Глава 4
Адрес, присланный Чонином, привёл Сынмина к невзрачному трёхэтажному дому где-то на окраине, в районе, который днём выглядел бы уныло, а ночью и вовсе становился откровенно опасным. Он шёл пешком, меняя маршрут и постоянно оглядываясь, по старой, уже почти забытой привычке. Его натренированное тело двигалось автоматически, а голова была пуста и тяжка, как кусок свинца. Он сжёг мосты. Добровольно. И теперь шёл в логово волка, потому что другого пути у него не оставалось.
Дверь в подъезд была не заперта. Сынмин поднялся на последний этаж, к единственной квартире. Прежде чем он успел постучать, дверь отворилась.
Чонин стоял на пороге, прислонившись к косяку. Он был босиком, в простых чёрных тренировочных штанах и тёмной футболке, на которой проступали контуры мышц. В руке он держал короткий бокал тумблер с янтарной жидкостью.
—Точно по времени, — произнёс он без приветствия, отступая и жестом приглашая войти. — Я цени́ю пунктуальность.
Сынмин переступил порог. Квартира оказалась неожиданно просторной и… почти пустой. Минимализм, доведённый до абсолюта. Бетонные стены, полированный бетонный пол, несколько низких кресел из чёрной кожи, огромное панорамное окно, за которым горел ночной город. Ни ковров, ни безделушек. Только у стены стоял дорогой проигрыватель с аккуратной стопкой виниловых пластинок и колонки. И чистота, почти стерильная.
— Удивился? — Чонин закрыл дверь, щёлкнув замком. Звук прозвучал оглушительно громко в этой тишине. — Ожидал увидеть бордель с золотыми унитазами или подпольный цех по изготовлению наркотиков?
— Ожидал чего-то более… обжитого, — честно сказал Сынмин, медленно продвигаясь вглубь помещения.
— Мне не нужен хлам, — пожал плечами Чонин, подходя к мини-бару. — Виски? Или продолжим твою реабилитацию с минеральной водой?
— Виски, — коротко бросил Сынмин. Он стоял посреди этой пустоты, чувствуя себя инородным телом. Его взгляд упал на единственный предмет, висевший на голой стене — небольшой поляроидный снимок в тонкой металлической раме.
Он подошёл ближе. На фотографии был запечатлен молодой парень, почти мальчик, с беззаботной, чуть нагловатой улыбкой. На нём были модные в ту пору очки с большой оправой, и он обнимал за плечи другого парня, такого же молодого. Они стояли на фоне какого-то пляжа. Снимок был старым, цвета выцвели.
— Красавчик, не правда ли? — голос Чонина раздался прямо за его спиной. Сынмин вздрогнул — он не услышал его шагов. Чонин протянул ему бокал.
— Это ты? — уточнил Сынмин, принимая напиток.
— Был когда-то, — Чонин усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Глупый щенок, который верил в братство, честь и прочую хуйню. Думал, что мир чёрно-белый, а его банда — это семья.
Он сделал глоток, глядя на фотографию.
—Этого, — он ткнул пальцем в второго парня на фото, — звали Минхо. Не твой, другой. Лучший друг. Мы вместе в детдоме подрастали, вместе в подворотнях шарились. Потом вместе прибились к «Серым псам». — Чонин замолчал, и Сынмин почувствовал, как воздух вокруг сгустился. — А потом один крупный заказ пошёл не так. Нужна была стрелочка. И наш босс, тот самый, про «семью» и «братство», выбрал его. Просто потому, что у того мать болела, и он мог бы стать слабым звеном.
Сынмин молчал, слушая. Это была не та история, которую он ожидал услышать.
— Мне предложили выбор, — продолжил Чонин, его голос стал низким и опасным. — Или я сам привожу приговор в исполнение… или нас уберут обоих. Чтобы не было лишних вопросов. — Он повернулся и медленно прошёл к окну, спиной к Сынмину. — Я застрелил его в том самом гараже, где мы когда-то прятались от ментов. С тех пор я и понял, что никакой семьи нет. Есть интересы. И ты либо становишься тем, кто эти интересы формирует, либо — расходным материалом.
