Домой
Гаара почувствовал, как её руки обвили его, а лёгкий поцелуй в щёку оставил едва ощутимое тепло. Он замер, не зная, как правильно отреагировать. Сердце под маской спокойствия дрогнуло, но внешне он оставался таким же невозмутимым.
— Ты ничем мне не обязана, — тихо сказал он, смотря прямо ей в глаза. — Всё, что я сделал — это лишь долг шиноби.
Нацуко чуть улыбнулась, но в её взгляде было столько искренности, что Гааре на мгновение стало трудно выдерживать её глаза.
— А всё же... — прошептала она, чуть отстранившись, но не отпуская его руку. — Если бы не ты, я, наверное, так и жила бы дальше в пустоте... без воспоминаний, без себя.
Гаара медленно освободил свою руку из её ладоней и повернулся к выходу из пещеры. Его голос прозвучал ровно, но мягко:
— Теперь, когда ты всё вспомнила, тебе нужно решить сама, куда идти дальше. Коноха ищет тебя. Какаши Хатаке... он наверняка уже на пути сюда.
Нацуко нахмурилась, но кивнула. Внутри неё боролись два чувства: желание остаться здесь, рядом с тем, кто вернул ей прошлое, и долг, который звал её обратно.
— Я пойду, — наконец сказала она, — но обещаю, что никогда не забуду твою помощь.
Гаара ничего не ответил. Только лёгкий кивок и взгляд, в котором впервые за долгое время мелькнула не суровость лидера, а что-то человеческое, тёплое.
Нацуко стояла у ворот Конохи, не решаясь сделать шаг вперёд. Сердце сжималось от тревоги и страха: год назад она исчезла, и всё это время сомневалась — примут ли её обратно, узнают ли её… нужна ли она кому-то вообще.
И вдруг взгляд зацепился за знакомую фигуру.
Высокий силуэт в тёмной форме шиноби, повязка, закрывающая левый глаз, и вечная книга в руке. Он шёл спокойно, будто ничего вокруг не могло его удивить. Но Нацуко узнала его сразу же.
— К… Какаши… — сорвался с её губ шёпот.
Слёзы предательски выступили на глазах. Всё внутри будто прорвало. Она бросилась вперёд, не в силах больше сдерживаться.
— Какаши! — крикнула она и в тот же миг крепко обняла его, вцепившись, словно боялась снова потерять.
Он замер на секунду, ошарашенный. Но в его единственном видимом глазе мелькнуло узнавание, и рука мягко коснулась её плеча.
— Нацуко?.. — тихо произнёс он, будто не верил, что это действительно она.
Девушка всхлипнула и, прижавшись к нему сильнее, сквозь слёзы воскликнула:
— Почему ты так долго меня искал, дурак?!
Слова вырвались сами, накопившаяся боль прорвалась вместе со слезами. Она дрожала, но не отпускала его, боясь, что это снова окажется иллюзией.
Какаши молча смотрел на неё, чувствуя, как её руки дрожат, а слёзы заливают его жилет. Он редко позволял себе эмоции, но в этот момент вся его сдержанность дала трещину. Осторожно, но крепко он обнял её в ответ, прижимая к себе так, словно боялся снова потерять.
— Я рад, что ты вернула свои воспоминания… — тихо произнёс он, его голос звучал мягче, чем когда-либо. — И ещё больше рад, что ты сама вернулась домой, Нацуко.
Девушка всхлипнула и подняла на него заплаканные глаза, в которых сверкали и облегчение, и радость, и та тоска, что копилась целый год.
— Домой… — повторила она еле слышно и крепче прижалась к нему.
Ветер мягко тронул её волосы, а за воротами Конохи слышались привычные шумы деревни — родные, давно забытые. Нацуко понимала: всё, что было до этого — боль, потеря памяти, одиночество — теперь осталось позади.
Какаши внимательно слушал её слова, не перебивая. Его один вид, скрытый маской, казался спокойным, но в глазах серебрилось напряжение. Каждое слово Нацуко отзывалось в нём тяжёлым эхом.
— Значит… ты хотела вернуть Саске… — наконец произнёс он негромко, глядя вперёд, будто обдумывал сказанное. — Но столкнулась с Акацуки… Ты рисковала жизнью, Нацуко.
Она кивнула, её пальцы коснулись рукояти катаны на поясе.
— Да… именно так. — её голос слегка дрогнул. — Я бежала от них, и всё кончилось тем, что я упала… Вода унесла меня. Я даже не думала, что выживу. Но этот старик… — она чуть улыбнулась, вспоминая. — Он помог мне подняться, дал приют и подарил эту катану. С ней я научилась сражаться.
Она аккуратно коснулась ножен, словно подчеркивая, что это не просто оружие, а часть её новой жизни.
