Безысходность: I

Утро. Яркое солнце просачивалось сквозь кроны деревьев, разбрызгивая золотистый свет на поляну. Возле кухни уже звучали весёлые голоса, шум посуды и аромат свежего хлеба.

Рози только подошла с пробежки — на щеках лёгкий румянец, волосы немного растрёпаны. Минхо уже ждал у кухни, стоя, опершись о стол, и, завидев её, криво усмехнулся:

— Ну привет, звезда ночных прогулок, — протянул он, подмигивая.

— Что? — она сбилась с шага, не поняв намёка.

Минхо только покачал головой и подал ей флягу с водой. К ним тут же подошли Кайл и Бен. У обоих на лицах были довольные, слишком уж понимающие ухмылки.

— Доброе утро, — сказал Кайл нарочито весело, бросив короткий взгляд на Рози, а затем перевёл взгляд на Минхо. — Всё прошло... интересно, да?

— Что вы несёте? — Рози нахмурилась, но чувствовала, как щеки снова заливаются румянцем.

Минхо поднял руки, делая вид, что ни при чём:

— Мы? Ничего. Просто раннее утро, хорошая пробежка, романтика в воздухе...

Прежде чем она успела что-то сказать, послышался скрип ворот — Майк уже стоял у выхода, вглядываясь в лес. Он выглядел отстранённым. Не сказал Рози ни слова, просто кивнул, когда Минхо подошёл к нему. Вскоре они двое скрылись за воротами, оставив остальных на поляне.

Рози только собралась было пойти умыться, как заметила знакомую фигуру, приближающуюся со стороны стройки. Галли выглядел выспавшимся и спокойным — и, встретившись с ней взглядом, сразу улыбнулся. Не дерзко, не вызывающе — а так, будто видел её впервые после долгой разлуки.

— Доброе, — негромко сказал он, подходя ближе.

Рози почувствовала, как внутри всё чуть дрогнуло. Она ответила кивком и чуть заметной улыбкой, и они без слов пошли к кухне, где уже начали раздавать завтрак. На поляне тем временем появлялись всё новые жители Глэйда — кто с сонными лицами, кто уже с инструментами в руках.

Галли достал для неё тарелку, выжидающе глянув, и Рози, колеблясь, всё же приняла её. Они сели рядом — за одним из длинных деревянных столов, покрытых следами времени и частых обедов. Вскоре к ним подсел и Алекс, с набитым рюкзаком игрушек и веточек — видимо, с утра снова возился возле ограды.

— Привет, — буркнул он, подползая ближе к Рози и кидая быстрый взгляд на Галли. — Я голодный.

Галли мягко усмехнулся и протянул ему хлеб.

— Хлеб — лучший завтрак, проверено, — сказал он. Алекс взял, не глядя, и почти сразу уткнулся в еду.

К ним подсели и остальные — Бен, Кайл.
Все — с выражениями самых невинных лиц.

— Ты как, Роз? Всё ли в порядке после... ночной экскурсии? — протянул Бен с нарочитой непринуждённостью.

— Угу, — коротко ответила она, уткнувшись в свою кашу.

Кайл хмыкнул:

— Просто у нас был маленький спор. Будет поцелуй — или не будет. Я, к счастью, выиграл.

— Что?! — Рози уронила ложку, а Галли приподнял брови, хмурясь.

— Да ладно вам, — вмешался Кайл, разворачивая ломоть хлеба. — Мы просто увидели, как ты её до палатки провожал. Классика. Романтичный вечер. Молчащее утро. Всё сходится.

Рози хотела что-то сказать, но заметила, как Галли, слегка покраснев, опустил глаза, а потом усмехнулся — впервые не колко, а с теплом. Это разрядило атмосферу.

— Слушайте, а может, вы поедите уже, а? — бросил он, качая головой.

— Мы уже едим, папаша, — фыркнул Кайл, и за столом прокатилась волна сдержанного смеха.

__________________________
Стройка гудела с самого утра: повсюду доносились удары молотков, звяканье металла, скрежет, шелест досок, перекрики между ребятами. Солнце уже прилично палило, забираясь выше и выше. Было жарко, но это не мешало ни Рози, ни Галли.

Наоборот — всё шло гладко. Галли не орал, не ругался, не раздражался на медленную работу. Он спокойно отдавал указания, помогал, если кто-то запутывался, и даже не морщился, когда Марк случайно пролил воду на заготовленные доски. Это вызывало у остальных лёгкое удивление, но никто не задавал вопросов вслух.

Рози работала с улыбкой, её настроение будто светилось изнутри. Она легко переносила жару, шутливо кидалась щепками в Рэя, насвистывала себе под нос и сияла, словно держала внутри что-то важное. Что-то, что наполняло её до краёв.

