Дом гардений

Эйден стоял в нескольких метрах от дома семейства Уэлтис: компактной белой двухэтажки, окружённой ухоженным забором. Он переминался с ноги на ногу, раздумывая, стоило ли купить цветы или пирог к чаю, как поприветствовать и с чего начать разговор. Снова поправил волосы, вытер влажные ладони об штаны... Его страдания прекратились, когда к нему вышел Кейси — в домашней пижаме и с заспанным лицом.

— Пойдём уже. — Он повёл к крыльцу за руку. — Пока ты не передумал.

— Я и не собирался... ладно. Вид у тебя помятый какой-то.

— М-м-м, да... заходи.

Разувшись и пройдя коридор, Эйден оказался в просторной гостиной в бежевых и голубых тонах. Быстрый осмотр — и он уже смекнул, что здесь весь интерьер успокаивающий, ничего, что раздражало бы глаз. Зато какие запахи его объяли! Помимо травяных ароматов, чувствовалось насыщенное сосновое благоухание.

Кейси усадил его на диван и, окинув взглядом, присел рядом.

— Тебе идут очки.

Эйден выдавил невнятное бормотание...

Из угла появилась миссис Уэлтис с подносом — такая же статная, как в первую встречу.

— Эвин Уэлтис. — Передав чашку и пододвинув вазочку с печеньем, представилась она.

— Эйден Халдер.

Кейси поджал ноги к подбородку, явно не ощущая дискомфорта, в отличие от его соседа по дивану, напрягшим не только мозг, но и спину — лишь бы случайно не провалиться в мягкую обивку.

«Я будто на экзамене» — стиснув зубы, подумал Эйден, осторожно отпивая имбирный чай.

— Значит, ты друг Кейси.

— Да... мы хорошо общаемся, — ответил он, тщательно подбирая слова.

— Работаешь в «Магнолии»?

— Да, вместе с сестрой. Наше семейное кафе.

Эйден попробовал печенье — оказалось, яблочное. И вкус какой-то знакомый...

— Сколько тебе лет? — Эвин смотрела в упор, до сих пор не притронувшись к чашке.

— Двадцать два недавно исполнилось.

— Выучился на кого-нибудь?

Эйден потупился. Он полагал, что ей хотелось услышать что-нибудь приличное — сын-то у неё умница, а с кем водился вне школы? Кейси беспокойно обернулся.

— Я... пока только планирую.

Судя по молчанию, Эвин ждала подробностей.

— Думал... может... стать лингвистом.

Сказал первое, что пришло в голову, но он попытался произвести впечатление. «Да и не так уж я вру... я же задумывался о профессии, так?» — оправдывал совесть Эйден. Он нервно отпил, выжидал, когда вынесут решение по преждевременной (по его мнению) проверке.

— В Эрвайсе есть хороший колледж по твоему профилю.

Неожиданно, но ответила она ему и советом, и сдержанной улыбкой, которую вполне можно счесть знаком одобрения.

— С-спасибо... — чуть не забыл поблагодарить Эйден, когда, видимо, беседа закончилась, и Кейси потащил его к лестнице.

— Предпочту словам действия. Яблочки, кстати, у вас вкусные.

Только отойдя от шока и последующего озарения, Эйден спокойно выдохнул. Он, войдя в комнату на втором этаже, тут же рухнул на ковёр, радуясь, что пережил один из самых нервирующих за всю жизнь разговоров. Он, закинув голову, таращился на отбрасываемые витражным окном разноцветные пятна, пока мозг снова не включился.

— А что это, собственно, было?..

— Заморочки матери. Но ты ей понравился. Кстати, — Кейси плюхнулся в кресло, — ты ничего не говорил мне про учёбу.

— Я и сам с собой об этом не говорил. Просто подумал...

Вспомнились ему обречённые выводы Ленни касаемо его отношений с Андреа. Сейчас ему стало понятно, про какую разницу шла речь. И неприятнее представление будущего, в котором если и будет что-то определённое, то именно равнодушие к развитию. А идти на риск — закрепившаяся привычка и — да что уж там — козырная карта, пустить в ход которую Эйден не испугается.

