Невеста дьявола

Последние деньки уходящего лета были невыразимо волшебны. Медленно холодеющее солнце пока еще радовало своим светом и теплом, небо было бледно-голубым, спокойным и чистым, почти что прозрачным. Листья на деревьях зазеленели ярче, цветы запахли сильнее, птицы запели громче — природа как будто отдавала самые лучшие краски, звуки, запахи перед увяданьем. Но все равно чувствовалось, что все вокруг уже потихоньку укутывало спокойствие и чинность осени. Ах, конец августа — неописуемо прекрасная пора!

В парке, за несколько кварталов от Паучьего тупика, было особенно хорошо. Он не пользовался особой популярностью у местных, потому как был мал и довольно запущен, но оттого там душе становилось только легче и спокойнее. Среди неухоженных, растущих самих по себе деревьев, травы, кустов можно было побродить и отдохнуть от вечной городской суеты и уличного зловония. К тому же, обстановка здесь располагает к приватным встречам. Все, кто хотел поговорить тет-а-тет, предпочитали уединенность маленького, спрятанного меж кирпичных домиков, забытого парка. И смеем заверить наших читателей, что демоны в этом случае отнюдь не исключение.

Откидывая ногой упавшие на дорожку листья и постукивая по камням черным зонтом-тростью, по парку неспешно прохаживался Велиар, а за ним семенил низкий человечек не самой приятной наружности: со спутанной гривой  волос, большеносый, лопоухий, обросший грубой щетиной — короче говоря, собака, превратившаяся ненароком в человека. Семенящая походка, сгорбленная шея и приподнятая голова (словно он учуял что-то), привычка держаться позади господина — ну точно собака в человечьем обличье.

— Монсеньор, мне это не нравится. Мне это совершенно не нравится, — говорил низкий человек. — Вы — герцог ада, король лжецов и хитрецов, желаемый всеми женщинами, повторяю, вы не должны заниматься столь низкими поручениями. Как! Подумать только! Чтобы вы просто так — просто потому, что так захотелось нашему Князю, — ухаживали за какой-то малолетней смертной да еще и не смели взять ее тело, ладно уж душу. Немыслимо! Монсеньор, я, клянусь рогами дьявола, готов вас молить на коленях, чтобы вы позволили мне первым посетить ее и заставить ее с радостью отдаться вам.

— Ты считаешь, что я не в состоянии сам с этим справиться, Филотанус? — грозно спросил задумчивый Велиар.

— Нет-нет, монсеньор! Ни в коем случае! Ваши возможности не подлежат никаким сомнениям. Простите меня, я просто возмущен донельзя. Я никак не могу понять, почему монсеньор мирится с такой несправедливостью со стороны нашего великого Князя и бездействует.

Велиар остановился возле скамейки; зонтом смахнув с нее всю грязь, он сел и закинул ногу на ногу, а голову поднял к верхушкам деревьев.

— Берегись, Филотанус, за твою неосведомленность я тебя разжалую и отправлю собирать души вместо Дракуса, — спокойно сообщил Велиар и сверкнул черными глазами на своего помощника.

— Как, милорд! — воскликнул струхнувший демон. — Помилуйте! Какая же может быть неосведомленность?

— По-твоему я бездействую?

Филотанус, кажется, растерялся. Он съежился и подобрал руки с короткими пальцами к груди.

— Монсеньор, вы же знаете, что по части изворотливости и словесной ловкости вы меня превосходите во много раз, — забормотал он. — Я совсем не умею разбирать скрытый смысл. Поэтому прошу вас, не мучайте меня — скажите все как есть. Я в чем-то провинился?

Велиар совершенно внезапно расхохотался. Но смех этот очень быстро стих: демоны не имеют привычки долго смеяться. А все потому, что их смех не бывает искренним.

— Вот за что я тебя люблю, хитрец, так это за твою простосердечность! — сказал Велиар, кладя на колено зонт. Филотанус почтительно склонил голову, но герцог успел заметить в его глазах довольный проблеск.

— Итак, мой друг, можешь умерить свое возмущение, ибо я не бездействую, — продолжил Велиар. — И сегодня я позвал тебя с собой, чтобы ты мне кое в чем помог.

— Слушаю вас, монсеньор, — проговорил Филотанус, вновь опуская голову.

— Князь меня оскорбил, — растягивая свою речь, продолжал Велиар, постукивая длинными пальцами по зонту, — и, будь уверен, это оскорбление я не забыл. Прямо сейчас, пока мы с тобой разговариваем, там, — демон стукнул ногой по земле, — происходит нечто занимательное. Ты, возможно, успеешь посмотреть на завязку первого акта моего спектакля, если быстро выполнишь мои поручения...

— Не сомневайтесь, монсеньор, все будет выполнено за самое краткое время, — не удержался и сказал Филотанус.

— Хорошо. Я в тебе не сомневаюсь. Так вот, — Велиар растянул губы в ухмылку. — Князь будет слишком занят, чтобы присматривать за девчонкой. И я успею взять то, что мне причитается за услуги, оказанные ему, пусть против его воли. Отправляйся сейчас же в кафе «Кофе и шоколад», что в другом конце города, и сделай так, чтобы меня там принимали за уборщика...

— Уборщик! — вскричал и даже подпрыгнул от праведного негодования Филотанус. — Вы, милорд? Вы?!

Велиар сделал быстрый знак рукой, чтобы его не перебивали. Филотанус тотчас замолчал.

— Да, за уборщика. Но ровно на один день. Завтра обо мне никто не должен помнить — это важно и необходимо.

— Слушаюсь.

— Затем отыщи где-нибудь неподалеку мне бедную квартиру на ночь: такую, чтобы сложилось впечатление, что я последний нищий в этом городе.

— Понял, монсеньор, — кивнул головой Филотанус. — Неважно, каким образом добыть вам квартиру?

— Абсолютно неважно. Делай, что хочешь, только быстро. Я непременно желаю, чтобы к десяти часам квартира была в моем распоряжении.

— Квартира будет в вашем распоряжении не более, чем через два часа.

— Хвалю. Но не забудь: главное, чтобы эта квартира кому-либо принадлежала и чтобы на следующий день она была вновь в руках законных, — Велиар хмыкнул, — хозяев.

