Неведение
Тишина. Мертвая тишина.
Нет ни машин, вечно шумящих под окном, ни людей, вечно разговаривающих, абсолютная тишина. Город намного красивее без людей. Раннее утро - лучшее время, чтобы прогуляться. Когда ты никуда не торопишься, а наслаждаешься моментом. И даже не так сильно спать хочется, когда дышишь холодным утренним воздухом.
Я решил, что не буду тревожить Зейна по пустякам, так что отправился на великое путешествие пешком. Мне все равно когда-нибудь придется выучить дорогу к дому, ведь Зейн не будет всю жизнь возить на своей машине, да и самому нужно подумать о своей собственной, но сейчас мне нужно просто начать откладывать деньги и копить на свой автомобиль.
Я забрел в какой-то очень бедный район. Тут такие убогие дома, полностью исписанные граффити, деревья уже такие голые и мертвые, да и вообще обстановочка здесь очень мрачненькая. Тишина, никого поблизости нет. Только я иду и читаю некоторые надписи на стенах.
«Все проходит» - гласила одна из много численных граффити на большой грязной кирпичной стенке, которая уже не раз в некоторых местах красилась, закрашивая это «искусство».
«Да, но не забывается» - неожиданно для себя, подумал я. Тут даже догадываться не надо, что я имел в виду.
***
Поворот ключей, хлопок двери, и я уже дома. Зейн распластавшись валяется на кровати, крепко обнимая свою подушку, иногда бормоча что-то непонятное. Никогда не видел, как спит Зейн. Обычно он всегда просыпается раньше и будит меня, а сейчас все в точности наоборот. Ещё примерно час до работы. Значит его будильник скоро должен зазвонить.
Беру телефон в руки, и сразу же начинаю искать, где у него будильник, потому что еще две минуты и он заорет, как бешеный, на всю квартиру. Но за секунду до того, чтобы выключить его, я придумываю новую шалость, которая определенно не понравится Зейну, но доставит неимоверное удовольствие мне. Аккуратно кладу телефон прямо возле уха парня, и на цыпочках ухожу из комнаты на кухню, чтобы сделать себе кофе. И как только я захожу на кухню, резкая музыка пронзает всю квартиру и я слышу, как что-то тяжелое громко упало на пол со стонами и с криками.
- ЛУИ!! - разъяренный крик заставил меня громко смеяться, показывая Зейну, что я на кухне в засаде. - Луи, ты придурок, - прохрипел он, зайдя в мое «место укрытия».
- Доброе утро, принцесса, - пропел я.
- Иди к черту, - маленькая пауза пока до его медленной утренней головы доходит: - Я проспал на двадцать минут! - он сразу же побежал в другую комнату, за одеждой, потому что проснуться на пару минут позже - это для него целая катастрофа.
Я же не виноват в том, что еще и случайно перевел будильник на двадцать минут позже, совсем случайно, очень случайно, случайно. Зейн носится по квартире, притом истерически крича и проклиная меня, быстро натягивает одежду на себя, даже как-то безобразно, что абсолютно не соответствует ему. Слышу, как дверь резко хлопнула, и я успел только выкрикнуть «Не гони!», прежде чем услышать возмущенные возгласы парня.
И только сейчас после всего меня начало клонить в сон. Я решил, что будет намного лучше, если я прилягу и посплю часок-другой, чтобы хоть чуть-чуть восстановиться.
***
Я проснулся весь в холодном поту, а сердце стучало так, будто тотчас готово было выпрыгнуть из груди. Дышать было очень тяжело, и я пытался как можно глубже глотать воздух, чтобы наполнить легкие. Я провел ладонью по шее, будто проверяя, что больше там нет рук, душащих меня. Такое чувство, что я до сих пор чувствую эти большие грубые руки, со всей силы сжимающие на мое горло. Вдох-выдох, вдох-выдох, и сердцебиение и дыхание медленно начали приходить в норму.
Это был он. Мне снился Гарри. Только на этот раз он не просто оттолкнул меня, он душил меня. Навалился всем своим телом, прижимая к полу, и душил. Я не ожидал, что пациент, которого я даже не лечу, будет сниться мне в кошмарах. Его волосы спадали на лицо, словно запрещая мне смотреть на него. Но я знал, что это он. Это не может быть кто-то другой. Это именно он.