Рэй это заметил. Он наклонился к ней, когда они оба складывали доски на новую платформу, и с хитрой усмешкой спросил:

— Эй, а что это ты такая сияющая, а? Как будто кто-то нашёл выход… только не из лабиринта, а из ДНК. — Он подмигнул, поднимая одну из досок.

Рози хмыкнула, бросила в него обломок щепки, но лицо её не предало — она всё равно расплылась в тёплой, глупой, счастливой улыбке. Рэю этого было достаточно.

— Ну давай, давай, рассказывай. Что за счастье тебя так греет под этим солнцем? — Рэй подставил плечо под балку, внимательно наблюдая за ней.

Рози закусила губу, как будто думала отказаться от идеи делиться. Но потом опустила взгляд, покачала головой и всё же заговорила:

— Он поцеловал меня… — прошептала, почти смущённо. — Вчера ночью. До того, как проводил до палатки.

— Да ну на! — Рэй чуть не выронил балку. — Вот это да… Ну, поздравляю. Похоже, это уже не просто взаимность, а прям настоящее чувство.

Рози покраснела, но не могла перестать улыбаться.

Всё остальное время стройка будто текла плавно. Ритмично, как один слаженный механизм. Жара не мешала, пыль не раздражала, даже время летело быстрее обычного. Галли периодически поглядывал на Рози. Не в открытую, нет — украдкой, скользящим взглядом, когда она что-то несла мимо или смеялась с остальными. В такие моменты он замирал на секунду, а потом снова возвращался к работе, но с легкой, незаметной никому усмешкой.

Рози тоже ловила себя на том, что ищет его глазами. Их взгляды пересекались — нечасто, но достаточно, чтобы каждый раз это чувствовалось. Как вспышка, как щелчок током по коже. Они ничего не говорили, но и не нужно было. Всё уже было понятно.
___________________________

Свет пробивался сквозь высокие стены Лабиринта, освещая узкие тропы, по которым шагали Минхо и Майк. Каменные стены, покрытые мхом, отбрасывали длинные тени, и в воздухе стоял запах сырости и металла. Это был второй поход Майка в Лабиринт — и вел он себя заметно свободнее, чем в первый раз. Уверенная походка, частые шутки, резкие замечания — всё выдавало в нём человека, привыкшего к лидерству. Но, несмотря на это, тишина между ним и Минхо долго держалась.

— Эй, — наконец сказал Майк, скашивая взгляд на Бегуна. — А что между Беном и Рози?

Минхо не сразу ответил. Он скользнул взглядом по повороту, будто проверяя, не слышит ли их кто-нибудь, и только после этого сказал спокойно:

— Дружат. С первого дня ладят, как будто знали друг друга раньше. Но только дружат.

Майк кивнул, но замолчал лишь на секунду.

— А с Галли у неё что?

Минхо коротко усмехнулся. В памяти всплыл короткий, но отчётливый момент — как Рози, напряжённая и решительная, прижалась к Галли у костра. Поцелуй был слишком молниеносным, чтобы стать случайностью.

— Не знаю, не знаю, — с лёгкой улыбкой ответил он. — Тут уж сам решай, что видеть.

Майк фыркнул, но ничего не сказал. Поворот, узкий и заросший травой, заставил их немного сбавить шаг. Минхо перешёл на спокойный тон:

— Мы ищем выход с тех пор, как здесь оказались. Годы. Менялись маршруты, менялись Раннеры, кто-то исчезал. Но ни один выход мы так и не нашли.

— А зацепки? — тут же подался вперёд Майк.

— Были. Иногда Лабиринт будто сам что-то подсказывает, а иногда — будто насмехается. Но как только что-то кажется полезным, всё меняется. Стены, пути, правила.

Они снова замолчали. И тишина между ними на этот раз показалась даже спокойной.

Минут через пятнадцать, после очередного поворота и беглого осмотра закоулка, Майк не удержался:

— В Брукхолле хоть готовили нормально. Тут еда, конечно, на выживание, но... Знаешь, у нас все были другими. Настоящая команда, поддержка. А здесь... все как будто сами по себе. Никто даже не спросил, как я себя чувствую в первый день.

Минхо поднял брови, но не повернулся.

— Может, потому что ты сам слишком много говорил. Особенно о Брукхолле.

Майк усмехнулся. Его не задело.

— Может. Но ты же понимаешь, где лучше было.

Минхо не ответил. Он только слегка ускорил шаг — и Майку пришлось догонять.

В Глейде наступило время обеда. За длинным деревянным столом уже сидели Бен, Кайл и Алекс. Они ели рагу, которое только что наложил Фрай, и вполголоса о чём-то переговаривались. Бен рассказывал Кайлу о тренировке бегунов, посматривая на Алекса, который внимательно слушал, иногда вставляя свои короткие, но уверенные реплики. Между ними чувствовалась лёгкая, но тёплая атмосфера — как между старыми друзьями.

