Глава 2.
Переступаю порог дома. Тётушка Джозефина ушла на работу, поэтому я могла без каких—либо опасений, что меня увидят за аптечкой и с бинтом в руках, обработать рану на животе. Удар обошёлся лёгким кровотечением, но отдавалось оно неприятной болью. Нет, сосед точно не специально ударил по моему ножевому ранению, ведь он не мог знать об этом.
У меня не всегда получается забрать свой выигрыш — не у всех проблемы со зрением, некоторые прекрасно понимают, что я мухлюю. Где—то я успеваю сбежать, благо, бегаю быстро, но где—то получаю. И мой живот тому пример. Рана начала уже заживать, но из—за удара пошло кровотечение и правый уголок разошёлся, пришлось зашивать.
Раздался телефонный звонок. На экране старенького смартфона высветилось имя моей подруги — Оливии.
— Да? — подняла трубку, ища в гостиной иголку с ниткой.
— Ты где? — невзначай спрашивает девушка. — Мы же договаривались на девять возле моего дома. Прошёл уже час, а ты так и не решила польстить меня своим вниманием, — наверное, она хотела выразить свое недовольство в голосе, но получилось жалобно.
С Оливией я знакома с самого переезда в Калифорнию. И она на самом деле очень чуткая и ранимая девушка, с привлекательной внешностью: русые волосы чуть ниже лопаток, большие серо—голубые глаза и милая улыбка, которая никогда не спадает с её губ. Эта девчонка готова помочь всем и всему, лишь бы все были счастливы. Она для меня стала самым родным и близким человеком, и я готова сделать всё, чтобы на её лице не было боли.
— Прости. Джозефина забыла выключить утюг, пришлось возвращаться обратно, — нагло вру, чтобы не волновать её. Ведь никто не должен узнать о моих ночных похождениях, даже лучшая подруга. Это моё прошлое, в которое я возвращаюсь практически каждый вечер. И это только мои проблемы.
— Всё хорошо? — взволнованно спросила Оливия.
Я улыбнулась, какая же она у меня наивная. Один из её минусов — она слишком все воспринимает близко к сердцу и её легко надурить.
— Да, но панталоны пострадали, — отшутилась я, еле—еле выдавливая из себя смешок, потому что игла уже вошла в кожу и это было жутко неприятно, но терпимо.
С другой стороны трубки послышался задорный смех. Я скривила подобие улыбки. Рада, что она счастлива.
— Дурёха, — я не видела её лица, но была уверенна, что та улыбается, а ее глаза светятся от счастья. — Тогда давай, я за тобой заеду, так будет быстрее?
— Да, хорошо, — ответила, просчитав, сколько времени займет зашить рану и переодеться в новую майку, потому что на моей красовался кровавый след.
Я не люблю лгать, но иногда приходится делать так, чтобы твои близкие люди были счастливы и в безопасности. Меня поймут только те люди, которым приходилось врать, ради своих любимых и родных. Я уже один раз потеряла родителей из—за своей глупости, потому что не могла говорить им неправду. И потерять уже новую семью я не намерена.
Перевязав живот бинтом, я сменила майку и даже успела перекусить бутербродом прежде, чем к моему дому подъехал коричневый «Седан». Я обрадовалась тому, что успела прибраться на кухне так, как Оливия прямиком зашла сюда и накинулась на меня с медвежьими объятиями.
Я застонала — русоволосая умудрилась задеть своим локтём мой живот.
— Что? Что такое? — в ее больших глазах читался искренний испуг. В моих — что вот—вот раскроется тайное, и рухнет весь мой мир.
— Ничего, просто у тебя слишком сильные руки, — попыталась выкрутится из этой ситуации.
Оливия странно прищурила глаза, а потом приняла какую—то позу из каратэ или самбо, издавая смешные звуки и бегая по всей кухне.
— Мне папа тоже говорит, надо записаться в секцию каратэ — вот думаю, — остановившись возле большой стеклянной вазы, которую тёте Джозефине подарили наши соседи, она приняла стойку и со всего размаху ударила по столу. Ваза с грохотом скатилась на пол и разлетелась на множество осколков.
— Упс, — воскликнули мы в один голос и тут же выбежали во двор, смеясь.
Кого—то сегодня ждет большая взбучка вечером.
— Куда поедем? — спрашиваю, смотря на то, как русоволосая перелистывает свой плей-ист. Остановившись на песне группы One Direction «Kiss you», наконец, отвечает:
— Поехали в торговый центр, посидим в кафе, поболтаем? — я лишь молча кивнула, и мы помчались вдоль шоссе.
