Honey

🎧One Direction- Teenage Dirtbag🎧

Я ненавидела четверги. Один единственный четверг, который я любила — прошлый. В тот день Найл предложил мне поехать с ним любоваться на закат, тогда я и поняла, что не могу без него. Поэтому прошлый четверг был моим любимым днём в жизни. Но сегодня всё было в миллион раз хуже, чем во все четверги, прожитые в моей жизни, и я могла с уверенностью сказать, что этот — худший, который мне приходилось переживать.

Во-первых, Стэйси заболела. Утром у неё поднялась температуру, но мама сказала, что она притворяется, и велела идти в школу. Мне казалось, что она сходила с ума. Мы собирались позвонить папе и попросить его приехать. Он и так должен был это сделать, но за неделю до моего выпускного. Но нам требовалась его поддержка сейчас. В итоге Стэйси упала в обморок, когда умывалась, и вот тогда уже бабушка сказала, что никуда её не отпустит, и что мама вообще помешалась на учёбе, раз не видит, что её детям плохо.

Во-вторых, мне пришлось ехать в школу на автобусе, потому что эта ненормальная запретила Найлу забирать меня. Серьёзно. Он ждал меня на углу, а мама увязалась за мной, чтобы проводить, когда мы подошли, она поздоровалась с Хораном и сказала, что извиняется за то, что ему приходится возить меня. Я чуть не закатила скандал прямо на улице. Это уже вообще выходило за грани нормальности. После долгих споров между ней и Найлом, я пошла на остановку. Все, кто был в автобусе, начали шептаться, кто-то подумал, что мы поссорились или расстались. Лучше так, не стоило им знать, что моя сумасшедшая мамаша решила контролировать каждый мой шаг.

В-третьих, мне сделали выговор за прогул тренировки. Но с нашим тренером у меня были хорошие отношения, поэтому она быстро смягчилась и сказала, что мне надо было хотя бы предупредить.

Была и хорошая новость. Оказалось, что всё это время мой дневник был у Стэйси. Она забрала его перед тем, как пришёл Найл в самый первый раз. Сказала, что не могла ему доверять такие секретные вещи, которые написаны там. Я сначала хотела обидеться, что она взяла его без спросу, но потом подумала, что если бы она так не поступила, то мама ругала бы меня за то, что там написано.

А ещё сегодня не было Луи. Найл отказывался рассказывать, что с ним произошло. Он либо игнорировал меня, либо отвечал, что мне не стоит волноваться. Мы чуть не поссорились из-за этого. Но у нас начался урок, и спорить дальше мы не могли. Хорошо, что так получилось. Я вообще не хотела ругаться с ним. Хватило уже на этой неделе испорченных отношений и исчезнувших нервов.

Ночью я целый день зубрила историю, на которую я благополучно забивала. Найл не мог приехать, потому что ему надо было встретить родителей, которые возвращались из Австралии.

Пятница прошла тоже очень быстро и скучно, а вот в выходные, когда мы начали переносить мои вещи на второй этаж, у Стэйси так сильно поднялась температура, что пришлось вызвать скорую. Ей выписали кучу антибиотиков и велели ещё неделю оставаться в кровати. Меня выгнали из её комнаты, чтобы я не заразилась. Мне было скучно, потому что с уроками я справлялась на удивление быстро, телефон мне так и не вернули, а речь о том, чтобы я пошла прогуляться на полчаса, вообще было опасно заводить.

Я жила в таком ритме до следующего четверга. Это было мучительно. Я очень редко виделась с Найлом, потому что после уроков у нас были тренировки, а на переменах всё чаще стали задерживать в классах — экзамены стремительно приближались. И в тот день произошёл идиотский случай, который ещё раз доказал отношение Луи к Стэйси. Но я в секрете радовалась, что всё так сложилось. Мне хотелось, чтобы рыжая была так же счастлива, как и я.

Я приехала из школы в непонятном смятении. Вернулся Томлинсон. У него было отвратительное настроение: он ходил хмурый, на всех срывался, разговаривал только с парнями из команды. И несколько раз подходил ко мне и узнавал, как себя чувствует Стэйси, но передать ей ничего не просил. Так он ещё не объяснял, почему его не было неделю.

🎧Alex & Sierra - Bumper Cars🎧

Я подошла к двери и начала возиться в сумке, ища ключи. Я их вообще брала сегодня? Мама меня провожала до остановки каждое утро, поэтому я вполне могла оставить их. На улице было уже темно, и я вообще ничего не видела. Дома сегодня была только мама и Стэйси.

— Привет, Эллен, — кто-то обратился ко мне, неловко вставая рядом. Я обернулась. Это был Найджел. Господи, по-моему он по уши влюбился в Стэйси. Мне было его жалко.

— Эм, привет, — недоумевая, сказала я, — а зачем ты приехал? — наверное, не надо было так сразу давать ему понять, что мы его не ждали, но я так сильно устала, что мне вообще не хотелось сейчас выяснять, что ему было нужно.