В это время Рози и Галли всё ещё оставались на стройке. Галли стоял у недостроенной стены, нахмуренный, с раздражением рассматривая неаккуратную кладку. Один из новых Строителей явно поспешил, и теперь всё приходилось переделывать.

Рози подошла к нему, немного помолчала, затем присела рядом, оперевшись на деревянную балку. Она посмотрела на него и мягко взяла за руку.

— Пошли на обед, — сказала она тихо, почти ласково.

Галли перевёл взгляд на неё. Его лицо смягчилось, во взгляде появилась теплая усталость. Он слегка сжал её пальцы.

— Через пару минут. Ты иди, я сейчас доделаю и приду.

— Я с тобой пойду, — спокойно ответила она.

Он кивнул.
— Хорошо. Я быстро.

Пока он возвращался к кладке, Рози наблюдала за ним, и вдруг, как будто сама удивившись своим мыслям, произнесла:

— Я только сейчас поняла… Алекс чем-то похож на тебя.

Галли замер, обернулся и приподнял бровь.

Рози мягко улыбнулась и продолжила:
— Когда он сосредоточен — такой же серьёзный. И когда удивляется — у него тот же самый взгляд. Он тоже поднимает бровь, как ты только что.

Галли какое-то время молча смотрел на неё, будто оценивая каждое слово, а затем спросил негромко, почти неуверенно:

— Думаешь… у нас что-то было до Лабиринта?

Рози чуть отвернула взгляд и медленно кивнула:
— Может быть. Я не знаю точно… Но иногда мне хочется верить, что Алекс от тебя. Правда.

На лице Галли появилась тёплая, едва заметная улыбка. Он ничего не сказал, но по глазам было видно: эти слова задели его глубоко. Он снова принялся за работу, на этот раз — быстрее и сосредоточеннее. Когда он закончил, они вместе направились к столовой.

Пока они шли по дорожке, Рози спросила, не поднимая головы:

— Ты вчера ночью видел ребят?.. Бена, Кайла, Алекса?

Галли тихо выдохнул и покачал головой.

— Нет… Но я сам в шоке, что они нас видели. И что знают про поцелуй, — сказал он с лёгким смущением в голосе.

Когда они подошли к столовой, их встретил Фрай с насмешливой, но добродушной улыбкой.

— Завал на стройке? — спросил он, поднимая бровь.

Галли не замедлил с ответом:

— Просто у некоторых руки не оттуда растут, — резко сказал он и бросил взгляд на одного из Строителей, сидящего за другим столом.

Фрай лишь хмыкнул, ничего не сказав, и наложил им по порции рагу.

За столом они сели отдельно. Рози направилась к Алексу, Бену и Кайлу. Она села рядом с сыном, обняла его за плечи и незаметно кивнула Бену. Галли же молча занял место рядом с Рэем, в зоне, где обычно сидели Строители.

В воздухе витала тишина, наполненная каким-то особым спокойствием — словно у каждого за этим столом были свои мысли, которые не требовали слов.

Обед в Глэйде.

Строители уже закончили есть и теперь не спеша собирались, оставаясь немного в стороне. В воздухе висел запах хлеба и тушёного мяса, кто-то из поваров смеялся на кухне. На скамейках царила тёплая, почти семейная атмосфера.

— Ты как, не устал? — Рэй тронул Галли за плечо и коротко кивнул в сторону общей столовой.

Галлиз поднял на него усталый, но настороженный взгляд.

— Нормально. А что?

— Что было ночью?

— Ничего, — быстро ответил он, будто по инерции.

Рэй ухмыльнулся, хлопнул его по руке.

— Ага. Она рассказала уже.

Галли недовольно нахмурился, неуверенно отвёл взгляд.

— Ты что-то чувствуешь, да? Ты её любишь?

Он не ответил сразу. Просто пожал плечами.

Рэй вздохнул и добродушно отступил на шаг:

— Ну всё ясно, Галли. Всё ясно.

Он развернулся, чтобы уйти к другим, а Галли остался стоять на месте. Его взгляд скользнул по столам, пока не нашёл Рози — она сидела спиной к нему, но что-то рассказывала с улыбкой. Он задержался взглядом, и в глазах на миг мелькнуло что-то тихое и тёплое, почти нежное.

За общим столом.

Рози сидела возле Бена а Алекс возле Кайл. На их столе лежали недоеденные порции, кружки, пара ложек. Разговор уже давно перешёл в разряд лёгких сплетен и шуток.

— Ну так, как это было? — спросил Бен у Рози, дёрнув бровью.

— Это долгая история, — отмахнулся Рози.

— А я знаю, — вмешался Алекс, хитро прищурившись. — Я видел, как Рози поцеловала Галли у дерева.

Рози подавилась чаем, а Бен чуть не уронил кружку.

— Алекс! — прошипела она, — тихо!

— Ну а что, — пожал он плечами. — Мы с Беном увидели, и потом решили, что будем за вами следить. Сначала мы думали, что вы просто гуляете. А потом...

