силь­нее, ко­торый до сих пор нап­равлен на не­го.

— Не пом­ню, сколь­ко лет те­бе бы­ло, мо­жет семь или во­семь. Ты чер­тов­ски ве­село сме­ял­ся, иг­рая с этим гре­баным псом. Я всег­да его за­киды­вал кам­ня­ми, сколь­ко се­бя пом­ню, ну или пи­нал, а ты иг­рал, сме­ясь и це­луя в ма­куш­ку. На­вер­ное, это пер­вое что ме­ня по­рази­ло, — он опять пе­ревел на ме­ня взгляд, чу­му-то ус­ме­ха­ясь, — Да Билл, да­же та­кие прос­тые ве­щи бы­ли ди­ки для ме­ня. А ког­да ты с вос­хи­щени­ем раз­гля­дывал эти цве­ты, что рос­ли под ок­на­ми. Я наб­лю­дал, не­нави­дя се­бя за это. Мне иног­да хо­телось по­об­щать­ся с то­бой, по­дой­ти и спро­сить что-ни­будь. Ты был ка­ким-то не­обыч­ным, я не знал та­ких лю­дей, ко­торые прос­то так улы­бались дол­банным цве­там. Но ты так бо­ял­ся ме­ня, из­бе­гал, а по­дой­ти к те­бе и под­ру­жить­ся я не мог. По­тому что я был не та­кой, по­нима­ешь? Те­бя ведь не­нави­дел отец, за все это, и я дол­жен был.

В ком­на­те во­цари­лось мол­ча­ние, он пе­ревел ды­хание и горь­ко ус­мехнув­шись, про­дол­жил.

— Я знаю, как ты лю­бил чи­тать в са­ду, да­же знаю ка­кие кни­ги. Я пы­тал­ся то­же что-то про­честь из это­го, но ме­ня на­чина­ло тош­нить уже со вто­рой стра­ницы. Час­тень­ко под­слу­шивал твои раз­го­воры с по­вари­хой, наб­лю­дал, как ты за­нимал­ся с учи­телем. Как учил­ся иг­рать на ро­яле. И ты ме­ня так вос­хи­щал Билл. Ты был та­кой чис­тый и свет­лый, от­ли­чав­ший­ся от всех кто ме­ня ок­ру­жал. Но все мои по­пыт­ки за­гово­рить с то­бой, бы­ли про­валь­ные. Я прос­то не умел се­бя вес­ти, я все пор­тил сво­им неб­режным то­ном, сво­им вы­соко­мери­ем и ты бо­ял­ся, отс­тра­нял­ся и ти­хо что-то мям­лил под нос, ста­ра­ясь ско­рее скрыть­ся из ви­ду. Да, я мо­жет, был груб, но я не умел по-дру­гому! Я не знал как. А ког­да ты под­рос, не знаю, те­бе бы­ло лет три­над­цать, ты стал стар­ше и еще прек­раснее. Нет, ты ста­новил­ся чер­тов­ски кра­сивым. На тот мо­мент я уже дав­но спал не толь­ко с жен­щи­нами, но и с пар­ня­ми, и ко­неч­но за­метил, что ты ме­ня прив­ле­ка­ешь. Это так зли­ло. Ви­деть те­бя, и не иметь воз­можнос­ти по­быть ря­дом и да­же по­гово­рить тол­ком. Ты всег­да убе­гал. И что мне ос­та­валось? Мне бы­ло двад­цать, я хо­тел сек­са, я имел власть, ха­рак­тер и мог поз­во­лить что за­хочу. И еще этот уро­дец с ко­нюш­ни... с ко­торым ты ли­зал­ся! Я ду­мал ты не та­кой, что у ме­ня нет шан­сов стать тво­им лю­бов­ни­ком, а ты за спи­ной выт­во­рял та­кое! Это ме­ня ос­корби­ло, ра­зоз­ли­ло, и я го­тов был убить те­бя! Ты пред­ста­вить не мо­жешь, в ка­кой ярос­ти я пе­режил тот день. А по­том я взял си­лой то, что так силь­но хо­тел. Я счи­тал, что ты зас­лу­жил это, а ког­да ос­тыл, бы­ло, поз­дно что-то ме­нять, да и вряд ли бы это выш­ло. Ты не­нави­дел, я был те­бе про­тивен, и по­нима­ние то­го, что я не смо­гу из­ме­нить твое от­но­шение, и не смо­гу из­ба­вить­ся от сво­ей за­виси­мос­ти от те­бя, де­лало ме­ня еще бо­лее жес­то­ким. От­ка­зать­ся нас­лаждать­ся то­бой я бы не смог, все­доз­во­лен­ность так за­тяги­ва­ет... Все слу­чилось, как слу­чилось, — он вы­дох­нул, и под­нял гла­за на ме­ня. — Ты до­волен?

