Глава 17
Я могла только молча смотреть в прояснившиеся глаза отца. Никогда я не слышала от него этого слова. В качестве проявлений его чувств ко мне можно было рассматривать только вялые попытки прокормить меня в детстве и тот момент, когда он пытался оттащить от меня Джона. Но если учесть, из-за чего тот на меня кидался, опять же сложно считать его хорошим отцом. И всё-таки что-то во мне дрогнуло.
— Знаю, я — отвратный отец. Это не оправдаешь. Жаль, что тебе со мной не повезло.
Я судорожно сжала его руку. Это был первый наш с ним адекватный разговор за долгие годы.
— Почему ты так сильно пьёшь?
Отец пожал плечами:
— Ещё подростком начал и не могу остановиться. Когда пьяный, кажется, что никаких проблем нет. Я трусоват, боюсь всяких препятствий в жизни. Когда встретил твою маму, она старалась меня изменить. С ней не было так страшно, как говорится, она была моей опорой. А потом её не стало, и я опять сдался.
Мне стало так обидно, что вся моя жизнь прошла ужасно из-за слабости моего отца. Я винила его и не могла считать виноватым одновременно. Но он хотя бы говорил правду. Я это чувствовала, как с Локи.
— Прости, — повторил отец. — Похоже, всё, чем я могу тебе помочь, это отказаться от тебя. Верно?
Я кивнула, с трудом сдерживая слёзы.
— Эй, мышонок, только не реви, — преувеличенно бодро сказал Седрик.
Но от этих слов мне ещё больше захотелось плакать. Так он называл меня в детстве в моменты просветлений трезвости.
— Они тебя не обижают?
— Нет, — у меня сел голос. — Со мной обращаются, как с принцессой.
— Только это ж не просто богачи и «публичные» люди, — отец усмехнулся. — Я, конечно, алкаш, но сейчас вот понимаю, что парни странные какие-то. Не бандиты, вроде... Сам не пойму.
— Ты прав. Необычные, но хорошие. Так надо. Подпиши бумагу и прочти вслух. А потом мы сделаем так, что ты всё это забудешь.
— Ого! Настолько необычные?
— Ага. Ты согласен мне помочь?
— Это точно нужно?
— Да.
— Тогда сейчас прочитаю.
Седрик произносил слова с листа, о том, что не претендует больше на отцовские права, что не будет настаивать на общении, если я этого не захочу, что не будет мешать мне и моему приёмному отцу, а я чувствовала, как мне становится свободнее. Словно разрезали путы на моих ногах и руках. Теперь я знала, что отец меня всё-таки любит. Хоть и специфически, хоть и не проявляет заботы, хоть и слишком слаб для жизни. Этого не было достаточно для ответных эмоций с моей стороны, но расстаёмся мы не врагами. Мне уже не страшно прощаться с ним. Это не навсегда, а возвращаться или нет — решать потом мне самой.
Отец подписал бумагу и глянул на деньги:
— Заберите. Неудобно вышло, как будто дочку продал. К тому ж, я потом всё забуду, а бабки тогда откуда?
Локи забрал пачку банкнот и протянул мне руку:
— Тебе ничего не надо здесь забрать?
— Нет.
— Тогда прощайтесь, и пойдём.
Седрик встал из-за стола и смущённо опустил голову. Я тоже не знала, как себя вести. Но в итоге решилась подойти к нему и слегка обняла.
— Прощай.
— Ты больше не вернёшься? — Седрик опасливо тронул меня за локти.
— Не знаю. Я потом решу.
— Хорошо. Удачи тебе с ним, — отец кивнул в сторону Локи.
Да уж, она понадобится.
— Локи, а можно не стирать отцу память?
Моего жениха и Тора удивило такое предложение, но они оба синхронно пожали плечами.
— Если чё, я никому не расскажу.
— Ага, до первой пирушки, — хмыкнул Тор.
— Так кто же мне поверит?
— Ну, если не боишься оказаться в психушке, то можем оставить память.
— Пожалуйста, — мне не хотелось, чтобы один из немногих тёплых моментов между мной и отцом был стёрт из его памяти.
— Хорошо, — согласился Тор.
Я попрощалась с отцом, и мы в молчании спустились на лифте вниз. Только у подъездной двери Тор решился спросить:
— Ты как?
Он потянулся обнять меня, но Локи опередил его и положил руку мне на плечи, притягивая к себе.
— Будет лучше без твоих расспросов.
— Тебе-то откуда знать?
— Всё правда нормально, — мне не хотелось опять выслушивать их перепалки. — Всё прошло странно, но лучше, чем я думала. Мне даже легче как- то стало.
— А ты у нас, оказывается, целительница, — подмигнул мне Тор.
— В смысле? Почему?
— Ну, ты заставила отца протрезветь, он на человека стал похож. Видимо, вот он — твой дар. Надо будет рассказать матушке.
Я поймала полный сомнения взгляд Локи, но сейчас не хотела всё это обсуждать:
— Пойдёмте есть. Ты же так ждал гамбургеров, да и я голодна.