Быстро открыв ноутбук, я дрожащими пальцами начал вводить название больницы, где я работаю, ища их сайт. Наткнувшись именно на то, что мне нужно, я открыл его, и сразу же картинка здания и сбоку мистер Хэндеграф показались на баннере сайта. Тут должны быть больные. Да, обязательно должны быть. "О ПБ", "Услуги", "Быстрая навигация" - нет, не то, что мне нужно. Но меня заинтересовал раздел "Работники". Я ведь там должен быть. База данных ведь у них обновляется хоть когда-нибудь?
Господи, они бы еще хуже фотографию взяли. Приплюснутое лицо с ужасный ракурсом да и фоном тоже отстойным - фотография из университета. О, Господи.
Но тут нет того, что я ищу. Ну логично же! Какой придурок будет опубликовывать больных на сайте? Разве что я.
Тогда где еще я узнаю информацию об этом Гарри? Я прикрыл рукой глаза, все тщательно обдумывая. Гарри, Гарри, какого черта ты застрял в моей голове, черт тебя побери! Я больше не смогу взять его карточку, ведь когда-то отказал ему, а только в карточке я узнаю все. Да и еще сегодня у меня выходной. Я не попаду в больницу. Больница! Зейн! Зейн в больнице!
- Зейн? - я тут же набрал его номер, и как-то странно быстро он ответил мне. - Ты на работе?
- Где я еще могу быть? - раздраженно ответил он. Видимо, до сих пор дуется из-за моей шутки. Какая обидчивая принцесса.
- У меня к тебе очень важная просьба...
- Я не буду ничего делать, - прервал меня Зейн. - Обычно, после такой твоей фразы у нас всегда неприятности, - сейчас я не вижу его, но знаю, что он смешно нахмурил брови.
- Просто возьми папку Гарри Стайлса, - как можно спокойнее сказал я.
- Ну... Эм... Она у меня в руках, - что? Как она может быть у него в руках? Ему что... Ему дали Гарри? Но почему не мне? Ведь я просил его, а не Зейн. Хотя, нет, я не такой хороший специалист, как Зейн. Гарри намного лучше будет под его присмотром, нежели моим.
- Узнай, кто его родители, сколько ему, какой диагноз у него и вообще... Все! - я услышал тихий хлопок, будто Зейн приложил телефон к груди, чтобы я ничего не слышал.
- Гарри, что там? - приглушенно послышалось из телефона. Гарри? Что с ним? - Что ты увидел в зеркале? Что ты трогаешь?
Гарри у зеркала? Да, какой придурок повесит зеркало в комнату психически больного? Подобных вещей в его комнате в помине не должно быть. Погодите, Гарри у зеркала? Он стоит, приложив руку к зеркалу и смотрит теми же пустыми глазами, как тогда на меня?
- Прости, Луи, я потом тебе перезвоню... Гарри! - Зейн крикнул, прежде чем звонкий звук бьющегося стекла ударил мне в ухо. Он что разбил зеркало или что? Громкий звук оповестил меня о том, что Зейн в спешке обронил телефон, не завершив вызов.
Приглушенные звуки слышались на том конце провода, но чаще всего я слышал именно его имя. Голос Зейна потонул в нескончаемом гуле других голосов, и я понял, что в палату вбежали другие врачи. И это было последнее, что я услышал, прежде чем кто-то сбросил вызов.
***
Руки лихорадочно тряслись, пока я путался в улицах и изо всех сил бежал в больницу. Мне срочно нужна машина! Мне позвонил какой-то врач, голос у которого был не самый радостный, и сказал, что я срочно должен прийти в больницу и забрать друга, потому что водить в таком состоянии он не может. Так если он в ужасном состоянии, почему нельзя его увезти на скорой? Нет, надеюсь с ним все в порядке. Нет, с Зейном ничего не должно произойти. Он смышленый парень, не полезет облитый бензином в пламя. Но я все равно продолжаю волноваться, словно это со мной что-то случилось, а не с Зейном. Да, он мне как брат. Так что это вполне нормально, что я переживаю за него.
