Дары, да не подарки
Гарри устало опустился в кресло, не понимая до конца, зачем Слизерин рассказал ему странную сказку «О Трёх братьях». Слишком уж всё это глупо звучало — три могущественных артефакта, подаренных Смертью трём братьям. Мораль, конечно, присутствовала, но это была всего лишь сказка.
— Вы верите в существование этих Даров Смерти? — спросил Гарри Основателя.
— Я знаю, что они существуют. Братья Певерелл много старше меня и моих названых брата с сёстрами. Ты ведь знаешь, что все чистокровные рода состоят в родственных связях. Мой род идёт от второго из братьев — Кадмуса. И реликвией моего рода был Воскрешающий камень, — ответил Салазар чуть возбуждённо.
— И вы хотите, чтобы я их нашёл? — с сомнением протянул Поттер.
— Ты уже их нашёл. С одним их них ты никогда не расстаёшься. Остальные нужно лишь забрать, — улыбнулся Слизерин.
— Что? — округлил глаза Гарри.
— Достань свою мантию, — попросил Основатель.
— Вы думаете, что это она? Мантия, принадлежавшая младшему брату? — спросил Поттер, доставая из кармана Мантию-невидимку.
— Я уверен, что это она, я видел её множество раз. Моя двоюродная прабабка — Иоланта Поттер — была внучкой Игнотуса Певерелла и показывала мне Мантию. Кроме того, она твой прямой предок, — пояснил Слизерин, провожая глазами Мантию в руках Поттера.
— Невероятно, а как же остальные — Бузинная палочка и Воскрешающий камень? Вы говорите, что я их нашёл. Но я не помню, чтобы хоть раз, их видел, — спросил Поттер, уже собравшийся сорваться с места.
Слизерин поднял руку, и Поттер увидел у него на среднем пальце перстень с чёрным камнем, который он мгновенно узнал. Последний раз он видел его в кабинете Дамблдора, и тогда камень был расколот ровно посередине.
— Кольцо Мраксов! В нём Воскрешающий камень! А палочка...
— Палочка сейчас у Альбуса Дамблдора, мне неизвестно, как она к нему попала. Но я наблюдаю её у него уже очень давно. Обычно она не задерживается у одного волшебника надолго. Так что пришло время сменить ей владельца, — перебил Слизерин Поттера.
— Так значит, всё это могущество Дамблдора — лишь показуха? Выходит, что всё это ему дала Бузинная палочка? — расстроился Гарри. Он действительно не ожидал подобной лжи от директора, но в глубине души понимал его действия. Поттер тоже не стал бы раскрывать факт обладания таким артефактом.
Салазар на это смотрел скептически, о чём и сообщил Поттеру:
— Не обманывайся, юноша, палочка не делает владельца непобедимым, палочка сильна настолько, насколько силён волшебник. Она лишь помогает в фокусировании и высвобождении магической силы. Из этого следует то, что Альбус Дамблдор что с палочкой, что без неё — очень сильный волшебник. Но тебе не нужно об этом задумываться, важно лишь то, что ты должен заполучить Бузинную палочку и Воскрешающий камень в свои руки, — продолжил Основатель.
— Но как? — спросил Гарри. — Прийти к директору и потребовать палочку с камнем? Я уверен, что он не отдаст их просто так.
— Время нынешнего директора истекает. Проклятье, что он навлёк на себя, очень скоро его убьёт, — ответил Слизерин.
— Его рука. Она почернела этим летом, — Гарри был ошарашен. Как бы он не недолюбливал директора за его тайны, смерти ему он не желал. Напротив, Альбус Дамблдор был сильным союзником. И лишиться его помощи означало почти что потерпеть поражение в этой войне. Да и представить Хогвартс без Дамблдора Гарри не мог. Директор всегда был частью этого замка.
— Я не могу позволить ему умереть, — заявил Поттер. — Неужели совсем нет выхода?
— Есть один — нужно отрезать проклятье от сущности директора. Оно слишком глубоко засело, дойдя практически до сердца, и медленно высасывает его силы. Нужно запереть проклятье в руке, но для этого нужно сначала обратить его вспять, вернуть в свои изначальные размеры, поражая лишь кисть. И после этого отсечь её, — ответил Слизерин.
— И как же это сделать?
— Одному тебе это не под силу. Приведи сюда Снейпа, юноша. И тогда поговорим, — закончил Салазар.
— Знать бы ещё, как это сделать... — пробормотал Гарри.