Какаши перевёл взгляд на катану, потом снова на неё. В его взгляде мелькнуло что-то вроде гордости, смешанное с тревогой.
— Ты стала сильнее, — тихо сказал он. — Но всё равно… тебе не следовало исчезать вот так. Знаешь, сколько людей волновались?
Нацуко чуть прикусила губу и отвернулась, чувствуя ком в горле.
— Я знаю… — прошептала она. — Но я вернулась. И теперь я больше не исчезну.
Они дошли до ворот, и стражники, заметив их, широко раскрыли глаза. Шёпот тут же разнёсся среди них:
— Это… та самая девочка? Нацуко Учиха?..
Какаши краем глаза посмотрел на Нацуко, когда она задала вопрос. Они шли по знакомой дороге к деревне, воздух был наполнен запахом хвои и свежести после дождя.
— Наруто сейчас тренируется с Джирайей, — спокойно сказал Какаши, закинув руки в карманы. — А Сакура стала ученицей Цунаде. Каждая из них легенда своего времени. Так что теперь у меня… скажем так, больше времени, чем раньше.
Нацуко на секунду замерла, а потом прищурилась, в её глазах заиграли хитрые искорки.
— Джирайя… — протянула она. — Подожди, Какаши. Это случайно не тот извращенец, что написал «Приди-приди рай»?
Какаши чуть заметно вздрогнул и кашлянул, прикрывая нижнюю часть лица рукой, хотя и так его маска скрывала реакцию.
— Эм… — он явно пытался сохранить невозмутимость, но Нацуко уже видела, как его плечи слегка дрожат от сдержанного смеха. — Ну… скажем так, у Джирайи… широкий спектр талантов.
Нацуко прыснула в ладонь, а потом звонко рассмеялась, не удержавшись.
— Вот это да! — сказала она, утирая слезинку от смеха. — И этому человеку доверили учить Наруто?! Я представляю, что он там от него нахватается!
Какаши устало вздохнул, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое.
— Наруто нуждается в учителе, который понимает его. Джирайя именно такой. А то, что у него… своеобразные увлечения, — не повод сомневаться в его силе и мудрости.
Нацуко фыркнула, но с улыбкой.
— Ладно-ладно… Но всё равно звучит смешно.
Они уже были в Конохе, по вечерним улицам разносился запах еды и смех жителей. Нацуко шла рядом с Какаши, всё ещё сжимая катану на поясе, и вдруг остановилась.
— Какаши… — тихо сказала она и кивнула вперёд.
На освещённой фонарями улице два силуэта стремительно неслись прочь. Их явно кто-то преследовал: целая стайка разъярённых девушек кричала и гналась за ними.
Нацуко сразу узнала первый силуэт — хоть и повзрослевший, но этот смешной, чуть сутулящийся бег был слишком знаком.
— Это Наруто… — прошептала она, сердце у неё кольнуло теплом.
А второй — высокий, с белыми волосами, разметавшимися за спиной, и в странной одежде. Тут Нацуко даже думать не пришлось: всё совпало с рассказами, да и книгу «Приди-приди рай» она вспомнила слишком отчётливо.
Она прикрыла рот рукой и прыснула от смеха:
— Какаши, я не верю! Это что, тот самый Джирайя? Серьёзно?! И он вот так убегает от девушек?!
Какаши, как всегда невозмутимый, только коротко хмыкнул:
— Ну… у Джирайи есть свои слабости.
Нацуко едва не упала от смеха, держась за живот.
— Да это же… это просто комедия! Учитель Наруто — извращенец, который даже в собственной деревне спокойно пройти не может!
И словно специально, в этот момент Наруто, убегая, заметил знакомую фигуру. Он замер, глаза округлились:
— Н-Нацуко?!
Девушки уже почти настигли Наруто и Джирайю, когда прямо перед ними, словно из ниоткуда, возник высокий стройный парень. Его волосы чуть растрепаны, походка лёгкая, а в руках он держал розу.
— Эй, красавицы… — протянул он с хитрой улыбкой. — Простите, я тут заблудился… не подскажете путь?.. К вашему сердцу?..
И парень подмигнул, протягивая розу одной из девушек.
Девушки замерли, их бешеные лица на секунду застыли в растерянности. Та, что была впереди, покраснела и совсем растеряла всю злость.
— Э-э… к… к сердцу?..
— Ага, — с серьёзным видом кивнул «парень». — Говорят, оно у вас красивее, чем сама Коноха.
И вдруг, из-за угла выглянул Какаши, закрыв лицо рукой, чтобы не рассмеяться. Он слишком хорошо понял, чья это работа.
Наруто с Джирайей, воспользовавшись замешательством, юркнули за спину «парня».