— Я хотел узнать, как чувствует себя Стэйси, а заодно занести ей тетради с материалами для учёбы, — я вспомнила, что он учится со мной в одном классе, а не со Стэйси. Это было странно, но так мило.

Я не знала, хотела ли рыжая видеть его. Она всё ещё отвратительно себя чувствовала: не выходила из комнаты, не ела, лежала и страдала, потому что каждый вечер поднималась высокая температура. Мне надоело копаться в сумке — я позвонила в дверь. Мама дома, так что сможет выпроводить Найджела, если придётся.

— Ей всё ещё плохо, — зачем-то сказала я.

Беспокойство на его лице усилилось. Дверь никто не открывал. Я уже начинала выходить из себя, потому что стоять с этим парнем на улице и о чём-то разговаривать мне не хотелось. В конце концов я вывалила почти всё содержимое сумки на землю, а ключи нашлись на самом дне. Я наконец-то открыла эту уродскую дверь и зашла внутрь, недовольно оглядываясь. На лестнице стояла Стэйси, прислонившись к стене, с закрытыми глазами. Она была завёрнута в плед, из-под него торчали две тоненькие ножки. Создавалось впечатление, что она похудела ещё сильнее. Круги под глазами, нездоровая бледность — всё это так сильно отличало её от обычной, бойкой и жизнерадостной, рыжей девочки, которая напоминало солнышко.

— Стэйси! Дурочка, зачем ты встала? — я бросилась к ней, роняя на ходу рюкзак и сумку.

— Да отойди! — послышался знакомый голос, звенящий от ярости. Я ничего не успела толком понять. Томлинсон со всей силы пихнул Найджела, тот упал. Луи пронёсся мимо, толкая меня плечом и не давая мне пробежать к сестре. Уже через секунду Луи поднял Стэйси на руки, она была такой маленькой и беззащитной, просто прислонилась к нему, что-то шепча. Он тихо отвечал ей, целуя в лоб. В его глазах было столько боли. Мне казалось, что он винил себя из-за того, что не был рядом с рыжей все дни, что она болела.

Я обернулась и посмотрела на Найджела. Он был таким несчастным. Вся эта ситуация разбивала ему сердце, но он должен был понять, что если Луи полюбил какую-то девушку, то он заполучит её сердце любой ценой. Парень молча вышел из дома. Но меня больше волновала сестра. Ситуация вышла неловкая, но здоровье Стэйси важнее, чем всякие там влюблённые одноклассники.

Я зашла в комнату рыжей. Точнее в гостевую, в которой она сейчас жила. Луи сидел на краю кровати и гладил её по голове, держа за руку. Я подошла ближе, он посмотрел на меня. Не с укором, не с издёвкой, а с какой-то мольбой. Ему не стоило так убиваться по этому поводу. Он не был виноват в том, что она заболела. Это был обыкновенный грипп. Она должна была выздороветь через неделю. И они будут снова спорить на совершенно глупые темы, пытаясь доказать всему миру, что они просто знакомые, но каждый раз, когда они смотрели друг на друга, в их глаза можно было разглядеть целые вселенные, наполненные страстью, нежностью и любовью.

— Где ваша мама? — спросил он.

Я пожала плечами и достала телефон. Она не брала трубку. Бабушка с дедушкой снова уехали к тёте Эбигейл, а отец был на работе. Как обычно.

Внизу послышались шаги, но Луи не спешил уходить. Он медленно поднялся на ноги, посмотрел на Стэйси, вздохнул и направился к окну.

— Сообщи мне, пожалуйста, если ей станет хуже? — грустно попросил он.

— Ладно, я позвоню.

Лу улыбнулся мне и уже собирался уходить, но я всё-таки решила спросить о том, что меня очень сильно волновало в тот момент.

— Луи, стой, — окликнула его я, подходя ближе, — как ты оказался здесь с нами в одно время?

— Я приехал сразу после школы, а мы одноклассники, то если логично, что мы подъехали одновременно. С Найджелом я поговорю, — зло сказал он, — ему лучше не подходить, — он снова перевёл взгляд на Стэйси, которая беспокойно спала, — не подходить к моей кошечке, — закончил он в своей манере.

— Твоей? — усмехнулась я.

Он улыбнулся и встал на подоконник. Лететь ему предстояло метра три с половиной или четыре, но его это не останавливало. Он спрыгнул вниз, одёрнул толстовку, закурил и спокойно отправился в сторону машины. Я поражалась этому человеку. Как сильно он умеет любить! Удивительно!

Я спустилась вниз. Мама вернулась.

— Привет, мам!

— О, Эллен, ты уже дома? — улыбнулась она, на секунду превращаясь в нашу любимую мамочку, которая не была помешана на оценках и аттестате, но только на секунду. — Ты всё сделала на завтра?

— Да, могу показать, — я ни чёрта не сделал, но сидеть дома сил уже не было. Надеюсь, что мне не придётся ей показывать своё домашнее задание, которого не было.

— Нет, я верю. Ты очень хорошо занимаешься последнюю неделю, — обнимая меня за плечи, ответила она.

