Невеста напрокат

«Что между нами общего?» – написала Эва Кристиану.
Обычно этим вопросом задаются до того, как назначают свадьбу. Но не в случае Кристиана.
Последние два дня после встречи они были заняты тем, что пытались выстроить идеальную легенду о своем знакомстве. Больше всего девушка переживала о том, что семья Криса узнает о ее отчиме, поэтому Эва не придумала ничего лучше, чем придумать себе новую фамилию и сказать, что она сирота. Лженевеста пыталась рассматривать другие варианты, но все они могли вызвать желание Фолкнеров встретиться с ее родными. Этого Баккер допустить не могла.
Пара сошлась на том, что их «история любви» началась в Лиллехаммере – там он встречал каждый Новый год с семьей. В прошлый раз отец незадолго до поездки сломал руку, и Кристиан полетел на горнолыжный курорт один.
Чтобы их легенда казалась правдоподобной, нужны были детали. Общие взгляды, интересы – все, благодаря чему между двумя чужими людьми возникает симпатия.
«Ох... Могу я позвонить по видеосвязи?» – спросил Крис.
Получив согласие, парень нажал на кнопку и стал ждать, когда Эва примет вызов. Совсем скоро Фолкнер смог увидеть ее лицо. Девушка сидела дома на кухне и пила кофе из кружки с логотипом компании, где работала.
– Извини, я тут пытаюсь приготовить обед, – улыбнулся Кристиан. – Не очень удобно печатать.
– Ты любишь готовить? – у Эвы приподнялись брови от удивления.
Мама всегда говорила ей, что кулинария – прерогатива женщин. Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, и, будь ты хоть трижды мисс мира, никто не захочет взять тебя в жены, если ты не можешь приготовить супругу завтрак и ужин.
Баккер любила готовить только близким людям. Ради себя она бы и пальцем не пошевелила. Поэтому сейчас у нее вместо обеда – дешевый растворимый кофе со сливками.
– Да. Особенно блюда итальянской кухни, – кивнул Кристиан, нарезая овощи. – Готовка меня успокаивает. А еще это дешевле, чем постоянно есть в кафе.
Эва сделала глоток безвкусного кофе и сказала:
– Вот и нашли совпадение. Мы оба любим готовить, – улыбнулась девушка. – Что ты готовишь сейчас?
– Овощной суп с курицей. Бульон я уже сварил. Остались овощи. Честно говоря, готовлю его в первый раз.
– Мне прямо захотелось напроситься к тебе в гости, – хихикнула Эва. – Я давно не готовила сама. Времени нет.
– Если хочешь, могу как-нибудь угостить. Думаю, получится вкусно.
Эва смущенно улыбнулась. Ее бывший никогда так не делал. В лучшем случае он мог заказать пиццу или позвонить ей из забегаловки и спросить, будет ли она что-то заказывать. И то, такую великую заботу он проявлял только тогда, когда у него были деньги – редко.
– Спасибо за предложение. Если что, я пошутила, не нужно ради меня стараться. Я вегетерианка, поэтому не ем мясные блюда.
– Ого. Хорошо, что ты предупредила меня сейчас. Мой отец – охотник. И наверняка мама приготовит блюдо из дичи, которую он подстрелит. Традиция, – пожал плечами Крис.
Эва отвела взгляд в сторону, не зная, что и сказать. Удивительно, как у человека, который убивает животных, родился сын, решивший стать ветеринаром.
– Ты говорил, что лечишь питомцев? Так вот, я отказалась от мяса из любви к животным. Второе совпадение.
– У тебя есть питомцы?
– Нет, – мотнула головой Эва. – Я мечтаю завести двух кошек после того, как моя жизнь наладится. Сейчас денег и на себя-то едва хватает.
Фолкнер подхватил телефон и переставил его поближе к плите, чтобы продолжить разговор. Он закинул овощи в кастрюлю с бульоном и поставил на медленный огонь.
– А у меня только цветы. Кто-то оставил их подъезде, а я забрал их себе. Жалко стало. Я много работаю, иногда приходится выходить и на ночные смены, но тоже хотел бы завести кошку.
Девушка медленно пила свой кофе, наблюдая за тем, как Кристиан готовит, и внимательно слушала то, что он говорит. Забавно, как часть из того, что она считает важным для себя, точно так же важно и для него.
