28.
──────── ────────
Я открыла глаза и тут же увидела кучерявую светлую голову Сьюзи. Огромные сияющие глаза, ярко-малиновые губы — она уже была готова покорять этот вечер.
— Извини, что я так дерзко ворвалась в комнату... — извиняющаяся улыбка появилась на её лице, — Я пойду сделаю тебе чай. Будешь?
— Кофе. — улыбнулась я в ответ, — спасибо, что разбудила. Пойду в душ.
Сьюзи отошла, и я поднялась с кровати, стаскивая плотное одеяло. Под ним я проспала все эти долгие часы, так что сейчас ощущала себя такой грязной, что представить было тяжело.
Я взяла из шкафа одежду и полотенце. С первого этажа доносился мамин с Люком диалог. Краем уха я слышала, что они обсуждали тётю Люси. Маме не нравилось, что её, как ребёнка, оставляют с сиделкой.
— Люси не сиделка, она твоя подруга...
— Нет, Люк, вы оставляете её со мной, как с прокажённой!
— Боже... — промычала я вслух, закрываясь в ванной комнате и проходя в душ.
Горячая вода разбудила, но ясности уму не принесла. Дневной сон не особенно положительно влиял на жизнь, но я уже привыкла работать именно ночью.
Помывшись, я вернулась в комнату, застав Сьюзи, складывающую одеяло. Она напевала, а на столе уже стояла кружка кофе. Из неё тонкой струйкой шёл пар. Только сейчас я поняла, что ужасно голодна.
— Ты не думала, что наденешь? — Сьюзи посмотрела с явным интересом на низкий комод возле кровати, — Как видишь, я сегодня в простом.
С ярким макияжем неплохо сочетались брюки в пол и цветная рубашка с широким вырезом. Такой эффектной девушке, как Сьюзи, грех было не носить подобную одежду. Она идеально подчёркивала всё, что надо.
— У меня нет ничего слишком выходного. Есть старенькое простое платье. Я в нём ходила на свидания.
— Ого-го! Показывай!
Вместе с чёрным платьем до колена, с открытыми плечами, но и с рукавами, я достала из ящика и тонну воспоминаний: прогулки с Остином по ночному городу, мимолётные свидания после расставания, прохладные ночи и чужие куртки, чтобы не замёрзнуть...
— Какое классное! — хмыкнула Сьюзи, забирая платье из рук и переворачивая его, чтобы получше рассмотреть, — Как раз для вечера!
— Надеюсь, никто не соберётся танцевать, — усмехнулась я, — Во-первых, я не умею, а во-вторых...
— Давно не танцевала?
— Именно.
— И как давно у тебя никого не было? — Сьюзи отдала мне платье, и я присела на край кровати, — Извини, если слишком личное. Я люблю лезть не в своё дело.
— Нет, ничего личного здесь больше нет. Уже больше полугода — точно. Свидания меня уже не впечатляют. Да и не нравится никто.
Сьюзи промолчала, но по её взгляду и поджатым на пару секунд губам я поняла, что она замалчивает мысли.
Взяв кружку с кофе, я сделала глоток. Знакомый и приятный вкус, но немного больше сахара. Сьюзи выжидающе смотрела на меня, на что я рассмеялась. Её вид заставлял меня наполняться радостью — такой простой и искренней.
Я решила умолчать о сахаре. Кофе был прекрасным.
— Мы посидим, поужинаем, поговорим... — она говорила так, будто я в любой момент могу отказаться, но таких мыслей не было.
После душа, с кофе в руках, я уже чувствовала себя лучше, чем при пробуждении. Раньше мне казалось, что я с лёгкостью привыкну к дневному сну, но это было заблуждением — организму всё ещё было тяжело.
— Мы поедем все вместе? — спросила я.
— Да, нас всего четверо, так что... вместимся в моей машине! Я пойду, посмотрю, что там с мамой. Не волнуйся, ей уже лучше.
— Знаешь, ей подозрительно часто становится плохо. Так и с папой было. Но он сердечник...
— Эл, родная, — вдруг сказала Сьюзи, и я отчего-то резко успокоилась, — Она знает, что ты волнуешься, и волнуется за тебя в ответ.
— Со мной всё хорошо. Я в порядке.