Вбегая в больницу, на лету хватая халат, чтобы потом не было вопросов, я быстро бегу к нашему кабинету. Зейн должен быть там. И он там: сидит в своём кресле, держа перебинтованными руками какие-то бумаги, вдумчиво смотря на них так, что между бровей образовалась маленькая морщинка.
- Зейн? Что случилось? - я быстро подхожу к нему и не могу сдержаться, чтобы не обнять его. - Ты в порядке? - указывая на его пораненные руки, спросил я.
- Да-а. У нас была маленькая перепался с этим Гарри. Я хотел ему помочь, а он начал резать мне ладони осколками, не знаю зачем, - он пожал плечами и улыбнулся, как будто только что рассказал какую-то глупую шутку, а не про то, что психически нестабильный пытался изрезать его руки.
- Я думал тебя убили, - я улыбнулся, чтобы хоть как-то разрядить напряженную обстановку.
- Не дождешься, - усмехнулся Зейн и сел обратно в кресло. - Зачем приехал?
- Мне позвонил кто-то с твоего телефона и сказал, что мне срочно нужно приехать забрать тебя, - я пожал плечами, сам до конца не понимая логики этого поступка. - Как я вижу, напрасно.
- Там было очень много паникующих врачей, так что позвонить тебе мог любой. Да, и я попросил, чтобы они сказали тебе прийти под конец смены, чтобы ты смог забрать меня. И тем более ты после ночной, тебе нужен сон, - Зейн взглядом указал на кушетку, стоящую рядом с дверью, будто намекая, что я могу поспать там.
- Я что придурок, чтобы спать на кушетке? - я начал крутиться на своем стуле, потоком воздуха разбрасывая некоторые бумаги, которые лежали у меня на столе. - Я попал час или два, и мне этого хватило. И, который час?
- Почти семь, - я не час спал, и даже не два. Я неплохо выспался.
Когда в кабинет заглянул мистер Хэндеграф, меня словно током прошибло. На его правой скуле была огромная нашлепка. Получается, что Гарри порезал этого милого старикашку? Но почему? И почему он оказался в палате Гарри, когда все случилось? Он же главврач, вроде. Это странно, что он так печется за каждый шорох в этой больнице. Обычно главврачи просиживают свои жирные задницы в огромных креслах, заполняя ненужные бумаги, но он был совсем другой.
- Мистер Томплинсон? - перед мои лицом защелкали пальцы, выводя меня из ступора.
- Томлинсон. Без «п», - продолжая пялиться в одну точку, ответил я. Мистер Хэндеграф посмотрел на меня с каким-то странным сомнением, а потом перевел взгляд на папку, лежащую на столе.
- Да, прошу прощения, - мужчина немного помялся, словно ожидал, что я заговорю первым. Хотя я так и не понимаю, чего он хочет. - Мистер Томлинсон, ответьте на один вопрос. Желательно честно и не скрывая ничего. - он сел на кушетку и посмотрел на меня. Меня что-то насторожило в его взгляде, но я не мог понять что именно.
- Конечно, мистер Хэндеграф. - я сложил руки в замок, ожидая вопрос, который так и висел в воздухе. Главврач отвел взгляд и уткнулся на свои ботинки. - Почему вы так хотели взять Гарри? - он положил логти на бедра, свесив переплетенные запястья между ног, и уставился на меня прожигающим взглядом, ожидая ответа, в то время, когда я уже готов был спустить весь запас моих тупых шуток, чтобы уйти от ответа. Я чувствую, как холодок прошёл по моему телу, взбудораживая маленькие нательные волоски и заставляя меня нервно кусать губы, обдумывая ответ.
В кабинете повисла настолько давящая тишина, что я слышал как работает кондиционер. Какое ему дело до Стайлса? Какое ему дело до того, кто будет лечить Гарри? Я поднял взгляд на профессора и понял, что меня насторожило в его взгляде. В них не было огня. Его голубые глаза потухли. В них было столько боли и страха, что мне стало жаль доктора. Я снова отвел взгляд и уставился на свои руки. Ему нужна правда? Он ее получит.
