Непредвиденное исключение

Планета Тарау встретила их не просто столичным шумом, а оглушительной, пестрой симфонией всевозможных запахов, звуков и красок. Рынок «Аравия» был не просто торговыми рядами — это был гигантский, пульсирующий организм, артерии которого были протоптаны миллионами ног со всех уголков галактики.

Первое, что ударило по чувствам, — это запах. Сладковато-приторный аромат спелых тропических фруктов с планеты Верналис сливался с едким дымком жареного мяса неведомых существ, а сквозь это пробивался резкий, живой дух шерсти, перьев и чешуи из звериных рядов.

— Сюда, — Вассаго уверенно повел группу, одной рукой придерживая Эвандера за талию, другой — расчищая им путь в толпе.

Его рост и мундир Маршала Империи действовали как ледокол.

Они шли мимо лавок, ломившихся от диковин.

Фруктовые ряды: Гроздья сияющих, как аметисты, гравиол с Искры, от которых во рту немедленно возникало ощущение газировки; пупырчатые, размером с голову ребёнка, оранжевые пульпы с Джулии, из которых прямо при покупателе выжимали неоново-жёлтый сок; аккуратные пирамиды из звёздных личи — полупрозрачных шариков, внутри которых мерцали, как настоящие созвездия, съедобные кристаллики.

Мясные павильоны: Тушки крылатых скорпенов с ледяных пустошей Гелиоса, их перепончатые крылья были растянуты на вешалках, как зловещие плащи; сочные стейки из мяса равнинного буйвола-исполина с зеленого гиганта Тангара, пропитанные ароматными травами; и совсем уж экзотика — живые, но обездвиженные сомиками-паралитиками, трещалки с болот Сильваны, которых готовили прямо при клиенте, бросив на раскаленную плиту, где они начинали «трещать» и выделять невероятный аромат.

Рынок живности: В клетках сидели создания на любой вкус: пушистые мурмолеты с шестью ушами, мурлыкающие на трех тонах; переливающиеся всеми цветами радуги ящерицы-хамелеончики, способные подстраиваться под настроение хозяина; и даже маленькие, дрессированные гравитационные клещи, которых держали в прозрачных сферах и которые могли своим полем поднимать мелкие предметы.

Антиквариат и мехи: В павильонах побогаче на бархатных подушечках лежали реликвии древней Земли: глиняные таблички с клинописью, поблекшие портреты маслом, странные пластмассовые игрушки, как пояснил Бернис, это были первые попытки 3D печати в 21 веке. А рядом, контрастируя с древностью, стояли, сверкая хромом и краской, каркасы и узлы для мехов: новые реактивные ранцы, оптические сенсоры последней модели, демонтированные плазменные катаны.

Айслер шёл среди этого изобилия, и его зеленые глаза были круглыми от изумления. Он напоминал ребёнка, впервые попавшего в волшебную страну. Эвандер, наблюдая за ним, улыбался. Он то и дело тянул юношу то к одной, то к другой лавке.

— Попробуй это, — Эван сунул Айслеру шпажку с карамелизированными кусочками солнечного манго, которые трещали на зубах и взрывались во рту взрывной сладостью.

— И это выпей, — следом протянул стакан с густым смузи из фиолетовой папайи и серебристого йогурта с луны Эндимион.

Айслер послушно ел и пил, сияя. Бернис шел рядом, наблюдая за своим омегой с мягкой, снисходительной улыбкой, время от времени вытирая ему карамель с уголка губ большим пальцем. Вассаго же был настороже — его глаза постоянно сканировали толпу, но в них тоже читалось удовольствие от простой прогулки.

Именно в этот момент, когда они проходили мимо огромного, опрятного павильона с вывеской «Питомцы галактики», Айслер вдруг замер. Его лицо вытянулось, глаза стали невидящими.

— Вы слышали это? — он повернулся к другим, его голос дрогнул. — Кто-то просит помощи.