— Потом Минхо и Кайл поспорили с Беном, — подхватил кто-то с другого конца стола. — Кто первый из вас поцелуется.

— И Кайл с Минхо выиграли! — радостно добавил Алекс. — Потому что Галли первый поцеловал.

Все за столом разразились смехом. Рози прикрыла лицо руками, пытаясь спрятать краску на щеках.

— Убью вас всех, — пробормотала она, но с улыбкой.

Снова со стороны.

Галли продолжал стоять в стороне, прислонившись к колонне, будто собирался уходить, но так и не двинулся. Он смотрел на Рози — на то, как она улыбается, как поправляет волосы, как смеётся. Тепло в его глазах больше не пряталось.

Он не сказал ничего. Просто смотрел. Долго.

После обеда и вечером всё проходило спокойно. День за днём, на протяжении месяца, отношения между Рози и Галли стали тёплыми и ровными. Иногда кто-то из глейдеров замечал, как они поддевали друг друга или обменивались короткими взглядами — не громко, не на показ, но это не ускользало от внимания.

С каждым днём они сближались, и за этот месяц между ними установилась хорошая, почти доверительная связь. Алекс всё больше стремился к тому, чтобы Галли стал его отцом — он тянулся к нему, и это было заметно. По Глейду время от времени расползались сплетни, но Рози не придавала им значения — она продолжала общаться со всеми, с каждым по-своему, как всегда.

А вот Майк оставался отстранённым. Он видел, что Рози держит его на расстоянии, и, несмотря на все попытки, не подпускала к себе. В её молчании была обида, укоренившаяся глубоко.

Прошёл ровно месяц с того дня, как Майк появился в Глейде. За это время многое изменилось — особенно для Рози. Она почти не говорила с ним, отстранялась, а он, в свою очередь, будто боялся подойти первым. Но в один из обыденных, ничем не примечательных дней, когда утро было тёплым, воздух — тихим, а Алекс рисовал что-то на земле рядом с Беном, наконец произошло то, что давно должно было случиться.

Майк остановился рядом с Рози, когда та складывала отобранные стрелы в колчан. Она сразу почувствовала его присутствие — по тяжёлому дыханию, по тени, скользнувшей по траве. Он не начинал сразу говорить. Секунды тянулись, и Рози уже собиралась поднять глаза, как он выдохнул:

— Прости меня.

Рози подняла взгляд. Она не ответила, просто посмотрела на него молча. Он опустил глаза, покачал головой.

— Мне тогда… Мне надо было держать рот на замке. Я наговорил много лишнего. Не хотел задеть тебя, правда. Просто… — Он почесал затылок, тяжело выдохнул. — Просто я не привык. Я не в Брукхолле, Роз. И меня это до сих пор трясёт. Я скучаю по друзьям, по тем, кто был с нами. Тут всё почти такое же — стены, Лабиринт, даже распорядок… но не люди.

Рози чуть приподняла брови и хмыкнула, закатывая глаза.

— Вот именно. Ты не привык. Ты не можешь принять то, что я изменилась. Всё должно быть так, как ты привык видеть, да? — Она чуть повысила голос, но не кричала. — Я изменилась, Майк. Потому что должна была. Потому что нельзя остаться прежней в месте, где каждый день может стать последним.

Между ними повисло напряжённое молчание. И вдруг его нарушил резкий металлический звук — где-то внизу загудел подъёмный механизм. Лифт.

— Опять кто-то… — пробормотала Рози.

Звук становился всё громче. Весь Глейд быстро оживился: кто-то закричал, кто-то уже бежал к шахте. Стая мальчишек рванула в том же направлении. Рози с Майком переглянулись и тоже побежали следом.

Лифт остановился с металлическим звоном. Вокруг собрались бегуны, строители, повара. Все уже были в ожидании. Спустя пару секунд, первым шагнул вперёд Ньют. Он быстро спустился вниз, осмотрелся и остановился.

— Да ну нафиг… — тихо сказал он, и в его голосе прозвучало нечто среднее между удивлением и тревогой.

— Что там? — крикнул кто-то сверху.

Ньют наклонился и поднял на руки испуганного, щуплого мальчишку. Тому было не больше двенадцати. Он дрожал всем телом, его глаза метались по сторонам в панике. Куртка была явно велика, волосы растрёпаны, а дыхание сбивалось от страха.

— Это… это ребёнок, — растерянно выдавил кто-то из ребят.

Мальчика подняли на верхнюю платформу. Он тяжело сглатывал, держась за Ньютова плечо, как за последнюю опору. И вдруг — его лицо перекосилось от ужаса, он захныкал:

— Я… я... описался, — прошептал он.

Некоторые не сдержались — кто-то прыснул со смеху, кто-то едва сдержал смешок, но не из злобы — скорее от неожиданности. Ситуация была странной, нелепой и в то же время… болезненно знакомой.