Я думала, что соврала, но оказалось, что и правда дико проголодалась. Нервные напряжения истощали меня больше, чем физические. Мы с Тором с аппетитом поглощали булки с котлетами и картошку фри, запивая всё колой. Локи же брезгливо ковырял пластиковой вилкой в каком-то вегетарианском салате, не съев и трети от него, а после глотка колы заявил, что это — отрава. Ну, по идее он был прав, но кола была слишком вкусной. Тор и я продолжили травиться.
После возвращения в Асгард время стало катиться с бешеной скоростью, словно снежный ком с горы. На следующий день Ньёрд удочерил меня. Обряд плохо отложился в моей памяти: он что-то говорил, я что-то отвечала, О́дин скрепил наши клятвы. Потом прошёл ещё один «семейный» ужин. А потом выяснилось, что Ньёрд заберет меня в Ноатун до свадьбы.
Служанки собирали мои пожитки. Я уложила свои вещи с Земли обратно в рюкзак и отдала его на хранение Гуде. После этого я безучастно наблюдала за сборами, а потом мне стало так одиноко от этой картины, что я постучала в покои Локи.
— Сегодня ты рановато, — ухмыльнулся бог обмана, пропуская меня. — Почему на этот раз?
— Там вещи собирают, а я как будто мешаю. Не знаю, что делать. Кстати, сколько я буду сидеть в Ноатуне?
— Дня два. Для приличия. Потом приедем мы, я посватаюсь к тебе, родители всё обговорят, а на следующий день будет свадьба.
— А потом? — не знаю, почему, но у меня внутри всё сжималось от предстоящей свадьбы.
— Я и сам не знаю. Сначала планировалось, что мы поживём немного во дворце, пока не подготовят нашу усадьбу. Мы бы переехали туда. Но теперь я в этом сомневаюсь.
— И зачем ты сам всё усложняешь? — я не смогла сдержать вопрос, который давно мучил меня. — Если бы ты постарался, то мог бы жить спокойно.
— Не мог бы, — Локи усмехнулся, но я заметила сожаление в его глазах. — А ты что, хотела бы жить со мной долго и счастливо в уютной усадьбе?
— Ну, если бы она была большой, и мы бы могли не пересекаться там, стоило попробовать.
Локи улыбнулся. На этот раз искренне.
— Я бы сидела там, читала книги, — я прошла к окну, наблюдая за сборами Ньёрда и его детей к отъезду.
Локи подошёл ко мне сзади:
— Я бы сбежал из этой идиллии.
— Значит, тебе спокойно не живётся.
— Видимо, да, — ладони Локи легли мне на плечи.
Как обычно, от его прикосновений у меня по коже пробежали мурашки. Я инстинктивно обернулась, и мы с Локи оказались лицом к лицу. Его цепкий взгляд обездвижил меня. Я замерла, как кролик перед удавом. Я и сама не заметила, как сильно он стал влиять на меня. В голове опять крутился наш злосчастный поцелуй. И сейчас, ощущая его пальцы, сжимающие мои плечи, видя его лицо в паре сантиметров от моего, я так хотела повторить ту глупость. Мне едва удалось сдержаться.
— Ладно, мне пора.
— Хорошо, иди, — Локи отпустил мои плечи.
— До встречи, — уже уходя, я слегка поцеловала его в щёку. Всё-таки не удержалась.
А Локи снова схватил меня за плечи и поцеловал в губы.
У меня снова снесло крышу, как тогда, в коридоре Ноатуна. Я понимала, как глупо себя веду, но всё равно обняла Локи вместо того, чтобы оттолкнуть его. Он тоже притянул меня за талию ближе к себе и положил ладонь мне на затылок, не давая двинуть головой в сторону. Изначально нежный поцелуй стал более настойчивым, даже властным. Я, не умея толком целоваться, лишь подчинялась, подстраивалась под Локи, а тот вёл себя так, словно давно хотел меня поцеловать и едва сдерживался. От этого пьянящего чувства я совсем потерялась, пока не стало трудно дышать, и мне пришлось отстраниться от Локи. Он не отпускал меня из своих объятий и смотрел мне прямо в глаза. Я не успела ничего сказать, как он заявил:
— Только попробуй сказать, что ты этого не хотела.
— Хотела, — я тяжело выдохнула.
— И я тоже, — Локи обхватил моё лицо ладонями и поднял вверх, заставляя смотреть на него.
Я покраснела:
— Похоже, нам обоим спокойно не живётся.
— Да. Может, мы действительно подходим друг другу?
Я не нашлась, что ответить. Меня спас стук в дверь и недовольный голос Сольвейг:
— Госпожа Сиена, Ваши вещи готовы. Вы можете отправляться.
— Теперь мне действительно пора.
Но Локи так и не убрал рук от моего лица.
— Хорошо, — он поцеловал меня в лоб. — Теперь иди.