Трое мужчин переглянулись. Вассаго насторожился, Бернис нахмурился. Шум рынка был оглушительным, но среди него точно не было криков о помощи.

— Что ты сказал, мой повелитель? — спокойно спросил Император, положив руку ему на плечо.

— «Помогите...» — повторил голос в голове Айслера, и омега уже нервно начал озираться.

Теперь Айс понял — голос звучал не снаружи. Он звучал внутри, в самой глубине его сознания, тихий, жалобный и невероятно печальный.

Эвандер быстро использовал интуицию, проникая в голову дедушки, и теперь уловил отголосок чужой, отчаянной мысли, направленной прямо к Айслеру.

"Телепатия", — мгновенно пронеслось у него в голове, вспомнив, что некоторые виды могут с помощью интуиции общаться.

Не говоря ни слова, он резко схватил Айса за запястье.

— Пошли, — сказал Эван твердо, увлекая его за собой прямо к двери зоомагазина. — Я хочу посмотреть на животных. Вдруг найдем там что-то интересное.

Внутри магазина пахло свежей стружкой, сеном и чем-то сладковатым — кормом для экзотических видов. Клетки и террариумы сверкали чистотой. В них сидели или нежились красивые, ухоженные создания. Голос в голове Айслера стал громче и отчетливее, превратившись в непрерывный, тоскливый фон: «Помогите... страшно... хочу домой...»

Продавец, пухленький, добродушный на вид альфа по имени Петрик, увидев вошедших, чуть не выронил миску с кормом. Его глаза вытаращились на Маршала, затем на мужчину, чьё лицо, хоть и было частично скрыто капюшоном толстовки, но излучало непререкаемый авторитет, а его яркие красные волосы казались смутно знакомыми...

— Господин Маршал! — он засеменил навстречу, стараясь не смотреть прямо в глаза. — Чем могу служить?

Эвандер, не отпуская дрожащую руку Айса, ослепительно улыбнулся.

— Хозяин, покажите-ка нам зверей, которых вам привезли недавно. Особенно тех, кого ещё не выставили.

Петрик замялся, его улыбка стала нервной.

— Госпожа... простите, они ещё совсем дикие, необученные. Могут быть опасны...

Вассаго, не отрывая оценивающего взгляда от продавца, мягко, но недвусмысленно поправил: — «Господин Вине», только так вы можете обращаться к нему. И покажите то, что просит мой супруг.

Под этим взглядом Петрик сломался. Он кивнул и повёл их через дверь с табличкой «Только для персонала».

Задняя комната была другой вселенной. Здесь пахло лекарствами, антисептиком и... страхом вперемешку с отчаянием. В пяти просторных, но прочных клетках сидели существа. Четверо из них были крупными, угрюмыми, некоторые со следами недавних ран. Они рычали или молча смотрели на людей горящими глазами.

А пятое... было маленьким темно-серым комочком меха в углу небольшой клетки. Он был настолько мал, что его можно было принять за плюшевую игрушку. От пушистика не исходило никакого звука, только два больших, синих, как бездонные озера, глаза смотрели прямо на Айслера. И в голове омеги голос зазвучал с предельной ясностью: «Помоги...»

Айслер сделал шаг вперед, его рука непроизвольно потянулась к решётке.

— Тебе нравится? — тихо спросил Эвандер, уже зная ответ.

Айслер лишь кивнул, не в силах отвести взгляд.

— Я покупаю его, — объявил Эван, поворачиваясь к Петрику.

Тот побледнел.

— Господин Вине, прошу, не обманывайтесь его видом! Это эрбия с Гауилуны. Детёныш. Но зубы у него острее игл! Он кусается, царапается, мы его ещё даже не осмотрели как следует, прививки не...

— Мой кузен сказал, что хочет его, — перебил Эвандер, надув губки и прижимаясь к Вассаго в прекрасно разыгранном капризе. — Значит, мы берем именно его. Если, конечно, ты не хочешь отказать жене Маршала?

