Другой человек

Когда я и Клара подошли к месту нашей работы был уже обед. Наш Научно-исследовательский центр был небольшим: это был хорошо оборудованный трёхэтажный домик из четырёх корпусов. Первый корпус находился на третьем этаже. Там хранились важные документы и данные о проделанных исследованиях. Второй и третий корпуса — это второй и первый этажи. Эти этажи оснащены специальной техникой и препаратами для проведения опытов. Четвёртый корпус — холодный подвал. В подвале есть отдельные сектора, в каждом из которых находятся разнообразные вещества: химикаты, растворители, материи, лабораторные открытия и многое другое. Местные между собой называют это здание «чудо-домик».

Моя же профессия включает в себя исследования в области биологии и генетики. Говоря простыми словами — я изучаю нашего врага, ищу лазейки, его слабые места, для того, чтобы у человечества появился хоть какой-то шанс на победу в этой войне. А Клара является моим помощником в этом непростом деле. В нашем лагере ещё 5 таких учёных.

Мы с подругой уже подошли к воротам «чудо-домика». Во дворе нас встретил профессор Филипп Хайнц. По происхождению он немец, но жил в Канаде. Сам по себе он был непримечательным человеком: невысокого роста, седовлас, всегда немного нахмуренный, как будто в постоянном раздумье, глаза его были серые, немного затуманенные, а на носу всегда красовались очки.

Он стоял, облокотившись о решётку забора и, кажется, кого-то ждал.

— Добрый день, профессор, — почти одновременно, поздоровались с ним я и Клара.

— Гутэн таг, фройлаин. Я вас ждаль.

— Что-то случилось? — спросила Клара.

— О, майн дорогая, непременно слючилось, — ответил Хайнц.

На его лице играла загадочная улыбка.

— Надеюсь, это что-то хорошее, — произнесла я. Для меня сегодня было достаточно плохих новостей.

Мы проследовали за профессором в «чудо-домик», поднялись на второй этаж в нашу лабораторную комнату, где я и ещё два человека проводим свои эксперименты. Около моего стола стоял Артур Каспар. Этот большой темнокожий мужчина являлся директором Научно-исследовательского центра. Кажется, он был так же взволнован, как и немец. Он посмотрел в нашу сторону и произнёс:

— Мисс Ирс, мисс Фабиан, мне уже сообщили о том, что вы состоите в спасательной группе, поэтому я должен вам кое-что сообщить...

Этот голос меня насторожил. Я занервничала, Клара тоже. Артур продолжил.

— Сегодня ночью я и профессор Хайнц, по счастливой случайности, смогли уничтожить их защиту.

Первую минуту я была в ступоре. Даже не сразу поняла, о чём собственно идёт речь. Защиту? Какую защиту? И кого «их»?

— Всё оказалось так просто, - не обращая на моё недоумение, продолжил Артур, - Мы как обычно проводили эксперимент над оболочкой существа и случайно пролили на данный материал воду. – Его лицо словно засветилось. На лице появилась довольная улыбка и возле глаз пролегли мимические морщинки. - И знаете что? Вода разъела оболочку! Кто бы мог подумать?!

Вот так новость! Я чуть было от восторга не присела на пол, если бы не вовремя среагировавшая Клара, которая умудрилась подтолкнуть под меня ногой табурет. При этом она сама в изумлении то открывала, то закрывала рот, пытаясь подобрать нужные слова. Хотя, я думаю, что мысленно она уже несколько раз выругалась. А всё потому, что существа, помимо человеческой кожи, имели оболочку, которую не могло пробить не одно оружие. Эта оболочка представляла собой полупрозрачную гибкую материю. Над решением этой проблемы мы бились несколько лет. Но никто никогда даже не придавал значения тому, что пришельцы не селятся около воды, и в дождливые дни стараются не высовывать своих носов из кораблей и бункеров.

Вода. Действительно, очень просто.

— То есть, вы хотите сказать, что уничтожив верхнюю оболочку с существ с помощью воды, мы сможем их убить просто как обычного человека? — наконец подала голос Клара.

— Именно, — ответил профессор Хайнц.

Клара с недоверием взглянула на него.

— Разве такое может быть? Человечество столько лет решала эту проблему, а её ответ заключался в простой воде?! – от переизбытка эмоций, Клара стала активно размахивать руками, создавая лёгкий ветерок возле моего уха, гляди, ещё заехать может.

— Я. Ведь это объясняет то, чито существа стал носить специальные костюмы, разумеется, водонепроницаемые, - сказал профессор.

— Я думаю, вам пригодится эта информация, — сначала взглянув на меня, а потом на Клару, сказал Артур. — И сообщите о нашем открытии генералу Рэйну.

Я уже не слышала последних слов директора. Уже через несколько секунд, опрокинув табурет, я бежала в четвёртый сектор, чтобы проверить его слова.

Чёрт возьми! – мысленно выругалась я. Действительно, когда я пролила немного воды на оболочку существа, то вода начала её разъедать так, как если бы я пролила на свою кожу серную кислоту. Очень просто и невероятно. Мы так долго решали все эти ребусы с оружием, которое могло бы уничтожить нашего врага, а решение всегда было перед носом.

Вечером этого же дня все жители нашего лагеря уже знали об этом случайном, но великом открытии. Спасательную группу тут же снабдили всем необходимым. В глазах людей загорелась надежда. Может, теперь мы будем сражаться на равных. Но возник другой вопрос: как сообщить об этой новости выжившим, которые находятся в других странах? Ведь связь с большим миром мы потеряли ещё четыре года назад и до сих пор не можем наладить ни с кем контакт. Глава лагеря сообщил, что он займётся этим вопросом, пока мы будем искать группу из 52-го. Конечно, то, что мы нашли оружие, это хорошая новость. Но меня всё же мучала досада от того, что я так никогда не узнаю, способны ли существа на человеческие чувства. Может, среди них есть такие, которые больше похожи на людей, чем на бесчувственных жестоких пришельцев. Хотя, такие мне не встречались. Я просто тешу себя ложными надеждами и верю в то, чего не может быть. А почему я в это верю? Хм, на этот вопрос ответ мне известен. Почему-то сразу вспомнился мой ночной кошмар, напоминающий мне события из прошлого. Почему тот пришелец не убил меня? Я всё ещё помню это существо, что десять лет тому назад было в моём доме, в моей комнате. Я помню, с каким интересом оно рассматривал мои вещи и фото. Помню, каким взглядом оно смотрело на меня после того, как убило маминого друга. Этот взгляд... Я видела в нём сожаление. Лишь секунду оно длилось, но я заметила его. Хотя, мне могло показаться. Монстры не способны чувствовать что-то человеческое, хладнокровно убивая других. А вдруг, возможно ли, что эти существа могут тоже эволюционировать? Может ли быть такое, что от долгого нахождения с людьми, они и сами станут человечнее? Я тяжело вздохнула. Это лишь мои догадки. О них я никому не говорила, иначе меня могут посчитать сумасшедшей. Но я не перестану в это верить. Даже, когда я буду умирать, надежда в мою теорию умрёт во мне последней.