Ловкость рук и удача

Никакого пиетета наше появление на АТП не вызывает. Вальяжно сидящие у костра пятеро свободовцев приветственно машут конечностями и продолжают травить анекдоты. Даже встать и подвинуться не соизволили. Приходится обходить рукотворную баррикаду на входе в комплекс АТП с другой стороны.

Мне не терпится посмотреть на постоянный телепорт, а заодно узнать из чего он тянет энергию. Но бдительный полковник быстро заворачивает мою любопытную персону в сторону административного здания, оставив квад ждать во дворе.

- Потом тут все облазаешь, - недовольно буркает он.

Капитан, отдав какие-то распоряжения усаживающимся бойцам, проходит следом за нами.

В расчищенной от мусора комнате нас уже дожидаются Макс, смутно знакомый мне свободовец Кустарь и какой-то неизвестный боец, развалившийся за столом. Видимо, и есть Загруз.

- А вот и братья наши меньшие пожаловали, - весело ухмыляется Макс. – Ну что, сразу в бой или перекурим?

- Сразу-сразу, чего тянуть. А то проветривай потом от вас домик. А мне здесь еще людей расквартировывать, – хмыкает Петренко.

- Не говори «гоп», - прищуривается помощник Лукаша. – Где там ваш игрок, что-то не вижу.

- Присмотрись получше, - выхожу из-за спины должанина.

- Рифма! Ты в «Долге»? Ну и чем тебя купили? – ехидно интересуется Макс, быстро справившись с изумлением.

- Макс, не нужно завидовать. Меня не купили, а попросили. Просто надо знать, как это делать правильно, - многозначительно улыбаюсь, звучно хлопнув полковника по заднице.

К его чести надо отметить, что коварная атака с тыла даже не поколебала монументальное спокойствие Петренко. Только желваки вздулись. Зато рожи свободовцев отражают столь широкий спектр порочных чувств, что полковник досадливо морщится, сдерживая скрежет зубов.

Сев за поцарапанный стол напротив Загруза, окидываю противника внимательным взглядом. Вроде бы ничего особенного. Молодой парень, короткая стрижка, неряшливая щетина. Сидит, добродушно улыбается, почесывая шею.

Недовольно сопящий Макс демонстративно распаковывает колоду. Новенькая.

- Позволь взглянуть? – требовательно протягивает руку полковник.

- Да, пожалуйста, - мажорно откликается свободовец.

Быстро пошуршав картами, должанин удовлетворенно хмыкает и кладет их на середину стола.

- Итак. Условия матча, – тоном рефери начинает Макс. – Играем в «дурака», тринадцать партий. Кто одержит большее число побед, тот и выиграл. Тому и заседать здесь.

Осторожно беру колоду, неторопливо тасую. Сглатываю пересохшим горлом. Почему-то вместо привычного азарта на меня накатывает паника. Ощущение сгущающихся туч давит на виски.

Оглядываюсь на Петренко, но тот спокоен, как танк. Тихо вздохнув, протягиваю Загрузу карты для сдвига. Раздаю нам первый «веер». Козырем выпадают пики.

Начали.

Как ни странно, но первую партию я проигрываю. Непонятное состояние рассеивает мое внимание, потихоньку погружая в странную заторможенность.

Недовольно встряхнувшись, начинаю второй раунд. И в нем-то я и замечаю неладное. Сброшенные в самом начале партии четверки крести и бубны, через какое-то время снова оказываются у меня. Что за черт?! Не может же в колоде быть их несколько? Полковник ее проверил.

Бросаю быстрый взгляд на Загруза, но тот, как ни в чем не бывало, с ухмылкой шкрябает по шее. Сколько ж можно? Блохастый что ли? Брезгливо поморщившись, пытаюсь сосредоточиться на игре.

Проиграв и вторую партию, я прошу заменить колоду.

- Что-то не так? – сразу напрягается Петренко.

- Все нормально, просто она ужасно пахнет краской, – капризно сообщаю я.

Новые карты, пройдя проверку полковника, ложатся на стол. Тщательно смешав их, быстро раздаю. Нужно убедиться в своих подозрениях.

В середине партии я снова ловлю в своем «веере» сброшенные в отбой карты. На этот раз я уверена на все сто, что они у меня уже были.

Растерянно глянув на Загруза, впиваюсь взглядом в кожу шеи, которую продолжают поскребывать ногти. Не может быть! Из под воротника свитера, поддетого под комбез, выглядывает черная полоса. Словно там скрывается татуировка. Вот только ее рисунок нанесен точно на вены, будто на этом участке тела в них течет черная кровь. Лишь одно явление в Зоне оставляет такие отметины.

Дьявол-хранитель.

Очень редкий феномен. Человек вляпывается в какую-то черную липкую гадость вроде паутины. После этого ему начинает удивительно везти: не трогают мутанты, он благополучно обходит аномалии, находит редкие артефакты. Вот только люди, с которыми общается везунчик, начинают гибнуть на ровном месте. Порой невообразимо глупо. Дьявол-хранитель каким-то образом выкачивает у них положенный запас везения и перенаправляет на своего хозяина. С человеком, отмеченным дьяволом-хранителем, стараются не общаться. Но и на жизнь его не покушаются: разорвется в руках винтовка или в глаз прилетит шальная пуля из случайной перестрелки.

Такой человек способен добыть любой артефакт из самого недоступного места, но продать потом уже не в состоянии — всякий его обладатель быстро погибает.