На дрожащих ногах я вернулась в свою комнату и, сопровождаемая служанками, отправилась вниз, где уже ждали осёдланные лошади. На них я, Ньёрд, Фрейр и Фрейя должны были вернуться в Ноатун. Корабль, на котором мы приплыли, возвращался назад без бога морей. Нас провожали Фригга и Тор. О́дин оказался чем-то занят. Когда мы уже собирались садиться на коней, Фригга вздохнула:
— Жаль, что Локи решил не спускаться.
— Вообще-то нет, — пробормотал Тор, заметив приближающегося братца. — Всё-таки соизволил.
— Прошу прощения за опоздание, — Локи словно не заметил косых взглядов брата и обратился сразу к Ньёрду.
— Ничего. Мы расстаёмся ненадолго, — бог морей хмуро пожал протянутую ему руку.
— Это относительно. Сиена, до встречи. Я буду скучать.
Локи поцеловал мою ладонь, которая похолодела от волнения.
— До встречи.
Жених помог мне сесть на лошадь, и мы отправились в путь. Я ехала, как будто окунувшись в воду, ничего не замечая вокруг.
— У вас с Локи опять что-то случилось?
Фрейя тоже отстала от отца с братом и ехала рядом со мной.
— Нет, всё в порядке. О чём ты?
— Да ты красная, как рак. И Локи ведёт себя слишком мило, не так, как обычно.
Мне не хотелось рассказывать ей про наш поцелуй.
— Ну, он как-то изменился, заботится обо мне.
Я рассказала о той ночи, когда заснула в его покоях, как он поддерживал меня при разговоре с отцом.
— И это... То, как он прощался. В общем, я не понимаю.
— Может, у вас просто всё налаживается? — робко предположила Фрейя.
— Да уж. С Локи-то? Это вряд ли. Опять что-то напакостить планирует.
— Сиена, я знаю, что с Локи сложно. И легче не станет. Но это твоя судьба. Не сдавайся, пожалуйста.
— А я и не сдаюсь. Пока.
Фрейя подъехала совсем близко и протянула мне свою тонкую ладонь:
— Если будет нужна помощь, совет или просто захочешь выговориться — обращайся. Если попросишь хранить тайну — я смогу. Знаю, я выгляжу легкомысленной болтушкой, но если надо для друзей, то способна на многое. А ты теперь моя сестра. Для тебя я сделаю всё возможное и невозможное.
Я в последние дни и так стала слишком чувствительной, а от этих слов чуть не разревелась. Мне никто никогда даже не предлагал помощи. Не знаю, насколько всё это было правдиво, но один факт того, что у меня появилась сестра, хоть и приёмная, которая пытается помочь мне наладить отношения с Локи, растрогал меня.
— Эй, только не плачь, — Фрейя заметила моё скривившееся лицо. — Всё будет хорошо.
— Да, прости.
— Не волнуйся. У тебя всё-таки свадьба скоро. Эти два дня мы будем готовить тебе наряды. Каждый день свадьбы — новое платье и украшения!
— Каждый день свадьбы? — я едва не врезалась коленом в ближайшее дерево, но умная лошадь вовремя сама свернула в сторону.
— Ну да, свадьба всегда длится несколько дней. Отец сказал, ваша будет идти четыре дня. Это минимальный срок.
И опять меня не предупредили заранее. А и пофиг. Я выхожу замуж за опального и психически не совсем здорового бога. Детали тут не так важны.
Но что же мне теперь делать с Локи? Мы недвусмысленно поняли, что оба что-то чувствуем друг к другу. Как минимум, нам нравится целоваться. Но мы же абсолютно разные. Даже наши чувства друг к другу наверняка отличаются настолько, что страшно представить.
Всю дорогу до чертога Ньёрда, всё время, пока раскладывали мои вещи, приносили мне ужин и укладывали меня спать, что-то не давало мне покоя. Я думала о том, что происходит между мной и Локи. Пыталась понять, что мне делать дальше, и никак не могла поймать какую-то мысль, казавшуюся такой близкой. Снова ворочаясь в своей новой постели, я пробормотала сама себе:
— Да что тут можно сделать? Вон мама тоже думала, что смогла изменить отца...
И тут я поняла, что за мысль не давала мне покоя. После слов Фрейи о моей судьбе, я сравнивала себя и свою мать, которая всё время, пока была замужем, исправляла своего избранника. Берегла его от пагубных привычек, помогала встать на путь истинный и т.д. Он сказал, что она была его опорой, он мог бороться, пока она была с ним. Неужели и я должна положить свою жизнь на то, чтобы вытаскивать Локи из передряг, в которые он влипает? Я должна стать его опорой, разделять с ним все его неприятности?
В планы о фиктивном браке такое не входило. Но теперь всё стремительно менялось, и я слишком сильно запуталась в своих чувствах. Слишком серьёзным всё становилось.
Получается, если я решу быть с Локи, мне нужно будет смириться с тем, что вся моя жизнь пойдёт коту под хвост. Готова ли я к этому? И стоит ли он того?