Он сделал акцент на последних словах, играя на публику. Го и Бернис лишь обменялись мимолетным понимающим взглядом — они поняли игру.

— Сколько? — спросил Вассаго своим низким, не терпящим препирательств голосом.

Петрик, понимая, что спор проигран, сглотнул и выдохнул: — Двести тысяч межгалактических монет.

Айслер ахнул и инстинктивно вцепился в руку Берниса. В его голове снова раздался жалобный, почти панический писк: «Не уходи...»

Вассаго, не моргнув глазом, приложил свой кредитный чип к терминалу продавца. Звук подтверждения транзакции прозвучал как приговор.

— Открывайте клетку.

Когда дверца отъехала, Айслер застыл в нерешительности. Эвандер мягко подтолкнул его вперед.

— Иди. Считай это нашим свадебным подарком.

Айс, волнуясь, сделал шаг. Его тело, непроизвольно отреагировав на стресс, выпустило легкое, почти неуловимое для людей, но ярчайшее для чувствительного существа облачко феромонов омеги.

Синие глазки эрбии вспыхнули. Раздался тихий, но пронзительный писк, и серый комочек взмыл с места. Он не побежал, а именно подпрыгнул, описав в воздухе дугу, и приземлился прямо в ладони Айслера, которые тот едва успел сложить вместе. Мех пушистика был невероятно мягким и тёплым. Омега ощутил, как крошечные, острые коготки аккуратно впились в кожу его мизинца, не причиняя боли, а лишь цепко держась. И в его сознание хлынул поток образов и чувств: холод одиночества, темная коробка, страх, а затем — тепло, свет и безграничное облегчение. И слова, прошедшие прямо в душу: «Мой хозяин. Ты наконец нашел меня... Не бросай... Пожалуйста...»

Слезы сами потекли по щекам Айслера.

— Не брошу... — прошептал он, прижимая пушистый комочек к груди.

Бернис тут же отреагировал на эмоции своего омеги. Он издал низкое, глубокое, утробное мурчание... звук, полный успокоения и обещания защиты, и шагнул вперед, чтобы обнять Айса со спины, создав своим телом защитный кокон.

— Невозможно... — прошептал Петрик, наблюдая за сценой. — Он никого к себе не подпускал... кусался...

— Нам пора, — резко прервал его Вассаго, ведь ему не хотелось лишних вопросов от владельца магазина. — Спасибо за покупку.

Маленькая эрбия, будто понимая, что её судьба решена, перебралась с ладоней на плечо Айслера и устроилась там, крепко вцепившись коготками в ткань его плаща, превратившись в живую серую брошь.

На выходе с рынка Айс, успокоившись, повернул голову к своему новому питомцу.

— Ты голодный? — прошептал он.

В ответ в голове омеги возник четкий образ — сочный, дымящийся кусок мяса. Айслер улыбнулся и, оглядевшись, направился к ближайшей мясной лавке, где на огромном гриле жарились ароматные шашлычки из местной дичи. Он купил по три штуки на каждого.

Усевшись за свободный столик на открытом воздухе, Айс снял самый крупный, идеально прожаренный кусок со своей шпажки и протянул эрбии. Пушистый комочек, сидя на столе перед ним, издала тонкий, довольный звук, обхватил кусок крошечными лапками и принялся методично, но с аппетитом его уплетать, синие глазки щурились от удовольствия.

Эвандер, откусывая свой шашлык, наблюдал за этой сценой, а затем обратился ко всем: — Эрбии — существа всеядные, но с явной склонностью к мясу. Не обманывайся их размером. У них невероятно высокий уровень ментальной силы и интуиции. Ему, судя по всему, не больше 3-4 месяцев. Он будет в таком виде ещё года три, пока не сформируется окончательный скелет и характер. Может остаться размером с крупную кошку, а может вырасти... ну, очень большим. Их нельзя приручить в обычном смысле. Они сами выбирают себе партнёра-хозяина. Один раз и навсегда. И живут... лет сто пятьдесят, если не больше.