— Будут еще приказания? — спросил Филотанус.

— Нет, это все... Хотя погоди, — остановил его герцог. — Как только закончишь, дай мне знать и отправляйся в ад. Следи за всем, что там происходит. И если Князь соберется на землю, предупреди меня.

— Все будет исполнено, монсеньор, — сказал Филотанус и поклонился. Велиар взмахом руки отпустил своего помощника, и тот засеменил прочь от лавочки, а перед поворотом дороги к выходу из парка попросту исчез. Велиар же остался сидеть, запрокинув голову и следя за тем, как выкатывается на небо желтый диск солнца. Он едва двигал губами и, улыбаясь и посмеиваясь, повторял раз за разом нараспев: «INRI, INRI, INRI... Igne natura renovatur integra... INRI, INRI».*

— Да, славно выдумано, славно, — проговорил он, беседуя сам с собой. — Нет, все же люди не так уж плохи. Как звучит! Потрясающе! Вот вам, господа святоши, и наш ответ.

В этот момент мимо лавочки, где сидел демон, прошла молодая, с виду счастливая пара — молодожены. Девушка и парень держались за руки и о чем-то разговаривали, на сидевшего на лавочке мужчину они не обратили особого внимания. Но зоркий Велиар заметил, что, однако, парень крепче сжал руку своей возлюбленной, будто побоявшись, что такой статный мужчина легко отберет ее.

— Ревнив, самовлюблен и несдержан; алчна, расчетлива и не менее самовлюбленна, — сказал он достаточно громко, и двое удивленно оглянулись на него, после чего ускорили шаг. — А на этом можно нехило сыграть, тем более у нас есть время.

Велиар проводил их насмешливым взглядом, и когда пара чуть отдалилась, щелкнул пальцами. Из сумки девушки выпало несколько листков и разлетелось по дорожке. Но двое были столь увлечены друг другом, что не заметили и этого.

— Все надо делать самому, — хмыкнул Велиар и встал с лавочки. Письма, а это были именно письма, оказались у него в руках.

— Девушка! Девушка, вы потеряли! — окликнул он. Молодожены остановилась и удивленно обернулись. Красивая загорелая блондинка, заметив в руках у демона несколько писем побледнела и заметно занервничала.

— Вы обронили, — очаровательно улыбнулся Велиар и подал письма девушке.

— Это не мое, сэр, — пробормотала она и отвела его руку. — Вы, наверное, ошиблись.

— Ошибся? Но разве вас зовут... — удивился герцог и развернул одно из писем, — не Джулия?

Девушка смутилась и по румяным щекам пошли белые пятна.

— Что это такое, Джу? — нахмурился парень.

— Это... это от мамы, любимый.

— Удивительно! — воскликнул Велиар, подумав про себя: «Она еще и глупа».  Вслух он продолжил: — Я никогда не знал, что женщину могут звать Том.

— Что? — прорычал парень и покраснел до корней волос. Он нетерпеливо вырвал из рук демона письма.

— Нет, нет, милый! — девушка попыталась выхватить письма у новоиспеченного мужа, но он грубо на нее прикрикнул.

— Ну что же вы так сразу распаляетесь? — мягко, с укоризной произнес Велиар. — Может быть, я просто перепутал, и Томом зовут отца... или брата вашей супруги...

— Или любовника! — вскричал парень, лихорадочно читая письма. — Я так и знал! Так и знал, что ты мне изменяешь!

— Милый, прошу тебя, давай не при людях, — почти шепотом попросила девушка, косясь на Велиара.

— Не при людях?! — продолжал буйствовать обманутый муж. — Нет, пусть все знают, какая ты шваль!

Он занес руку, явно намереваясь ударить девушку, однако Велиар уверенно остановил его, схватив за запястье. Парень не без удивления посмотрел на, казалось бы, слабого мужчину. Он не ожидал от Велиара проявления такой силы.

— Во-первых, — строго сказал демон, — женщину бить нельзя ни при каких обстоятельствах, что бы она ни сделала и какой бы швалью не была. Во-вторых, — тон его стал плавным, а глаза загорелись зловещим огнем, — что же вы на нее ополчились, когда вы сами виноваты? Вы ведь тряпка, слабак, не способный обеспечивать прелестную Джулию. А выживать как-то надо... Не это ли вы вчера говорили Тому? — Велиар, ухмыльнувшись, повернулся к несчастной девушке. Она вся тряслась и испуганно смотрела то на мужа, то на пугающего неизвестного, который только что повторил ее собственные слова.

— Так, значит, ты с ним из-за денег?! — взревел вконец доведенный ревнивец. Велиар, блаженно улыбнувшись, отошел чуть в сторону и сложил обе руки на деревянной, полированной ручке зонта.

— Кого ты слушаешь, милый? — взвилась бойкая Джулия. — Какого-то проходимца, какого-то...

— Заткнись! — оборвал ее парень. — Продажная шлюха! На работу она ходит! Ночные дежурства у нее!

— А что, вы думаете это не работа? — вмешался Велиар. — Очень даже работа, уверяю вас.

Парня это реплика добила. Он раздувал от гнева ноздри, как загнанный конь, и сжимал до побеления кулаки, смотря налитыми кровью глазами на изменницу. Наконец он бросил письма, стащил с пальца кольцо и яростно наступил на него ногой.

— Нет, постой, дорогой! — надрывалась девушка, пытаясь остановить своего молодого муженька. — Пожалуйста, послушай! Это все неправда, все ложь!

— Ба! Вот чудеса! — воскликнул Велиар, всплеснув руками. — Скажешь правду — обвинят во лжи; солжешь — и все поверят.

Демон с ухмылкой на тонких устах наблюдал за девушкой, которая теперь стала строить из себя пострадавшую. Она никак не могла угомониться и все кричала вслед парню гадости:

— Сам виноват! Ты ни черта не умеешь! Ничего не делаешь! Вот и вали, слабак! Жалкий слизняк!