— ...подумал, что стагнация — это не круто. А у тебя что?

— То есть?

Эйден с интересом посмотрел на Кейси:

— После школы? Продолжишь выступать?

Кейси воодушевился, прокрутив в голове самые грандиозные сцены из мечтаний.

— Да! Было бы здорово стать звездой. Из всего, чем я занимался, музыка — лучший вариант. К тому же, — он игриво склонил голову, — она принесла больше того, на что я рассчитывал.

И мальчишка, спрыгнув на пол, шустро подполз к Эйдену на четвереньках и уселся у его ног. Ворох кудряшек покачивался под дуновением ветра из приоткрытого окна.

— Я помню, — пальцы аккуратно стягивали очки— как ты поддерживал меня. И тебе не нужны были ни диплом, ни деньги — только ты сам. Немного чуткости, немного веселья, — Кейси вёл рукой по загорелому лицу, отчерчивая невидимые линии, — и...

— И готов лучший коктейль, — хмыкнул Эйден, клюнув белый носик.

— Кок... ты сбил меня с мысли, — надулся Кейси. — Я же о тебе говорил...

— Ага, и ты меня засмущал. — Парень одним движением прижал его к себе. — Потом я тебе отомщу тем же. В двойном размере.

— Обещаешь?.. А-А-А! — Кейси дёрнулся, когда острые зубы прикусили кожу на шее — не больно, просто неожиданно. — Щекотно, отпусти!

— Отпускаю, — Эйден раскинул руки, и тот клубком покатился назад. — Смотрю, тебя тут всем снабдили.

Ему только сейчас удалось разглядеть комнату — чистая, прибранная местами, но по бардаку на книжной полке и на кровати возникало ощущение жизни, в отличие от почти стерильного первого этажа. Эйден шёл по кругу, разглядывая развешенные фотографии, медали с конкурсов и нотные тетради, раскрытые и брошенные на столе. Там же блокнот с текстами песен — одни строки знакомые по выступлениям, а некоторые другие — перечёркнутые или незаконченные. Под ногами лежал рюкзак, на кармане которого поблёскивала белая гардения — Кейси давно прикрепил брошь, так и не услышав признание от истинного владельца вещицы. Перетерпев колкую горечь, Эйден пролистал одну из вывалившихся тетрадей с пометкой «3-2»*.

[*Класс 3-2соответствует 8 классу (из 9-ти) в трёхступенчатой школьной учебной системестраны. Возраст учащихся — 17-18 лет.]

— А ты хорошо учишься... и всё равно идёшь в три-три*?

[*Класс 3-3— последний, необязательный класс, специализирующийся на узконаправленнойподготовке к поступлению в профессиональное учреждение с выбором школьныхпредметов.]

— Будет свободный год, чтобы потренироваться с Кевином. Но я не пойду в колледж.

— Мать не против? — Эйден закинул тетрадь на место и подобрал очки с пола.

— Нет, но она вообще за меня не переживала, — задумчиво произнёс Кейси, включив компьютер. — Сколько себя помню — всегда чем-то увлекался и учился нормально, поэтому мама сказала, что с моими навыками не пропаду. А вот у Кевина проблемы... его родители хотят, чтобы он занялся чем-то полезным и прибыльным — по их мнению. Его вроде только Нолан и поддерживает.

«Точно, старший брат Кевина» — с трудом вспомнил Эйден и вдруг снова с удивлением отметил нахмуренность Кейси.

— Ага, он же и подарил брату барабаны, да?

Кейси странно поглядел на Эйдена.

— А откуда ты это знаешь?

— Эм... да так, услышал однажды...

Ему снова стало неуютно.

— Мне кажется, или эта тема... ну, не очень приятная для тебя? Извини... — Эйден, стыдливо понурившись, присел на край софы.

— Скорее непонятная, — выдохнул Кейси, смягчившись. — У Нолана Сарзи своя компания — не такая, как наша. Из всех я только Гербена знаю — они одноклассниками были. Да и сам он очень скрытный человек. Ты ведь видел его однажды у «Магнолии»? Общается непонятно с кем и...

— Ты это к чему? — От волнения Эйден поддался вперёд, затаив дыхание.