* * *
На следующее утро Гарри полдня пробыл в своих мыслях. То, что рассказал ему Слизерин, перевернуло всё с ног на голову. Мало того, что ему нужно как-то перетянуть на свою сторону Снейпа, так еще и каким-то образом спасти жизнь Дамблдору. Проходив долгое время в раздумьях, он решил, что стоит пойти к директору и поговорить с ним напрямую. Дамблдор как раз вызывал его в следующее воскресенье на очередное занятие, где рассказывал про жизнь Волдеморта. Лучшего момента поговорить и не придумать.
Но до встречи с директором впереди была ещё целая неделя, и Гарри решил пока не отвлекаться и продолжить своё обучение, стараясь как можно меньше привлекать к себе внимание.
Так, просиживая за книгой в библиотеке очередной вечер, Поттер обнаружил, что напротив него сидит незнакомая белокурая девочка со Слизерина и пристально на него смотрит. Сначала его смутило такое внимание к своей персоне, но некоторое время спустя Гарри начал нервничать и уже собрался подойти к ней, но девочка его опередила.
Она подсела к нему за стол, ослепительно улыбнувшись, и заговорила:
— Привет, Гарри Поттер. Меня зовут Астория. Астория Гринграсс, если быть точным. Но ты можешь звать меня Тори. Я очень хотела с тобой познакомиться.
— Гринграсс? — уточнил Поттер.
— Да, ты уже знаком с моей сестрой — Дафной. Собственно, из-за неё я и хотела с тобой увидеться, — продолжила Астория, не убирая улыбки с лица.
— М-м-м, и что тебя интересует, Астория? — спросил нервно Гарри.
— Нечего важного, просто хотела тебя поблагодарить за помощь моей сестре. И спросить: она тебе нравится? — заявила младшая Гринграсс.
Гарри не ожидал, что она спросит подобное прямо в лоб, поэтому не нашёл слов для ответа и поперхнулся, но та, словно не заметив этого, продолжила:
— Понимаю, вы ещё толком не разговаривали и не общались, но замечу, что ты Дафне понравился и она хотела бы с тобой подружиться. Только вот очень стесняется и не знает, как к тебе подойти, вот я и взяла всё в свои руки. Ты же не откажешься встретиться с моей сестрой, Гарри?
Поттер, услышав вопрос, смутился ещё больше, и когда он уже собрался ответить Астории, их прервали.
— Астория! — крик раздался от выхода из библиотеки. Гарри повернул голову и увидел, что к их столику с красным от негодования лицом быстрым шагом идёт Дафна Гринграсс. Младшей Гринграсс оставалось лишь вжаться посильнее в кресло. Что она, собственно, и сделала.
— Тори! Что ты тут делаешь? Я же сказала тебе: не лезь со своими глупыми расспросами, — вспыхнула Дафна, глядя на сестру.
— Что в этом такого, Даф? Я всего лишь хочу помочь, ты так бы и сидела дальше в подземельях и нечего бы не предпринимала, — сделала невинное лицо Астория.
— Тебя это не касается и вообще... — начала было Дафна, но Гарри её перебил, чем приглушил её гнев:
— Дафна, мы не о чём толком не разговаривали, твоя сестра просто поблагодарила меня за помощь тебе, вот и всё.
Астория кивнула, услышав слова Поттера, и постаралась сделать лицо ещё более невинным, чем прежде. Гарри улыбнулся, наблюдая за сёстрами; видимо, их споры всегда выглядели именно так.
— Я надеюсь, что так оно и было, — заявила Дафна, про себя удивляясь от того, что ей понравилось, как Поттер назвал её просто по имени, а не по фамилии.
Гарри же откровенно начал любоваться старшей из сестёр. Она была довольно красива: милые черты лица, глубокий взгляд голубых глаз и длинные светлые волосы, доходящие ей почти до ягодиц. Поттер начал жалеть, что студентов заставляют надевать эти мешковатые мантии; наверняка и фигура у неё на оценку «Превосходно». Поэтому, недолго думая, особенно после того, что Гарри услышал от Астории, он решил пригласить её прогуляться. Как-никак он был всего лишь шестнадцатилетним парнем, и внимание такой эффектной девушки ему льстило.
— Слушай Дафна, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться вдвоём? Мы с тобой никогда не общались, и я начинаю понемногу жалеть об этом, — сказал Гарри, от чего Дафна немного покраснела и ответила:
— В принципе, можно, только мне нужно еще сделать домашнее задание по Трансфигурации, а то Макгонагалл меня живьём съест, если я не принесу ей эссе.
— В таком случае я могу помочь тебе сделать эссе, а после мы можем пройтись, если останется время до отбоя, — предложил Поттер.