Наконец парень скрылся, и девушка угомонилась. Она тяжело дышала и гневно смотрела вслед ушедшему, кривя рот. Тотчас за ее спиной возник Велиар и прошептал на ухо:

— Согласен, он слабак во всем. И предположить не могу, как женщина, подобная тебе, решила быть с ним... Все же удобно, что разводы сейчас — дело плевое, не то что раньше. Правда, раньше мне больше нравилось... Ведь уставшим, измучившимся женам приходилось травить, колоть кинжалом, отправлять на виселицу своих надоедливых мужей, и все они: и жены, и мужья — доставались нам.

— Что? — девушка порывисто обернулась, а Велиар отпрянул. — Кто ты вообще такой? — презрительно спросила она.

— Я-то? — улыбнулся демон. — Я Велиар — владелец сети ресторанов в Лондоне. Если хочешь, я покажу тебе, как живут успешные мужчины. У меня замок... коттедж, — поправился он, — здесь, совсем недалеко от города...

— Вы приглашаете меня? — услышав о том, что перед ней человек небедный, девушка вновь вспомнила о вежливости.

— Да, на ужин завтра часиков в девять. Я ведь так неловко с этими письмами разрушил вашу с мужем идиллию. И я хочу загладить свою вину...

— Что вы, что вы, — поспешила сказать девушка. — Все в порядке. Давно пора было порвать с этим придурком.

— Вот и хорошо. Тогда завтра жди письма с моим адресом, — жестче сказал Велиар и отвернулся, собираясь уйти.

— Куда ты? А разве...

— Я спешу, — нетерпеливо бросил демон. Завтрашняя ночь была устроена, и потому Велиара Джулия более не беспокоила. Он даже не обернулся на ошеломленную девушку, спокойно прошествовав до выхода из запущенного парка. Там он остановился и взглянул на небо.

— Опаздываем, — проговорил Велиар. Он, прежде убедившись, что на него никто не смотрит, легонько ударил зонтиком по земле. Вместо Велиара около входа в парк возник улыбающийся, бедно одетый парнишка. Он поводил плечами, покрутил головой и размял ноги, словно привыкая к телу. Затем щелчок пальцами, секунда — и скромный Деви уже стучался в дверь дома номер восемь в Паучьем тупике.

***

Адель, услышав стук, быстро поднялась с дивана и пошла открывать дверь. Она уже заранее знала, что это Деви, потому что, кроме него, никто этот дом не посещает. Так и было: на пороге стоял юноша и держал в руках чахленький букетик цветов.

— Привет, Адель, — улыбнулся он с той же неуверенностью и протянул цветы волшебнице. Она поблагодарила за них, сказала, что, в общем-то, не стоило тратиться, и тепло обняла Деви. Попросив подождать пару минут, Адель вернулась в свою комнату, поставила цветы в воду, переоделась и собрала сумку. Деви не двинулся с места, пока девушка не спустилась к нему.

— Какие на сегодня планы? — спросила она, поднимая взгляд на высокого юношу.

— Ну, смена у меня начинается в шесть часов. Пока можем пойти покушать или погулять где-нибудь, а потом, знаешь, я всегда хотел сходить в музей мадам Тюссо. Но как-то времени не было.

— А мы успеем в музей-то? — засомневалась Адель. — Ведь сейчас уже начало второго. Если мы зайдем пообедать... это займет часа полтора... Ну, допустим, в три мы закончим. Плюс час на дорогу. В четыре мы будем там, а в пять уже надо выезжать. Всего час...

— Ну и что? Час так час. А потом я свожу тебя к себе на работу. Там ты тоже перекусишь, а мне, может быть, удастся отпроситься пораньше, и мы еще погуляем. Ты ведь меня подождешь, если что?

— Конечно, — ответила Адель и взяла юношу под руку. Молодые люди, занятые разговором ни о чем, вскоре свернули к ближайшей автомобильной дороге, где сели на автобус.

Время пролетело очень быстро. Адель всегда его не доставало, когда они выходили гулять с Деви. Что-то было цепляющее и незаурядное в этом, вроде бы обычнейшем, мальчишке. Хотя с первого взгляда он казался простоват, неискушен и необразован, Адель часто замечала в его речи действительно умные мысли. С тех пор как Деви познакомился с ней, он тоже заинтересовался историей, начал, видимо, что-то читать и рассказывать удивительнейшие и ранее неизвестные факты Адель. Порой она слушала его с открытым ртом и все пыталась выяснить, откуда он столько знает. Но Деви только скромно улыбался и отвечал, что недавно заходил в библиотеку.

Вот и сейчас, стоило им войти в музей и увидеть первые восковые фигуры, как у Адель по беглым комментариям юноши складывалось впечатление, будто Деви этих людей лично знал. Иногда он останавливался перед фигурами давно почивших королей и глядел на них, глядел, а глаза его темнели, и он как бы случайно ронял: «Ох, скольких погубил якобы неверных, еретиков... скольких до смерти запытал... Но не бывает верующих-еретиков. Что гугенот, что католик, что православный, что мусульманин — все одно. Люди не делятся согласно вере, они делятся на добрых и злых, и то не всегда... Да уж, скольких погубил...» А после тихо, совсем неслышно добавлял: «Нам на радость», — и, едва улыбнувшись, отходил прочь от немой восковой фигуры. Адель не могла не заметить перемен, произошедших с Деви после злополучного похода в церковь. Он стал более серьезен, меньше улыбался и все чаще говорил странные вещи. Из головы Адель никак не выходили слова Астарота о Велиаре. Она, конечно, в некоторые моменты подозревала, что Деви — это очередной «подарок» от Дьявола. Но Адель столько книг проштудировала о Велиаре и о демонах в принципе, и в каждой из них говорилось, что демоны имеют два облика: настоящий, то бишь демонический, и человеческий. Везде было сказано, что демоны могут управлять людьми, но не вселяться в них. Несомненно Адель помнила, как Князь вселился в Снейпа, но то был Дьявол, а он всемогущ. Возможно, что Деви подвергся только влиянию Велиара. Но зачем? И разве стоило этого опасаться? Адель пребывала в недоумении и, сказать откровенно, старалась меньше думать об этом. Мало с кем она могла общаться так же тепло, как с Деви. Какая разница, демон он или нет? Может быть, у нее развилась просто паранойя, и все странности в Деви — это ее собственные выдумки. И Адель действительно часто предполагала такой вариант. Да и как с такой жизнью не свихнуться?