— Я ничего не говорил Кевину. Не хотел его волновать. Но... — На лице Кейси отразилась тревога. — Я сомневаюсь, что деньги, которые Нолан потратил на подарок, заработаны честно. А когда я услышал твою историю, то задумался — вдруг... но Эйден, мне не хочется даже думать о том, что это может быть связано!

— Мне тоже...

Накопились крупицы информации, которые даже в схематичный пазл пока с трудом складывались. Но любая информация полезна, когда все вокруг что-то утаивают — вдруг понадобится ею воспользоваться.

— Ладно... ты не беспокойся, хорошо?

Хотя Эйден не собирался следовать своим словам, ими он решил Кейси успокоить. Впутывать в личные конфликты близких людей для него хуже, чем переносить тяготы в одиночестве.

— Наверное... пойдём на веранду.

— А что там?

— Увидишь.

Они спустились на первый этаж — пусто и тихо. Кейси завёл его за угол и распахнул дверь. От представшей картины Эйден ахнул — крытую веранду превратили в густой сад с цветами, которые он безошибочно узнал. Горшки пастельных оттенков расставили везде: на подоконнике, стремянке и табуретах. Отовсюду смотрели жёлтые тычинки, связанные в центре бархатных, разложенных лучами лепестков. Лёгкий, почти фруктово-сладкий аромат наполнял лёгкие.

Панорамное окно, в которое по утрам заглядывали рассветные лучи, по вечерам приоткрывало вид на затемнённый двор с ухоженным газоном и голые стены соседних домов.

— Прихожу сюда отдохнуть, — сказал Кейси и указал на вид из окна. — Красиво, да? И море видно. А это, — он указал на дерево с густой кроной, заметное даже издалека, — липа.

— Да, с берега верхушку видно. Хорошо обустроились.

— Мама подбирала место.

Кейси прилёг на пуфик.

— Мне здесь нравится, но... после твоих путешествий тоже хочется уехать далеко, посмотреть на мир.

Он перевёл взгляд на тонущее в скорую ночь небо.

— Понимаю, — мечтательно протянул Эйден, усаживаясь напротив собеседника. — Круто было бы вдвоём махнуть куда-нибудь...

Идиллию прервал телефонный звонок. Выругавшись, думая, что побеспокоила Андреа, он не глядя ответил — резче, чем следовало бы.

— Чего тебе?

— Ой, — женский голос, но не сестринский. — Добрый вечер, Эйден... это Шейла Ливенделл.

— Ох, извините! Перепутал...

— Мне лучше перезвонить?

— Нет-нет, всё нормально! Слушаю вас.

Кейси навострил уши, подсев на корточки к Эйдену.

— Я сейчас в «Магнолии». Мы могли бы встретиться и поговорить?

Эйден посмотрел на циферблат наручных часов, потом на Кейси. Тот уверенно кивнул.

— Ждите, скоро подойду.

***

Эйден бежал, сломя голову. Столкнулся с кем-то по дороге, спотыкался о камни во влажном кучном песке и резался нескошенной травой, сокращая путь. Перед кафе он осмотрелся — не наблюдал ли кто-то. Зашёл через чёрный вход, убедившись, что и там никаких тайных переговоров не проходило.

Зал полупустой. Ленни занимался гостями за барной стойкой, сделав вид, что не заметил приятеля. Эйден нашёл Шейлу — та сидела к нему спиной за угловым столом, озираясь по сторонам. Он осторожно обошёл посетителей и дотронулся до её дрогнувшего плеча:

— Пойдёмте наверх.

Эйден провёл её к двери администраторской, но резко свернул в небольшой проход, прикрытый шторой с древесным узором, сливающимся с обоями. В узком коридоре — скрипящая лестница, ведущая на мансарду.

— Тут нас точно не подслушают, — выдохнул Эйден, отмахиваясь от пыли. Лампочка загорелась над их головами, осветив складское помещение: десятки коробок и мешков с зёрнами, пакеты с сушёными травами и сетки, набитые овощами.

— Да, так даже лучше...

— Я так и думал, что вы не здоровье моё хотели обсудить.