— Нацуко, ты… — Наруто уже понял, кто это. Но Джирайя хлопнул его по плечу и прошептал:
— Тише! Пацан её явно выручает!
Тем временем «парень» поклонился девушкам, а розу вложил в руки той самой, что кричала громче всех.
— Для самой прекрасной в этой компании, — добавил он с таким обаянием, что та аж заулыбалась и спрятала глаза.
И тут техника развеялась: перед девушками снова стояла Нацуко — с ехидной ухмылкой и искрами озорства в глазах.
— Ха! Путь свободен, бегите, герои, пока могу их отвлечь! — крикнула она через плечо Наруто и Джирайе.
А те уже неслись дальше, спасая свои шкуры.
Девушки наконец-то осознали, что парень, которому они чуть не отдали свои сердца, на самом деле был не кто иной, как Нацуко.
— ТЫЫЫЫ!!! — хором заорали они, и вся их злость разом обрушилась на девочку.
Нацуко, совсем не смутившись, отмахнулась рукой:
— Да ладно вам, это же была просто шутка! — рассмеялась она и, резко сложив печать, растворилась прямо у них на глазах в облаке дыма.
— УБЕЖАЛА!!! — взвились девушки и ринулись было в погоню.
Но тут бах! — кто-то из-за спины дал Нацуко щелбан по голове такой силы, что она чуть не ткнулась носом в землю.
— Ай! — вскрикнула она, схватившись за макушку. — Кто посмел?!
Развернувшись, она увидела тройку знакомых лиц: Неджи стоял с каменным выражением, рядом с ним — серьёзная Тен-Тен, а Рок Ли сиял своей «пламенной» улыбкой.
— Нацуко, — холодным тоном произнёс Неджи, убрав руку, — это ты отвлекала девушек, устроив этот балаган?
— Ага, — добавила Тен-Тен, скрестив руки на груди. — Мы тебя видели. И честно, я бы тоже врезала.
— А Я СЧИТАЮ ЭТО БЫЛО БЛАГОРОДНО!!! — тут же выпалил Рок Ли, подпрыгивая. — Спасти товарищей ценой собственной головы — это настоящий путь юного пылкого сердца!!!
Нацуко, морщась и потирая шишку, хитро улыбнулась:
— Вот! Слышали? Ли меня понимает! — и, показав язык Неджи, добавила: — А вы просто завидуете, что у меня выходит лучше!
Неджи вздохнул, качая головой, а Тен-Тен закатила глаза.
— Лучше пойдём, пока снова скандал не начался, — строго сказала она.
Нацуко хитро прищурилась и с усмешкой пробормотала:
— Эх, никакого чувства юмора у вас…
Вечер опустился на Коноху. Улицы заливался мягким светом фонарей, и Нацуко прогуливалась без особой цели, наслаждаясь спокойствием. Уже подходя к «Ичираку рамен», она заметила знакомую картину.
За стойкой сидел Наруто, активно размахивая руками и что-то возбуждённо рассказывая. Рядом лениво развалился Шикамару, явно зевая от скуки. Чоджи увлечённо ел, а Киба спорил с Шино, прижимая к себе Акамару.
Нацуко остановилась у входа, сложила руки на груди и с улыбкой наблюдала за ними. «Какие же они шумные», — мелькнула мысль. Но хитрая улыбка появилась на её лице.
Она сделала пару печатей, бесшумно переместилась за их спины и громко крикнула:
— БУУУУУ!!!
— ААААА!!! — подпрыгнул Наруто, едва не перевернув миску с рамэном.
— ЧТО ЗА…?! — вскочил Киба, а Акамару залаял так, что все вздрогнули.
— Ох ты ж… — даже Чоджи чуть не подавился едой.
Шикамару лишь уронил голову на руку и буркнул:
— Как же это… проблемно…
Нацуко, не удержавшись, рассмеялась:
— Ахахаха! Вы бы видели свои лица!
— НАЦУКО!!! — взревел Наруто. — Ты чего творишь?! Я же чуть в лапшу не кувыркнулся!
Киба, прищурившись, но уже усмехаясь, сказал:
— У тебя талант, девчонка. Даже Акамару в шоке!
Нацуко гордо вскинула голову и положила ладонь на грудь:
— Ну, спасибо. Я старалась.
Шикамару лениво посмотрел на неё и хмыкнул:
— Ты слишком энергичная… Настоящая головная боль.
— А ты слишком скучный, — парировала Нацуко и подмигнула.
Шино поправил очки и сухо добавил:
— Советую не повторять. Наруто слишком громко орёт.
— Сам ты громкий! — возмутился Наруто.
Компания засмеялась, а Нацуко, довольная, уселась рядом, словно всегда была частью этой шумной компании.