Адель не стала зацикливаться на подобных предположениях и, плюнув на все, просто стала наслаждаться совместным времяпрепровождением. Все же это было намного приятнее и проще. Порой можно послать все проблемы далеко и надолго и позволить себе плыть по течению. Наконец, музей был увлекателен, в нем было что посмотреть, тем паче Адель не знала, когда еще сможет сюда попасть. Адель решила просто забыть обо всем и вести себя как никогда легкомысленно.

Вместе с Деви они обошли достаточно много залов, но, конечно, весь музей было не объять. В пять часов хочешь не хочешь, а надо было уходить, чтобы Деви не опоздал на работу. Юноша, как и обещал, пригласил с собой Адель.

Кафе «Кофе и шоколад» оказалось вполне приятным и приемлемым заведением. Хоть оно и располагалось у черта на куличиках, но тем не менее заработало себе хорошую репутацию среди местных. Люди с удовольствием проводили здесь, в довольно уютном кафе, свое свободное время за чашкой кофе и обсуждением последних событий.

На Адель кафе произвело очень хорошее впечатление. Как только они вошли, их встретил радушный официант. Завидев Деви, он улыбнулся шире, поприветствовал друга и похлопал по плечу.

— Эге! Да ты не один, как я погляжу, — белобрысый официант подмигнул парню и многозначительно скосил взгляд на девушку.

— Ну да, — смутился Деви. — Это Адель, моя подруга...

— А я Макс, — представился молодой человек. — Вам нужен столик?

— Столик для Адель, — поправил Деви. — Она, наверное, подождет меня.

— Подожду, подожду, не волнуйся, — хмыкнула волшебница.

— Слушай, как думаешь, у меня есть шансы уйти пораньше? — спросил меж тем Деви у друга. Тот неопределенно пожал плечами, а затем хитро улыбнулся.

— Спроси у Сэм. Может, она согласится подменить тебя, — посоветовал Макс и тотчас предложил Адель пройти к столику. Он усадил ее, подал меню и уволок Деви в какое-то подсобное помещение. По-видимому, Максу не терпелось обсудить с другом новую подружку.

Но Адель долго одна не осталась. К ней тотчас подлетела старая знакомая Кристи и, оглянувшись по сторонам, чтобы начальство не застукало, села рядом и принялась выспрашивать у Адель, что да как. Волшебница совершенно не была рада появлению трещотки, но отделаться от нее не удавалось. Мы не знаем, где прибывало начальство кафе и куда оно вообще смотрело, но Кристи умудрилась просидеть с Адель почти три часа. За это время волшебница успела проклясть все на свете. Спрашивается, зачем ей знать, где сейчас распродажи? Или в каком магазине косметика дешевле? Или какие цвета будут модными в этом сезоне? Но с другой стороны был в этом во всем и положительный момент — с помощью болтливой Кристи время пролетело как-то совсем незаметно. Адель то ли показалось, то ли время взаправду ускорило свой ход. Вроде бы она только-только зашла в кафе, даже пирожное съесть не успела, и на улице было еще совсем светло — а вот уже на город спустилась тьма, и часовая стрелка часов остановилась на цифре девять.

Проследив за слегка удивленным взглядом отвлекшейся от беседы Адель, Крис тоже оглянулась на часы.

Ее, похоже, нисколько не смутил тот факт, что три часа она вместо того, чтобы работать, сидела и премило разговаривала с подругой.

— Ну так что? — вновь заговорила Крис, поворачиваясь к Адель. — Как думаешь, стоит мне соглашаться или лучше послать его?

— Что, прости? — переспросила Адель, рассеянно отламывая от пирожного кусочек.

— Эй! Ну ты меня вообще слушаешь? — возмутилась Крис.

— Слушаю, — так же рассеянно отозвалась девушка. Она давно потеряла интерес к разговору и думала, как бы поскорее уйти подальше от этой Крис, чьи глаза блестели истинно ведьминским огнем. 

— Ну так вот, — продолжала Кристи. — Джек, конечно, болван, но зато он любит меня и деньги у него есть... Я уж совсем не знаю, что делать! Ты представь, как мне с ним на люди появляться? Он же страшный, как черт из Преисподней, ей-ей черт!

По коже Адель при таком странном сравнении мурашки пробежали по спине. Тем более, что сравнение было несправедливо: Джек, который когда-то в парке выручил их, совсем не был страшен. Конечно, и красавцем он не был, но и чудовищем его тяжело назвать.

— Черт из ада? — как можно естественнее усмехнулась Адель. — А ты думаешь, черти так ужасны на вид?

Кристи только собралась ответить, как рядом возник уже переодевшийся в повседневную одежду Деви. Он лишь на секунду задержал взгляд на Кристи, но она сразу умолкла.

— Ты как обычно, Крис, — бездельничаешь, — покачал он головой. 

— Ой, ну хватит занудничать, — отмахнулась красавица. — Ты чего, кстати, пришел? — злобненько поинтересовалась она, явно недовольная тем, что Деви помешал разговору.

— Меня отпустили пораньше, — радостно сообщил юноша. — И я пришел забрать Адель. Пойдем?

— Да, давай. Прости, Крис, мы пойдем.

Кристи недовольно фыркнула, и Адель быстро встала из-за стола. Тут появился Макс, подал счет. Девушка отсчитала нужную сумму, тепло попрощалась с друзьями Деви и покинула гостеприимное кафе.

***

— Дьявольщина, я ненавижу эти чертовы автобусы! — воскликнула Адель, когда ее в очередной раз подбросило чуть ли не до потолка.

— Тут недалеко, — ответил Деви. — Можем и пешком пройтись.

— Отличная идея, — пробурчала Адель, хватаясь за спинку стоящего впереди кресла. Автобус еще минут пять ехал по дороге, мотаясь из стороны в сторону и дребезжа так, словно вот-вот развалится, и наконец достиг остановки. Двери со скрежетом раздвинулись, и Адель буквально вылетела из ненавидимого всей душой автобуса. Ее ужасно укачало, и недавно съеденное пирожное просилось наружу. Ощущения были такие же, как при трансгрессии: перед глазами все плыло, а живот скручивало.