— Хорошо, я схожу за своей сумкой и приду сюда, спасибо, Гарри, — очаровательно улыбнулась Дафна, чуть опуская взгляд и окончательно сменяя гнев на милость.
— Ну тогда я жду здесь, — улыбнулся в ответ Гарри и повернулся к Астории:— Астория, ты хотела узнать что-то ещё?
— Нет, это всё, я пойду, Гарри, мне тоже нужно закончить домашнюю работу, до свидания, — сказала та, вставая с кресла, попрощалась с Дафной и упорхнула из библиотеки с улыбкой во все тридцать два зуба.
* * *
— Спасибо, что помог с домашней работой, Гарри, — поблагодарила в который раз Дафна.
— Не за что, — улыбнулся тот.
Они провели целый вечер в библиотеке за домашней работой. Дафна очень удивилась его знаниям. Казалось, он мог ответить на любой вопрос. Поттер был учтивым и добрым с ней. И всё же она видела, что он ни на секунду не расслаблялся.
Словно внутри него сидела пружина, готовая в любой момент разжаться. Но, несмотря на это, она увидела в его глазах интерес к ней, а это уже было что-то. Когда настал момент расходиться по гостиным, Гарри вызвался её проводить. На её заявление, что, мол, уже поздно и он может попасться, тот лишь усмехнулся и сказал, что время совсем детское.
Они спускались в подземелья, болтая о том о сём. Дафна не решалась спрашивать что-нибудь совсем личное, считая, что они слишком мало друг друга знают. Но, проведя с Гарри целый вечер, уверила себя в том, что их общение не прекратится. Она не даст этому случиться.
Поттеру же Гринграсс очень понравилась, она была не похожа на других девушек, которых он знал. В ней было всего понемногу: доброта, честность, острый ум, тактичность. Он видел, что её душа была чистой и открытой для тех, кто заслуживал её расположения.
— Как вы тут живёте, в этих подземельях, здесь же всегда холод собачий, — спросил Гарри, Дафна улыбнулась:
— В гостиной всегда горит камин Гарри. Не так уж всё и плохо. Хотя мне иногда не хватает солнечного света, так как окон у нас нет.
— Да уж, то ещё место жительства, — протянул Поттер.
Пройдя ещё несколько поворотов, они упёрлись в стену, после чего Дафна повернулась к нему:
— Вот и всё, дальше я сама, спасибо ещё раз, что уделил мне своё время, Гарри. Я очень рада, что мы с тобой познакомились поближе.
— Я рад не меньше твоего, Дафна. Если тебе нужна будет моя помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться, — с улыбкой ответил Гарри.
— Что ж, в таком случае, до завтра? — улыбаясь, протянула Гринграсс руку. Поттер потянулся было пожать её руку, но, передумав, поднёс её к губам.
— До завтра, Дафна.
Она улыбнулась ещё сильнее и немного покраснела, после чего отвернулась и продолжила путь в гостиную. Постояв ещё минуту после ухода Дафны, Гарри вытащил из кармана Мантию, накинул на себя и двинулся в сторону Тайной комнаты. Его занятия на сегодня еще не были закончены.
* * *
Сменяя день за днём, пролетела ещё одна неделя в школе Хогвартс. Гарри продолжал учиться и периодически спускался в Тайную комнату, тренируясь в заклинаниях и пытаясь увеличить свою магическую силу. Но, по словам портрета Слизерина, он остановился на одном месте. Ему был необходим учитель, тренер, который смог бы его натаскать перед тем, как всё примет худший оборот. Гарри также не забывал и про новообретённую подругу, Дафну Гринграсс.
Они часто засиживались допоздна в библиотеке, делая домашние задания, иногда к ним присоединялась Астория. Сестра Дафны на поверку оказалась немного взбалмошной, а также непоседой. Дафна была совсем на неё не похожа характером. И очень часто злилась на Асторию, когда ту начинало немного заносить, и она в открытую пыталась свести Гарри с ней. Поттера же это веселило, ему понравилась младшая Гринграсс. Под конец недели Дафна привела свою близкую подругу Трэйси Дэвис, это знакомство Поттер запомнил надолго.
— Привет, Гарри, познакомься, это моя лучшая и близкая подруга Трэйси Дэвис, — представила Гринграсс подругу.
— Привет, Дафна, здравствуй, Трэйси. Меня ты уже наверняка знаешь, как зовут, — поздоровался Гарри, отрываясь от учебника Зелий.