«Откинь эти мысли. С ним мы только по делу» – подумала Эва.
– На что ты потратишь деньги? – спросила девушка после недолгого молчания.
Фолкнер уставился на кастрюлю с супом, словно этот вопрос застал его врасплох.
– Я уже почти восемь лет занимаюсь тем, что оперирую животных. И мне кажется, должность рядового хирурга в частной клинике я уже перерос. Хочу открыть свое дело, собственную клинику, где буду уже главврачом, – ответил он. – А что ты будешь делать, когда закроешь кредиты?
– А я уволюсь с нелюбимой работы и восстановлюсь в университете. Доучусь на психолога. Потом потрачу год на путешествия, с детства мечтала увидеть Эйфелеву башню. Потом поработаю для опыта и накоплю на собственное дело. Открою кабинет психологической помощи.
– Звучит как отличный план, – улыбнулся Кристиан.
– Но твоим родным надо сказать, что я мечтаю о детях?
Он молча кивнул. Эва вздохнула. Из-за этой детали ей все меньше нравилась идея фиктивного брака, но бежать уже некуда – его семья знает, что их сын и внук женится. И все ждут момента, когда невеста придет и познакомится с ними.
– Как так вышло, что твои родственники такого мнения о женщинах, но бабушка буквально владеет всем имуществом?
– Не совсем. Отец сам открыл свой бизнес на деньги, которые мой дедушка накопил ему на учебу. Бабушка долгое время играла роль хранительницы очага и не лезла в финансовые вопросы, но дедушка рано умер. Моему папе даже 18 лет не исполнилось.
– Ох... А что с ним случилось?
Кристиан пожал плечами.
– Никто не знает. Он ушел вечером в свой кабинет и там же нашли его тело. Скорее всего сердце не выдержало. Отец говорил, он очень много работал. Бабушка даже хотела продать все активы, но вовремя передумала и начала потихоньку разбираться во всем этом. Так что, могу сказать, что это была вынужденная мера.
– И даже после такого опыта ей кажется, что женщины ни на что больше не годны?
– Без понятия. Чем меньше задаю такие вопросы, тем больше шанс, что мы не поругаемся. Мне стыдно признаться, но иногда я считаю бабушку просто невыносимой.
Родители Фолкнера-младшего сделали все, чтобы Кристиан не знал о том, как обошлась Ингрид со своим сыном. Эта тема была из разряда семейных тайн, о которых лучше молчать. Но, повзрослев, он периодически замечал, что между бабушкой и Хелен есть какое-то едва заметное напряжение, но мама всегда отшучивалась и уходила от разговора, словно ничего не было.
– Она сказала как-то моей бывшей девушке, что работать ветеринаром – не женское дело. Ведь девушки действуют на эмоциях, кого же она тогда сможет вылечить?
– Да уж... – Эва закатила глаза и цокнула языком. – Тогда и впрямь лучше промолчать и сказать, что я хочу заниматься домом и детьми. Не хочу выслушивать чужие нотации.
Крис зачерпнул немного супа и попробовал.
– Уф, кажется, я забыл соль, – отвлекся от разговора парень. – Но все равно получается вкусно. Теперь из-за тебя я хочу приготовить веганский вариант.
Девушка хихикнула и допила свой кофе.
– На самом деле в супах я использую бульонные кубики. В противном случае они ужасны на вкус.
– Ну да. Я люблю овощи, но без мяса даже смотреть бы на них не стал, – согласился Фолкнер и улыбнулся.
Эва отставила кружку в сторону и посмотрела на настенные часы. Вот-вот стрелки покажут 13:00.
– Мне пора бежать. Завтра выезжаем в 9, как договаривались?
– Да. Пришли мне адрес, я тебя заберу.
Как только девушка отключилась, Крис посолил суп и накрыл его крышкой. После этого он прошел в свою спальню, где в ящике комода хранил бабушкино кольцо с сапфиром – некий подарок с намеком.
«Когда встретишь настоящую любовь, подари это ей», — сказала тогда Ингрид. Камень холодно блестел, как ее усмешка. Он захлопнул крышку. Эва не наденет это. Они купят дешевые позолоченные кольца  — эдакую пародию на вечность.