Припарковавшись возле кафе «Вишенка на торте», мы направились занимать столик. Наше любимое место, возле окна, заняла шайка каких—то парней, и Оливия была крайне недовольна этому, поэтому ей захотелось отобрать у них место любой ценой.
— Оливия, стой! — пыталась схватить ее за запястье, но та ловко увернуламь и твёрдой уверенной походкой шагала к столику. — Ненормальная, — хмурюсь, но все равно плетусь следом за ней, чтобы она не отхватила себе проблем, хотя они уже гарантированы.
— Приветик, ребятки, — натягивает улыбку до самых ушей, приняв стойку локтями на столе. Те не сразу обратили на Оливию внимание. Лишь после громкого покашливания один из парней решил поинтересоваться, что ей нужно, ну как поинтересоваться...
— Чё те надо, куколка? — ухмыльнулся челкастый брюнет с легкой щетиной на овальнои лице.
Остальные из его компании заинтересовано разглядывали её наряд. Да, Оливия очень любит красиво одеваться. В основном, в ее гардеробе находятся одни платья разных тонов и фасонов, и вот сегодня наша дуреха решила вырядится в короткое красное платье в горошек, которое, видимо, очень понравилось нашим новым «знакомым».
— Мои дорогие, — специально сделала акцент на слове «мои» и с лицом серьезного прокурора продолжила, — вы не могли бы освободить наш столик?
Брюнет переглянулся со своими друзьями и с похотливым взглядом обратился к моей подруге:
— Моя дорогая, — пародируя ее, парень встал с места, обошел вокруг, рассматривая её фигуру, — ты не могла бы отсосать мне? — игривый подмиг и довольно не слабый удар ему между ног.
— Оу, — прошептал кто—то из его друзей. Никто с места не встал, все продолжили наблюдать за происходящим.
А Оливия не останавливалась, взяла со стола стакан с непонятным содержимым и вылила прямо на его волосы.
— Конечно, придурок!
— Лучше беги, дрянь! — прошипел в ответ незнакомец, вытирая тыльной стороной ладони стекающий коктель по лицу.
Я решила последовать его совету, подхватив подругу под руку, выбежала из кафе. Мы сели в салон, но как назло автомобиль не хотел заводится, а шайка парней, которые готовы нас разорвать, были уже совсем близко. Вдруг машина с диким рёвом завелась, но резко дала назад, задев чью—то спортивную иномарку. И снова заглохла. Как оказалось, это машина моего безумного соседа, который тоже не прочь потанцевать на наших костях.
— Совсем охренели? — о, лёгок на помине. Я посмотрела на него глазами, полного безразличия. Отремонтирует.
— Слушай, становись в очередь, а, — обреченно выдохнула, вылезая из салона. Видимо, от смерти не убежишь.
Тот злобно покосился на меня и прижал к дверце автомобиля, надавливая на шею.
— Не умничай, Эбби, это может плохо сложится для тебя, — грубый голос, пропахший перегаром, отдавался у меня в ушах эхом —этот придурок надавил на сонную артерию. Я стала брыкаться, но становилось только хуже.
Ко мне на помощь подбежала взволнованная Оливия. Банда челкастых решила, что эта битва проиграна и покинула нас.
— Отвали от неё, придурок! Мы оплатим тебе ремонт, — запищала она, пытаясь отпихнуть его крепкое тело от меня, но все было тщетно — он сильнее нас обоих.
Одним движением руки сосед оттолкнул её, как маленького муравья, и русоволосая упала на асфальт, смотря на меня заплаканными глазами. Ну и подонок!
— Значит так, ремонт оплатишь лично ты, — тот посмотрел на меня, ухмыляясь своим каким—то безумным мыслям, а затем взглянул на мою подругу, которая держится из последних сил, чтобы не зареветь во весь голос. Когда он присел на корточки рядом с ней, я смогла нормально дышать, — а ты, моя хорошая, сама виновата — нечего под горячую руку кидаться, ведь ошпаришься.
Он окинул нас в последний раз своим равнодушным взглядом, затем сел в салон и помчался по дороге. Вскоре его автомобиль скрылся за поворотом.
— Да, чтобы ты врезался в столб, придурок! — крикнула я вслед, как вдруг его машина снова подъехала к торговому центру. Я сглотнула, но как он...услышал?
— Да, кстати, ходи по темным переулкам ночью поосторожней, а—то знаешь, как бывает, одним ножевым не отделаешься, — подмигнул и снова скрылся за поворотом, оставив меня в полном замешательстве. И не меня одну.
— Эбби, — Оливия уже поднялась с асфальта и жаждала объяснений, — что это, чёрт подери, сейчас было?! О каком ножевом он говорил? Эбби?! — подруга трясла меня за плечи, пытаясь вытащить из лёгкого транса.
— Поехали домой.