— Ты был влюб­лен в ме­ня? — нап­ря­мую спра­шиваю, мо­жет хоть здесь он даст сла­бину. Но Анис смот­рел в упор, не вы­давая не еди­ной эмо­ции.

— Ес­ли то, что со мной про­ис­хо­дило, так на­зыва­ет­ся, то, по­жалуй да.

Я лишь по­качал го­ловой. Я не ус­лы­шал ни кап­ли рас­ка­яния. Ни­чего то­го, че­го ожи­дал. Пра­виль­но он ска­зал, ни­чего уже не из­ме­нит мо­его от­но­шения. При­целив­шись, я наб­рался сил, и на­жал на ку­рок. Но выс­тре­ла не пос­ле­дова­ло. Я на­жал на ку­рок сно­ва, а по­том сно­ва, но выс­тре­лы так и не проз­ву­чали.

— Не ут­руждай се­бя, — ска­зал Анис, от­вле­кая от ох­ва­тив­шей ме­ня па­ники.

Не спе­ша он встал с кро­вати и про­шел ми­мо, под­ни­мая с по­ла свои брю­ки. — Ты так пред­ска­зу­ем Билл, — он дос­тал из кар­ма­на пат­ро­ны, — Ду­мал, что я ос­тавлю за­ряжен­ный пис­то­лет, ко­торый ты смо­жешь в лю­бой мо­мент взять? Ты слиш­ком силь­но не­до­оце­нива­ешь ме­ня.

Я, опе­шив, сто­ял и об­ре­чен­но смот­рел на не­го. Он из­на­чаль­но все знал. Не мо­жет быть! — Ты знал... — не ве­ря, я смот­рел, как он за­кури­ва­ет си­гаре­ту, под­хо­дя бли­же.

— Бы­ло бы нес­пра­вед­ли­во от­ка­зать­ся от все­го, что ты пред­ло­жил, — по­иг­рав бро­вями, и вы­дыхая дым мне в ли­цо, он вы­тащил пис­то­лет из мо­их, ка­жет­ся око­ченев­ших паль­цев. Я да­же по­шеве­лить­ся не мог. — Я не был се­год­ня груб, хо­тя мог бы, ста­рал­ся быть вни­матель­ным, зна­ешь это ведь мой де­бют, ни­кого я еще так неж­но тра*ал. Я приз­нался во всем, что чувс­тво­вал, а ты все рав­но выс­тре­лил.

Отой­дя на па­ру ша­гов на­зад, я упер­ся в сте­ну, и мед­ленно съ­ехал вниз. Зас­тывшие сле­зы, на­конец, по­кати­лись с глаз. Оби­да и нес­пра­вед­ли­вость сло­мали ме­ня, я ус­тал бо­роть­ся с ним, я ус­тал при­нимать по­раже­ния. Я ус­тал быть та­ким жал­ким! Я прос­то не хо­чу ви­деть, и знать, как он смот­рит на ме­ня свы­сока, на го­лого, зап­ла­кан­но­го и уни­жен­но­го.

— Оде­вай­ся, — мне в ли­цо при­лете­ла одеж­да, буд­то де­шевой шлю*хе, впро­чем, ка­ковой я се­бя сей­час ощу­щаю.

Раз­ве я мог по­думать, ког­да ехал сю­да, что все так обер­нется? Не то­ропясь, на­тяги­вая одеж­ду, мут­ным от слез взгля­дом ищу от­ле­тев­ший нож на по­лу, но без­ре­зуль­тат­но.

— Ну и ку­да де­лась твоя гор­дость, где вся над­менность и сме­лость? Ты ведь так усер­дно до­казы­вал, что мо­жешь быть как я? — он про­дол­жал из­де­вать­ся, а я мол­чать. Пле­вать уже, что он ска­жет или сде­ла­ет, раз­ве мо­жет быть ху­же, чем уже есть?