- Я не знаю. Честно, мистер Хэндеграф, я не знаю почему. Просто в какой-то момент я понял, что хочу ему помочь. Что должен ему помочь. Он так юн, так прекрасен, что просто не вписывается в эту больницу. Он словно просто неудачная работа фотошопа. Как будто кто-то вырезал его из счастливого мира и вставил сюда. Его просто здесь не должно быть. У него впереди вся жизнь, а он завис здесь среди кучи суицидников, шизофреников и прочих людей. Гарри Стайл - последний человек, который должен находиться в этой больнице. Ему здесь нет места. - я резко выдохнул и поднял взгляд на главврача. Ну, так бесподобно я не врал никогда. Какой к черту парень из счастливого мира? Да у него на лбу написано, что он собирается остаться до последнего в псих больницах. Но также во мне бушует странное чувство. Судя по шепоту в столовой, его тут не все любят и это одна из многих причин, почему я хотел его лечить. К нему относятся, как к куску дерьма, хотя, каким бы ужасно больным он не был, он не заслуживает такого отношения к себе. Но после того, как я встретился с ним лицом к лицу, всякое желание лечить его отпало.
Доктор сидел так, будто услышал именно то, что хотел. Мне показалось, что в его взгляде что-то переменилось. Словно он получил некую надежду.
- Ясно. - мистер Хэндеграф резко встал и не глядя на меня, просто направился к выходу. Так, стоп. Я ему так искусно врал, чтобы получить безразлично «ясно»? - Тогда вы будете лечащим врачом Гарри, - он сразу же, не дожидаясь моего ответа, вышел из кабинета, хлопая дверью.
***
За окном уже стемнело, когда Зейн вернулся с вечерней перевязки. Усмехаясь его нытью и стонам о помощи, жалею друга и все-таки соглашаюсь занести папку Ванессы. Видите ли он жертва и не может ничего делать. Зато как целый день ныть и курить с другими врачами, он в первых рядах. Размышляя о том, какой все таки Зейн симулянт, иду по пустому коридору. Проходя мимо этой палаты, я с огромнейшим трудом борюсь с желанием зайти туда, но не найдя веской причины навещать его, прохожу дальше. Гарри представляет огромную опасность для всех врачей, а сейчас для меня особенно. Его нужно привязывать к кровати, пока он не поперезал глотки всем врачам, которые будут его лечить. И он начал резать моего друга. Моего единственного лучшего друга. А что если бы он ему вены вспорол? Да еще и невинованого мистера Хэндеграфа, которые предоставляет ему самые лучшие условия для жизни тут, как, блять, гребанный отец сыну. Не осознавая причин своего поступка, я бросаю все и быстрым шагом иду в его палату, громко хлопая дверью и по дороге бросая папку на пол.
- Ты чертов придурок! - начинаю кричать на всю палату, но он даже не вздрагивает и продолжает полностью игнорировать меня, лёжа на боку на краю кровати. - Какого черта ты себе позволяешь? Ты не можешь резать всех, кто тебе не нравится. Нельзя делать больно тем, кто пытается помочь тебе! - он продолжает меня игнорировать, прикрыв глаза. - Да, посмотри же ты на меня! - и только после этих слов Гарри приподнимается с кровати, вызывая мурашки по коже от его жутко медленных движений, уставившись на меня своими холодными темно-зелёными безразличными глазами. Прекрасно, по крайней мере он не глухой. - Ты должен держать своих демонов в себе, потому что они твои и только твои! - я начал жестикулировать пальцем прямо у его лица, «вбивая» в него информацию. - Да, ты никому не нужен таким, так что резать ты должен только себя, чертов ублюдок! - но ему словно было плевать на мои слова: он продолжал смотреть на меня, не показывая на лице ни единой эмоции. - Да, ты меня вообще слушаешь?! - я начал бить его по щекам, призывая его обратить на меня внимание, но тут же почувствовал грубую руку, крепко схватившую моё запястье и сильно сжимающую. - Отпусти, - тихо, но приказывая, сказал я. Я вообще не представляю, откуда у меня столько смелости, но сейчас во мне царит некая уверенность в том, что я смогу противостоять ему.- Я. Сказал. Отпустить. Мою. Гребаную. Руку. - отчеканивая каждое слово, сказал я и не выдержал, вырывая руку из его схватки, после и громко хлопая дверью, схватив папку девушки, и вышел из его палаты.