— Привет, Поттер, так вот ты какой, спаситель магической Англии. Кстати, я тебя не поблагодарила за помощь, тогда в коридоре ночью, спасибо, что расколдовал, — с ехидной улыбкой начала Дэвис.
— Э-э, да конечно, не за что, — ответил неуверенно Поттер.
— Даф, он всегда такой заторможенный? — спросила Трэйси у той, улыбаясь ещё шире.
— Трэйси, прекрати! Гарри, не обращай на неё внимания, её в детстве уронили в котёл с «зельем Вредности», — оборвала с негодованием подругу Дафна.
— Да ладно, Дафна, я не в обиде, — рассмеялся Поттер.
Общаясь с Дафной, Гарри начал постепенно открываться ей всё больше и больше. И однажды осознал, что стал чаще искать встречи с ней. Он, конечно, общался иногда с другими гриффиндорцами, и с друзьями — Гермионой и Роном. Но понял, что так близко, как Дафну, не подпустит их к себе никогда. Вначале у него были подозрения на счёт неё — Гарри думал, что Гринграсс просто что-то от него нужно. Но постепенно начал отказываться от этой мысли.
* * *
— Здравствуй Гарри, проходи, — поприветствовал директор Поттера, сидя за столом, склонившись над Омутом Памяти и опуская туда белые светящиеся нити, воспоминания своего разума. Дамблдор выглядел невероятно уставшим, рука его была такая же чёрная, словно обожжена.
— Добрый вечер, профессор. Я не помешал? — ответил тот, проходя к столу.
— О нет, мальчик мой. Я же сам позвал тебя, — улыбнулся Дамблдор. Этим вечером директор показал Гарри два воспоминания.
Одно принадлежало домовой эльфийке Похлёбе, служанки статной и пожилой дамы Хепзибы Смитт, которая оказалась дальней родственницей Пенелопы Пуффендуй. В этом воспоминании Гарри увидел, что Том Риддл некоторое время работал в «Горбине и Бэрке», лавке, перекупающей вещи и артефакты сомнительного происхождения. А также узнал, что крестражами могут быть медальон Салазара Слизерина и чаша Пенелопы Пуффендуй, которые находились в коллекции Хепзибы.
Второе воспоминание принадлежало Альбусу Дамблдору. В нем Гарри увидел, что от Тома Риддла не осталось и следа, его заменил Лорд Волдеморт. Гарри удивило то, что Риддл пытался устроиться в Хогвартс профессором Защиты от Тёмных Искусств. Ведь уже тогда его аура сочилась тёмной магией. И всё же Дамблдор, ставший в то время директором вместо умершего Армандо Диппета, не позволил тому случиться.
Когда этот урок закончился и Дамблдор уже собирался спровадить Поттера в гостиную, тот спросил его:
— Как ваша рука, профессор?
— О, как я и говорил ранее, тебе не стоит беспокоиться по этому поводу, Гарри; это увлекательная история, и когда-нибудь я тебе её расскажу, — улыбнулся директор, сверкнув голубыми глазами из-под очков-половинок.
— Вы умираете, — продолжил Поттер, отводя взгляд.
— Гарри... — начал было Дамблдор, но Поттер его перебил:
— Не стоит скрывать это от меня профессор, я знаю, что вы умираете. И знаю, что вам осталось недолго. Я могу помочь...
— Ты забываешься, Гарри, я всё же не твой сокурсник и знаю больше тебя, — строго перебил директор. На что Поттер вспыхнул:
— Нет, профессор! Вы не знаете. Я знаю, как избавиться от этого проклятья. Если вы хотите так глупо окончить свой жизненный путь, то пожалуйста, можете выгнать меня.
Высказав всё директору, Поттер замолчал, ожидая от него ответа, каким бы он не был. Дамблдор снял очки с крючковатого носа, устало протёр глаза и поднял на Гарри взгляд, в котором читалась вселенская усталость.
— Хорошо, Гарри, я тебя понял, но вот только не пойму, как ты можешь уничтожить эти чары? — кивнул директор на свою пострадавшую руку.
— Для этого мне понадобится помощь Снейпа...
— Профессора Снейпа, Гарри, — перебил Альбус. Но Гарри словно этого не услышал.
— И ещё вы поклянётесь больше никогда не лезть в мои дела без моего на то разрешения, — договорил Поттер. Дамблдор удивлённо на него посмотрел, раздумывая о том, что нашло на юношу.
— Хорошо, Гарри, я клянусь тебе в этом, — выдохнул директор.
— Этого недостаточно, вы дадите мне Непреложный Обет.