— Как ты? — обеспокоенно спросил Деви, когда Адель в бессилии схватилась рукой за столб придорожного фонаря.

— Отвратительно. Но это пройдет, — сказала она, глубоко дыша.

— Пойдем ко мне домой, это недалеко, — предложил Деви.

— Мой дом тоже недалеко.

— Но мой ближе.

— Деви, не надо. Уже поздно, а мне завтра рано вставать. Я лучше к себе.

— Адель, ну может все-таки...

— Нет, Деви, — резко сказала Адель, которая пребывала не в лучшем расположении духа. — Я сказала: нет. И это мое окончательное решение.

— Ну как хочешь, — обиженно ответил юноша. — Ты просто плохо выглядишь... Может, температура?

Деви протянул руку и дотронулся до лба Адель. Ее как молотком по голове ударили. В одно мгновение в глазах померкло, лицо юноши, дорога, дома — все исчезло, все заволокла вязкая тьма. Девушка судорожно вздохнула и обмякла.

— Тш-ш-ш, аккуратненько, — прошептал Деви. Он подхватил начавшую падать Адель и с превеликой осторожностью, поддерживая под руки, усадил ее, облокотив спиной на столб. Через секунду Деви исчез, и черный герцог Велиар, явившийся заместо него, слился с темнотой.

— Иисус меня крести, как от этих идиотских улыбок скулы сводит, — пробормотал он, сжимая пальцами уставшие скулы. — Нет, столько улыбаться нельзя.

Встряхнув длинными волосами и осмотревшись вокруг, демон легко подхватил бесчувственную и мертвенно-бледную Адель на руки. Прижав ее покрепче, он крутанулся и пропал с плохо освещенной улицы, чтобы через миг оказаться в ветхой, грязной квартире в одном из старых домов. Квартира эта состояла из одной комнатушки, кухоньки да крохотной ванной. Велиар, мысленно похвалив своего помощника, расторопно выполнившего приказания,  широкими шагами зашел в комнату, где стояла только одна прогнувшаяся кровать с дырявым матрасом да разваливающийся шкаф. Велиар легонько пнул кровать носком сапога, и она увеличилась ровно в два раза. Он осторожно уложил Адель на постель, а сам быстрым взглядом обвел комнату. Демон избавился от всего лишнего, как: таблетки, лежащие на тумбочке, записки, написанные дрожащей рукой, бутыли из-под лекарств — все, что могло бы выдать, что эта квартира принадлежит пожилому человеку. После небольшой уборки Велиар наколдовал себе вина и опустошил один бокал. Отставив бокал на тумбочку и облизнув губы, Велиар склонился над девушкой. Он приподнял ее подбородок и провел носом по шее, пытаясь прочувствовать запах своей жертвы. А нюх у демона был, как у пса. И он почувствовал дух Сатаны. Демон сдвинул брови, плохо понимая, в чем дело и отстранился. Однако он слишком далеко зашел, чтобы останавливаться. Ухмыльнувшись, Велиар принялся расстегивать свой кафтан с крупными пуговицами. Он небрежно отбросил предмет одежды на пол и взялся за полы белой рубашки, намереваясь стянуть ее через голову.

— Послушай моего совета, Велиар, и лучше не трогай ее, — раздался за спиной демона спокойный голос. Велиар недовольно обернулся и увидел Астарота, оперевшегося плечом на косяк двери.

— Ну что ты здесь забыл? Проваливай, Астарот. Я же тебе не мешаю развлекаться, — недовольно ответил Велиар, сняв рубашку и откинув с лица волосы.

— Когда же ты вежливости научишься, Велиар? — покачал головой Астарот.

— Когда ты сдохнешь, не раньше, — прошипел раздраженный демон. Астарот на этот выпад только презрительно усмехнулся, но глаза его предостерегающе зазолотились, когда Велиар навис над девушкой.

— Повторяю: не делай глупостей. Князь тебе и так голову оторвет за то, что ты ему в аду устроил. Да, Велиар, твои помощники попались, и тебе ох как несладко придется, когда Князь освободится и разберется с тем разгромом, в котором ты повинен.

— Так ты от него, что ли? — прошипел Велиар, оборачиваясь к Астароту, у которого глаза сделались ярко-желтого цвета и светились, как два фонаря.

— Нет, я по старой дружбе пришел предупредить тебя. Мне будет очень жаль, если ты покинешь нашу плеяду. А это случится, если ты осквернишь Адель, поверь мне.

Велиар распрямился и слегка успокоился. Увидев, что герцог готов спокойно слушать, глаза Астарота погасли.

— Ты считаешь, что я должен отказаться от нее? — спросил Велиар, нахмурившись.

— Безусловно, — твердо ответил Астарот. — Тем более что ты и без того придумал, как отомстить Сатане. Я, конечно, не одобряю этого, но от тебя другого ждать не приходится.

— Князь меня в церковь загнал, понимаешь? Ты посмотри, что с моими руками после этого, — прохрипел Велиар и выставил вперед обе руки, на которых виднелись побледневшие черные следы.

— Князь волен делать, что ему заблагорассудится. И если бы ты более покладисто и без выкрутасов выполнял его поручения, все было бы иначе, — хладнокровно ответил Астарот, в то время, как Велиар кривился и, казалось, хотел от злобы разнести всю скудную мебель в комнате.

— В общем, кто предупрежден, тот вооружен, — спокойно заметил Астарот. — А дальше думай сам и решай сам.

Астарот ударил своей тростью с набалдашником в виде головы дракона с разинутой пастью и пропал. Велиар знал, что предупреждениями Астарота лучше не пренебрегать, потому он прикрыл глаза, успокоил свое бушующее существо и, щелкнув пальцами, оказался в облике Деви. Юноша, поправив драные перчатки, коснулся кончиками пальцев лба Адель. Ее веки дрогнули, и она с трудом открыла глаза.

— Что случилось? — спросила она заплетающимся языком и попыталась подняться.

— Ты потеряла сознание, — со странным разочарованием ответил Деви. — Я принес тебя к себе домой. Ты как?

— Голова раскалывается.