Все трое мужчин за столиком смотрели на него с нескрываемым удивлением и интересом.

Вине поймал этот взгляд и махнул рукой, отмахиваясь: — Что вы на меня так уставились? Я много читал, пока мой муж тут всю галактику от злодеев охранял. Надо же было как-то коротать вечера в особняке.

Вассаго хмыкнул, обнимая его за плечи, и поцеловал в висок.

— Значит, у моего омеги теперь есть питомец с телепатической связью, — заметил Бернис, с любопытством наблюдая, как эрбия заканчивает есть свой кусок и начинает умываться, точнее, вылизывать тоненькие и коротенькие черные лапки с коготками. — Интересное приобретение.

— Лучше, чем очередной набор ваз, — фыркнул Айслер, наконец-то улыбнувшись по-настоящему, и погладил пушистика, который в ответ издал звук, похожий на звучание маленького двигателя.

Они доели, обсуждая мелочи, планы на соревнования, а маленький серый комочек сладко заснул в ладони хозяина, наконец-то чувствуя себя в безопасности. Рынок «Аравия» продолжал шуметь вокруг них, но для этой четверки, теперь уже пятерки, он создал свой, тихий и теплый островок среди вселенской суеты.

Прервал их неторопливую беседу пронзительный и назойливый звонок на браслет Вассаго. На голограмме возникло встревоженное, осунувшееся за считанные часы лицо директора Вонга. Его обычно невозмутимый баритон срывался на высокие, нервные ноты.

— Маршал! Благодарю, что ответили! — выпалил он, и его глаза, похожие на два растерянных уголька, метнулись в сторону. — Мне необходимо обсудить с вами нечто... безотлагательное и деликатное.

Не дожидаясь дальнейших объяснений, Вассаго мгновенно оценил обстановку. Его ледяные голубые глаза сузились.

— Оставайтесь на связи, директор. Я арендую ховеркар и выдвигаюсь к вашему отелю. Мы сможем спокойно всё обсудить в пути, — решительным тоном заявил Маршал, уже вызывая на панели браслета ближайший доступный транспорт.

Через пару минут они уже погружались в просторный, утопающий в мягких креслах салон ховермобиля, который плавно оторвался от земли. Как только дверь закрылась, создав звуконепроницаемое пространство, Го жестом велел директору продолжать.

Рядом с директором на голограмме материализовалась еще одна фигура — инструктор Соннет, альфа с резкими, как будто высеченными из гранита, чертами лица. Его появление вызвало едва заметную реакцию: Го и Бернис переглянулись. Они узнали в нём того самого несгибаемого, принципиального Соннета, одногруппника Императора по Академии. Но сейчас, под маской обычного альфы-бизнесмена, Бернис был для звонивших неузнаваем, даже если бы они его увидели.

— Мы в отчаянии, — начал директор Вонг, его пальцы нервно теребили край манжеты, пока за окном проплывали огни города. — Вчера вечером, после прибытия на Тарау, Соннет разрешил команде развеяться. Но... двое не вернулись. Капитан Роу и его заместитель, Сонг... Они жили в одной комнате, вечером все отчитались в сообщениях, что вернулись в свои номера. Сонг и Роу тоже.

— Это выбивает нас из колеи полностью, — вступил Соннет, его голос был низким и натянутым, как тетива. — Без капитана или его правой руки у нас нет необходимого десятого игрока для командных зачётных боёв. А значит — дисквалификация. И самое необъяснимое... Роу и Сонг — не просто сильнейшие. Они — сердце команды. Их бессловесное взаимопонимание на поле было почти сверхъестественным. Это их последний сезон, их прощальный турнир, эти двое – выпускники. Мысли о добровольном побеге абсурдны.

В воздухе повисла тяжелая, невысказанная догадка.