Рози уже собиралась подойти, как из-за её спины вынырнул Алекс. Он шагнул вперёд, неуверенно, но уверенным голосом сказал:

— Всё нормально. — Он смотрел прямо на новичка. — Нам всем было страшно. Правда. Ты можешь доверять нам. Никто тебя не обидит.

Мальчик всхлипнул и кивнул. Он прижался к Алексу, как к старшему брату, а тот чуть прижал его к себе, бросив взгляд на Рози. Она коротко кивнула ему — одобрительно.

Среди всех лиц выделялся Галли. Он стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим с лёгкой улыбкой. Его взгляд время от времени скользил по Рози и Алексу, мягкий, спокойный. За последний месяц между ним и Рози установилось что-то… иное. Не дружба, не вражда. Галли стал другим — мягче, терпеливее. Он по-прежнему был резким и упрямым с другими, но рядом с Рози и особенно с Алексом — будто становился кем-то новым. Спокойным. Надёжным. Тихим.

Он подошёл чуть ближе, встал рядом с Рози, скрестив руки на груди.

— Этот мелкий будет шокером недели, — пробормотал он.

Рози не ответила. Только коротко улыбнулась, наблюдая, как Алекс осторожно ведёт новичка — Чака — в сторону кухни. Поддерживая за плечо, будто сразу принял на себя роль старшего.

— Ты хорошо его воспитал, — вдруг сказал Галли, и в его голосе не было ни иронии, ни насмешки.

Рози чуть удивлённо посмотрела на него.

— Это всё он сам, — тихо сказала она. — Просто рядом были нужные люди.

Галли кивнул. Он не стал говорить больше, просто остался рядом.

И пока в Глейде принимали нового, самого юного жителя, старые обиды будто начали понемногу растворяться. Не исчезать — нет. Но терять свою силу. А это было уже немало.

Алекс держал новенького за руку. Тот всё ещё сжимал пальцы, будто пытался почувствовать хоть какую-то опору в этом странном месте. Медпункт был не так далеко — низкое здание с открытой дверью и запахом травяных мазей.

— Тут, — сказал Алекс, чуть тише, — тебя тут переоденут. Ничего страшного.

Новенький опустил взгляд. Щёки его пылали от стыда.

— Я… — он глотнул воздух. — Я не хотел.

— Все пугаются, когда приезжают, — тихо ответил Алекс. — Я тоже чуть не…

Он не договорил и просто пожал плечами. Медик уже вышел, забрал Новенького внутрь. Алекс остался ждать. Через минут десять мальчик снова вышел — в чистой рубашке, с немного растрёпанными волосами. Сел рядом на крыльцо, прижав колени к груди.

— Тут... страшно, — выдохнул он.

Алекс чуть улыбнулся.

— Не бойся. Ты в Глейде. Это наш дом. Я тебя защищу, и моя мама тоже. Мы вместе.

Новенький посмотрел на него в упор.

— Тут твоя мама?

— Угу. Она сильная. Её все слушаются.

— А… — он замолчал, потом тихо: — А я не помню своих родителей. Вообще никого.

— Это нормально. Никто не помнит. Только имена, и то — позже. У тебя появится. Просто подожди.

Мальчик кивнул, и какое-то время они сидели в молчании.

— А ты давно тут? — наконец спросил Новенький.

— Два месяца. Я уже почти всё знаю. — Он гордо выпрямился. — До этого я был в другом месте. Называется Брукхолл. Это как старый дом. Тоже стены, как тут. Только там всё было по-другому. Холодно. И мало людей.

— А как ты сюда попал?

Алекс нахмурился.

— Не знаю. Я был там с мамой, с самого маленького возраста. А потом… мы просто оказались тут. Я не помню как.

— А сколько тебе?

— Шесть. А тебя как зовут?

Мальчик замер. Он вдруг понял, что не знает.

— Я… не знаю.

Алекс кивнул спокойно.

— Придёт. Просто жди. Можешь пока быть Безымянный.

Он сказал это почти с улыбкой, но по-доброму. Мальчик тихо засмеялся, и напряжение немного спало. Впервые за всё утро.

— Спасибо, Алекс.

— Всегда пожалуйста. Пойдём, я покажу, где у нас столовая. Там вкусные булки, если повезёт.

И они пошли по тропинке, оставляя позади медпункт — шаг за шагом, вдвоём.

Алекс шёл чуть впереди, выбрав медленный шаг, чтобы тот не отставал. Парень смотрел по сторонам, прищуриваясь от солнечного света — после лифта всё казалось слишком ярким.

— Это огород, — указал Алекс на огороженную часть земли. — Тут Фрай командует. Мы сами себе еду выращиваем.
— А это? — Новенький кивнул в сторону деревьев.
— Лес. Не советую туда соваться без спроса. Особенно по ночам.
— А… почему?
Алекс скосил на него взгляд.
— Просто не стоит.