Носители дьявола-хранителя быстро сходят с ума и исчезают в Зоне. Или она сама находит способ убрать нарушителя с заёмной удачей.

И сейчас этот ужас сидит передо мной. Сколько он уже ходит с этой дрянью? Черт! Нужно поставить в известность начальство.

Аккуратно сложив свои карты в стопочку, откладываю ее на угол стола.

- Могу я выйти? – вопрошаю у Макса.

- Ну... - свободовец недоуменно оглядывается на остальных присутствующих. – Если тебе надо.

- Очень, - встаю из-за стола.

Усиленно просемафорив полковнику глазами, направляюсь на выход.

- Я посторожу тебя, а то вдруг еще выскочит кто, - бурчит Петренко, выходя следом.

Карты остаются под присмотром капитана Иванцова.

Спускаемся с крыльца, провожаемые любопытными взглядами свободовцев и должан, быстро сворачиваем за угол здания администрации.

Убедившись, что нас не слышно, поворачиваюсь к хмурому Петренко.

- Полковник, у нас неприятности.

- Да уж вижу! Почему ты проигрываешь? Если это какая-то тактика, то заканчивай...

- У Загруза дьявол-хранитель, - мрачно перебиваю я.

Мгновенно осекшись, должанин удивленно воззряется на меня.

- Ты уверена? – недоверчиво спрашивает он.

- Абсолютно. У него метка уже на шею заползла. Через пару дней на лицо залезет.

- Вот же укурки конопляные! Нарочно этого чумного сюда притащили, чтобы наверняка портал захапать! – быстро делает вывод Петренко.

- Думаешь, свободовцы в курсе про него?

- Если они ни при делах, то я Красная Шапочка! Ну, сейчас вы у меня получите свинцовое отравление! – должанин, перехватив автомат «Гроза», круто разворачивается.

- Стой! – повисаю на руке полковника, пытаясь его затормозить. – Расстрел – не решение проблемы, а лишь ее устранение! Которое повлечет за собой еще большие неприятности!

Петренко позволяет утащить себя обратно за угол.

- Ты в курсе, что носителя дьявола-хранителя нельзя убить? У вас просто все автоматы попереклинит. Или вообще разорвет! И тогда уже свободовцы возьмут вас на цугундер. Им-то ничего не помешает, – продолжаю увещевать я.

- Что ты предлагаешь? – насупился должанин.

- Убираться отсюда. Как можно быстрее. Я не смогу обыграть Загруза, так что нет смысла проводить все тринадцать партий. Чем дольше мы здесь сидим, тем меньше у нас в запасе удачи. Этот вампир откачивает ее у всех окружающих, - осторожно потираю висок. – Сдается мне, что недолго ему осталось. Что-то сюда движется. И я не хочу быть здесь, когда оно сюда придет.

- Что за оно?

- Не знаю. И знать не хочу.

Петренко яростно впечатывает кулак в стену. Замирает, со свистом выпуская из ноздрей воздух.

- Это не честно, - с какой-то мальчишеской обидой тихо произносит он.

- С чего бы? Загруз - свободовец, правила соблюдены. Они вообще могли хоть контролера сюда притащить, если бы тот согласился вступить в их группировку.

- Значит, признаем поражение, - мрачно изрекает полковник.

- Этим ты сохранишь нам жизни, - решительно смотрю на него.

Тяжело вздохнув, Петренко, гордо выпрямившись, выходит из-за угла дома. Как ни в чем не бывало, иду следом.

- Собирайтесь, мы уходим, - отвечает полковник на вопросительные взгляды бойцов.

Больше ничего не говоря, он поднимается на крыльцо.

- Уже заждались вас, - ехидно тянет Макс при нашем появлении. – Что так долго? Куст подходящий выбирали?

Игнорируя подначки, полковник нацеливает тяжелый, как у крупнокалиберного пулемета, взгляд на веселящегося свободовца.

- От лица всего «Долга» признаю вашу победу в данном споре. Наша группировка более не претендует на телепорт, – сухим официальным тоном сообщает Петренко. – Счастливо оставаться.

Лица присутствующих удивленно вытягиваются.

- Так играть еще десять партий, - растерянно выдает Макс.

- Я все сказал, - припечатывает полковник, направляясь на выход.

Глядя на его угрюмую физиономию, печально вздыхаю. Самой обидно до слез. Но против дьявола-хранителя не попрешь. Лучше отойти в сторонку.

Сопровождаемые моим беспрестанным гундением «быстрее, ну что вы как неживые» должане выстраиваются в квад. Под ехидные приглашения заглядывать в гости от свободовцев, наша похоронная процессия отправляется восвояси.

Далеко уйти мы не успеваем. Миновав ржавый ЗИЛ, останавливаемся перед заполненным непонятной жижей оврагом, в который «ныряет» дорога. Пока Петренко раздумывает обходить эту водную преграду или сэкономить время и пройти понизу, я чутко осматриваю местность. Подсвеченная тихонько клонящимся к закату солнцем, простирающаяся впереди равнина, заросшая кустарником и высокой травой, не внушает опасений. Пока на северо-западе из-за скопления валунов не выскочила орда тварей. Ненормально огромное стадо кабанов. Между ними, как танки средь пехоты, тяжкой поступью идут псевдогиганты. Все скопище стремительным маршем движется к комплексу.

- Полковник, сообщений о надвигающемся Выбросе не было? – нервно интересуюсь я.

- Нет. Недавно ведь прошел, - Петренко, проследив за моим взглядом, изумленно матюгается.

- Тогда это по наши души.