Адель потерла рукой лоб и села, свесив ноги. Она оглядела комнату. В другое время волшебница поразилась бы бедности, в которой живет юноша. Но сейчас на это просто не было сил. Деви, желая помочь подруге, вышел из комнаты и вернулся уже со стаканом воды и таблеткой от мигрени. Адель покорно приняла лекарство, после чего Деви отвел ее в ванную, чтобы она умылась.

— Ты сам-то в порядке? — вытерев лицо, спросила Адель, когда заметила подавленное состояние друга и неизвестно откуда взявшуюся бледность.

— В порядке. Просто за тебя испугался. Идем, я постелю тебе в комнате.

— Мне нужно домой. Прости, но я правда не могу остаться, — проговорила Адель. Хотя она не представляла, как будет добираться до дома. Но у Деви она оставаться точно не хотела. Поэтому и врала.

— Тогда я провожу тебя, — безапелляционно заявил Деви. Адель чувствовала себя такой убитой, что едва шевелила ногами. Юноша, заметив это, подхватил Адель под руку.

— А дверь закрыть, Деви? — удивилась она, заглядывая за плечо своего спутника, когда они вышли из дома.

— Да пускай, — отозвался Деви, просто захлопнув дверь ногой. — Там красть-то нечего.

Адель еще раз упрекнула юношу в его безответственности и замолчала. В голове еще стучало, но таблетка действовала, и боль постепенно проходила.

Друзья шли молча. Шли долго. Адель все дивилась тому, каким бледным стал Деви. У него, кажется, даже появились круги под глазами, которых ранее никогда не было. Пожалуй, сейчас стоило помогать ему, а не Адель. Несколько раз за время пути девушка замечала, что Деви пошатывает, как пьяного, и ноги его плохо держат. И это при том, что совсем недавно он таскал ее, бесчувственную, на руках.

Прошло около получаса, когда Адель начала узнавать знакомые улочки. Им оставалось пройти приблизительно один квартал. И девушка вполне могла совершить этот путь в одиночестве. Ее сильно беспокоило состояние Деви.

— Слушай, иди-ка ты домой, — не выдержала наконец Адель.

— Зачем? — пожал плечами Деви. — У меня просто живот немного крутит, наверное, съел чего-нибудь не того.

— Вот и иди домой. Отлежись, выпей лекарств.

— Адель, пока я не передам тебя в руки твоего дяди, я никуда не уйду.

Адель вздохнула, но делать было нечего. Деви тоже еще тот упрямец. И Адель уже давно поняла, что он от нее просто так не отстанет и, пока она не будет в безопасности, не покинет ее.

Улицы были пугающе тихи и пусты. И ни Адель, ни Деви не нарушали эту страшную, жуткую атмосферу. Сердце Адель жглось в груди в непонятном страхе. И боялась она не за себя — за Деви, которому еще домой идти в ночи. Она на секунду подумала: не пригласить ли его переночевать в Паучьем тупике, но Снейп бы точно этого не позволил. Но тогда девушка решила, что она хотя бы вынесет Деви пару лекарств из запасов зельевара, а то юноша был совсем никакой.

Когда они дошли до дома номер восемь в Паучьем тупике, Адель пригласила Деви зайти домой. Он отпирался, но его протесты были как никогда нерешительны. Взгляд юноши потух, но глаза блестели, как в лихорадке. Адель заметила это только при свете лампы, и, признаться, не на шутку испугалась.

— Жди здесь, я сейчас найду дядю... — приказала она и заперла дверь. Юноша слабо улыбнулся. Адель, оставив его в прихожей, зашла в темную гостиную. По всей видимости, Снейп был или в лаборатории, или на втором этаже, потому что на первом этаже не было света.

— Сейчас, — бросила на ходу Адель, поднимаясь по лестнице. Она была уже на верху, уже занесла руку, чтобы постучать в дверь, отделяющую ее половину от половины Снейпа, как снизу до нее донесся глухой удар, как будто уронили что-то тяжелое. Девушка оглянулась и, предчувствуя неладное, сбежала вниз.

— Деви! — вырвалось у Адель, когда она увидела, что юноша в бессознательном состоянии лежит на полу. Из носа у него текла кровь. Девушка подбежала к Деви, проверила пульс и, нащупав биение, приподняла его голову.

— Дьявольщина, — прошептала она, почувствовав, как пальцы окунулись в липкую кровь на затылке Деви. Кровь была и на уголке тумбы.  Похоже, Деви ударился головой, когда падал. Рана точно была несмертельной, Адель больше волновала причина, по которой он рухнул в обморок.

Девушка поднялась и побежала в лабораторию. Если бы Снейп был в своей комнате, то давно бы уже услышал, что происходит внизу и задал бы Адель трепки. Поэтому она отправилась именно в лабораторию. И точно: половик был откинут, и люк оставался неприкрыт. Адель, сев на колени, забарабанила по нему кулаками.

— Сэр! Сэр! Профессор Снейп, вы там?

Люк открылся, и из подвала показался Снейп.

— Что вы так орете, Ансо? — проворчал он. — Я занят.

— Сэр, помогите, — попросила Адель. — Там Деви, ему плохо. Зелья нужны.

— Где? У меня дома?

— Да, у вас дома. Профессор, пожалуйста.

— Я не собираюсь переводить свои зелья на этого магла, — Снейп собирался закрыть люк, но Адель не позволила.

— Сэр, я вам эти зелья возмещу. Не зельями, так деньгами. Только, пожалуйста, сделайте что-нибудь.

— Ладно, — пробурчал Снейп, — что с ним?

— Он жаловался на боль в животе. Сейчас в обморок упал. У него кровь из носа, он бледен, и еще он несильно ударился головой.

Снейп неохотно спустился обратно в лабораторию. Там он взял несколько флаконов и бутылок. Ему претила мысль помогать Деви, но Ансо ему покоя ведь не даст. Да и оставлять парня без помощи — это уж слишком цинично. Поэтому Снейп вынес зелья в гостиную, расставив их на столе. Затем он отлевитировал Деви на диван в гостиной. Адель в то же время сбегала в ванную и набрала воды в тазик, чтобы смыть кровь.