Они свернули в сторону длинного навеса, под которым кипела работа — кто-то строгал доски, кто-то тащил брёвна.

— Это стройка. Тут Галли главный. И мама тоже работает тут.
— Твоя мама здесь? — удивился новичок.
Алекс кивнул, будто это было очевидно.

В этот момент к ним подошёл Алби, с кружкой в руке, одежда в пыли и земле.
— Ну что, как тебе Глейд? — спросил он у новичка с лёгкой улыбкой.

Парень на мгновение замялся, но затем выдавил:
— Вроде… нормально.

— Не бойся, — сказал Алби, слегка похлопав его по плечу. — Тут никто тебя не обидит. Алекс всё тебе расскажет, а если что — можешь подойти ко мне. Я — Алби.

Новенький кивнул, а Алекс, прищурившись, вставил:
— Он тут самый главный.
— Вау… круто, — прошептал новичок и по-настоящему удивился.
— Иди, покажи ему кухню, — сказал Алби и, обратившись к новичку, добавил: — А потом на ужин подходи. Вечером у нас будет костёр — как полагается новичкам.

Он ушёл, оставив их вдвоём.

Они миновали кухню — просторное, но шумное место, где кипела жизнь. Пахло чем-то жареным, маслом и хлебом. За стойкой Фрайер как всегда возился с кастрюлями и тарелками. Завидев их, он расправил плечи и вытер руки о фартук.

— О, новенький? — с прищуром спросил он, глядя на Чака. — Классный, вроде живой. Имя-то вспомнил?

Чак чуть смущённо пожал плечами и едва заметно покачал головой.

— Ладно, бывает, — хмыкнул Фрайер, подмигнул Алексу и махнул рукой: — Садитесь, сейчас чего-нибудь накину вам.

Они уселись за один из столов — чуть в стороне, но не в углу. Чак вертел головой, оглядываясь: на лавках сидели другие ребята, кто-то ел, кто-то просто болтал. Внутри было тепло, и, несмотря на гул голосов, чувствовалась какая-то своя тишина — обжитая и спокойная.

Через минуту к ним подошли Рози и Бен.

Рози поставила поднос, села рядом с Алексом, легко провела рукой по его волосам, проверяя, не растрепался ли, и кивнула новичку:

— Привет. Я Рози. Тебя Алекс уже провёл?

— Да, немного, — отозвался Чак, чуть натянуто, но с интересом.

— Скоро и сам всё узнаешь, — мягко сказала она. — Главное — не нервничай. Тут никто никого просто так не обижает. Мы все были на твоём месте.

Бен опустился рядом, молча, зевнув. Вид у него был уставший: глаза полуприкрыты, волосы взъерошены, словно он только недавно проснулся или вовсе не спал.

— Это Бен, — добавил Алекс, наклоняясь к Чаку. — Он не ворчит, просто сонный всегда.

Бен еле заметно усмехнулся, глядя в тарелку.

— Привет, — буркнул он, не поднимая взгляда.

— Привет, — отозвался Чак, немного скованно, но с благодарностью.

Рози наблюдала за ним внимательно, но без давления — как мама, к которой привели чужого ребёнка: с лёгкой настороженностью, но без осуждения.

— Ну что, — сказала она, — поешь, отдохнёшь. Завтра покажем тебе остальное. А пока привыкай. У тебя будет время.

Алекс в это время что-то жевал, кивая на слова Рози, и ловко подвинул к Чаку кружку с водой.

— Добро пожаловать, — сказал он просто.

И на мгновение Чак почувствовал, будто среди всех странных лиц вокруг именно этот стол — единственный настоящий остров безопасности.

Чак молча ел, аккуратно, словно боялся шумом ложки привлечь чьё-то внимание. Иногда косился на Бена, но тот даже не взглянул в его сторону — сидел с полузакрытыми глазами, будто сил не было ни говорить, ни слушать.

Рози заметила это. Напряжённые плечи мальчика, слишком взрослый взгляд, тихое дыхание. Он держался, старался быть «нормальным», но слишком уж он был маленьким для этого места.

— Сколько тебе лет, Чак? — тихо спросила она.
Мальчик поднял глаза.
— Девять... наверное. Я не помню точно.
— Это неважно, — мягко сказала она. — Ты здесь не один. Алекс тоже совсем недавно появился, и теперь он с нами. Мы — команда.

Он кивнул, губы сжались в тонкую линию. Алекс бросил на Рози быстрый взгляд и приободряюще тронул Чака по плечу.

— Ты можешь быть с нами, если хочешь, — сказал он. — У нас норм.

Чак слабо улыбнулся, но в глазах всё ещё блестел страх, спрятанный глубоко.

Рози вглядывалась в его лицо — и с каждой секундой на душе становилось тяжелее. Он ведь ребёнок. Просто ребёнок, которому пришлось очнуться в этом странном, жутком мире без мамы, без папы, без объяснений. И теперь он пытается держаться, быть "удобным", чтобы не мешать.