Сьюзи смерила меня всё тем же задумчивым взором, смешанным с неподдельным интересом. Я подумала, что ей точно есть, о чём со мной поговорить.
Я отпила ещё кофе и повернулась к платью. Волосы уже высохли, а вот лёгкий мандраж схватил с новой силой, когда Сьюзи покинула комнату.
Надев платье, я без удивления обнаружила, что оно всё ещё по фигуре. Пусть я и была худой, но далеко не костлявой. Первый размер груди меня никогда особенно не волновал, так что в зеркало я смотрела с безразличием.
С серёжками было проще — бижутерия в виде гвоздиков тоже подходила. Я выбрала осенние полуботинки на шнурках, поправила торчащие волосы, пригладив их гелем, и вышла из комнаты.
— Только не ругайтесь! — почти хныкала Сьюзан, держа маму за плечи.
Я сразу посмотрела в сторону — там стоял Люк в голубой рубашке и таких же по оттенку брюках. Подавив улыбку, я глянула ещё и на маму. Она расстроенно надулась.
— В чём дело? — выдохнула я, подходя ближе и обнимая её.
Сьюзи отошла к Люку и шёпотом с ним заговорила.
— Алекс, я очень рада, что вы наконец-то собрались молодежью, но почему меня оставляют с сиделкой, я что, больная по вашему?
— Тётя Люси — твоя подруга! — я почти заговорила словами брата, — Почему ты так реагируешь?
Мама несколько секунд хмурилась, но потом выдохнула, сокрушенно и облегченно одновременно. Я заметила, как её плечи опустились, а дыхание успокоилось.
— Я просто устала, дорогая. Всё хорошо. Поезжайте, пожалуйста. Отдыхайте. А мы давно не виделись, вот я и вспылила. Мне показалось, что все вокруг хотят упрятать меня в дом престарелых как можно скорее.
— Мам, тебе даже шестидесяти нет... обещаю, в следующий раз мы поужинаем вместе...
— Конечно! — мама отпустила меня и посмотрела со стороны, не обделив вниманием и платье.
В глазах тут же заплясал азарт. Она думала о том же, о чём и я. Я давно не надевала платья. Даже на награждении Люка я была в простой одежде, но мама промолчала, давая мне догадаться о мыслях самой.
Я тоже об этом... хотела думать, но мыслей так далеко не пускала.
— Эл, поехали! — крикнул Люк с улицы, так что я, улыбнувшись маме ещё раз, больше сочувственно, чем иронично, побежала к двери.
Оказывается, весь день шёл дождь, а температура успела опуститься, так что асфальт так и не высох. Стойкий запах ливня и пыли витал насколько явно, что я почти захлебнулась собственным дыханием.
— Прохладно, да? — хихикнула Сьюзан, накидывая на мои плечи тонкую куртку, — ничего, мы сняли столик в помещении.
Люк возился в багажнике, а мы со Сьюзи стояли напротив. На улице было тихо и спокойно, кроме нас никого и не было.
Я всё ещё ощущала на себе этот взгляд ярко накрашенных глаз девушки: она то и дело поднимала голову, чтобы что-то сказать, но тут же опускала её.
— Ты же сказал, что мы уже едем? — спросила я Люка, на что он с досадой цокнул.
— Ещё пару минут. Ошибся.
— Без проблем. — я посмотрела на свои бледные ладони.
Синеватые вены виднелись под тонкой кожей. Я сразу вспомнила, как мы с отцом слушали музыку, и он говорил, что я вполне могла бы стать пианисткой и играть не хуже Грегга Роли.
— Эл? — позвала наконец-то Сьюзи, и я с готовностью повернула голову.
Именно в этот момент мне почудилось, что она готова сказать то, что так долго в себе держала. Я провела ладонями по бёдрам, разглаживая платье, и Сьюзи наконец-то заговорила. Так тихо, чтобы Люк, матерящийся на внутренности машины, не услышал:
— Я случайно подслушала разговор Люка и Джоша. Кажется, ты ему очень нравишься. Нет, не так... безумно нравишься.
Меня передёрнуло так, как обычно бывает в тот момент, когда пропускаешь ногой ступеньку. Либо когда надеешься, что она будет там, куда ты ставишь носок, а её там не оказывается.
Я словно пролетела через целую вечность, прежде чем смогла найти смелость для ответа.