🖤 Глава 2 - «Они начали это задолго до ночи»
Полицейский придвинул стул к кровати и сел так, чтобы его лицо оказалось в поле зрения Эйдена. Второй остался стоять у стены, просматривая документы.
— Эйден, — произнёс сидящий. — Мы не будем давить. Нам просто нужно понять, что с тобой произошло.
Он говорил мягко, но голос всё равно резал по нервам, будто звук металла, проведённого по стеклу.
— Тебя нашли около полуночи. Судя по следам, ты бежал некоторое время. На тебе были порезы и гематомы. Мы не уверены, от падения ли они. Ты можешь сказать — кто был с тобой до этого?
Эйден не шевелился. Он слышал каждое слово, как эхо из другой комнаты.
Кто был с тобой?
В голове вспыхнуло:
смех...
рука в волосах...
удар об шкафчик...
разбитая губа...
бумажные шарики с плевками...
его рисунок, валяющийся в луже...
Он моргнул резко, будто хотел сбросить эти кадры. Полицейский заметил движение.
— Ты кого-то боишься? — спросил он тише. — Если ты не хочешь говорить при нас — мы выведем из палаты всех. Но нам нужно знать, кто мог сделать тебе больно.
Медсестра застегнула шприц и ушла, закрыв за собой дверь. Остались только они втроём.
Полицейский продолжил:
— Рюкзак нашли рядом с тобой. Там было... — он заглянул в папку, — много рисунков. Сцены насилия, кровь, тени, лица без глаз. Ты сам это рисовал?
Сердце Эйдена болезненно дёрнулось.
Пауза.
Он медленно, с усилием повернул голову. Губы дрогнули — и едва слышно сорвалось:
— Да.
Это слово прозвучало так, будто он признался в преступлении.
Полицейский кивнул.
— Эти рисунки — это просто фантазии... или это то, что ты видел?
Ответить он не успел.
Резко — слишком резко — в дверь кто-то постучал. Тишина вздрогнула.
Вошла женщина лет сорока, в строгом пиджаке. Волосы собраны в хвост, глаза острые, холодные.
— Я детектив Рафаэлла Кемп. Мне передали дело. — Она взглянула на Эйдена так, будто смотрела через него. — Парень не случайно оказался там. И если он не скажет, что произошло, мы найдём других.
Слово «других» резануло по слуху. Образ в голове: школьный коридор... толпа... чья-то рука на его затылке... кто-то шепчет: «Если откроешь рот — пожалеешь».
Детектив подошла ближе.
— Эйден. Ты один выжил?
Он не понял — что она имеет в виду.
Выжил... от чего?
Сердце забилось быстрее. Грудь сжалась, будто воздух стал бетонным. В голове мелькнуло: а что, если они думают... что там был кто-то ещё?
И вдруг — он вспомнил.
Какой-то крик. Чей-то сапог на спине. И ещё шаги. И смех.
Но память оборвалась до ударов и бегства.
Он снова закрыл глаза.
И впервые почувствовал: что-то не сходится.
Тишина больничной палаты сменилась другим звуком — как будто кто-то медленно нажал кнопку воспроизведения внутри его памяти.
📍 Флэшбек. Три месяца назад.
Коридор школы был слишком ярким. Белые стены, блестящий пол, запах дешёвого кофе и потёртых кроссовок. Шум голосов, хлопки шкафчиков, звон металла.
Эйден шёл, держа папку с рисунками прижатой к груди. Не смотрел по сторонам. Он знал: если встретится взглядом — они начнут.
— Эй, художник, — голос за спиной.
Он не обернулся. Сделал шаг быстрее. Но звук кедов догнал его, и кто-то резко сорвал у него папку из рук.
Листы рассыпались по полу.
Девять человек засмеялись. Один нагнулся, подобрал скетч с рисунком силуэта в капюшоне, окружённого лужей тьмы.
— Ты это рисовал? — спросил высокий парень с бейсбольной курткой.
— Чего такой мрачный? Мы у тебя в башке все трупы, да?
Он сжал пальцы так, что костяшки побелели. Но молчал.
Парень смял рисунок и бросил его в мусор.
— А ну улыбнись, Кларк. Или хотя бы пикни.
Другая рука ударила его по затылку. Лоб стукнулся об шкафчик. С тихим звоном упала ручка.
— Может он без языка?
— Или в жопу его кто-то засунул.
Смех. Мужской, женский, ленивый.
Кто-то ногой сдвинул его портфель. Застёжка лопнула. Изнутри выпал карандаш и ещё один рисунок: человек, упавший с высоты, с чёрными мазками вместо лица.
Один из буллеров медленно поднял бумагу, покрутил перед лицом:
— Во, уже репетируешь свою смерть?
Раздался щелчок камеры — кто-то снял его на телефон, пока он собирал листы с пола.
И никто — ни один человек — даже не подошёл.
Ни учитель.
Ни прохожий ученик.
Никто.
Вернуться в больницу.
Резкий вдох выдернул его из воспоминания. Потолок снова белый. Детектив всё ещё стоит рядом. Полицейский смотрит на него внимательно.
— Ты был не один там, где тебя нашли? — повторила она.
И вдруг — что-то странное. Ее голос звучал... глуше. Как будто сквозь вату. Или воду. Как будто этот звук идёт не к его ушам, а куда-то мимо.
Он попытался открыть рот, но губы будто не слушались.
И тогда она спросила иначе, глядя прямо в лицо:
— Они были с тобой?
И впервые — он почувствовал, что даже не уверен:
а был ли он там живым — когда его нашли?