"Похищение..." — одна мысль посетила сразу 4 головы в ховеркаре.

И тут глаза Эвана, до этого момента внимательно слушавшего, вспыхнули азартным огнем, словно кто-то приложил к идеальному нефриту фонарик. Он повернул запястье мужа так, чтобы его лицо оказалось в поле зрения голограммы.

— Я могу заменить вашего капитана на соревнованиях, — заявил Вине с обезоруживающей, почти беспечной улыбкой. — Вернее, выдать себя за Роу. Мне потребуется его боевой мех. Шары с техникой ведь на хранении у инструктора до старта?

— Эван, ты уверен в этом? — спросил Го, а на него устремились два пары удивленных глаз: сверкающие зеленые — Айса, и пытливые, шоколадного оттенка — Берниса.

— Господин Вине, вы... вы же омега, — запнулся директор Вонг, его лицо выражало крайнее смятение. — И у вас нет опыта в турнирных боях такого уровня!

— А у вас, кажется, нет иного выбора, — парировал Эвандер, его тон стал плавным и убедительным, как струящийся шёлк. — Мой супруг обязан присутствовать на мероприятии, а его стиль боя, как и стиль Его Величества, — слишком уникален. У вас есть сейчас 9 человек из десяти. Можно объявить, что у Сонга внезапный приступ космической мигрени или гон. Пока я буду играть роль капитана, ваши люди смогут вести расследование. Обещаю... — его губы растянулись в коварной, многообещающей улыбке, — вы останетесь довольны.

— Вассаго? — Соннет, скептически приподняв густую бровь, перевёл взгляд на Маршала. — Твое мнение?

Го взглянул на своего омегу, чьи глаза сияли, слов два отполированных солнцем нефрита, полных непоколебимой уверенности и дерзкого вызова.

— Идея отличная, — заключил Вассаго, и в его голосе прозвучала тёплая, почти горделивая нота. — Летим к арене. Скиньте мне все данные по меху Роу: тактико-технические характеристики, мануал пилота. И антропометрию Роу: рост, вес, фото. Всё.

— Директор Вонг, — продолжил он, переключаясь на официальный тон, — я направлю к вам своих лучших оперативников для помощи в поисках, но они смогут прилететь только завтра.

— Нет, — вдруг резко оборвал Маршал уже открывшего рот Вонга, и его голос приобрел стальную, не терпящую возражений твердость. — Никаких замен из академии. Чем уже круг посвященных, тем выше шансы найти студентов живыми и невредимыми. Это приказ.

Директор, понурившись, тяжело вздохнул: — Что ж... Тогда будем ждать господина Вине у служебного входа в западное крыло арены.

Связь прервалась. Айслер тут же ухватился за руку Эвана, его зеленый взгляд был полон безмолвной тревоги.

— Это же чертовски опасно...

— Знаю, — с лёгким, беззаботным смешком ответил Эвандер, а его улыбка стала еще лукавее. — Я буду... осторожно и аккуратно драться. Всё-таки, они всего лишь дети.

Услышав это, Бернис издал громкий, заливистый хохот, который заставил вздрогнуть и недовольно заурчать серый пушистый комочек, дремавший у него на коленях. Зверёк приоткрыл один сонный глаз и укоризненно щурясь, уставился на потревожившего его альфу.

— Прости... э-э... — Бернис запнулся, осознав, что у создания нет имени. — Мой повелитель, ему нужно имя. Негоже так.

— Пусть будет... Бадель, — не задумываясь, выпалил Айслер и поднял теплый, сонный комочек к лицу. — Тебе нравится Бадель?

«Мурр... Нравится», — прозвучал беззвучный, но ясный ответ в его голове, и малышарик ловко перепрыгнул на привычное место — на плечо омеги.