— Вообще-то, и это тоже.

Освободив место от последней неразобранной поставки, Эйден и Шейла устроились за столом.

— Вы о чём-то узнали? — вполголоса начал Эйден, усиленно потирая костяшки.

— Похоже, у тебя уже есть подозрения... да, кое-что обнаружила. Я проверяла карточки пациентов, и — странное дело — некоторые номера карт и пациентов перепутаны. Сделала запрос в лабораторию, чтобы получить результаты по моим пациентам и сверить данные. Если вкратце — в твою карту вложили чужие анализы.

— А такое часто бывает?

— В моей практике — ни разу. — Шейла нахмурилась. — Штрихкод в деле пациента всегда совпадает со штрихкодами его результатов, а тут... Короче, нашла я твои результаты, записанные на чужое имя.

— И?

— Высокое содержание седативного препарата. Пациент, которому был выдан этот анализ, страдает бессонницей, поэтому и вопросов не было...

— Так меня что, отравили?!

— Похоже на то. Ты точно не помнишь, с кем был в тот вечер в баре?

Эйден напрягся. Не только из-за Канербергского происшествия, но и из-за недавнего обморока. Закрались дурные мысли, что случайности в истории не случайны...

— Не помню, но... одна девушка меня уверяла, что я был с ней. Она ушла перед тем, как меня отметелили.

— Кто?

— Устроилась у нас официанткой... Деби. Сестра Скотта Викрида. — Шейла выпучила глаза. — Кстати, этот придурок сегодня приходил к ней...

— И он здесь?!

Шейла схватилась за сумку.

— Утром был. Я его случайно увидел раз, а потом он исчез.

— Это очень плохо! Во-первых, видеть его не хочу, пока у меня отпуск — он до этого постоянно наведывался в больницу и отвлекал. Надоел! Во-вторых, они оба живут в Канерберге и почти не общаются. Зачем приехали?

— Самому знать бы. Кстати, я до сих пор не в курсе деталей расследования. Викрид меня игнорировал или плёл чушь в духе: «Как только что-то узнаем, позвоним», — передразнил он манеру речи. — Я уже начал думать, что они по-тихому замяли дело...

Шейла погрузилась в раздумья, растирая сморщенный лоб. Эйден притих, но кое-что радостное для себя нашёл — медсестра взяла выходные, и сейчас выглядела намного лучше, чем в их последнюю встречу в больнице. И тут же стыдливо отвёл взгляд — по итогу Ливенделл может быть замешана в том, от чего желала держаться подальше. Зачем чужие проблемы, когда работа и знакомые — сплошная головная боль; и ты бежишь подальше, а она нагоняет?

Телефон жалобно пискнул. Эйден дрожащими пальцами клацнул на пришедшее сообщение.

От: Ленни Вельн

В зале офицер, разговаривает с Деби. Не слышу их.

— Замечательно, — прошипела Шейла, прочитав показанный ей текст. — Надеюсь, скоро уйдут, а то мне ещё в отель надо успеть вернуться.

Пришло ещё одно сообщение:

От: Ленни Вельн

У меня идея. Не сбрасывай и молчи.

Через пару минут всё стало ясно, и Эйден готов был задушить в объятиях бармена за его находчивость. Сделав звонок, Ленни подложил телефон рядом со столиком — скорее всего, в прорези выключенного радиатора, — пока своевольно помогал официантке подмести мусор. И пусть не чётко, но главное — слышно, о чём говорили затаившиеся родственники.

— Мы закончим с делом — и тут же уедем, поняла? — строго говорил Скотт.

— Ага...

— Всё ещё страдаешь по этому Халдеру?

— Он хороший человек.

— Что ж ты так за него зацепилась? — Мужчина цокнул языком. — Вы толком-то и не общались, насколько я знаю... не смотри на меня так. Разговор окончен. Я вернусь в участок, а ты иди домой. И отдай записи.

«Что за записи?» — подумал Эйден, не услышав шороха листа. После — стук деревянных ножек и удаляющийся топот. Тем и закончилось прослушка.

— Добром это не кончится. — Шейла покачала головой. — Будь у всех на виду... и не пей ничего из чужих рук.