— Можно мне пойти погулять в парк? — спросила я и начала тараторить, пока она соображала, что ответить. — Я ненадолго, на полчаса, как раз можно переместить Стэйси в мою комнату, а её проветрить, а ещё я уже сто лет не ходила в парк! Пожалуйста, я совсем немного погуляю.

— Ладно, — воскликнула она, прерывая мою тираду, — у тебя есть полчаса. Ровно в восемь будь дома.

— Спасибо! — воскликнула я, обняла маму и выбежала на улицу, ничего не беря с собой и не накидывая. На мне была форма черлидерш. У меня до сих пор не было телефона.

Мама разрешила мне уйти в парк на полчаса. Вы не представляете, каково было моё счастье, когда я вышла из дома. Я подбежала к телефонной будке и быстро набрала номер Найла, всё ему объяснила и побежала на наш угол. Он приехал минут через десять. Мы сорок минут сидели и просто разговаривали ни о чём, потом ему начала названивать моя мама, а мне пришлось идти домой.

🎧Emma Loiuse - Jungle🎧

— До встречи, малышка, — сузив глаза и хитро улыбнувшись, сказал он.

На улице уже было темно, крыша была закрыта, и мы слушали диск с песнями Найла. И никто не мог испортить эту идиллию, кроме мамы! Целую неделю нам не удавалось побыть наедине и просто насладиться друг другом.

Он наклонился и коснулся губами уголка моего рта, нежно проводя ими вдоль моих губ. Поцелуй был такой лёгкий и воздушный, а я всё равно вцепилась в его волосы. Он углубил его и закусил мою нижнюю губу, беря моё лицо в свои руки. Я так давно не испытывала этого чувства, вызывающего теплоту внизу живота, словно изнутри меня щекотали миллионы острых иголочек. Мне хотелось навсегда остаться в этой чёртовой машине.

Найл начал спускать всё ниже и ниже, оставляя дорожку из поцелуев на моей шее. Они были нежными и страстными одновременно, я не знаю, как он это делал. Каждый раз его уверенные прикосновения вызывали во мне такие эмоции, что хотелось кричать от счастья. Руки переместились на мою талию, задирая топ и оголяя живот. Его губы блуждали по моим ключицам, а я никак не могла отцепиться от его волос. Всё это было так ново для меня. И я боялась того, что мне это нравилось, и я хотела продолжения. Мне было плевать на все рамки и запреты. Я хотела Найла Хорана. Любила и хотела. А мама со своими запретами усугубила это желание. Мы стали так редко видеться. Мне было очень тяжело думать о чём-то ещё, кроме тёплых губ Найла, которые изучали моё тело. Он стянул с меня этот идиотский топ, в котором было очень жарко. Мне казалось, что температура в салоне повысилась градусов на пятнадцать.

— Эллен, ты меня любишь? — спросил он, поднимая на меня затуманенные голубые глаза и пытаясь отдышаться. Он будто был опьянён любовью. Волосы были растрепанны, а рот приоткрыт. Он всё ещё держал меня своими большими руками за талию.

— Люблю, — уверенно ответила я, крепко держась руками за его шею, как утопающий держится за спасательный круг.

Он навис надо мной, аккуратно укладывая на кресло и смотря прямо мне в глаза. Я задержала дыхание, ожидая, что будет дальше. Мне хотелось продолжения. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы мы никогда не останавливались.

В машине было темно и жутко неудобно, но всё это уходило на второй план, когда рядом был Найл.

Он прильнул губами к моему животу, опускаясь ниже. Оставляя дорожку из невесомых поцелуев, он добрался до края юбки. Я вцепилась в его плечи, до крови впиваясь в них ногтями. Вдруг Найл отпрянул и прижался лбом к моему животу.

— Сладость, нет, — тяжело выдохнув, сказал он и посмотрел на меня, — я не могу.

Я начала волноваться. Он не хотел меня? Или не любил? Или что вообще происходило?

— Найл, что со мной не так? — чуть ли не плача, спросила я.

— Эй, малышка, ты прекрасна, — охрипшим голосом, прошептал он, притягивая меня к себе и кладя свой подбородок мне на голову, — и поэтому я не хочу, чтобы всё было так: в машине, на дороге, когда в любой момент может прибежать твоя мама. Ты особенная. Я люблю тебя, — он поцеловал меня в макушку и посмотрел мне в глаза. — Я заеду за тобой в три, ладно?

Я смотрела на него глазами полными слёз. Но уже не от грусти, а от счастья. Он заедет за мной. И меня совсем не пугала мысль о побеге, потому что это вообще не имело значения. Пусть мама потом посадит меня под домашний арест до конца жизни, но мне уже будет плевать.

Я натянула на себя топ. Найл пристально следил за каждым моим движением, восхищённо любуясь ими.

Я ещё раз счастливо вздохнула, быстро поцеловала его в щёку и вышла из машины.

— До скорой встречи, сладость, — усмехнулся он мне вслед, давя на педаль газа и стремительно уносясь вниз по улице.

Он заставил меня полюбить четверги.