Он обернулся. Его лицо было спокойным, но глаза горели холодным огнём.
—Так что не ищи во мне невинную овечку, сломленную злой системой, агент. Я сделал свой выбор. И я сплю по ночам прекрасно.
В этот момент телефон Сынмина, лежавший у него в кармане, завибрировал. Один раз. Потом ещё и ещё. Кто-то названивал без перерыва. Бан Чан.
— Твой начальник нервничает, — констатировал Чонин, подходя ближе. — Переживает за свою потерянную овечку. Выключи это. Или ответь. Или… отдай мне.
Сынмин на секунду заколебался, затем достал телефон. На экране горело имя «БАН ЧАН». Он провёл пальцем по экрану, отклоняя вызов, и выключил аппарат.
—Доволен?
— Очень, — Чонин улыбнулся, и это была искренняя, почти мальчишеская улыбка. — Теперь ты мой. Официально. А раз так, то предлагаю сделку.
— Какую ещё сделку?
— Ты хочешь докопаться до сути? Узнать, почему за мной так пристально следят? Не из-за старых грехов, поверь. Я предлагаю тебе поработать на меня. Не долго. Один вечер. В качестве водителя и пары лишних глаз. А взамен я покажу тебе кое-что интересное. Правду, которую твоё начальство так старательно скрывает.
Сынмин сжал бокал так, что пальцы побелели. Это было безумием. Самоубийством.
—Почему я должен тебе доверять?
— А у тебя есть выбор? — Чонин подошёл вплотную. — Ты сжёг все мосты. Ты здесь. Ты уже сделал ставку. Или ты хочешь вернуться к ним с повинной? Стать тем, кого жалеют и от кого шарахаются в коридоре? — Он положил руку Сынмину на плечо. Ладонь была тёплой и тяжёлой. — Давай, Сынмин. Сделай ещё один шаг в темноту. Со мной.
И Сынмин, к своему ужасу, кивнул.
---
Через час они выехали из города на мощном, тёмном седане, который не привлекал лишнего внимания, но чей рёв двигателя говорил о скрытой мощи. Сынмин сидел за рулём. Чонин развалился на пассажирском сиденье, навигатор на его телефоне показывал маршрут куда-то в промзону.
— Расслабься, — сказал Чонин, глядя на его сжатые пальцы на руле. — Мы просто ведём деловые переговоры.
— С кем? — сквозь зубы спросил Сынмин.
— С людьми, которые должны мне денег. Очень большие деньги. Иногда нужно напомнить о себе. Лично.
Они свернули на пустынную дорогу, ведущую к заброшенным складам. Вокруг было темно и безлюдно. Внезапно в зеркале заднего вида Сынмин заметил фары ещё одного автомобиля, который резко ускорился.
—Чонин…
— Вижу, — голос Чонина мгновенно стал собранным и холодным. Он достал из-под панели пистолет и положил его на колено. — Не сворачивай. Прибавь скорость.
Сынмин нажал на газ. Седан рванул вперёд. Машина сзади тоже ускорилась. В следующую секунду стекло заднего окна взорвалось от пули, и в салон ворвался визг ветра и грохот выстрелов.
— Блять! — выругался Сынмин, рефлекторно начав виражить, чтобы усложнить прицеливание.
— Левей! — скомандовал Чонин, уже высунувшись в разбитое окно и открыв ответный огонь. Глухие хлопки выстрелов оглушили Сынмина.
Он рванул руль влево, уводя машину в боковой проезд. Пули свистели вокруг, одна угодила в заднее крыло. Сынмин чувствовал, как по спине бегут мурашки адреналина. Это было похоже на старые, почти забытые ощущения, но теперь всё было иначе. Теперь он был не охотником, а дичью.
— Резко направо, за угол склада! — крикнул Чонин, делая ещё несколько выстрелов.
Сынмин повиновался. Он влетел за угол, резко затормозил, вывернул руль и поставил машину поперёк узкого проезда, создав баррикаду.
—Дальше? — его голос хрипел от напряжения.
Чонин выглянул из-за укрытия. Преследователи тоже остановились, из их машины выскочили три тёмные фигуры.