— Как удачно, что я прихватил запасную маскировочную линзу, — заметил Вассаго, запуская на браслете сложную программу симуляции и голографические нити начали ткать новый облик поверх лица Эвана, основываясь на полученных данных. — Помни, иллюзия держится, пока устройство цело. Малейшая поломка — и твой истинный облик будет раскрыт.

Эвандер лишь уверенно кивнул. Он и так это знал. Когда маскировка была готова, Го позвонил Роджеру, попросив его отправить на Тарау Саймона и лучших пятерых солдат, которым безоговорочно доверяет, на самом быстром военном корабле в гражданской одежде. Но так, чтобы их космолет не привлек внимание.

Через пятнадцать минут ховеркар приземлился у указанного входа. Их уже ждал Соннет, его поза была напряженной, а взгляд — оценивающим.

— Го, я лично пригляжу за ним. Не волнуйся, с господином Вине ничего не случится, — с оттенком старой академической ответственности заверил инструктор.

Вассаго в ответ лишь сдавленно хмыкнул, и в уголках его губ дрогнула скрытая усмешка. Он-то знал, что волноваться следовало не за его омегу, а за ни о чем не подозревающих соперников, которым предстояло столкнуться с поддельным Роу...

Уже у самых дверей Вине остановился и обернулся, с нежной улыбкой смотря на мужа: — Го... когда я принесу тебе кубок за первое место академии, меня будет ждать подарок?

— Конечно, мой хороший мальчик. — улыбнулся в ответ Маршал, заметивший формулировку не «если», а «когда», и добавил. — Любое желание...

— Тогда... смени отель на тот же, в котором остановились ребята из команды... — совершенно не стесняясь флиртовал Эван. — Чтобы мне просто перейти из номера в номер, а не лететь через полгорода к тебе в постель.

Сказав это, дверь за беспардонным омегой закрылась, а Бернис разразился хохотом от слов жены друга.

— Значит, теперь у нас появился шанс посмотреть на Эвана в настоящем мехе... — задумался Айслер, а потом вспомнил о том, что уровень ментальной силы человека влияет на возможность вообще запустить мех. — А он сможет его запустить? Все же это самурай ранга А... а не сражение в симуляторе...

— Кстати... — вспомнил Бернис о видео, присланные Хелем. — Не расскажешь, что произошло между Эваном и Тристаном?

— Давай не на улице об этом... и не сейчас... — вздохнул Маршал, понимая, что друг не забудет об этом вопросе. — Идём в наш партер и забронируем новый отель... через полчаса уже начнется первый тур соревнований, а команда Эвана, как ни странно, открывает соревнование.

И пока трое на Ховеркаре перемещались к главному входу, Бернис предложил временно изменить настройки маскировки Айса на внешность Эвана, чтобы не было подозрительно, что Маршал прилетел на соревнования один. Вассаго согласился, а Айс был не против.

Поэтому на арену входил трое и их появление привлекло много внимания, как и думал Император. Все камеры были устремлены на Маршала с женой, которые шли просто под руку, а рядом с ними статный мужчина.

Оказавшись в закрытом партере с окнами-хамелеонами, Айс сел на один диванчик со своим альфой, пока Вассаго на втором вальяжно расположился в ожидании первого командного матча...

В это время Эвандер, сидя в комнате с командой «Хвост кометы», объяснял новую тактику, от которой были в шоке не только члены команды, но и сам Соннет...

— Это безумие! — выкрикнул Алекс, управляющий мехом-мусорщиком, тыча пальцем в друга. — Роу, скажи честно, тебя подкупили кто-то из соперников?! Что они тебе пообещали?

— Ничего подобного... просто я уже пообещал занять первое место самому важному для меня человеку. Если через 10 минут боя победа не будет защитана нашей команде, то мы вернемся к предыдущей тактике. Как тебе такой вариант, Алекс? — протягивая руку для пари, совершенно серьезно говорил Эван, правда голосом Роу.

— Ай... пофиг... — хлопнув ладонью по руке, Алекс согласился. — В любом случае у нас останется еще 50 минут боя.