— Я то­же до­пус­тил сла­бину, ког­да ув­лекся то­бой, — он про­дол­жил, наб­лю­дая, как я на­тяги­ваю ру­баш­ку на ху­дые пле­чи, — Нас­толь­ко ув­лекся что стал, за­висим от тво­его те­ла. Но я ни­ког­да не был из-за это­го уни­жен­ным, не поз­во­лил бы ни­кому вы­тереть об се­бя но­ги, в от­ли­чие от те­бя. Твоя сла­бость те­бя гу­бит, а моя — де­ла­ет ме­ня силь­нее.

На­конец одев­шись, под­ни­маю на не­го по­тух­ший взгляд. Ты по­бедил. Лю­буй­ся.

— Ес­ли те­бе дос­та­точ­но иметь мое те­ло, что­бы соз­да­вать ил­лю­зию что я с то­бой, мне те­бя жаль. Ты ни­ког­да не уз­на­ешь что та­кое лю­бовь, и ты не пой­мешь как это, ког­да лю­бят те­бя. Все что мож­но ис­пы­тывать к те­бе, это не­нависть.

— Иди, — ни­чего не от­ве­чая, от­кры­ва­ет дверь, ука­зывая на вы­ход, — Про­вали­вай.

Не ве­рит­ся, что он так прос­то от­пустил ме­ня, пос­ле двух не­удач­ных по­пыток убить. По­чему-то все как в ту­мане, и ко­ридор ка­жет­ся бес­ко­неч­ным. Мне оп­ре­делен­но не хо­рошо, стресс и нап­ря­жение да­ет о се­бе знать. Дой­дя до сво­ей ком­на­ты, мед­лю, страш­но от­крыть дверь и уви­деть там То­ма. Не­реши­тель­но тол­каю, про­ходя внутрь. Бен си­дел в крес­ле, в ком­на­те бы­ло прох­ладно, и што­ра слег­ка по­качи­валась от мо­роз­но­го вет­ра, ле­тяще­го из от­кры­того ок­на. Не мед­ля под­бе­гаю к ок­ну, на ули­це ма­шины уже ко­неч­но не бы­ло, и То­ма то­же не бы­ло.

— Прос­то ска­жи, у не­го по­лучи­лось?

Бен кив­нул, ос­матри­вая мой пот­ре­пан­ный вид. Не знаю по­чему, но я ве­рил ему, или у ме­ня прос­то не бы­ло вы­бора. На­конец даю нап­ря­жен­но­му те­лу рас­сла­бить­ся, и, при­кусив гу­бу, па­даю на кро­вать, поз­во­лил се­бе сла­бость зап­ла­кать еще раз. Тя­желый груз все­го что слу­чилось, ле­жал на сер­дце. Бы­ло боль­но и про­тив­но, и я не знал, как убе­жать от это­го.

Бен не пе­реби­вал, не ме­шал а, прос­то мол­ча, наб­лю­дал эту кар­ти­ну, и спа­сибо ему, что не за­давал лиш­них воп­ро­сов, дав мне вы­пус­тить всю свою боль. Ду­маю, он и без слов все по­нял.

— Герр Ка­улитц, — в ком­на­ту ви­нова­то заг­ля­нула слу­жан­ка, — Прос­ти­те, но вас про­сят спус­тить­ся. Ваш отец, он...он скон­чался, — взвол­но­ван­но про­гово­рила де­вуш­ка, с со­жале­ни­ем гля­дя на ме­ня, — Сер­дечный прис­туп, — до­бавил­ся она, и ти­хонь­ко прик­ры­ла дверь.

Я смот­рел на зак­рывшу­юся дверь и об­ду­мывал ска­зан­ное. Ри­хард умер. Не­уже­ли этот уб­лю­док на­конец ос­та­вил эту зем­лю. Улы­ба­юсь мок­ры­ми от слез гу­бами. — Ду­маю нуж­но ско­рее уби­рать­ся от­сю­да, по­ка есть воз­можность.

— Толь­ко со­беру ве­щи, — не раз­ду­мывая, от­ве­тил Бен, вста­вая с крес­ла и вы­ходя из ком­на­ты.