—Дальше — тишина, — сказал он и, сменив магазин, снова начал стрелять, точными, короткими очередями.
Сынмин, пригнувшись, достал свой старый «Макаров». Он не стрелял годами, но мышечная память сработала. Он присоединился к Чонину, ведя огонь по фигурам, которые пытались обойти их с фланга. Стрельба была яростной, но короткой. Через несколько секунд воцарилась тишина, нарушаемая только шипением повреждённого радиатора их машины и тяжёлым дыханием Сынмина.
Чонин медленно опустил пистолет.
—Всё. Чисто.
Он обернулся к Сынмину. Его лицо было спокойным, лишь в глазах плясали отсветы недавней схватки.
—Неплохо для офисного планктона. Руки не дрогнули.
Сынмин просто смотрел на него, пытаясь перевести дух. Он был жив. Они были живы.
Внезапно выключенный телефон в его кармане коротко vibro — пришло СМС, которое кто-то отправил до того, как он его выключил. Позже, когда они пересядут на другую машину, которую Чонин вызвал по своему каналу, он его включит и прочтёт сообщение от Хёнджина: «Чувак, тут у нас движ. БЧ в ярости, обыскивает всё. Чанбин ходит мрачнее тучи. Будь осторожен. Они тебя ищут.»
---
В это время на базе Бан Чан стоял перед монитором с данными по последним перемещениям Сынмина. Сигнал пропал в районе промзоны. Рядом, опёршись о косяк, стоял Со Чанбин, его лицо было искажено злостью.
— Нашёл? — спросил Чанбин, сжимая кулаки.
— Нет. Пропал. После звонка мне, — Бан Чан провёл рукой по лицу. Он выглядел уставшим до смерти. — Он сам отключил трекер. Добровольно.
— Я говорил, что с ним что-то не так! — Чанбин ударил кулаком по стене. — Он сломался! И теперь он там, с этим ублюдком! Что, черт возьми, они делают?
— Не знаю, — тихо ответил Бан Чан. — Но я почти уверен, что это не прогулка под луной. Готовь группу. Как только появится хоть какая-то зацепка — выезжаем. И если он окажет сопротивление… — он замолчал, но Чанбин понял всё без слов.
— Приказ понят, — кивнул он и резко развернулся, чтобы выплеснуть ярость в спортзале.
---
Новая машина была такой же невзрачной, как и предыдущая. Они ехали обратно в город, и напряжение постепенно спадало, сменяясь странной, неестественной эйфорией после пережитой опасности.
Чонин снова развалился на сиденье, наблюдая за Сынмином.
—Ну что, агент? Понравилось? Чувствуешь, как кровь снова бежит по жилам, а не застывает в офисе?
— Заткнись, — беззлобно бросил Сынмин, сосредоточенно глядя на дорогу.
— О, ожил, — рассмеялся Чонин. Он протянул руку и положил её Сынмину на бедро, чуть выше колена. Ладонь была тёплой и влажной от пота. — Я чувствую, как ты дрожишь. Не от страха. От адреналина.
Сынмин не отстранился. Прикосновение жгло его через ткань джинсов.
—Убери руку.
— А что будет, если я не уберу? — Чонин придвинулся ближе, его дыхание коснулось уха Сынмина. — Сбросишь нас в кювет? Или просто смиришься? Ты же уже понял, что твои старые правила здесь не работают.
Его пальцы слегка сжали мышцу бедра, и по телу Сынмина пробежала горячая дрожь. Это было отвратительно. И порочно. И чертовски притягательно.
— Я сказал, убери руку, — повторил Сынмин, но в его голосе уже не было прежней твёрдости.
— Ладно, ладно, — Чонин убрал руку, но его улыбка стала ещё шире и наглее. — Не буду торопить события. У нас впереди целая ночь. А ещё… я придумал, где мы можем остановиться. У меня есть одна квартира. Очень уединённая. Никто нас там не найдёт. Ни твой Бан Чан, ни те ублюдки, что сейчас ищут нас по всему городу.
Он откинулся на сиденье, глядя на освещённые улицы.
—Как думаешь, агент, насколько громко ты можешь кричать, когда тебя прижимают к стене? Я бы очень хотел это узнать.