— Оставьте это, и не мешайте мне, — сказал Снейп. — Лучше идите в лабораторию и на всякий случай сделайте Рвотное зелье. Надеюсь, не надо объяснять, как его варить?

Адель ничего не ответила и поспешила в лабораторию. На приготовление зелья должно было уйти не больше десяти минут, если все делать быстро и правильно. Адель так часто следила за работой профессора, что сама невольно понабралась всяких тонкостей. Она подмечала, как он держит ножик, когда режет ингредиенты, как он отмеряет на глаз нужное количество зелья, как успевает следить за несколькими вещами сразу. Поэтому сейчас сварить нужное зелье не составляло для нее сложности, тем более, что Адель имела превосходную память, иначе бы историка из нее не вышло.

Волшебнице пришлось снять с горелки котел, в котором Снейп готовил свое зелье, и установить новый, поменьше, прежде наполнив его водой. Она успела неплохо изучить лабораторию в доме Снейпа и сходу нашла нужные ей ингредиенты. Барская ее натура, то есть совершенно брезгливая, противилась тому, что надо доставать голыми руками из мерзкой жижи крысиные глаза и из банки, наполненной кровью, лапки ворона. Перчаток Снейп в лаборатории не имел, хотя, может, и имел, но от Адель скрывал это в корыстных целях. Но, благо, Адель от природы обладала находчивостью и поручила доставание ингредиентов Мраку, а сама принялась нарезать безобидную травку. Ворон, конечно, намучился, прежде чем выудил из банки скользкие крысиные глаза. Он уже собирался нырять клювом в другую банку, чтобы выудить лапки своих собратьев, но от этого его спас Снейп, вернувшийся в лабораторию.

— С вашим парнем все нормально, можете не психовать. Простое отравление и переутомление, — желчно сказал мужчина.

— Он не мой парень, и я не психую, — пробурчала девушка, смутившись. Снейп ухмыльнулся одной щекой и отодвинул Адель от котла.

— Идите наверх, я доделаю. И ворона своего заберите.

Уставшая и взволнованная волшебница с радостью покинула душный подвал.

***

Вернемся на несколько минут назад, когда ни Снейпа, ни Адель не было в гостиной и некому было присмотреть за Деви. Стоило Снейпу выйти из комнаты, как тело Деви задрожало, из него начал выходить черный дым. Вскоре из этого дыма сформировался не кто иной, как Велиар. Он посмотрел на Деви, лежащего перед ним.

— Ну что, парень, наконец мы с тобой расстаемся, — довольно сказал Велиар. — Эх, и устал я от тебя. Даже забирать тебя с собой не хочу, так ты меня достал. Да мне и не дадут... Нет, конечно, ты меня выручил, но что поделать... Радуйся, будешь мучеником. Та-а-ак, ага... Вот оно.

В руке Велиара появилась маленькая пробирка, объемом не больше десяти миллилитров. Демон покрутил ее в руках и вслух прочитал надпись: «Дамасский яд».

— Мой любимый, — благоговейно произнес Велиар. — Самих Валуа** таким травили; и Орсини*** тоже и еще много каких итальяшек. Да-а, мой дорогой Борджиа**** обожал этот яд. А дражайший профессор испробовал его на бедном Сибале, который, черт его возьми, выжил. А такой грешник... такой распутник, мужеложец... м-м-м... Не то, что этот.

Велиар бросил презрительный взгляд на смертельно бледного Деви.

— Ну хватит разглагольствовать, а то нас засекут, — медленно проговорил демон и вытащил пробку из пробирки. Из нее вылетело облачко желтоватого ядовитого пара. Велиар влил три четверти содержимого пробирки в рот бедному юноше и буквально растворился в воздухе. Очень вовремя.

В этот момент в гостиную вошла Адель. Она, вздохнув, присела на край дивана возле головы Деви и погладила его по взъерошенным волосам. В ней заговорила жалость, но она подавила в себе этот тихий голос, который был для нее весьма опасен. Затем придвинула к себе тазик с водой и обмакнула в него тряпочку. Адель стала смывать кровь с лица юноши.

— Ансо, а можно делать это не здесь? — спросил Снейп своим фирменным недовольным голосом, заходя в комнату.

— Сэр, когда он придет в себя, я попрошу Рею немедленно доставить нас к нему домой.

Будто услышав слова Адель, Деви пошевелился и распахнул свои большие добрые глаза. Он несколько секунд смотрел невидящим взглядом на Адель, он шевельнул губами, словно силясь сказать что-то, но в следующий миг изо рта хлынула кровь. Деви схватился обеими руками за футболку на груди и забился в агонии; глаза его закатились, а губы посинели. Адель отскочила прочь, к Снейпу, которого как парализовало.

— Сэр! Сэр! — прохрипела она, вцепляясь в его руку и словно моля предпринять что-нибудь.

— Не успею, — с хладнокровием, которое появилось просто из-за шока, ответил Снейп. Он не мог отвести взгляда от дергающегося на диване Деви.

— Сэр, пожалуйста... безоар, что-нибудь, прошу вас, — голос Адель срывался. Снейп покачал головой. Он знал, что безоар не поможет. С первого взгляда ему не составило труда определить, что Деви принял Дамасского яду, для которого нужно специальное противоядие, которое не хранится дольше одного дня и которого у Снейпа, естественно, не было.

Адель, видя безразличие Снейпа, впала в совершенную панику. Она сама бросилась в лабораторию. Девушка трясущимися от напряжения руками выгребла безоар из маленькой коробочки и побежала обратно, проклиная себя за медлительность. Но когда Адель вернулась в гостиную, Деви уже отдал Богу душу. Весь в собственной крови, так и вцепившись оледеневшими пальцами в футболку, он смирно лежал на диване.

«Опоздала», — промелькнуло в голове Адель. Снейп не без испуга смотрел на то, как меняется ее лицо при виде безжизненного тела. Адель стала чуть ли не бледнее мертвого юноши, губы ее нервно искривились, руки задрожали — казалось, у нее сейчас начнется истерика или она просто сойдет с ума. Снейп уже видел такое каменное выражение на ее лице: в воспоминаниях, когда на ее глазах погибла учительница.

Но ни истерики, ни плача не последовало. Адель направила пустой взгляд к Снейпу и просто спросила:

— Вы убили его, да?