— Ты заслуживаешь, чтобы о тебе заботились, — вдруг сказала она, больше себе, чем ему. — И я позабочусь.

Чак посмотрел на неё и кивнул. Глаза у него стали чуть-чуть мягче.

Ночь опустилась на Глейд, озаряя лагерь мягким светом костра. Пламя потрескивало, отбрасывая тени на улыбающиеся лица. Вокруг царила непривычная для этих мест беззаботность.

Алекс сидел, поджав ноги, рядом с Чакой. У обоих в руках были деревянные палочки, которыми они водили по углям, стараясь не попасть в огонь.
— Вон тот, — Алекс кивнул в сторону бегунов, — Минхо. Он типа главный по беготне. Самый быстрый, даже когда ест.
— Правда? — хихикнул Чака.
— Ну, почти. Один раз он подавился, потому что пытался жевать и спорить с Беном, кто быстрее.
Они оба рассмеялись.
— А тот, вон там, с деревянной чашкой — это Фрайпан. Он готовит. Смотри на его лицо — если прищурен, значит, еда острая. Если ухмыляется — не ешь.
— Запомню, — усмехнулся Чака, ткнув палкой в золу.

Чуть поодаль, на скамье из грубо сбитых досок, сидели Рози, Алби и Ньют.
У Рози в руках была кружка, которую ей протянул Алби.
— Осторожно, это микс от Галли. Он сказал, что напиток “для бодрости и печёнки”. — Ньют скривился.
— Звучит подозрительно, — пробормотала Рози, сделав глоток. — Но на удивление... неплохо.
— Не говори при нём, он зазнается, — усмехнулся Алби.

Внутри круга из мальчишек раздавались крики и смех — Галли снова с кем-то боролся. Он с глухим стуком повалил оппонента в пыль, отряхнул руки и вернулся к костру, переполненный адреналином. Его лицо было вспотевшим, но в глазах плескалось то самое — детское, упрямое — веселье.

Рэй сидел чуть в стороне, кидая камешки в сторону Кайл, будто случайно.
— Попал! — Кайл притворно застонал, держась за плечо. — Ты в кого кидаешь, злюка?
— Это был лёгкий намёк, чтобы ты наконец заткнулся, — буркнул Рэй.
— Ага. Ты просто завидуешь моему голосу. — Кайл демонстративно пропел что-то фальшивое.
— Я завидую только твоей способности не замечать, что ты бесишь всех подряд.
— О, Рэй, не злись, — Кайл подался ближе и усмехнулся, — злость вызывает морщины.
Они уставились друг на друга с притворной серьёзностью, пока оба не рассмеялись. Между ними словно искры мелькнули.

Вечер набирал силу. Тени сгущались, но настроение становилось только теплее. Тут, у костра, среди смеха и лёгких подколов, жизнь казалась чуть проще.

Огни костра трещали и плясали в ритме вечера. Чака и Алекм сидели вплотную друг к другу, шутя и смеясь, пересыпая всё это мелкими подначками. Где-то сбоку Бен что-то рассказывал Фраю, а вокруг стояли чашки с напитком, сваренным Галли. Он пах немного горечью и специями — странный, но тёплый.

Рози сидела между Алби и Ньютом. Они лениво потягивали кружки, переглядывались и просто наслаждались тишиной и атмосферой, пока не раздался знакомый гул толпы — в центре круга дрались двое бегунов. Один из них был Галли — напряжённый, как всегда, дерзкий и сосредоточенный. Он двигался с точностью, будто всё ещё воевал не с человеком, а с демонами прошлого.

— Что у тебя с ним? — негромко спросил Ньют, кивая на Галли.

Рози не сразу поняла, о ком речь. Потом только перевела взгляд от костра к бойцам.

— С Галли? — она хмыкнула. — Ничего особенного. Хорошие… взаимоотношения.

Алби фыркнул, не отрываясь от кружки.

— Не договариваешь, — заметил он. — Все шепчутся. Ты, он, Алекс… как ни взгляни — всё связано.

Рози прикусила губу. Пламя отражалось в её глазах, и она тихо проговорила:

— Я не знаю, что между нами. Правда. Но… — она вздохнула, — я его люблю.

— Ого, — выдохнул Ньют, но без насмешки, наоборот — с лёгкой теплотой. — Думаю, это взаимно.

Рози покачала головой.

— Не знаю. А ещё… — она замялась. — Мне кажется, он… отец Алекса.

Алби замер, как будто это не было новостью, просто услышать это из её уст было неожиданно.

— Ну, наконец-то, — буркнул он. — Мы об этом с Ньютом ещё два месяца назад говорили. Просто ты молчала, а он притворялся камнем.