— Что? Я... — растерялся Снейп. — Не трогал я его.

— Но это яд, — все тем же механическим голосом проговорила Адель.

— Да не нужен мне этот ваш Деви! — вспылил Снейп. — Какого Мерлина вы притащили его в мой дом? Какого Мерлина я сейчас должен возиться с его трупом?

В эмоциональном порыве зельевар махнул рукой, и из маленького кармана сюртука, увеличенного заклятием, выскочила маленькая пробирка. Пробирка, не разбившись, подкатилась к ногам Адель. Она нагнулась и подняла маленький сосуд с желтоватой жидкостью. Волшебница вспомнила Сибаля, про которого рассказывал Снейп; вспомнила, с каким спокойствием он рассказывал о том, что отравил своего коллегу. Она вспомнила также, как при первой встречи предупреждала Деви: «Те, кто со мной близко общаются, имеют нехорошую тенденцию умирать». Сделалось так плохо на душе, что Адель затошнило, разум затуманился. Она пошатнулась, схватилась за спинку дивана.

Снейп тоже узнал яд, который гриффиндорка держала в руке, и машинально хлопнул рукой по карману, будто удивляясь: «Откуда?»

— Вы убили его, — бесцветным голосом сказала Адель. — Убили... Но за что? Что он вам сделал?

За этим спокойствием крылось нечто очень страшное: будто она в одну секунду лишилась жизненных сил. В душе и впрямь стало пусто и сухо. Не было сил ни кричать, ни плакать, ни ненавидеть, ни страдать. Стало просто пусто и больно — и только. Она посмотрела на ошарашенного Снейпа, который ничего не понимал и повторял это шепотом вслух. Неужели он и правда?.. Но как? «Нет, нет, это не я. Не я ведь», — думал Снейп и сам себе не верил. Ведь, действительно, только он мог убить Деви. Как же еще?

— Ничего он мне не сделал! Не убивал я его! — воскликнул сбитый с толку зельевар. — Не убивал, слышите, Ансо?

— Но он умер. Умер. Опять. Умер.

Снейп увидел, как в глазах Адель, в которых он прочел себе немой вердикт: «Ты убийца», — появились слезы, и они заполнились болью и тоской.

— Зачем? За что? — сдавленным голосом прошептала девушка, по щекам которой уже скатились слезинки.

— Послушайте вы меня: не трогал, не трогал я его! Не сдался он мне, — в отчаянии от всей этой глупой, невероятно глупой и страшной ситуации сказал Снейп.

—  Я думала... думала, вы изменились...

Снейп увидел, как все тело Адель задрожало. В комнате стало невероятно жарко и душно.

— А вы все так же... Не Стоунсер, так вы... А ведь день прошел, всего день... — прошептала дрожащая девушка и отвернулась. Всего год назад умерли Элланты. А теперь, опоздав на один день, к ним присоединился Деви. В какой-то момент Адель захотелось допить тот яд, что остался в пробирке и поскорее умереть. Но она положила и пробирку и безоар на стол, взглянула на юношу и хрипло позвала:

— Рея!

В комнате появилась эльфийка. Она взвизгнула, увидев мертвое окровавленное тело.

— Хозяйка! Хозяйка! — заверещала Рея. — Хозяйка, это же ваш друг Деви! Он... он мертв?

— Да, — выдавила Адель, едва держась на ногах. — Возьми его тело и отнеси к кладбищу возле заброшенной деревни. Это вниз по реке. Я не хочу, чтобы профессор попал в Азкабан.

— Хозяин? Хозяин? — пропищала эльфийка. — Но почему хозяин должен попасть в Азкабан?

— Потому что он убил Деви, — ответила Адель, сгибаясь пополам и еле терпя мучительную боль. Снейп не ответил: видел, что Ансо не в том состоянии, чтобы бесстрастно смотреть на происходящие вокруг вещи. Но сам он был уверен, что не убивал несчастного юношу. Зельевар еще не свихнулся, чтобы не следить за своими действиями. В здоровье своего сознания он не сомневался.

— Выполняй же приказ! — крикнула Адель из последних сил эльфийке, которая нерешительно топталась на месте, и превратилась в пантеру, которая рванулась прочь из дома. Растерявшая Рея печально посмотрела огромными зелеными глазами на профессора.

— Хозяйке очень плохо, да? — тихо спросила она. Снейп молча кивнул.

— Бедная моя хозяйка... Почему хозяин не поможет ей?

— Ей не нужна моя помощь, — ответил Снейп, призывая к себе бутылку огневиски. Он налил себе немного в бокал и залпом опустошил его.

— Нет, — возразила Рея. — Хозяйка страдает. Хозяйке очень нужна ваша помощь. Хозяин просто не хочет помогать...

— Убирайся, — раздраженно бросил Снейп, отшвырнув ногой маленькую эльфийку. Правда больно колола сердце. Но он ведь не то, чтобы не хотел помогать — он боялся проявлять свои чувства. Северус боялся признаться, что ему искренне жаль Адель; он боялся жалеть ее.

— Хозяин плохой, — прошептала Рея, потирая ушибленный бок. — Хозяйка о нем заботится, а он о ней — нет.

С этими словами смелая эльфийка исчезла вместе с телом Деви. Снейп упал в кресло, пытаясь осознать, что же на самом деле произошло.

Комментарий к Глава 63. Смерть пришла, откуда не ждали, — как всегда, впрочем.

    * В первом значении INRI — «Iesus Nasareus Rex Iudaeus» («Иисус Назаретянин Царь Иудейский»). Но Розенкрейцеры (масоны-сатанисты) придумали новое, второе, значение этой аббревиатуре, тем самым исковеркав его, и сделали своим девизом — «Igne natura renovatur integra» («Огнем природа обновляется вся»).

** Валуа — династия французских королей, многие из которых умерли при странных обстоятельствах (как полагают некоторые историки и врачи, их отравили).

*** Орсини — богатый итальянский род.

**** Велиар говорит о Родриго Борджиа, принявшим сан папы римского под именем Александра VI. Был известен своим распутством и тем, что избавлялся от своих врагов с помощью неизвестного яда.