Рози ничего не ответила. Взгляд её снова упал на Галли. Он стоял, тяжело дыша, победив соперника. Кто-то хлопал его по плечу, кто-то хвалил. Но он смотрел не на них — он смотрел на неё.

Толпа собралась в центре Глэйда — все, как по команде, остановили работу. Алекс стоял рядом с новеньким, мальчишкой с круглым лицом и слегка испуганными глазами.
— Его зовут Чак, — уверенно сказал Алекс, стараясь говорить громко. — Он исполнил имя.

Радостные возгласы раздались тут же. Кто-то хлопнул Чака по плечу, кто-то протянул руку.
— Молодец, брат, — крикнул Фрай.
— Добро пожаловать в стадо, — с усмешкой бросил Минхо.

Через пятнадцать минут Алби всех разогнал.
— Всё, шоу окончено, работайте! — и, взяв Чака под локоть, повёл его в сторону спальни. — Пойдём, покажу, где тебе спать.

______________________

Галли и Рози шли по тропинке вдоль сада, где трудились несколько фермеров. Они почти не говорили — только изредка перекидывались короткими фразами. Галли провёл её до палатки.

— Ну... спокойной ночи, — сказал он, остановившись у входа.
Рози посмотрела на него, задержала взгляд, хотела что-то сказать, но лишь кивнула.
— Спокойной.

______________________

Минут через десять, когда небо совсем потемнело, Алекс, босиком, вышел из гамака. Он сонно зевнул, потёр глаза и направился к костру, где одиноко сидел Галли.

Галли заметил его, но ничего не сказал — просто подвинулся. Алекс молча сел рядом, поджал ноги, уткнулся подбородком в колени. Несколько минут они просто сидели — тихо, спокойно.

А потом Алекс, не открывая глаз, прошептал:
— Пап... я люблю тебя.

У Галли сжалось сердце. Он повернул голову, глядя на него, и едва заметно улыбнулся.

— И я тебя, малыш, — тихо ответил он.

Галли сидел на краю пенька у костра, где тлели остатки углей. Рядом — свернувшийся калачиком Алекс, его дыхание было ровным, спокойным. Слова, сказанные с полусном: «пап, я люблю тебя», — всё ещё звучали в ушах, как будто время остановилось.

Он посмотрел на мальчика. Как-то особенно мягко. Внутри всё сжалось — грудь будто сдавила железной хваткой. Хотелось ответить, обнять, но вместо этого он остался сидеть, напряжённый и будто потерянный. Пальцы машинально теребили край его рукава, взгляд метался по земле, по лицу Алекса, по огню — но не мог найти покоя.

Он не ушёл.

Галли мог бы просто встать и уйти — он делал это сотни раз. Но не в этот раз. Ноги будто приросли к земле. Он боялся даже дышать громко, чтобы не спугнуть этот момент. А может, чтобы не спугнуть самого себя.

— Я… — прошептал он, не зная, закончит ли.

Он хотел сказать многое: как жалеет, как винит себя, как не знает, что теперь с этим делать. Но вместо этого — тишина. Лишь ветер мягко раскачивал ветви деревьев, и огонь потрескивал, словно знал больше, чем он сам.

И Галли остался сидеть. Смотрел на Алекса. Смотрел долго. И не мог уйти.
Галли уснул прямо на краю настила. Было уже совсем темно, когда Рози открыла глаза — не сразу поняла, что он всё ещё здесь. Села, потёрла глаза, посмотрела на него и тихо вздохнула. Осторожно подошла и чуть толкнула за плечо.

— Эй, иди уже ложись, — сказала она почти шёпотом.

Галли медленно приоткрыл глаза и кивнул. Поднялся, провёл рукой по лицу и направился к гамаку, где спал Алекс. Осторожно уложил сына, поправил на нём одеяло. Алекс что-то сонно пробормотал, но не проснулся.

Когда Галли обернулся, Рози уже начала уходить к своей палатке.

— Рози, — тихо окликнул он. — Можно… я с тобой переночую?

Она на секунду замерла. Потом слегка кивнула и, не глядя на него, ответила:

— Пошли.

Они дошли до палатки молча. Рози откинула полог и шагнула внутрь. Галли последовал за ней, и как только она опустила ткань, он оказался к ней вплотную. Осторожно обнял сзади, медленно, будто боялся спугнуть момент.

— Я люблю тебя, — прошептал он у самого уха.

Рози на мгновение застыла, потом медленно повернулась лицом к нему и слабо улыбнулась:

— Я тоже тебя люблю.

Он аккуратно провёл ладонью по её щеке и мягко поцеловал. Потом они легли рядом. Несколько минут лежали молча, неловко, стараясь не задевать друг друга. Но через какое-то время Рози сама придвинулась ближе и обняла его. Галли крепко прижал её к себе, поцеловал в лоб.

— Люблю тебя, моя Рози, — шепнул он.

— И я тебя люблю, — ответила она, не открывая глаз, с улыбко